ГРЕХ

1335 год.       Черные глаза Настоятельницы Джиневры подозрительно созерцали стоявшего перед ней юношу, а сам молодой человек застыл в ожидании, блестя своими зелеными глазами.       Настоятельница вздохнула, наконец, прервав молчание.       Она обратилась к Благочинной Луизе:       -Я не могу. Это перечит уставам монастыря,- женщина поднялась с величественного стула, и вышла из-за стола.- Ни в коем случае на территории монастыря Лоншан не должно быть мужчин. Это женский монастырь, где воспитываются одни невинные девы!       Она заходила по комнате, отчего её черная мантия развивалась.       -Но он немой… - слабо запротестовала Благочинная, хотя была согласна с доводами Настоятельницы.       Гостиничная Инес проводила к Луизе этого молодого человека, сказав при этом, что тот нем, и, дабы прокормить свою бедную семью, ему требуется работа. Также Инес сказала, что хороший садовник сейчас навес золота, и очень нужен им, так как следующей весной к ним прибудет правящий Архиерей, который и назначил Джиневру на пост       Настоятельницы, сменив на нем пожилую Селестину, которая доживала свои дни в северном монастыре Франции. Так что им срочно нужно привести в порядок изрядно потрепанные сады.       На вопрос, как же она узнала, зачем пожаловал юноша,       Гостиничная Инес ответила:       -Он пришел с запиской, в которой изложил свою просьбу принять его на работу. Он нем с детства. Ты же сама знаешь, как мало работы в ближайшем селе. И то, для той работы человек должен разговаривать,- практично закончила всегда любившая поболтать       Гостиничная.       Эта женщина с любовью и усердием должна была обслуживать приезжающих в монастырь. О прибытии каждого гостя Гостиничная немедленно докладывает Настоятельнице, либо лицу, которое её заменяет. Таким лицом была Благочинная Луиза.       -Немой или не немой…но тот факт, что он мужчина, остается прежним! – Настоятельница вернулась на прежнее место, устроившись в величественном стуле с высокой спинкой.- Нет. Я не могу. Простите юноша,- обратилась она к молодому человеку.- Но вы не можете здесь работать. Вы меня понимаете?       Юноша расстроено кивнул, готовый покинуть монастырь сию минуту.       Посмотрев на его печальное лицо, Благочинной вдруг стало его жаль.       «Не от того ли это, что он нем?...»       -Настоятельница Джиневра,- начала Луиза,- прошу меня простить, но я вынуждена вам напомнить о приезде правящей Архиерей…       В ответ женщина метнула на Благочинную острый взгляд, и твердо пождала губы.       Действительно, скоро приедет, так сказать, проверка. И если она, Джиневра, не пройдет её, то может лишиться своего места, которого так долго ждала.       -Можешь не напоминать. Я и так засыпаю и просыпаюсь с мыслью о её приезде.       -Тогда нам просто необходим садовник!- проговорила Луиза, бросив на юношу участливый взгляд.- Он…Андриан нам поможет!       -Ты точно уверена в этом?- испытывающий взгляд Настоятельницы заставил пожалеть Благочинную о своем порыве помочь бедному молодому человеку, но было уже поздно…       -Я думаю, что можно взять его на неделю, и проверить его способности. А о сестёр можно не волноваться. Я, да и другие монахини удвоим…- заметив прищуренный взгляд Джиневры, Благочиннная воскликнула,- утроим! Да, именно так. Утроим надзор за девушками!       Молодой человек криво усмехнулся, но поспешил скрыть свою усмешку.       Настоятельница долго размышляла, то и дело бросая взгляд на Адриана.       Юноша, безусловно, привлекателен. Но сестёры, даже если и заметят это, то все равно ничего не смогут поделать. Они ведь так невинны, что безоговорочно верят в то, что детей приносит аист. И это, безусловно, хорошо. Никакого прелюбодеяния! К тому же острые глаза монахинь будут следить за ним непрестанно. Да и что может сделать немой? Они даже не поймут его.       -И так…       Присутствующие замерли в ожидании слов Настоятельницы.       -…пусть он остается. Мы проверим его знания о садоводстве,- и, обратившись к Адриану, добавила:       -У тебя всего неделя. И запомни все правила монастыря. Духовник тебя просветит, да и Благочинная Луиза поможет.       На лице юноши засияла улыбка, и он в благодарность начал кланяться. Так же он не забыл поклониться и Благочинной, которой был обязан своим местом здесь.       Глядя в след уходящему юноше, Настоятельница вдруг подумала, что, возможно, пожалеет о своем решении. Но на все воля божья!

