Petite fleur timide

Джерард торопливо поднимался по ступенькам, чтобы как можно скорее добраться до своего кабинета и приняться за работу. Нет, он не проспал сегодня утром. Напротив, страх наткнуться на сонного мужа, у которого, к тому же, будет болеть голова, был достаточно велик, чтобы завладеть чутким сном. Поэтому, опережая будильник на кофейном столике ровно на десять минут, мужчина первым делом отправился в душ, зная, что это просто нужно сделать, иначе он целый день будет выглядеть, как овощ. Но ничего не поменялось — Джерард вымотан, его глаза опасно приоткрыты, будто он может потерять сознание от изнурения, а дрожащие пальцы сжимают горячий стаканчик с ароматным и крепким кофе. Его форма также не приведена в порядок — вместо того, чтобы погладить её, сразу после душа мужчина принялся заботливо обыскивать аптечку в поисках чего-то обезболивающего, крадясь на носочках и оставляя пару таблеток на прикроватной тумбочке вместе с бутылкой газировки. Далее Уэй готовил завтрак, косясь на настенные часы и тихо ругаясь, когда всё буквально валилось из рук. А сейчас, когда время давно перевалило за полдень, мужчина позволил себе минутный перерыв, чтобы совсем не засохнуть от голода и усталости. Ему было неудобно просить кого-то о такой услуге, да и пройтись не мешало бы, поэтому сейчас он пытался бодро переставлять ноги, чтобы не споткнуться и не пролить горячую жидкость на себя. В конце концов, всё могло случиться, когда лифт временно не работал, а омега буквально не чувствовал своих ног. Джерард, надеясь, что начальник не вызывал его, пытается сконцентрироваться на открывании двери в кабинет, сонно осматриваясь по сторонам, ведь не может совладать со своими руками некоторое время, чтобы открыть долбаный замок — что уже говорить об остальной работе и куче бумаг, которые нужно внимательно перечитать? Мало того, ему нужно писать ежедневную статью, а в голове нет ничего, кроме ароматного кофе и большой папки, что вполне сошла бы за подушку. — Джерард! — Громкий голос раздаётся буквально над ухом омеги, заставляя того чуть ли не подскочить и расплескать пару капель кофе, что теперь так обжигали кожу на руке, но вида мужчина старался не подавать. — Как хорошо, что я нашёл тебя сегодня. Ты вообще знаешь, где твой мобильный телефон? Уэй усмехается, стоило ему заметить брата, который выглядел взволнованно и так серьёзно, но это больше шло ему в юном возрасте, когда он носил очки. А сейчас Майки предпочитает линзы, и Джерард до сих пор не может привыкнуть к этому, иногда путая братишку с кем-либо ещё. – Какими судьбами, Майк? – Мужчина отходит немного в сторону, пропуская в кабинет младшего, а позже заходит и сам, прикрывая за собой дверь. – Помнится мне, последний раз ты приезжал ко мне на работу месяц назад, а если ты делаешь это, значит, тебе что-то от меня нужно и как можно скорее. Майки лишь фыркает, но когда пронзительный взгляд старшего брата сверлит его уже с минуту, он сдаётся, закатывая глаза и поправляя выбившуюся прядь из идеально уложенной укладки. А вообще, младший Уэй всегда выглядел идеально. Красивые черты лица, почти схожие с чертами Джи, что делало мужчин хоть каплю ближе для понимания окружающих. Он всегда одевался шикарно, идеально подбирал духи, неповторимо улыбался и был просто образцом мужа – заботливым и ухоженным. Для омеги прилежно выглядеть именно так, уметь показать себя с лучшей стороны и будто олицетворять роскошь, пусть семья Майки не отличалась особым имуществом, тем более, когда у них появился маленький Роби. Но, окружённый заботой альфы, младший брат позволял себе сиять каждый день, начиная это с прекрасного утра, проведённого в объятиях супруга. Джерард каждый раз радовался действительно искренне, изредка держа малыша Роби на руках и представляя себя папочкой, но стоило ему возобновить в памяти то, как сильно разозлился Райли, когда речь зашла об этом, так сразу же пропадало всё желание. Другими словами, у старшего омеги не было ничего, в то время, как его брат купался в заботе и любви, прижимая к себе сына и даря поцелуи, наполненные счастьем и радостью. Джерард понимал, что не имеет права завидовать Майки, но иногда это просто нельзя было контролировать. – Ладно-ладно, зануда. – Майк закинул ногу на ногу, держа спину ровно и осматривая комнату, пока его взгляд не натыкается на старшего омегу, – но ты же знаешь, я люблю тебя и рад навестить не только по делу. Не согласишься ли ты посидеть с Робом один день, пока мы с Марком выполним некоторые дела вне города? Это дела по работе, а маленького не будет с кем оставить всё это время, поэтому я полагаюсь