Детективное (Вампирское) Агенство Джерарда Уэя / Gerard Way's (Vampire) Detective Agency

Дополнение к Тайному Кодексу Прав Полуночников, Четвертое Издание. Обмен не был удалён ни из одного из следующих Тайных Категорий Кодекса: Нелегальная практика, Зловещие ритуалы, Халатное Медицинское Обращение, Губительные действия, Вредные привычки, Зловещий Обряд. Его лишь не учитывают в большинстве последних переизданиях основываясь на предположениях, что все уже и так знают о том, что это отвратительная практика и она не должна быть испытана.

На следующий вечер Фрэнк открыл дверь и был шокирован, увидев мистера Росса. Он ожидал курьера, но там стоял костлявый, властный мужчина собственной персоной, в нетронутом костюме и в шляпе, которую он снял и вместе с плащом передал Фрэнку. За Мистером Россом зашел бородатый мужчина в тоге и сандалиях. Мистер Росс не потрудился представить его, и мужчина не попытался сделать этого самостоятельно, лишь следовал за мистером Россом, уверенно оглядываясь по сторонам. — Фрэнк, верно? — спросил Мистер Росс. — Ты камердинер мистера Уэя? Фрэнк кивнул. — Да, сэр. — Как давно ты ему прислуживаешь? — спрашивал мистер Росс, идя за Фрэнком в гостиную. Этот вопрос был весьма пристойным, но, возможно, чересчур дружеским, учитывая их разницу в статусе. — Два года, сэр, — ответил Фрэнк. — И ты так же прислуживаешь младшему Уэю? Фрэнк помедлил. Вопрос был настолько личным, что граничил с бестактностью, но было еще более бестактно для Фрэнка отказаться отвечать на прямо поставленный вопрос, кроме того, ему было очень неудобно от того, что Райан спрашивал о Майки. — Нет, сэр, младший Уэй не входит в мои обязанности, — честно ответил Фрэнк, и так было всё равно проще, чем объяснять, чем именно он занимается, несмотря на возражения Майки. — И как ты относишься к влиянию дневных на наше сообщество? — спросил мистер Росс, и Фрэнк прикусил язык. Мистер Росс, кажется, почувствовал неуверенность Фрэнка. — О, да ладно тебе, у тебя должна быть собственная точка зрения, раз ты работаешь на мистера Уэя. — Фрэнк! — позвал Джерард из коридора. — Прошу прощения, сэр, — сказал Фрэнк, практически сбегая навстречу желанному прерыванию. — Он не… — хотел было спросить Джерард, но остановился. — Всё хорошо, Фрэнк? Фрэнк выпрямился и разжал кулаки. — Я в порядке, сэр, — сказал он. — Мистер Росс здесь, — оповестил Фрэнк и добавил: — с гостем. Он не представился, — в оправдание сказал Фрэнк. Джерард кивнул, будто он заранее знал, что всё из этого должно было произойти. — Проведи их внутрь, — сказал Джерард. — А затем, почему бы тебе не разобраться с полкой в шкафу, я знаю, что у Брайана были с ней какие-то проблемы и он упоминал, что хочет её починить. Почему бы тебе этим не заняться? Фрэнк понял, что Джерард даёт ему оправдание, чтобы не быть поблизости, пока он говорит с мистером Россом, и Фрэнк не принял бы его, если бы вопросы Мистера Росса о политической позиции Фрэнка не казались бы до странного навязчивыми и он хотел бы продолжить разговор. — Всё будет хорошо, сэр? — спросил Фрэнк. — Я пережил множество встреч с мистером Россом и его программой, — сказал Джерард и встретился глазами с Фрэнком, задерживая взгляд, тогда Фрэнк и поверил ему. Когда Фрэнк проводил мистера Росса и странного бородатого мужчину до кабинета Джерарда, тот повернулся и улыбнулся Фрэнку, будто бы выставляя напоказ свои зубы, и сказал: — Было очень приятно увидеть тебя снова, Фрэнк, — каждый слог был чётким, как будто бы заранее отрепетированным. Фрэнк направился