Детективное (Вампирское) Агенство Джерарда Уэя / Gerard Way's (Vampire) Detective Agency

— Доброе утро, мистер Уэй. Вот ваш кофе, — Фрэнк запнулся на приветствии, потому что его дни обычно начинались с «Добрый вечер, мистер Уэй, вот ваш кофе». — Уже поздно, Фрэнк, тебе не нужно быть в своём гробу? — сказал Джерард, скосив глаза в сторону Фрэнка, в его взгляде была смесь сосредоточенности и попытки казаться несколько властным. Джерард провёл всю ночь, делая записи о нанесённом ущербе и виновности напольных часов у Солпетира, настойчиво записывая все детали, прежде чем он ушел на утренний пост, Фрэнк остался, чтобы помочь, даже если это было смешно — думать, что Фрэнк упомнит те детали, что забыл острый ум Джерарда. — Я буду абсолютно в порядке еще несколько часов, сэр, — сказал Фрэнк и затем попытался спрятать зевок за рукавом. — У вас есть дело этим утром. Я подумал, что вам не помешает кофе, — Фрэнк смотрел на отражение Джерарда в кофейном столике, в котором Джерард несколько раз смахнул рукой волосы со лба. У него ушло некоторое время на то, чтобы привыкнуть к тому, что он не видит своего собственного отражения, хоть и стоит прямо за Джерардом. Из-за этого первые пару недель было чертовски трудно завязывать галстук. — И действительно, ты оказался прав, — благодарно сказал Джерард. — Так легко забыть о том, что люди, которые предпочитают вести дела в солнечные часы, ожидают того же и от меня, с камердинером или без. — Мистер фон Стамп сказал, что он требует приватности, так что, возможно, он настаивает на дневной встрече не без причины? — О, я в этом уверен, — сказал Джерард. — Кофе превосходен, — добавил он, делая глубокий глоток. — Благодарю, сэр, — сказал Фрэнк, даже не пытаясь спрятать свою улыбку, пусть он и знал, что камердинеру не стоит гордиться тем, что он сделал своему хозяину прекрасный кофе. Фрэнку трудно давался выбор между смирением и гордыней. — Если я везу вас, то стоит выдвигаться, — оповестил бестелесный голос. — Я не хочу попасть в час пик. — Мне бы очень хотелось, чтобы вместо магических криков он зашел сюда, — сказал Джерард, на что Фрэнк кивнул. — Говорить без присутствия тела грубо, Брайан, — в ответ крикнул он. — Быстрее, — всё, что сказал голос. Когда Фрэнк встретил Брайана на собеседовании, всё, что знал тогда о нём Фрэнк, было то, что по слухам он ужасно могущественный колдун, и то, что он работал на семью Уэев столько, сколько кому-либо известен. — Мне необходимо задать тебе пару вопросов, прежде чем официально нанять тебя, — сказал тогда Брайан вежливо, но твёрдо. — Но давай будем откровенны, я могу быть только формальностью, пока Джерард заинтересован, но я здесь для того, чтобы убедиться в том, что с ним ничего не случится. Так что заполни эти бумаги и дай мне знать, когда закончишь. Фрэнк видел перед собой невысокого мускулистого парня со множеством татуировок и впечатляющими суженными глазами. Если Шехтер и вправду такой могущественный колдун, каким его описывают люди, то он хорошо это скрывал. Обычно другие волшебники находятся за несколько миль, по крайней мере, от других полуночников. Если хорошо подумать, Шехтер изучал Фрэнка так, будто боялся подпустить парня к своему кошельку, а не так, будто он готов обрушить на него дом. Фрэнку было интересно: а было ли что-то еще или Шехтер просто такой превосходный лжец. Хотя татуировки точно были волшебными. — Ты из первого класса, второго класса, третьего класса, неизвестного класса или чего-то, чего в Кодексе еще нет, — зачитал Шехтер со стопки бумаг ровным голосом. Он поднял глаза на Фрэнка, который понял, что смотрел на него с открытым ртом, и добавил. — Если в любой момент ты почувствуешь, что вопросы задевают тебя, как полуночника… — Нет, нет, всё в порядке, — сказал Фрэнк. — Просто мне никто никогда не зачитывал Кодекс Найма. Обычно они просто принимают, либо это не имеет значения. Pencey всё