***

      «-Ты пойдешь со мной!- кричал злодей, отрывая девочку от мертвой матери.       Она безумно кричала и плакала, так что ему пришлось хлестнуть её по щеке. Удар на время её отрезвил. И она, остекленевшими глазами смотрела на убийцу, который зло ей усмехнулся, и, дабы окончательно свести её с ума, принялся теперь хлестать мать по бледным щекам.       Всё, словно во сне…       Она, плачущая, бежит на него с кулаками… Убийца хватает её за руки и перекидывает через свое плечо… Он уносит её все дальше…       Дальше от матери…       -Неет!»       Бланка в ужасе проснулась от собственного крика. Все лицо её покрывала холодная испарина.       Оглядевшись, она убедилась, что находится в своей келии.       Слабый свет очага успокоил её, и она снова опустилась на свою подушку.       Сердце бешено колотилось, и она, как делала это довольно часто после подобных снов, стала глубоко дышать, успокаивая себя.       Тут она услышала скрип открывающейся двери, и в который раз обрадовалась, что петли до сих пор не смазали. Так она могла точно знать, что в её келия кто-то зашел.       Повернувшись в сторону двери, она обнаружила на пороге сестру Софи. Та держала в руках свечу, вглядываясь в комнату.       -Софи, я тебя вижу,- со вздохом проговорила Бланка.       -Так значит, это точно ты кричала,- заключила девушка, заходя в комнату.       Подойдя к невысокой полке у стены, она поставила на неё свою свечу.       -Да,- устало подтвердила Бланка.       Софи, словно проворная кошечка, мигом оказалась возле девушки, и уже восседала на её постели, скрестив ноги в позе лотоса, и подперев подбородок руками.       -Скажи…- начала она,- что тебе снилось? Ты никогда не рассказывала мне!       Она обиженно надула губки, опустив светло- голубые глаза.       -Просто мне не снилось ничего важного. За мной бежала злая собака. Вот и все!- с улыбкой сказала Бланка.       -Это она тебе каждый месяц снится?- с интересом спросила Софи.       -Нет, но довольно часто.       Бланка поспешила перевести тему:       -Ты уезжаешь на выходные домой?       Софи, казалось, и не заметила, как их разговор перешел в другое русло, и принялась радостно рассказывать о предстоящих выходных дома.       -Ты знаешь, дома все совершенно по-другому!- мечтательно воскликнула она.       «Дома…       Как сладко это слово на вкус, но уже так незнакомо…»       Заметив перемену в настроении подруги, Софи проговорила:       -Бланка, ты чего?       Но девушка лишь покачала головой, снова улыбаясь, и, таким образом, пряча затаенную грусть.       -Может, ты расстроена из-за того, что тебе некуда поехать на выходные?- темноволосая Софи посмотрела на подругу расстроенным взглядом.- Кстати, кто твоя семья? Какая она? Точнее, какой она была?       Смущенно потупив глаза, девушка добавила:       -Прости за такие вопросы. Я знаю, что ты сирота. Просто мне интересно из какой ты семьи.       -Мое прошлое совсем не интересно…- Бланка, закусив губу, попыталась улыбнуться.- Вот поэтому я никому и не рассказываю о нем.       Я простая дочь мельника и его жены. Они погибли, спасая пожитки, которые горели в нашей пламенной лачужке.       «Да… Совсем не интересно…       Забытая всеми принцесса покойного короля Филиппа V и его убитой жены королевы Жанны II Бургундской, графини Артуа.»       -А-а-а… Так вот как все было…- протянула Софи, но тут же её теплые руки легли на холодные ладони Бланки.- Сочувствую… Тебе нелегко пришлось.       Бланка, со слабо сдержанными слезами, пожала в ответ руку подруги, и снова попыталась улыбаться.       -Даже в такие моменты ты пытаешься улыбаться!- воскликнула Софи, поражаясь выдержке подруги.       «Я должна улыбаться, а если не буду…       А если не буду, то мое сердце умрет вместе с моей матерью…»