к Шехтеру. — Мистер Росс здесь, — сказал Фрэнк. — Так вот почему я почуял бюрократию, — ответил Шехтер. — Этот мальчишка не Пит Вентц. Джерард послал тебя помочь мне с полкой. Умеешь обращаться с пилой? Мольберт стоял в углу кабинета, а Джерард рисовал акварелью, когда Фрэнк зашел проверить его. Росс к тому моменту посчитал нужным уйти. Джерард рисовал акварелью только тогда, когда несколько дней подряд шел дождь, или когда он был переполнен яростью, он бешено обмакивал кисточку в чашку с водой, когда Фрэнк зашел спросить, нужно ли ему что-нибудь. — Только время, — сказал Джерард сквозь сжатые зубы. — У этого человека невероятный дар в выведении меня из себя. — Такая реакция на политиков — не редкость, — произнёс Фрэнк, и Джерард выпустил тихий, контролируемый смешок. — Я буду наверху, если вам потребуется что-нибудь еще этим вечером, Джер… сэр, — сказал Фрэнк.

Полуночные Вечерние Новости, Подземный Выпуск: Колонка Знаменитостей Райан Росс, бывший протеже Основателя Тайного Движения Пита Вентца, был замечен в городе больше раз за последние пару дней, чем за прошедший год, согласно отчету из наших соседних источников. Дважды его замечали в кофейнях, не купившим кофе. Что же он пил? Трижды сложите эту бумагу, чтобы узнать прогноз погоды на завтра.

На следующий вечер Росс официально вышел из своего публичного затишья и сделал заявление, которое должно было казаться непреднамеренным. «Если Пит Вентц был убит дневным, тогда нам необходимо принять этот поступок таким, какой он есть — это нападение против всех нас и нашей деятельности. Непринятие того, кем мы являемся. Мы протягивали руки в предложении дружбы, они протянули нам кол.» Джерард отбросил газету и с тоской уставился на чернила на своих пальцах. — Держите, сэр, — сказал Фрэнк, протягивая Джерарду полотенце и медленно убирая газету. — Стоит полагать, что мистер Росс сделал заявление и в дневной газете? — Райан Росс проконтролировал, чтобы «комментарий» оказался везде, где ему следует быть, — сказал Джерард. — Он запросто может объявить войну. Кроме того, он выжидал, пока не поговорит со мной. Мне стоило знать, что он выискивал всю информацию, которую мы имеем по этому делу. Проклятье! — резко выкрикнул Джерард, вскакивая на ноги. — Это любительская ошибка, мне стоило думать, прежде чем позволить Райану Россу одурачить меня. Мне нужно как можно скорее поговорить с Брендоном, ты не отправишь ему сообщение? Фрэнк не был уверен, что чётко расслышал Джерарда. Он хотел спросить, не имел ли он ввиду мистера Вон Стампа вместо мистера Ури, как вдруг в дверь позвонили, и Фрэнк обнаружил за нею ожидающего инспектора Торо, его форма была утонченной и новой, как будто он привыкал к полуночным часам и не надевал ту же одежду, которую носил в течение дня. — Добрый вечер, Фрэнк, — сказал инспектор Торо. — Мистер Уэй свободен? Фрэнк отвёл его в гостиную и предложил ему чай, пока сам пошел проверить Джерарда. Фрэнк заранее знал, каким будет ответ, он не хотел бы быть отвлеченным инспектором Торо, но он всё равно с ним встретится, в противном случае, Фрэнк вовсе не впустил бы Торо. — Хотите, чтобы я остался? — спросил Фрэнк, пока Джерард строил раздраженное лицо. — Нет, — сказал Джерард. — Спасибо, Фрэнк, Я ожидаю, что мы только поспорим о том, как нам поступить с Россом. Как будто совместно у нас хватит сил на раскрытие дела быстрее только потому, что призрак Нового Мира Райана Росса нависает над нами, — сказал Джерард и добавил: — Не мог бы ты вернуться через четверть часа и принести мне