равно, добровольно я был обращен или нет, имел значение только мой Тайный сертификат. Шехтер нахмурился, и Фрэнк быстро добавил: — Я из второго класса. Уровень Б. — Обращен перед смертью из-за болезни. Теперь понятно, почему ты такой тощий, — сказал Шехтер и Фрэнк криво улыбнулся. — Не совсем добровольно, но твой переход прошел хорошо? — Без кризиса личности, — сказал Фрэнк. — Являешься ли ты хозяином для ночных существ первого или второго класса, включая обладание зомби? — спросил Шехтер. — Нет, — сказал Фрэнк и затем, решив, что лучше что-то добавить, сказал: — У меня есть друг зомби, но у него собственный хозяин. Хотя иногда он вламывается в мою квартиру. Шехтер кивнул безо всяких комментариев. — Ты был обращен до, во время или после полного принятия Тайного Закона о Добровольной Потере Крови? Я знаю, ты сказал, что ты из класса Б, но бывали удивительно жестокие случаи прежде, чем Закон вступил в силу. Фрэнк мог только представить. Когда он был обращен, ему предстояла куча бумажной работы, и он понимал, почему некоторые люди предпочли бы пропустить этот шаг. — Я был обращен после. У меня есть все бумаги, и я никогда не питался ни от кого дневного за пределами клиники, это было только тогда, когда я был новообращенным, и я всё еще пытаюсь заставить свои зубы работать. Шехтер поднял руки вверх. — Официально я не могу спрашивать у тебя эту информацию, — сказал он, но Фрэнк потряс головой. — Да не, всё в порядке, я не стыжусь этого. Я не становился вампиром для того, чтобы устраивать себе банкет из человечества. Я просто не хотел умирать из-за инфекции в лёгких прежде, чем мне исполнится двадцать пять. Шехтер кивнул и сделал несколько пометок вверху листа бумаги. Когда он дошел примерно до середины страницы, он спросил: — У тебя есть опыт в расследованиях или человеческо-ночных законах? — Я пару месяцев работал помощником юриста, — сказал Фрэнк после небольшой паузы. — У них в офисе был полтергейст, но только днём. Так что они пошли в ночное временное агентство, чтобы оформить документы. — Какого рода полтергейст появлялся днём? — Я думаю, у него были претензии к одному из адвокатов. Никто не хотел об этом говорить. Что ж, я знаю язык закона и как работают некоторые возбуждения дел, но я никогда не работал с делами и ничего такого. Шехтер сказал: — Это не обязательно, но так тебе было бы проще понять, о чем говорит Джерард. То, какое участие ты будешь принимать в настоящем детективном агентстве, зависит только от тебя, но бывает довольно трудно отделять домашнюю жизнь Джерарда от его работы, так что мне стоит показать тебе библиотеку законов, в случае, если ты вдруг захочешь что-нибудь об этом почитать. Могу я взглянуть на твои бумаги? Фрэнк вытащил их из сумки. — Я ищу действительный Тайный номер, настоящий адрес, последнее место работы, — сказал Шехтер, внимательно просматривая бумаги. — И под настоящим адресом я имею виду действительный, в доказательство того, что ты не нелегал. У меня нет никаких предрассудков по поводу любого вида жилья. — Всё хорошо, — сказал Фрэнк. — Я получил квартиру по Программе Полуночного Содействия в Получении Жилья. Моя старая квартира не была защищена от солнца. Шехтер порылся среди бумаг, которые передал ему Фрэнк, а затем занёс ладонь над ними, будто читал сквозь руку, что было первым проявлением магии Шехтера, о которой ходили слухи. — Я хочу проверить твои рекомендации, прежде чем официально тебя нанять, но ты мне нравишься. У нас были проблемы с сохранением камердинеров, у нас странная работа, не такая как в других сферах обслуживания, тебе стоит это знать. У тебя не может быть точного описания работы, когда ты работаешь на Джерарда, — сказал Шехтер. — Так или иначе, вот особенности дома, полуночное согласие, согласие Тайного Кодекса. Ты в ответе за собственную безопасность и осознание границ собственных потребностей, как говорит Тайный Кодекс, но если