Ненюфар

Впервые за многие годы царь Асгарда встретил вечер в недобром расположении духа. Казалось бы, одиночество давно вошло у него в привычку, но сегодня ему хотелось, чтобы рядом с ним был ещё кто-то. Но он пригласил Локи скрасить вечер не только поэтому. Тор и сам не мог объяснить, с чего вдруг ему понадобилось общество бывшего супруга. Любви к йотуну он никогда не питал, а боль от измены хоть и ранила его самолюбие, но уже давно погасла. Когда-то ему казалось, что у них будет крепкий союз, будет наследник. Но йотун потерял ребёнка, хотя сам Тор этого не помнил. Просто когда он очнулся в Асгарде после того, что ему пришлось пережить, он подумал, что сошёл с ума. О нём заботились, и постепенно Тор понял кому он должен быть благодарен, кто его спас из жестокого и страшного плена. Маг Энтони. Подло покусившийся на чужую невесту буквально перед алтарём. Тот, из-за которого он едва не убил своего изменника-супруга и потерял надежду на доверительные отношения. Это было неожиданно и унизительно для Тора. Но маг старался лишний раз с ним не разговаривать. Локи тоже долгое время находился в прострации. Когда Тор заикнулся о ребёнке, Локи просто ответил, что его больше нет, на этом они и закончили. Тор пожалел йотуна и не стал узнавать подробности. Когда Тор окреп, ему предстояло восстановить город и усилить защиту границ, чтобы больше ни иноземцы, ни пришельцы из других измерений не смогли проникнуть в Асгард, чтобы убивать и грабить жителей. Энтони помог поставить мощный магический блок. Теперь Тор был благодарен ему. Он назначил его Хранителем всех земель и угодий Асгарда. А потом предупредил, чтобы тайна, которую знают маг и йотун, осталась лишь между ними. И они поклялись хранить её. Локи не испытывал любви и привязанности к магу, тот, в свою очередь, тоже не горел желанием быть с ним. Каждый получил новую жизнь, и двадцать лет на душе у Тора было спокойно. Он постоянно занимался делами, ему было не до интрижек, а на близость с супругом рассчитывать не приходилось. Локи бы конечно подчинился, если бы кронпринц потребовал выполнения супружеского долга, но ему это не было больше нужно. Маг предупредил, что йотун не способен выносить дитя от аса. Тору было чем заняться помимо плотских утех. Первые несколько лет дел в государстве было невпроворот. На самом деле это было к лучшему. Они с Локи отдалились как супруги, но сблизились как союзники. Йотун налаживал отношения с другими государствами, когда Асгарду нужна была помощь. Он многого добился, став советником. Он был сдержан и разумно уступчив в переговорах, но всегда добивался поставленной цели. Его услуги были неоценимы. Получив обратно свою магию, Локи стал и вести себя по-другому. Он признавал власть Тора и служил ему верно, как подданный. Но в его облике больше не было жертвенности и страдания не отражались на его нежном личике. Посему Тор решил оставить всё как есть и это его вполне устраивало вплоть до сегодняшнего дня. Во время приёма послов из Дакшù, Тор заметил, что его советник ведёт себя не столь невозмутимо, как всегда. Одинсон напустил на себя более важный вид, а сам украдкой наблюдал за поведением йотуна. Тот слегка нервничал. И вскоре Тор увидел, как ему показалось, причину странного поведения советника. Локи во все глаза уставился на юного посла. У Тора полыхнуло перед глазами. Он не мог понять, была ли то ревность, но ему сразу же захотелось прекратить переговоры и выгнать послов ко всем демонам на лысую гору. Но кронпринц теперь умел сдерживать свои порывы. А мальчишка-иноземец действительно был чертовски красив и нежен. Он напоминал Тору юного Локи: у юноши были такие же яркие хризолитового оттенка глаза, тонкие черты лица и изящный стан. Если зачесать чёрные волосы назад, свить косу и убрать жемчужной нитью... Тор подавил вздох изумления. Потом он перевёл взгляд на Локи. Возможно, тот сам заметил между ним и юношей сходство, оттого так и смотрит, забыв об этикете. То, каким взглядом Локи наградил молодого посла южных земель, без лишних домыслов могли счесть оскорбительным. Когда послы удалились, и Локи направился к выходу с намерением уйти, Тор машинально ухватил его за руку. Ему не понравилось, как вздрогнул бывший супруг, словно его схватило какое-то чудовище. На лице сразу застыла маска безразличия. —  Покидаешь меня? - выдавил из себя как можно спокойнее Тор. Он сдавил йотуну руку, вынуждая посмотреть себе в глаза. От его нажатия погнулись золотые браслеты на запястье Локи. — Сегодня душно, мой повелитель. Для йотуна это всегда испытание, - ответил тот, немного склонив в знак почтения голову. — Позвольте мне уйти. Тор услышал лживые нотки в голосе Локи. Тот нагло врал. Но делать было нечего. — Локи, - Тор осторожно подбирал слова. — Ты не мог бы составить мне сегодня вечером компанию? Удивление на лице Локи ему тоже не понравилось. — С радостью подчинюсь вашей просьбе, - ответил тот бледнея. Тор кивнул и Локи поспешно покинул тронный зал. А сам ас остался хмуриться дальше. Что-то было здесь не чисто. Одинсон и представить не мог, что ему будет не безразлично, если Локи кого-то себе найдёт. Теперь же прождав почти до полуночи своего верного советника, Тор начал выходить из себя. Он не притронулся к ужину и послал за Локи слуг. Одинсон не находил себе места. Локи явился через четверть часа сам. Тор увидел затуманенные зелёные глаза, припухшие искусанные губы. От йотуна пахло вином и сладостями. Волосы были взъерошены, а одежда на нём, всегда без единой зацепки, выбившейся из стежка ниточки и складочки, выглядела, словно её долго мяли. — Мой повелитель, - просипел охрипшим глухим голосом Локи. — Прошу меня простить, что заставил Вас ждать. Вы в праве наказать меня. Йотун поклонился и его повело. Он был пьян! Локи встал на одно колено и удержался в этой позе. Тор немного остыл. Возможно, он просто противен Локи, и тот долго пил, чтобы заставить себя прийти к нему. Насильно мил не будешь. Браки по расчёту крепки лишь когда они равны. А Локи изначально вообразил из себя жертву и всем видом показывал это. Он упивался своим отчаянным положением, он лелеял боль и мысли какой он несчастный, но праведный. Тор едва не сплюнул. Локи внезапно показался ему омерзительным. Бледный цветок. Холодная, скользкая водяная лилия. Тор окинул взглядом склонённую перед ним фигуру. Подумал, и сказал: — Я рад, что ты пришёл, Локи. Но я не буду насильно заставлять тебя общаться со мной. Теперь я сам вижу, что ты нездоров. Возвращайся скорее в свои покои. Хорошо выспись. Жду тебя завтра в тронном зале не раньше полудня. Отдохни. Я ценю твои заслуги перед государством. Локи едва поднялся, не рискнул больше кланяться. Неловко хмыкнув, он упёр руки в бока, потом сделал развязный реверанс, развернулся, запнувшись ногой об собственную ногу, отчего полетел вперёд, но не растянулся на полу, а остался на ногах. Тор проводил его понимающе-сочувствующим взглядом. Ухмыльнулся и сел ужинать.           