кофе? Если я захочу с сахаром, значит, Инспектор Торо снова говорил о Слепом Ордене и я хочу отвлечься. Сделаешь? — Разумеется, сэр, — ответил Фрэнк, и Джерард уверенно улыбнулся. Система ключевых слов и секретного языка первоначально была идеей Фрэнка. Джерард не всегда был очень искусен, когда он хотел чего-то избежать или был на переговорах или встрече, которую с трудом переносил. Он запинался или заикался, а Фрэнк терялся до тех пор, пока не научился понимать, чего тот хочет. Фрэнк заходил и спрашивал таким голосом, который он использовал только в качестве шифра, вежливым и незаинтересованным, как он никогда не говорил с Джерардом, потому что ему никогда не приходилось подделывать интерес, говорил Джерарду, что появилось срочное семейное дело, или что у него намечена другая встреча, или что какое-нибудь создание, которое было бы самым отвратительным гостем, уже на подходе и не желает ли сэр впустить создание внутрь. Шифровка приобрела невероятный успех. Джерард сказал, что у него никогда не было камердинера, который бы так тонко его понимал, не беря во внимание того, кто был на это способен, и вскоре Джерард полагался на Фрэнка, чтобы тот давал ему причину избежать чего-нибудь, перенести встречу, на худой конец. Вот поэтому слухи о экстрасенсорных способностях Джерарда разнились, как он вызывает своего камердинера одной лишь силой мысли? Фрэнк проводил Инспектора Торо внутрь и проверил часы, начиная отсчитывать четверть часа, занимая себя уборкой в гостиной, полируя деревянный стол в фойе, на котором стояли завядшие черные розы, которые Майки купил Джерарду в качестве шутки, а Джерард настоял на том, что они придают настроение этому месту. Фрэнк подготовил кофе и поставил миску с сахаром на поднос. Он вошел, не дожидаясь паузы в диалоге. Инспектор Торо говорил о Мяснике, и Фрэнк вздрогнул, потому что никому не полагается произносить это имя вслух. Фрэнк прекрасно понимал, что инспектор Торо не подчиняется тем же законам что полуночное сообщество, но он же должен был понимать, что не стоит говорить об определённых людях. — Какой вы хотите кофе сегодня вечером, сэр? — спросил Фрэнк инспектора Торо, когда в беседе образовалась пауза. — С молоком, пожалуйста, — ответил Инспектор Торо и продолжил, намекая на то, что Фрэнк должен быть невидимым. — Я просто подумал, что мы что-то упустим, если не возьмем в расчет коррупцию в Слепом Ордене. Вы не думаете, что кто-то вроде Росса мог бы проникнуть в их судебную систему? — А ваш кофе, сэр? — спросил Фрэнк Джерарда. — Каким его сделать сегодня? — С сахаром, пожалуйста, — ответил ему Джерард, притворяясь, будто снова отвлёкся на газету. — Так ты не думаешь, что мы должны вместе посетить Росса? — задал вопрос инспектор. — На твоём месте один бы я не пошел, его партнёры могут оказаться чересчур оберегающими, особенно в лице дневного следователя, — сказал Джерард. — Но я с тобой не пойду, я уже с ним говорил, и раз в год для меня достаточно. — Сегодня вечером бал оборотней, — произнёс Фрэнк, — вы можете натолкнуться на скитающиеся группы оборотней в причудливых костюмах по пути к мистеру Россу, это всегда очень весело. Лицо инспектора побелело. — Я просто… проведу больше исследований, свяжусь с тобой через пару дней, — сказал инспектор Торо. — Сейчас же там нет никаких, эм, оборотней в причудливых костюмах? — Я могу проверить для вас, сэр, — предложил Фрэнк и демонстративно заглянул за дверь. — Спасибо, — сказал Джерард, когда инспектор Торо ушел. — Прекрасно сработано насчёт оборотней. — Я