есть что-то, что тебе нужно или ты видишь, что что-то не работает, поговори с Джерардом или со мной. Несмотря на наши записи, мы действительно заинтересованы в сохранении камердинера больше, чем на пару недель, — волшебник или нет, Фрэнк мог сказать, что он не врёт и весьма серьёзен на его счет. — Это относится к каждой комнате в доме, кроме оранжереи, которая находится слева прямо по коридору, с задней части дома. В ней полно стеклянных окон, никакой защиты от солнца, это не пошло бы на пользу растениям. И она закрыта снаружи, потому что Джерард не хочет, чтобы ты туда заходил, даже ночью, слишком велик риск того, что ты случайно окажешься в ловушке. Фрэнк не стал отрицать этого. Стеклянные окна в закрытой комнате с замком вызывали у него все виды тревоги, даже если бы он пошел туда ночью. Это похоже на то место, в котором кто-то дневной мог бы закрыть полуночника до принятия Тайного Кодекса, когда происходило гораздо больше нападений. - Джерарду нравятся растения, — сказал Шехтер, пожав плечами. - Это что-то вроде странного хобби для кого-то с его образом жизни, но он сам по себе странный парень. Ты можешь ходить куда хочешь, и если попадёшь в секретные комнаты, которые я еще не изучил, эта карта поможет тебе выйти. Добро пожаловать в Поместье Уэя, — с усмешкой сказал Шехтер. — Ты можешь найти Джерарда в его кабинете. Большую часть времени. Если у Фрэнка и были какие-то сомнения, что Джерард жил в том же здании, в котором находится офис детективного агентства, то они были стёрты в первую же ночь, когда он был вызван в кабинет Джерарда и нашел его там в пижаме. — Я размышлял над делом Солпетира, — начал Джерард, не потрудившись объяснить, в чем было дело Солпетира или как Фрэнк может помочь ему. — Что, если рояль с призраками без призраков, тогда всё расследование обращается к часам. Как твоя комната? — Ох, она огромная, — сказал Фрэнк. — Ну, то есть, она хорошая. Но огромная, — спустя мгновение Фрэнк добавил: — Как вы докажете, что в рояль не вселился призрак? — Именно! — сказал Джерард. Это был первый раз, когда Фрэнк услышал о деле Солпетира и убийственных предметах с призраками. Он понял, что под его ногтями остались щепки от обломков часов, когда помогал Джерарду с его дорожной мантией. Джерард обратил внимание на то, что Фрэнк изучает свою руку, и стал очень обеспокоенным. — Вот что, я не уйду, — резко сказал Джерард. — Это просто заноза, сэр, я в порядке. — Что если ты пропустил несколько? Что если ты отравишься древесиной, пока меня нет?! — Он не отравится из-за занозы, — раздался бестелесный голос Шехтера. — Забирайтесь в карету. — Обещаешь, что не будешь ждать меня и вернёшься в свой гроб? — Да, сэр, — автоматически сказал Фрэнк, хотя он рассчитывал подождать. Мистер Вон Стамп отправил Джерарду письмо с назначением встречи, под солнечным светом, в девять утра, не задолго после рассвета. Было очевидно, что Мистер Вон Стамп желал встречи в одиночестве. Что не так уж и странно, учитывая то, кем Мистер Вон Стамп является и кого он представляет. Подобно Джерарду, он относится к дневным, которые колеблются между двумя отдельными мирами, помогая полуночникам тем, что он имеет доступ к другим дневным и вещам, которые у них есть. Мистер Вон Стамп — правая рука Питера Вентца, тот, кто держится всегда рядом. И когда он отправил письмо, прося о тайной встрече с Джерардом, Фрэнк догадался, что это было частью дел самого Пита и, очевидно, из этого следовала его скрытность, потому что Пит работает над теми вещами, которые требуют секретности. Фрэнк не был обижен, но Джерард был оскорблён таким поведением. — Это сумасшествие, — сказал Джерард. — Грубо тебя не пригласить, я думаю. Он знает, что я беру тебя повсюду. Фрэнк не считал, что это необычно для камердинера — быть исключенным из плановых встреч, даже если Фрэнк отправляется с Джерардом к месту преступления, на беседу с клиентом, допрос