***

      За пол часа до начала утреннего Богослужения будильная обходила все келии с молитвой для возбуждения сестёр от сна.       Облачившись в хитон и платок, Бланка теперь направлялась на утреннее Богослужение. За ней следовали еще несколько девушек, в том числе и Софи, которая тут же нагнала подругу, и они вместе отправились на молитву.       По пути на Богослужение сестры не должны останавливаться и входить в праздные беседы друг с другом, поэтому девушки шли молча.       На месте их уже ожидал Духовник.       Обязанность Духовника состоит в совершении таинства Покаяния и в духовном руководстве сестёр по пути ко спасению.       Так же тут был и Регент, который управлял монастырским хором.       Вскоре, по окончании молитвы, сёстры идут в трапезную церковь.       Сидя за длинными деревянными столами и такими же деревянными скамьями, девушки сохраняли безмолвие.       Этим утром Бланке совсем не хотелось есть, и она пожалела, что нельзя брать пищу в келию.       С тихим вздохом она все же заставила себя съесть ложку овсяной каши.       Она с завистью наблюдала, как остальные сёстры, стуча ложками, уплетаю кашу за обе щеки.       Увидев, что Трапезная Элинор заострила на ней взгляд, Бланка поспешно схватила кружку с молоком и чуть пригубила его.       Трапезная неотступно следила за порядком во время трапезы, а так же и за порядком на кухне.       По окончании трапезы все девушки сидели и ждали, пока их всех разом не отпустят по своим повседневным делам.       Но сегодня их не спешили отпускать даже тогда, когда все сёстры уже поели.       Неожиданно вперед вышла Благочинная Луиза, и заговорила громким голосом:       -Сегодня я хочу сделать объявление!- проговорила она, созерцая всех присутствующих.- В нашем монастыре будет работать садовник Адриан. Он немой, так что прошу вас не досаждать нему с расспросами. Все ровно он не сможет ответить. Даже приближаться к нему нельзя, а иначе подобные выходки будут наказаны самым жестким образом!       По трапезной церкви прошел возбужденный шепот, и Трапезная Элинор поспешила всех угомонить:       -Сёстры! -её голос звучал властно, а худое лицо выражало саму строгость.- Прошу не забывать о правилах за столом!       Шепот тут же стих. Все боялись эту женщину со скрюченным носом, которая всегда могла найти для них в наказание какое-нибудь дело, а то и лишить трапезы.       -Надеюсь, вы поняли меня,- закончила Благочинная с серьезным видом.       Тут неожиданно в трапезную церковь вошел молодой человек, и Луиза тут же поспешила ему на встречу.       -Смотри, смотри! Это похоже тот самый садовник!- зашептала Софи Бланке, дергая её за рукав,- Какой он красавец!       Но Бланка и сама уже заметила прибывшего юношу, и мысленно согласилась с подругой.       «Да, действительно красив…»       Неожиданно их взгляды пересеклись, и Бланка поспешила в смущении опустить голову.       Сердце от чего-то бешено заколотилось, пальцы теребили темную ткань хитона.       Рискнув еще раз поднять голову, она снова наткнулась на его взгляд. Взгляд чистых зеленых глаз…