Мур

Время шло, и весна потихоньку сменялась летом. Шерлок Холмс, Единственный в Мире консультирующий детектив, стал иногда пропадать из секретной лаборатории, отлучаясь для неизменной и бескорыстной помощи Скотланд Ярду в раскрытии преступлений. Всё это в великому неудовольствию подопытного, Джеймса. Без Шерлока ему не с кем было перекинуться словами, некого было подкалывать в любой удобной ситуации, не с кем было поспорить о чём бы то ни было, оставалось лишь созерцать из своей камеры снующих учёных да читать книжки. Невесело, в общем. Поэтому, когда кучерявый соизволял таки появляться, его встречал хладнокровно-недовольный взгляд карих кошачьих глаз и вопрос: - Ну и где тебя черти носят? - Тройное убийство с попыткой ограбления, никаких отпечатков пальцев, и окровавленный агат, найденный на месте преступления. - Плевать я хотел. - Хоти дальше. На том, собственно, выяснение отношений и заканчивалось, и после детектив и подопытный разговаривали, как ни в чём не бывало. Но однажды, после особо изнуряющего дела, Холмс младший вернулся в лабораторию, не спав три ночи кряду. И что бы вы думали? Кудряшка уснул сном ангела прямо в библиотеке засекреченного объекта, устроив своему носу чрезвычайно близкое знакомство с весьма занимательным трудом по биологии. А так как высокоактивный социопат не выносил, чтобы на него пялились, и потому сидел в библиотеке в единственном уголке, где не было камер наблюдения, о его существовании благополучно забыли, а Майкрофт решил, что братишка и вовсе не появлялся сегодня, снова убив день на догонялки с очередным маньяком. И всё бы хорошо, но дело было в том, что до 11 часов вечера главный сектор лаборатории покидали все без исключения, кроме дежурного, находившегося в комнате с подопытным. В главный сектор входила библиотека, личный кабинет мистера Холмса старшего, несколько рабочих отделений с главными характеристиками и планами, а так же основное помещение, в котором находился объект изучения. Ночью главный сектор находился под особой охраной, попасть или покинуть его можно было только при помощи особого набора электроключей, который имелся только у Майкрофта. Джим давно привык к отсутствию людей по ночам и к заливистому храпу дежурного. В тот день, как и во многие другие, ему не спалось. Он сидел на полу своей камеры, опершись спиной о стеклянную стену и сверля взглядом белый потолок. Скучно. С.К.У.Ч.Н.О. Скуууучнооооо… Как вдруг боковым зрением Джеймс заметил тёмную фигуру, движущуюся в коридоре. Волосы на голове у него встали дыбом, как шерсть испуганного кота. По ночам тут никого не должно быть. Что ещё за чертовщина? Почувствовав, как некто зашёл в помещение, Джим резко вскочил с места, зашипев сквозь зубы и осклабясь. Он приготовился к немедленной обороне. Однако через несколько секунд, распознав перед собой вместо коварного грабителя несколько заспанного и слегка тормознуто соображающего Шерлока, подопытный разразился отборными ругательствами, которые я не берусь воспроизвести. Чуть позже последовало более пристойное: - Шерлок, мать твою, используй голову по назначению, какого черта ты тут забыл среди ночи? - Что ты так вопишь? Я отключился в библиотеке. Кажется, этот мир слишком занят, чтобы вспомнить о скромном детективе, который во имя справедливости лишал себя сна последние несколько суток. - Придурок! Ты меня напугал до усрачки! - Что явственно из твоей речи, не блещущей аристократизмом. - Завали. Шерлок прошёлся вдоль комнаты. Покосился на дежурного, мирно похрапывающего в будке с прозрачными стенками. Коротко говоря, оценил ситуацию. - Майкуше я отомщу самым непотребным способом. Младшего братишку забыть на охраняемом правительственном объекте! Неслыханно. Последующие несколько минут прошли в молчании. Потом Джим таки не выдержал: - Ну может позвонишь ему, не знаю, свяжешься? Как-то маловато энтузиазма у человека, перспективы которого – спать на полу по соседству с