подозреваемого, общественную вечеринку и в гости к Миссис «зови меня Донна» Уэй. Джерард делает всё возможное, чтобы его клиенты знали о том, что Фрэнк следует за ним во время дел, и Фрэнк видел бесконечное количество зевающих дневных во время встреч Джерарда, выпившего целый кофейник, в 2 часа утра. Хотя иногда бывают случаи вроде этого, когда кто-то не может встретиться ночью, или настаивает на дневном времени. У Джерарда есть право отказаться, как и в любом бизнесе с определёнными часами работы. Джерард не отказал Мистеру Вон Стампу, и Фрэнк его понимает. Просто есть вещи, в которых нет смысла и которые не зависят от поведения вашего камердинера. — Я не собираюсь задерживаться надолго, — сказал Джерард, и Фрэнк уже был готов прервать его, сказать, что Мистер Вон Стамп планировал встречу на несколько часов за завтраком. — Зависит от того, что скажет Патрик, — сказал Джерард, замечая выражение его лица. — Он упоминал порцию французских тостов, — сказал Фрэнк. — Ооо, французские тосты! — сказал Джерард и тут же нахмурился. — Меня не подкупить едой. Неважно, насколько вкусной. Мне не нравится ходить без тебя. Фрэнк помог Джерарду надеть мантию, чувствуя тепло от возмущений Джерарда на такое поведение и тем фактом, что он не сказал, что ему не нравится ходить без своего камердинера, а уточнил — без Фрэнка. Это, конечно же, одно и то же, но Фрэнк всё равно почувствовал себя ценным. Фрэнк услышал, как открылась главная дверь и решил, что нетерпение Шехтера наконец убедило его использовать не только голос, когда сильно закутанная фигура спешно начала подниматься по ступеням. — Майки! — крикнул Джерард. Облаченная фигура остановилась и неохотно обернулась. Фрэнк едва мог видеть лицо Майки под всем этим прикрытием. — Сними эту нелепую вещь, где ты вообще достал такую мантию? Майки не ответил, но откинул мантию. На нём всё еще были солнцезащитные очки и огромная шляпа, а ворот его рубашки был поднят и застёгнут на все пуговицы. — Где ты был? — спросил Джерард. Майки снял шляпу, прежде чем ответить: — Гулял. — С Питом? — спросил Джерард. Майки бросил взгляд на своего брата поверх очков, победно улыбнулся Фрэнку и затем побежал вверх по лестнице, останавливаясь на пролёте и расстёгивая ворот рубашки. — Майки, раз уж ты там, не мог бы ты принести мне городской гид по садоводству? Хочу что-нибудь почитать в пути. Майки молча уставился на Джерарда. — Я принесу, сэр, — сказал Фрэнк и скакнул к мезонину, в библиотеку, достал книгу, и вернулся назад за считанные секунды. — Ты видел, как он только что это сделал? — сказал Майки, облокачиваясь на перила и указывая куда-то между Фрэнком и Джерардом. — Извините, мне не стоило… — начал говорить Фрэнк в то же время, как Джерард сказал: — Я говорю нет, Майки! Майки решил попробовать привести в аргумент Фрэнка: — Быть вампиром — круто! Фрэнк кивнул, хоть и осторожно. — Как и быть не мёртвым, — сказал он, изо всех сил стараясь избегать спора между Джерардом и Майки. Лучше держаться подальше от любых споров между ними, но именно этот уже старый, но всё еще серьёзный. Джерард выразительно указал рукой на Фрэнка. — Майки, — раздраженно сказал он, — нет необходимости становиться вампиром только из-за того, с кем ты зависаешь. Вдруг весь солнцезащитный вид Майки показался Фрэнку довольно подозрительным. Майки лишь закатил глаза в их сторону. — Я просто не думаю, что это такое невероятное желание, уже нет. Не с новыми законами, — сказал Майки, и затем, когда Джерард пристально уставился на него, фыркнул и ушел. Фрэнк подумал, что Джерард был каким-то необычно тихим, когда обычно он взрывается в серии ругательств по поводу его младшего брата и Пита Вентца. — Я хотел сказать, без обид, — произнёс Джерард, внезапно выглядя жутко обеспокоенным тем, что он мог задеть Фрэнка. — Мне очень нравятся вампиры, честно, но я думаю, что это слишком печальный жизненный выбор