◈◮◈◭◈◮◈◭◈◮◈◭◈◮◈◭◈◮◈◭◈◮◈◭◈◮◈◭◈◮◈◭◈◮◈◭◈  

Локи добрёл до своих покоев, и едва не рухнул в темноте на пол. Выругавшись, он на ощупь добрался до ложа. Он никогда не пил так много вина, поэтому не заметил, что опьянел. За беседой с юношей, он вообще ничего не замечал. Но потом мысль пробилась в его сознание: его ждёт Тор. Извинившись и поспешно покинув Амуна, он отправился к Одинсону. На губах пылал поцелуй. Пол уходил из-под ног. К великой радости, Тор его отпустил восвояси.  Локи плюхнулся на ложе и почувствовал, что рядом кто-то есть. Его сразу обвили крепко руками. Он начал отбиваться, но изумлённо замер, едва услышал голос Амуна.  Амун шептал ему по-детски откровенно, горячо и робко, переплетая свои пальцы с его пальцами: — Возьми меня, я уже взрослый мужчина.  Локи пытался пробиться сквозь захлестнувшие юношу эмоции. — Прекрати, ты пожалеешь об этом утром. Вино кружит тебе голову...  — Я сам пришёл. Никто не понуждал меня, - отвечал Амун, прижимаясь горячим голым боком, сжигая Локи своей страстью через камзол.  Локи застонал. Его уже поспешно раздевали, откинулся на спину и зажмурил глаза. Под веками вспыхивали фейерверки, всё кружилось и казалось ненастоящим. Рука юноши обхватила ему член. Локи подался вперёд, ощущая возбуждение. Любовник направил его крепкий член в себя, медленно оседая ему на бёдра. Согнув ноги, Локи приподнялся и обхватил Амуна обеими руками за спину.  — Я хочу чтобы ты лёг, - попросил он.  Они перевернулись, и Амун оказался на спине. Локи навис над ним. Его член был крепко стиснут в узком проходе и отчаянно пульсировал, возбуждение распирало, Локи перестал дышать, боясь внезапно кончить. Под пальцами оказалась шёлковая нить от портьеры.  — Протяни ко мне руки.  Юноша вытянул вперёд руки. Пока Локи целовал и связывал ему кисти, возбуждение немного спало.  — Закинь мне их на шею. Амун подчинился. Локи сделал первый толчок. Юноша прижался к нему плотнее, обнимая ногами. Его пенис твёрдым концом упирался Локи в живот.  Локи толкался глубоко, медленно, растягивая удовольствие. Он впервые занимался любовью. Без покорной уступчивости, не ради чего-то и кого-то. Он был желанен и получал удовольствие. Он х о т е л  его распробовать как можно дольше, эгоистично забыв про любовника. Амун судорожно всхлипывал, стараясь сильнее тереться об него членом, извиваясь бёдрами. Локи обхватил его член. Сжал. Грубо провёл по нему вверх-вниз. Оргазм накрыл его с головой, он не сразу почувствовал влажное тепло в своей ладони и услышал тихий вскрик юноши: — Локи!