мутантом. Шерлок усмехнулся. - К сожалению, всё не так банально. Из защищённого сектора ни один сотовый не поймает сеть. - Крыша? - Одному мне, при всех моих невероятных талантах и сказочной сноровке, не доползти. Пауза. Секундная. После которой оба одновременно посмотрели друг на друга. - Одному? Шерлок обдумывал возможность успеха предприятия недолго. Вероятность благополучного завершения операции была, прямо скажем, невелика. Но и выбор небольшой. - И не боишься? - Я тебя умоляю. Детектив потихоньку открыл дверь стеклянной камеры, введя код, который, собственно, знать ему не полагалось. Но мало ли в мире вещей, которые не полагается знать Единственному в Мире? На одну, уж точно, меньше. Путь к крыше состоял из непрерывных проклятий и чертыханий Джима, которого раздражало то, что они постоянно сворачивали не туда, и негромкого бормотания Шерлока, иногда отпускавшего непереводимые итальянские и французские ругательства и сетовавшего на то, что так мало времени посвятил изучению карты здания. И вот, наконец, последняя дверь. Особо не задумываясь, детектив распахнул её и вышел на крышу. Джим шёл следом. Его окатило прохладным воздухом летней ночи. Мутант сделал шаг через порог, и … замер. - О чёрт... Эти слова вырвались почти без его ведома, тихо и робко. Прямо перед ним шумел, раскинувшись, огромный город. Он издавал тысячи звуков, сиял миллионами огней, простирался, куда хватало глаз. Он будто бы пульсировал, словно гигантское живое существо. А над этим живым великаном было куда более великанское небо. Погода была безоблачной. Оно, как огромная тёмная сфера, окутывало весь мир вокруг. На нём горели мириады звёзд. Мерцающих и прекрасных. Всё это сразу обрушилось на Джеймса, ворвалось в его горло вместе с прохладным летним ветром. Он захлебнулся, пошатнулся чуть-чуть. Весь сарказм и непокорность застряли где-то у основания голосовых связок. Забавно, однако так обычно и бывает. Мы знаем о существовании северного сияния, Ниагарского водопада, пирамид в Гизе, и ещё чёрт знает чего, по телевизору и не такое увидишь. Мы читаем об этом в книгах и журналах, смотрим каналы о природе, и максимум, чего следует от нас ожидать, это печальный и несколько мечтательный вздох: «Красиво…». Мы понимаем умом, но только это не стоит и тысячной того, что мы испытали бы, встретившись бы с этим вживую. Покажите мне человека, который малохольно вздыхает, когда над его головой небо пылает жёлто-зелёными огнями. На такое способен или большой глупец, или до отчаяния разочаровавшийся в жизни старик. К счастью, Джим не относился ни к первой, ни ко второй категории. Он вообще знал жизнь по книгам, а по-настоящему видел только белые стены, электрические лампы, да снующих туда-сюда учёных. А тут всё такое свежее, такое живое. И всё сразу, и всего так много. Его будто вытолкнули из крохотной лодочки в гигантский океан. О чёрт… И тут в бок потерявшего дар речи Джеймса врезался, что-то бормоча, детектив, который всё то время, которое мутант поглощал глазами весь этот невероятный мир, бегал по крыше и пытался поймать сеть, пока, наконец, с криками «Есть!», не врезался в ушастого. Последний пошатнулся, слегка отпрянул, и, потирая бок, перевёл взгляд на Шерлока. Вы ведь наверняка знаете, бывает так, что всё вокруг невероятно красиво, однако, стоит в поле зрения появиться человеку, причём не какому-нибудь, а совершенно конкретному, и от красоты прямо начинает захватывать дух. Катализатор реакции, крещендо, называйте, как хотите. Наверное, внезапно поймав взглядом Шерлока, Джим испытал примерно то же самое. Хотя скорее бы умер, чем признался в этом даже самому себе. - Так … живо.. Голос ушастого был тихим, лишённым визгливости и саркастического недовольства. Поняв, что обращаются к нему, детектив поднял голову от телефона: - Да, красиво. Майкрофт не отвечает. Зря бегали по коридорам, как расхитители гробниц. - Не зря. Джим произнёс это чуть слышно. Не зря.