на нашу братскую любовь и выручку сейчас. Джерард прокручивает эти слова в своей голове, думая, что он точно будет не против. Но вместе с этим чёткое «никаких детей в этом доме» мешает ответить быстро. Омега растерянно смотрит на брата, пытаясь только взглядом показать, как сильно ему хочется этого, но вместе с таким желанием Райли просто выставит за порог, наградив парочкой пощёчин. И младший Уэй не может не понять этого. Он не может не заметить ссадин на шее и запястьях брата, которые он так старательно пытается прикрыть, пряча руки и постоянно опуская голову, будто стесняется чего-то. Его волосы были спутанными, вид помятым, а глаза казались потускневшими то ли от задёрнутых жалюзи, то ли от того, что мужчина не может спокойно выспаться уже на протяжении недели, слушая скандалы и выдерживая побои. Майки становится по-настоящему страшно, но что бы он не говорил, Джерард не прекращал твердить о метке и о том, что Райли — его истинная пара. – Когда ты перестанешь терпеть это? – Младший говорит тише, почти шёпотом, касаясь своими пальцами ладони брата, но тот спешит убрать ее под предлогом собрать бумаги на столе в одну кучу. – Может, бросишь его хотя бы на день? Ты мог бы побыть это время у меня дома, нормально выспаться и… – Нет, у нас всё хорошо, спасибо. Майки встаёт с места, чтобы уйти из офиса. Он явно никогда не сможет настроить брата, втолковать в его голову, что над ним просто издеваются. Вместо этого он продолжает слышать, как у них всё хорошо, пока Джи умирает буквально на глазах. Но проблемы его, и как бы не болело братское сердце, омега всё-таки оставляет эту тему на время, молча закрывая за собой дверь и спускаясь по лестнице, набирая номер знакомой няни. Джерард просто не может понять, что их ничего не связывает. У них нет образцового брака, любимого ребёнка и элементарного счастья, которые заставляли хотеть возвращаться домой каждый раз, будто в самое укромное место на планете. Мужчина делал всё так, как захочет Райли, не смея идти против его воли. Когда Джерард остаётся один, он устало кладёт голову на сложенные на столе руки. Тот горячий кофе уже давно остывший, непривлекательный, поэтому омега не прикасается к стаканчику. Возможно, единственное, что ему нужно – это капелька заботы, чтобы он мог понять, как значим для кого-то. И это самое страшное – чувствовать себя принадлежащим и ненужным, боясь сдвинуться с места только потому, что дальше нет пути. *** Толчки в плечо становятся всё ощутимей, когда Джерард еле открывает глаза и приподнимает голову, сонно осматриваясь по сторонам в поисках уже раздражающего источника. Щуплый паренёк, что одной рукой неуклюже сжимал папки, тормошил сонного омегу, за что тот хотел уже было послать его куда подальше, пока до него самого не дошло, что именно происходит. Точнее, Боже, он позволил себе уснуть на рабочем месте, и вероятность того, что начальник уволит его, слишком велика. А те догадки, что мистер Брук ничего не знает, отпали сами собой, когда его секретарь, бросив те самые папки на стол омеге, злым, но сдержанным тоном произнёс: – Шеф не может связаться с вами уже как десять минут, поэтому если вы сейчас не посетите его кабинет, он вынужден будет подойти сюда лично. С такой работой не следует спать, мистер Уэй. Джерард даже не успевает опомниться и привести свои волосы и одежду в порядок, как подрывается с места и вылетает с кабинета. От такой резкости у него начинает временно темнеть в глазах, а мгновенный упадок сил заставляет ноги подкашиваться, но сейчас это отходит на второй план. Омега первый раз в жизни уснул на рабочем месте, но совесть и предвкушение чего-то плохого вмиг отгоняла сонливость и смятение. Мужчина робко постучался в дверь, прежде чем открыть её и проскользнуть внутрь кабинета, сразу же оценивая настроение начальника. И на удивление он был не зол, а лишь сдержанно улыбался и указывал подчинённому на стул, будто предвкушая рассказ какой-то важной новости. – Простите, мистер Брук, я ненадолго покинул рабочее место. – Джерард краснел, и шеф не мог не разоблачить ложь, смотря на сонные глаза, что омега так старательно прятал за густой чёлкой. Но опять же, он не обратил внимание на это, жестом призывая подчинённого к тишине. Только сейчас Уэй заметил книгу в руках Брука. Книга небольшая, но привлекательная. Наверное, чуть больше, чем на сто пятьдесят страниц, а её оформление в тёмных тонах с какими-то непонятными иллюстрациями приковывало любопытный взгляд. – Наверное, ты слышал о «Petite fleur timide»? – Начальник наклоняется над столом, чтобы отдать её Джерарду в руки и наблюдать за восхищенными вздохами