заметил, каким неспокойным Инспектор Торо становится, когда дело касается волков, — сообщил Фрэнк. — У них и вправду будет костюмированный вечер, но уже не в этом месяце. — Добудь нам туда приглашение, если сможешь, — попросил Джерард. — Я так понимаю, там будут не только волки? — Нет, сэр, там будет сбор пожертвований. — Уже начинаю готовиться, — сказал Джерард. — Я послал мистеру Ури сообщение и жду ответа. Стоит оставить вас работать на какое-то время? — Джерард выглядел потерянным на какой-то момент, как будто он хотел сказать что-то ещё, но затем кратко кивнул, и дух товарищества, балов с причудливыми нарядами и секретными кодами снова пропал, а Фрэнк вернулся к уборке, стараясь ни о чем не думать. Каждый раз, когда они говорили о чём-то ещё, становилось очевиднее, что когда всплыло дело Вентца, у Джерард будто появился щит или броня, за которой он закрылся, спрятался. У Фрэнка не было много времени, чтобы застрять в вопросах о том, почему Джерард такой скрытный, потому что мистер Ури ответил, только не письмом, а лично. — Мне очень жаль, — сказал Спенсер Смит Фрэнку, когда он открыл входную дверь для появившихся двух закутанных в ткань силуэтов, которые явно не привыкли путешествовать под прикрытием и по нескольку раз сталкивались друг с другом. Спенсер изо всех сил постарался затащить их внутрь, а затем закрыл дверь с таким вздохом, по которому сразу стало понятно, сколько ему пришлось натерпеться за всю поездку. — Теперь вы в безопасности, сэр, — сказал Спенсер, и Брендон с радостью стащил с себя покрывало. — Приветик! — произнёс он, вновь пожирая Фрэнка глазами. — Очень, очень приятно встретить тебя снова, — Спенсер прочистил горло, и Фрэнк посмотрел на него извиняющимся взглядом, на который Спенсер лишь пожал плечами. — И мистер Уолкер? — сказал Спенсер, указывая на вторую фигуру, Брендон аккуратно снял с него покрывало, бормоча извинения. Под слоем ткани был Джон Уолкер, господин, который был с Россом в его последний визит в очень красивой тоге и шлёпках. — Я забыл, что ты не можешь его трогать, — произнёс Брендон. — Извини, ничего личного, — сказал Джон Спенсеру и подмигнул. Спенсер, кажется, не знал, как отреагировать на этот жест. — Я всё еще стараюсь выяснить, как расширить магию его службы, — сказал Брендон. — Не всем нравятся домашние привидения, потому что они привязаны к семье. Для моей семьи это нормально, так как они часть исключительного, гигантского скрытого мира Белых Рук, но их раздражает, когда кто-то ещё с ним взаимодействует. — Я думал вы домашнее приведение мистера Росса, — сказал Фрэнк Джону. Джон пожал плечами. — Я остался после разрыва Райана и Брендона. Спенсер прокашлялся, а Брендон немного покраснел. — А еще он ужасно хранит секреты! — Брендон фальшиво рассмеялся и вздрогнул, потому что Фрэнк знал, что домашние приведения не должны рассказывать семейные секреты, это часть их самих, как неприязнь к свету у вампиров. — Я имею в виду, он сломался, — быстро добавил Брендон. — Упс, — Джон вовсе не казался обеспокоенным выскользнувшим. — Моим клиентам не очень нравится знать, что у меня был парень-вампир. — Я сожалею, — сказал Фрэнк, забывая обо всей той странности из-за того, что голос Брендона всегда становился таким неуверенным, когда он говорил о Россе. Брендон посмотрел на Фрэнка с очень мягким, очень нежным выражением лица, и в этот момент вошел Джерард. — Сэр, — сказал Фрэнк, — прошу прощения, у меня не было возможности оповестить о наших гостях. — У нас очень странная компания для приветствия, — выскочил