Posterite.

Алла всегда несла на себе тяжелую ношу своего собственного имени, что в принципе не позволяло ей быть собой перед большим количеством людей, ведь ежедневно она играла свою особую роль, пытаясь быть для всех всем, но только не собой. Киркоров всегда входил в то окружение железной леди, которые ели ее котлеты и даже видели слезы сильной женщины порой. Однако, за то время, когда Алла - Виктория была в утробе суррогатной матери, Пугачева уже утратила к Киркорову былые теплые чувства, теперь между ней и Филиппом Бедросовичем существовало раздражение, только пока известно об этом было лишь одному из них. Тонкой вуалью напряжение было покрыто настроение Пугачевой, когда та под треп своей лучшей подруги, следовала в загородный дом семейства Киркоровых, где под тысячами замками прятал он самую сокровенную тайну своей души. Алина всегда была довольно разговорчива, но здесь быстро прекратила свой монолог, чем заставила забеспокоиться подругу, коя уставилась на нее своими зелеными глазами. Редель сегодня была взволнована не меньше остальных, ведь эта девочка на свет появилась не без ее прямого участия, разумеется не в том ключе, но все же. Алина отчетливо понимала, что если Филипп позволит себе сказать лишнего, то ее многолетняя дружба с Пугачевой канет в лету и навсегда растворится в омуте лжи. Все это было подобно кошмару и на мгновение Редель даже задумалась о том, чтобы сейчас самой рассказать подруге о своей роли в этом балагане. Женщина уставилась на Пугачеву, которая через несколько мгновений развернулась, ощущая тяжелый взгляд темных глаз на себе. — Только не говори мне, что у тебя тоже будет ребенок от Киркорова, — с усмешкой произнесла Пугачева, недоуменно взглянув на подругу. — Прости Господи, — цокнула той в ответ женщина, — Алла, что ты такое говоришь? Ты мне еще двойню предложи. Боже - Боже. Произнеся последнюю фразу Редель услышала, как Примадонна засмеялась, это заставило и Алину немного расслабиться и поддаться улыбке, однако напряжение за этот вечер все еще парило в воздухе. — Алла, — слетело из уст женщины, коя на секунду замолчала, — Ты никогда не думала об имени? Киркорова мысли явно с твоими не совпадут, но может.. — Нет, — твердо произнесла Пугачева, после развернувшись к окну автомобиля, дав понять о своем нежелании продолжать этот разговор. Ложь. Абсолютная ложь. Об этом знали они обе, но Алина лишь с сожалением вздохнула. Это был груз вины или четкое осознавание всех душевных терзаний Аллы Борисовны? Невозможно было понять. Боль внутри была огромна, так как Пугачева отчетливо понимала и принимала факт того, что никогда не сможет воспитать девочку и ласково называть ее дочерью. Лишь эта мысль давно зародилась в сердце женщины черную дыру, которая поглощала все положительные мысли о Киркорове со скоростью света. Пейзажи за окном движущегося автомобиля сменялись, а волнение усиливалось. Пугачева контролировала себя, но гарантировать продолжение стойкости на мероприятии она никак не могла, особенно когда подъезжая к дому видела двухметровый силуэт новоиспеченного отца. Киркоров сегодня был, как никогда, счастлив. Можно было подумать, что вокруг него летали бабочки и пели весенние птицы. Мужчина был взволнован, но лишь от предвкушения этого вечера. Филипп уже даже подзабыл о том, что должен рассказать Алле правду и что эта женщина с легкостью может убить всех бабочек одним только взглядом. Киркорова мыслей пока на это не хватало, все они были заняты его доченькой и личным счастьем, кое он не позволял себе испытывать со времен свадьбы. Ко двору короля эстрады друг за другом приближались гости. Разумеется, они вместе со всей страной уже знали новость, но вот только имя пока не знал никто. Сегодня раскроется эта тайна, а пока, вручая подарки, ближний круг Филиппа проходил в аккуратный загородный дом. Чего греха таить, но среди машин он всегда искал только одну. Там, где будет она. Его любимая женщина, единственная и теперь уже мать его дочери. Киркоров даже думать себе не позволял о том, что она не придет, а показавшаяся на горизонте машина со знакомыми номерами заставила его расплыться в широкой улыбке, но тут же собраться с мыслями, так как женщина в сознании Киркорова еще не знала, что это их особенный день. Филипп Бедросович сам подбежал открывать дверь автомобиля и первой увидел недовольное лицо Алины, которое