с его стороны. – Этот любовно-фантастический роман сейчас переводится многими, так как он стал популярным в некоторых странах. – И к чему вы клоните? – Уэй недоверчиво посмотрел на мистера Брука, не желая выпускать новенькую книгу с рук. Уж очень он любил читать в свободное время, но сейчас весь его график состоит из работы и маленькой части для сна. – Ты должен будешь написать статью по сюжету, но для начала нужно взять интервью у автора. Мистер Айеро сейчас в Окленде, и он вежливо согласился на встречу с нашим корреспондентом. Джерард слушал каждое слово, хмурясь и думая о чём-то своём. Он не мог покинуть родной город, а тем более штат, ведь супругу это не очень нравилось. Каждый раз, когда он сообщал о неожиданных командировках, Райли не на шутку злился, а затем много пил и устраивал сцены ревности. Омеге, конечно, не нравилось это недоверие, но что он должен делать? – Я понимаю, добираться тебе придётся долго, но сделай всё, чтобы у меня была эта чертова статья. Можешь считать это небольшим отпуском, так как я даю тебе на это две недели. – Брук выжидающе смотрел на подчинённого, который мог бы отказаться в любое время, судя по ноткам переживания в его взгляде. Мог бы, но утвердительно кивает спустя минуту, вставая со своего места и спеша удалиться с кабинета начальника, напоследок, будто точно подтверждая свои действия, бросив тихое «хорошо». – И прочитаешь хоть пару страниц в пути! «В пути? А как же». Джерард, не обращая внимания на коллег, уже во всю разглядывал книгу, натыкаясь иногда на кого-то и автоматически извиняясь. Пальцы аккуратно листают новенькие, нетронутые страницы, а свежий запах заставляет омегу прижать чтиво к груди и на секунду мечтательно прикрыть глаза. Работы было много, а спать так же хотелось, но мужчина не мог отказаться от того, чтобы закрыться в кабинете и просмотреть хотя бы пару строчек. На обложке изображён маленький мальчик со спины, сидевший на какой-то полянке и перебирающей пальцами цветы. Уже сплетённый венок лежал на траве, около его ног, и, может быть, этот рисунок был пропитан чем-то таким загадочным, будто присмотревшись, можно дотронуться до сказочного паренька. Не медля, Уэй прикрыл за собой дверь, прежде чем мельком взглянуть на эту маленькую загадку в руках. Омега забыл о статье и некоторых документах. Мечтательно вздохнув, он последний раз бросил взгляд на витринное окно, ведущее в коридор, чтобы убедиться, что несколько минут его никто не потревожит. *** Райли на секунду отвёл взгляд от плоского экрана телевизора, чтобы одарить мужа рассерженным взглядом. Впрочем, как обычно. Когда Джерард вернулся домой, альфа вёл себя немного лучше, награждая супруга приветственным поцелуем, от чего омега действительно не знал, чего следует ожидать дальше. И, думая, что это будет идеальный момент для того, чтобы рассказать о командировке, Джерард оплошал. Дружелюбное и извиняющееся поведение Райли сменилось недовольством и обидой. – Езжай, куда хочешь. Меня не заботит. Омега устало вздохнул, аккуратно присаживаясь рядом с мужем на диван. Напряжение, что волнами исходило от альфы, заставляло неуютно ёжиться на месте, и Джерард мельком поймал себе на мысли, что в родном доме, спустя несколько лет он начал чувствовать себя так очень часто. – Это работа, Рай. – Мужчина робко дотрагивается кончиками пальцев до плеча супруга, и тот резко перехватывает руку, грубо убирая, чем заставляя Джерарда обижено прикрыть глаза на несколько секунд. Райли всё также продолжал сверлить холодным взглядом телевизор, а Джерард всё также продолжал думать, что ему тут и сейчас не место. Омега уходит в свою комнату через некоторое время. Он достаёт свой рюкзак, прежде чем открыть шкаф и взять кое-что необходимое. Ему тут не место. Так что более уютно он будет чувствовать себя где угодно, но не рядом с мужем в собственной квартире. И это крайняя степень, свидетельствующая, что у Джерарда в жизни ничего нет: мужчина собирает вещи, чтобы провести ночь, а возможно и последующий день в отеле. Взяв деньги и одевшись по погоде, омега не пытается идти мимо супруга тихо, а Райли, в свою очередь, не пытается остановить его, идущего ночью из дома. Вместо этого он продолжает сидеть на диване, пока не вспомнит о бутылке вина, что стоит на полочке исключительно для приготовления чего-то новенького. Джерард любил готовить по рецептам, мужчина вообще много чего любил, но это совершенно не ценилось. И вот так альфа просто сумел отпустить супруга, не заботясь о том, что на улице сейчас небезопасно. Разве будет место этой мысли, если сейчас голова Райли забита тем, какая шлюха его омега?