вперёд Спенсер, беря на себя ответственность. — Нам пришлось вытаскивать их всех из маскировки. — Ах, — произнёс Джерард, смотря на кучу тканей, а затем на собравшуюся группу. — Мистер Ури, вы, как я погляжу, не лгали о своём осведомителе. Фрэнк всё ещё отходил от мысли, что мистер Ури и мистер Росс были настолько близки, что у них завелось домашнее привидение, которое охотно предоставляло свои услуги и не родственникам по крови. Он собрал покрывала и плащ мистера Ури, а Джерард отвел мистера Ури и мистера Уолкера в свой кабинет, оставляя дверь приоткрытой. — Фрэнк? — позвал Джерард и Фрэнк просунул свою голову в дверной проём, кивнул и закрыл дверь. — Так значит, ты экстрасенс? — спросил Спенсер и Фрэнк рассмеялся. — Нет, нет, — сказал он. — Он просто голоден, а мы делаем это так часто, что я просто запомнил, что делать. — И часто ты принимаешь гостей в такой странной манере? — Спенсер звучал сбитым с толку и впечатлённым. — Время от времени, — сказал Фрэнк. — Мистер Уэй работает в некоторых сомнительных местах и зачастую для него и для меня гораздо проще, чтобы клиенты приходили сюда. Остаётся определённый отпечаток, когда приходится ходить по лезвию ножа между уважением и неуважением. — У тебя есть какое-нибудь меню для таких случаев? Ты едва перекинулся словом с мистером Уэем, — продолжал Спенсер, следуя за Фрэнком по коридору. — Я просто принесу ему кофе и, может быть, сэндвичи с огурцами. Он с утра ничего не ел, и я уверен, что он слишком занят, чтобы помнить о голоде. И, — Фрэнк повернулся к Спенсеру, — я предполагаю, ты скажешь мне, чего бы хотел мистер Ури. Спенсер улыбнулся ему, сначала Фрэнку показалось, что было что-то ещё в сдержанной улыбке. — Мне неприятно это говорить, но я знаю очень мало о предпочтениях мистера Уолкера. — Ты ему, вроде, нравишься, — сказал Фрэнк и подумал, что переступил черту, когда Спенсер немного напрягся. Фрэнк не проводил много времени с другими камердинерами, думал, что он не совсем их калибра, и он был знаком только с Джерардом, так что у него зачастую не было опыта, которым можно было бы поделиться с любопытными камердинерами. Кроме того, он был слишком занят, помогая Джерарду, помогая ему с расследованиями. Но затем Спенсер засунул руки в карманы и опёрся на стену, понурив плечи. — Когда я начал работать на мистера Ури, я не знал, что у него есть домашнее привидение, — сказал Спенсер. — И он, вроде как, не понимал, что людям, у которых есть домашнее привидение, не нужен камердинер, только если в их летнем доме, и он всё время забывает, что я ничего не могу сделать для мистера Уолкера, пока его магия не примет меня как часть семьи, и… — Если тебе нужна помощь в расторжении контракта, я уверен, мистер Уэй мог бы… Спенсер поднял руку, чтобы остановить Фрэнка. — Всё не так. Мне нравится работать на мистера Ури. Это не самая трудная работа из всех, что у меня были, он понятия не имеет, как вести себя с камердинером, и из всех мест, где я работал, это самое недисциплинированное, самое… — он обвел рукой холл поместья Уэй, — самое случайное, и… и мне это нравится. Фрэнк понял. Джерард во всех смыслах не обычный человек, на которого можно работать, даже не беря в расчет условия его жизни. — Работа у мистера Уэя… далека от традиционной, — сказал Фрэнк, и Спенсер улыбнулся. — Нам нужен клуб, — предложил Спенсер. — Поддержка для нетрадиционных камердинеров. — Замечательная идея, — сказал Фрэнк и начал подготавливать поднос с кофе, сэндвичами и конфетами с миндалём, как предложил Спенсер.