так и говорило абсолютно все, что та о нем думает. Сделав пару кивков головой, Киркоров попытался успокоить Редель, но у него это совсем не получилось. — Алина Ивановна, я рад тебя видеть, — произнес Филипп, отдавая подруге Пугачевой приветственный поцелуй в щеку, — Я все продумал, — попутно шепнул в ухо той мужчина, дабы немного успокоить женщину. Алла Борисовна вышла из машины со свойственным ей пренебрежительным взглядом, а когда Киркоров попытался приблизиться и к ее щеке, то женщина тут же сделала шаг назад, но Филипп Бедросович не упустил момента взять ее за руку, одарив фаланги пальчиков теплым поцелуем. — Филипп Бедросович, держите себя в руках, вы теперь отец, — усмехнувшись произнесла Алла, одергивая свою руку из уст Киркорова. — Она всегда была очень целомудренной, чего бы я не хотел, — саркастично выпалил Киркоров, поглядывая на Алину. — Я просто всегда знала, чего ты хотел, Филипп Бедросыч. И главное, что знаю до сих пор. После последней фразы Пугачева проследовала вместе с Киркоровым и Алиной в дом. Филипп уже встретил своего главного гостя, поэтому поручил это дело Мари. Алла не была удивлена обстановкой загородного имения Филиппа, она уже привыкла видеть алтарь фанатской любви к себе в любом из помещений, где проживал бывший муж. — Киркоров, не изменяешь себе. Сделал бы уже фотообои с моим изображением, чего мелочишься? Да и со своим не мешало бы, себе то вон сколько внимания. Все афиши, все награды, ой, — молвила Алла, попутно разглядывая антураж дома. — Я всегда не только любил, но и восхищался тобой, Аллочка, — с долей нежности ответил Филипп, — Здесь вся моя жизнь, а ты всегда была и есть особая ее часть. Киркоров умел хорошо говорить и слова эти всегда отзывались в сердце Аллы Пугачевой, накрывая ее сердце тонкой тканью песни любви, кою Филипп поет уже много лет лишь одной женщине. Любовь любовью, но произошедшие события не давали до сих пор покой в душе Пугачевой и терзали самого Киркорова. Они переглядывались друг с другом, будто бы хранят одну важную тайную, но между ними всего лишь находился маленький секрет большой любви, о котором вслух они рассуждать сегодня, увы, не были вольны. Киркоров не смог отойти от Пугачевой, коя полностью погрузилась в свои мысли до того момента, как на пороге появился Максим Галкин. — С дракона на бал, так сказать, — тут же отшутился юморист, пожимая руку Киркорову, а после целуя в щеку Аллу Борисовну, — Всем шалом, друзья. Появление Галкина немного разрядило обстановку, однако тут же напрягло Киркорова. Алла прекрасно знала насколько Филипп ревнив и как ему неприятно было видеть любимую женщину вместе с Максимом, однако кого это останавливало? Пугачева тут же взяла за руку своего спутника и мило посмотрела ему в глаза, боковым зрением наблюдая, как в глазах бывшего супруга начинает кипеть дюжина злости. Продолжительное время до начала основного торжества Пугачева метала молнии из взглядов в сторону Киркорова, будто бы гипнотизируя его на честный разговор. Алла Борисовна ожидала от Филиппа откровения в этот вечер, иначе стрела в его сердце будет незамедлительно запущена. Увы, ожидания не оправдались и собравшись за большим столом, Филипп начал произносить речь, а надежда Пугачевой на правду уносилась куда - то в небытие. — Кхм,кхм. Друзья мои, — начал громко говорить Киркоров, взяв в руку бокал шампанского, — Вы все уже знаете повод по которому я собрал всех вас. Я слишком долго был одинок и никогда не задумывался о будущем. Сцену считал своим всем, но ведь когда - то и этому придет конец? — продолжал Киркоров, пока его речь не прервал жест рукой Аллы Борисовны. — Прежде чем Филипп договорит, — Примадонна встала, смотря в карие очи бывшего супруга все еще с маленькой, но уже угасающей надеждой, — Сегодня здесь собрались самые близкие друзья не только Филины, поэтому, — с улыбкой на лице Пугачева сделала глубокий вдох, а гости затаились в ожидании, — Я буду кратка, лишь скажу, что дети — истинное счастье в нашей жизни. Я уже познала счастье материнства, но увы не смогла дать Кристиночке самого главного. Не смогла дать ей маму и ею же себя ощутить. Мы с Максимом приняли решение, очень сложное, но в это же время довольно легкое, — улыбнулась Алла, все еще сверля своими глазами взгляд Киркорова, — Через год мы будем ждать всех вас на ужине, который посвятим рождению нашим с Максом детям.