Кислород

- Вы заболели, Фаина Георгиевна? - Нет, я просто так выгляжу. Фаина Раневская Дженни казалось, что она скоро выблюет все внутренние органы. Настолько хреново ощущала себя девушка после... после того самого случая. Нет, правда, Палмер в жизни так себя отвратительно не чувствовала: ноги подкашивались, руки мелко подрагивали, живот сводило, а голова шла кругом. Господи, да как можно было выбраться оттуда живой?! Ах да, Билл дал обещание. Чертов сукин сын будто манипулировал ею, внушал собственную волю и давил на слабые места. Он обращался с ней, словно кукловод со своей послушной марионеткой. Раздражало. Бесило. Она никогда не верила во всю эту сверхъестественную хрень. Бабушка, конечно, мнила из себя великую ведьму, твердила о мире мертвых и все такое, но... Но слышать сто раз одно и то же и увидеть нечто такое один раз — разные вещи. - Слышь, все нормально? - взволнованно поинтересовалась Венди, ответом которой послужил средний палец. - Значит, нет... Ну, извини, что оставили вас. - Дженни просто струхнула, перенервничала немного, - весело пропел Сайфер. - Вот и завелась! Сейчас ее отпустит, и мы отвезем детишек по домам. Ведь взрослые должны отвечать за тех, кто помладше. Так ведь? - Пошел ты, - прохрипела девушка, тыльной стороной ладони вытирая рот. - Из-за тебя!.. Она заткнулась на полуслове. Демон стоял аккурат напротив, всматриваясь тяжелым взглядом в лицо Палмер. Он будто велел — снова, мать его, приказ! — ей заткнуться. «Не смей продолжать», - говорили его глаза. И она не смела. - Ты стоишь в моей блевотине, - скривила губы в усмешке Дженни, будто отыгрываясь за что-то, за свою немного сломленную гордость. - Да? - он взглянул под ноги, выразительно приподнимая брови. - Ты ужинала лапшой? Это вредно. Дженни опять замутило. Нет, правда, как можно быть таким непробиваемым?! - А гномов радугой тошнит. Выглядит улетно! - весело прощебетала Мэйбл, толкнув брата в плечо. - Тише ты! - отозвался Диппер, поправляя кепку. - Господи, да что вы все курите? - Палмер поднялась на шатающихся ногах, вышагивая в сторону машины. Ее немного повело в сторону, но вовремя подоспевший Билл успел подхватить розоволосую под локоть и довести до нужного места. Девушка плюхнулась на место водителя, касаясь лбом прохладного обода руля. Нужно поразмыслить. Так, и с чего начать? Может, с того, что поездка вышла полнейшим кошмаром, и нет места лучше дома? Кратко и по делу. - Просроченные конфеты? - выдвинула свою версию Венди, забираясь на заднее сидение вслед за неугомонными близнецами. - От них крышу сносит! - Точно, подруга! - Пайнс-младшая рассмеялась. - Девочки, - выразительно протянул Дипп, проводя ладонью по лицу. - Так мы едем или нет? - капризно выдал Сайфер, выуживая из кармана лимонный леденец на палочке. - Конечно, - вяло улыбнулась Дженни, хлопая себя по карманам шорт в поиске злополучных ключей, - мне уже не терпится от вас избавиться. - Взаимно, - нахмурился мальчик, скрестив руки под грудью. - А кто-то сейчас за машиной побежит, - пропела Палмер, гаденько усмехаясь. - Своими крохотными ножками-и! Сайфер усмехнулся, облизывая конфетку. Ему снова стало скучно. - А тебя куда доставить-то? - поинтересовалась девушка, поправляя зеркало бокового вида. Единственное в жизни чему ее научил отец, так это нормально водить машину, помня — не всегда, конечно, — о правилах. - Меня? Билл задумался. Его человеческой форме необходима была более или менее приемлемая цитадель для создания и поддержки элементарного образа нормального существования. Он не должен был выделяться в толпе людей, в этой серой массе, хотя бы давать повод для «он — не наш». Кричащая яркая одежда с модными принтами и изображением желтого мыла с торчащими зубами, узкие темные джинсы, кроссовки — типичная для его возраста манера одеваться. Молодежь со своей жаждой «стать кем-то» создала себе орду клонов, в которой «шмотки» важнее души. Прежде всего, люди смотрят на то, как ты одет. И это до безобразия меркантильно, ведь в потрепанном пареньке может прятаться настолько яркая вселенная, верткий ум, что невольно задыхаешься от предвкушения. А в той же «красотке из Голливуда» лишь силиконовая грудь, деньги вместо мыслей и умелый рот, наученные делать минет по высшей программе. В общем-то, единственным, что нравилось демону в этом мире, была классическая музыка. Ан нет, еще и пару десятков книг. Не того самого Шекспира, которого все цитируют направо и налево, считая крутым, а других, малоизвестных классиков. Люди, определенные и гениальные, интригуют. Жаль, что рождаются такие крайне редко. Например, Стэнфорд Пайнс! Он!.. - Завис, что ли? Везти тебя куда? - А у тебя остаться нельзя? Я поссорился с родителями из-за своего переезда, старые постояльцы еще не выехали, поэтому мне сейчас негде остаться, - разумно лгал Сайфер, копаясь в чужом разуме. Тема с «семьей и их непониманием, безразличием» была для Дженни больной. А, как всем известно, всегда бьют именно по слабому месту. - У меня от тебя мурашки по коже. Не в самом хорошем смысле, - прошептала Палмер, слушая тихое сопение малышей на заднем сидении. - Неужели я такой жуткий? - наигранно возмутился Билл, доставая леденец изо рта. За окном мелькали деревья; тихо шумел мотор. - Есть в тебе что-то такое, - розоволосая задумалась на долю секунды, - жуткое и пугающее. - Как бальзам на душу, - промурлыкал Сайфер. - А как же мое несравненное обаяние? - Как у чокнутого доктора Хауса или у всех злодеев из голливудских фильмов. Внешность и чувство юмора заставляют других смотреть на тебя. Фанатки визжат от восторга, желая прыгнуть в постель к «плохому мальчику». Вот только у нас роли-то одинаковые, - Дженни прикусила нижнюю губу. - Хорошим деткам нельзя играть с плохими. - Палмер, ты себя переоцениваешь, - пугающая ухмылка расцвела на лице демона. - Не такая уж ты и оскверненная. Грешков мало, дрянных дел тоже. Кошек и собак подкармливаешь, людям помогаешь. Овечка в шкуре волка! - Откуда ты?.. - запнулась Дженни. - Действительно хочешь знать, да? - Нет, - она мотнула головой в сторону. - Не хочу. - Вот и умница, - очаровательно улыбнулся Билл. - Так как насчет остаться на ночь? - Ответ «нет» не принимается? - Ни в коем случае. Палмер и не сомневалась в этом, вот ничуть.