Руководство Для Камердинера По Обращению К Индивидуумам Неизвестного Статуса. Если вы оказались в ситуации, когда нужно заговорить с индивидуумом неизвестного статуса или класса относительно вашего, всегда используйте более формальные обращения, но не слишком формальные, чтобы никого не оскорбить. «Сэр» всегда приемлемо для незнакомца, и в то же время «великий главнокомандующий» почти никогда не приемлемо, оно может заставить индивидуума думать, что вы относить к нему неуважительно. Примечание: Старайтесь воздержаться от неуместного гендерного или родового классифицирования. «Сэр» иногда неуместен для бесполых призраков, и некоторым людям просто не нравится, когда их называют «мадам».

К тому времени, как они вернулись в кабинет Джерарда, Фрэнк и Спенсер стали товарищами по оружию, и таким образом, Фрэнку было проще постучать и приняться ухаживать за группой людей, которую по большей части составляет обслуживающий персонал, а не их хозяева. Фрэнк хотел бы подозревать мистера Ури, особенно теперь, когда он знал о мистере Россе, но Джерарду без сомнений комфортно в обществе мистера Уолкера, и Фрэнк знал, что домашние привидения не очень хороши в отговорках. Тем не менее, оставалось еще слишком много кусочков паззла, о которых Фрэнк не знал, так что он встал у стола Джерарда и держался за то, что он всё равно доверяет Джерарду, не важно, сколько всего Джерард скрывает от него. — И он не заметит твоё отсутствие? – спросил Джерард мистера Уолкера. — Он знает, что я пошел встретиться с Брендоном, — сказал мистер Уолкер, и Джерард стал шокированным. — Нет, нет, всё нормально, он навещает меня каждые пару недель, это часть магии, — сказал мистер Ури, хотя у него было то же выражение лица, как когда он сказал, что мистер Уолкер ужасно хранит секреты, как будто это была ложь, и он надеялся, что никто не догадается, потому что он никак не мог бы этого объяснить. — Это то, чего Райан на самом деле ожидает. Если я всё еще могу догадываться, чего он ожидает, — немного грустно продолжил мистер Ури. Спенсер положил руку на плечо мистера Ури, это очень краткое действие, но учитывая всё то, что Спенсер сказал на кухне, Фрэнк подумал, что может, им и правда организовать клуб. Джерард задавал мистеру Уолкеру всё более и более специфичные вопросы, которые, как понял Фрэнк, сводились к тому, думает ли мистер Уолкер, что мистер Росс собирается захватить власть. Фрэнк знает, что Джерард хочет решить дело до этого момента, до того, как любые дебаты с мистером Россом коснутся полуночного сообщества, прежде драма убийства использовалось мистером Россом, делающим заявления о политических изменениях и разделении сообщества, чтобы скрыться. Джерард не задал ни один из вопросов, которые ожидал услышать Фрэнк: видел или нет мистер Уолкер индивидуумов в тени, знает ли мистер Ури что-нибудь о партнёрах мистера Росса или работал ли он с кем-то, кто мог бы знать, что собирается делать мистер Росс, предвидеть его действия и скрывать это. Джерард не спросил мистера Смита о прислуге мистера Росса, какая еще работа или союз у них может быть, или как они могут передавать информацию. Джерард покончил с вопросами за необыкновенно короткий срок, его глаза четырежды метались к часам, как будто ему куда-то было нужно идти, а если это и так, то Фрэнк об этом не знал. Джерард поблагодарил мистера Смита и мистера Ури, но не мистера Уолкера, что Фрэнк воспринял как