для моего брата в его-то возрасте, несмотря на то, что Вентц ему говорит. Фрэнк только согласился. Джерард Уэй печально известен по нескольким причинам: первой и наиболее значительной является то, что он был одним из немногих не-сверхъестественных личностей, которые стремились дать полуночному сообществу постоянное место жительства. Джерард человек. В этом всё дело. Так же, никаких магических способностей, если не называть его навыки частного детектива новым сортом магии, что наверняка так и есть. Джерард однозначно одарён передвижением между дневным и ночным сообществом, решая таким образом дела, за которые никто другой не возьмется. Живя в ночном сообществе и работая в их часы, он делает очевидным своё предпочтение к полуночным клиентам, Джерард заработал их доверие. Его способность удержать человеческие привилегии и права без дополнительных приспособлений (за исключением кофе) значило, что Джерарда редко хватает на бизнес. Вампирское Детективное Агентство открылось (и получило имя), когда вампиры были его основными клиентами, однако позже он начал решать дела для оборотней, зомби и бесчисленного количества других сверхъестественных созданий, которые не могли получить внимания в делах, касающихся полуденных. Дела полуночников зачастую имели исключительные вопросы, под которые человеческая правовая система не была предусмотрена, например отравление солнечным светом, обладание склепом, сложные, но негласные правила обращения. Джерард никогда не рассказывал Фрэнку, каким было его первое (или первое оплаченное) дело, ночные клиенты не всегда способны платить, или, по крайней мере, не традиционным способом. Однако все знают дело, которое сделало его знаменитым: покушение на Пита Вентца в тот день, когда Тайный Кодекс Прав Полуночников был узаконен. Созданный Питом Вентцем, известным вампирским активистом, Тайный Кодекс Прав Полуночников заключает в себе все виды ночного-дневного взаимодействия, свыше традиционного обслуживающих ролей, которые так часто отводились полуночникам. Тайный Кодекс сделал легальным и согласованным предоставление вампирам питания, выходной для оборотней, права на вселение для призраков и особые руководства сотням других сверхъестественных созданий, которые дневная система занятости не брала в расчет. Дневные магазины, которые так же обслуживали и полуночников, отныне должны были работать и в ночные часы, здания должны быть солнцезащитными, должен быть установлен и согласован общий язык команд для хозяев зомби и экзорцизма, кроме случаев крайней опасности. Тайный Кодекс также принял серию законов для ночного сообщества, которые установили сеть рабочей занятости, жилья, еды, регулирования социальной поддержки, наладили безопасные принципы трансформации в полуночника, наказания за несогласованные сверхъестественные действия и права в пределах ночного сообщества для ночных созданий, которые были дневными и придерживаются дневных часов. Трансформация стала практически мгновенной, и успех стал гарантирован. Дневным работодателям нужны были стандартные методы найма не человеческого персонала, и широко распространённые памфлеты проинформировали и ночное, и дневное сообщества о том, что изменения на практике свели слухи и недопонимания к минимуму. Но затем, всего через месяц после принятия реформ Тайного Кодекса, Пита Вентца нашли в парке без сознания, избитого и связанного, пока утреннее солнце только-только начинало всходить. Его нашли до того, как солнце полностью взошло, но оно успело оставить ему сильные травмы и едва не привело к смерти. Когда он едва оправился, он направился с этим делом к Джерарду, чтобы нападавшие получили по заслугам. Джерард решил дело Вентца за неделю, выдвинув и ночные, и дневные обвинения против группы фей, которые возражали против готовности Пита сотрудничать с людьми. Он стал клеем, который удерживал два сообщества вместе во время кризиса.