грубость, учитывая, что тот говорил больше всех. Пока мистер Смит помогал мистеру Ури с его плащом и остальной маскировкой, Фрэнк освобождал манжеты мистера Ури от запутавшихся концов покрывала. — Позвольте заметить, сэр, очень интересная татуировка, — сказал Фрэнк. Лицо Брендона помрачнело, и Фрэнк быстро рассыпался в извинениях, думая, что мог переступить черту. — Нет, она очень интересная, — сказал Брендон, хоть в его голосе слышались странные нотки осуждения, как будто он говорил о чужой тату. — Она привязывает его ко мне, — вмешался мистер Уолкер, и Брендон уставился на него. — Вы хотели сказать, привязывает вас к нему, — сказал Фрэнк. — Это часть магии домашних привидений, так? — спрашивал Фрэнк, только то, что он никогда не слышал о такой призрачной магии, не значит, что он ничего не знает о старых традициях. — Ага, ладно, — сказал мистер Уолкер, кивая головой, и Брендон тоже кивнул. — Спокойной ночи, — сказал Спенсер Фрэнку, а Джерард вжал кусочек бумаги в руку мистера Ури, и они направились в карету. — Ваш клуб? — спросил сбитый с толку Джерард. — Для камердинеров с нетрадиционными хозяевами, — сказал Фрэнк, и, к его удовольствию, Джерард просиял в широкой улыбке и не обиделся. — О, я знаю, что не традиционный, — ответил Джерард. — И даже если бы я попытался быть более похожим на других, я не уверен, что смог бы. Ты мне нравишься, Фрэнк, я бы не хотел игнорировать тебя и только просить постирать мои носки или принести мне кофе. — Благодарю, сэр. — И ты согласен с наблюдением мистера Смита, что мистер Ури тоже нетрадиционный наниматель? — Конечно, сэр, — сказал Фрэнк, — не учитывая его неспособность понять, как ему следует себя вести со своим камердинером и что он должен позволять мистеру Смиту, он совершенно легкомысленный и не распознаёт на инстинктивном уровне классовые черты полуночников. — Нет, это не так, — сказал Джерард, но пояснять не стал. — И мистер Уолкер, — произнёс Фрэнк. Джерард лишь кивнул, чтобы тот продолжал. — Он кажется намного более… уверенным, чем все те призраки, которых я видел до этого. А мистеру Ури… что ж, «не комфортно» — это немного не то слово, но не похоже, что он вырастил мистера Уолкера, как я себе представлял. — Ммм, — сказал Джерард. — Они ведут себя так, будто всё ещё пытаются узнать друг друга, — Джерард прикончил последние капли кофе, и Фрэнк быстро налил ему свежий из графина. — Спасибо, Фрэнк, — сказал Джерард и посмотрел на Фрэнка таким взглядом, что у того что-то щелкнуло в животе, с широко раскрытыми глазами, в которых читалось, что всё его внимание было обращено к Фрэнку и он не обдумывает расследование задней мыслью и не отвлечён на что-нибудь еще. Он просто здесь, смотрит на Фрэнка. — Фрэнк, — медленно произнёс Джерард, — тебе бы хотелось, чтобы у тебя был более традиционный хозяин? — Нет, — тихо ответил Фрэнк. — Нет, сэр, вовсе нет. — Хорошо, — сказал Джерард и улыбнулся той безмятежной улыбкой, своими мягкими губами и нежным взглядом. Ему казалось, что Джерард вот-вот скажет что-то ещё, когда его глаза снова метнулись к часам. Он резко поднялся на ноги и сказал: — Я пойду в оранжерею, — и поспешил прочь, не сказав больше ни слова. Фрэнк отмывал подносы и чашки и думал, что за растения Джерард хранит там, что им требуется так много его внимания. Фрэнк за последние пару дней, как никогда раньше, желал пойти за Джерардом в оранжерею и посмотреть, что же он там делает.