Четверо поневоле

Линч открывает коробку и завороженно смотрит на содержимое. Фотографии, бирки для новорожденных, даже маленькие пинетки розового цвета… Ничего себе! Эрик постарался! Ничего не упустил. Линч перебирает старые фотографии. Потом смотрит на меня. Но в глазах нет того холода, который был раньше… На его месте появились нежность и ещё что-то… Пока ещё не поняла. — Значит, я твой отец? А ты моя дочь. — Задумчиво говорит Дэвид. — Значит, так… — Говорю я тихо. — Сьюзен была фантастической женщиной! Мы были вместе всего две недели, но я понял это сразу же… Если бы я только знал, что у меня растёт дочь… — Сокрушенно говорит Линч и закрывает глаза руками. Эрик и Кристина сидят на диване, Тобиас в кресле. Но все смотрят на нас с Линчем. — Пап… — Почему-то мне это слово режет слух. Наверное, потому, что я никогда не знала своих родителей. А тут ещё и чужого мужчину назвать «папой«… — Пап, прошу тебя, давай не будем вспоминать прошлое. — Тихо шепчу я. Линч резко хватает меня за руку и подносит её к своим губам. Я чувствую его горячее дыхание на ладони. От этого и моё сердце не выдержало. Я чувствую, как ком подкатывает к горлу, а глаза увлажнились. Только не это, Трис! Что с тобой?! Соберись! — Доченька, я куплю тебе и пони, и всё, что захочешь! — Шепчет Линч. К вечеру, когда мы поужинали и все разбрелись, кто куда, я вышла из номера гостиницы и побрела по коридору. Дойдя до балкона, я выхожу на улицу. Вечерний воздух бодрит и освежает. Я облокачиваюсь на перила и смотрю вниз. Вдруг неожиданно на мои плечи опускаются чьи-то руки. Я вздрагиваю, так как была уверена, что меня никто не видел. Я оборачиваюсь и упираюсь взглядом в карие глаза Тобиаса. — Как ты? — Спрашивает он. — Как-будто влезла в чужую шкуру и проживаю чужую жизнь. — Честно признаюсь я. Тобиас притягивает меня к себе и обнимает. Я вдыхаю его запах. Запах надёжности, спокойствия и защищённости. Я утыкаюсь ему в грудь лицом. Он зарывается руками в мои волосы и целует в макушку. — Потерпи. — Шепчет он. — Скоро всё закончится, и не нужно будет притворяться кем-то. — Угу. — Бурчу я себе под нос. — Пошли, уже холодно. — Тобиас тянет меня за руку с балкона. Я не сопротивляюсь, разрешая ему вести меня. За последнее время я чувствую, что могу ему довериться, не глядя. Я знаю, что он меня не обидит. Наоборот, защитит и убережёт. Мы подходим к дверям наших номеров. В одном живут Тобиас, Эрик и «папа». Напротив дверь в наш с Кристиной номер. Он останавливается и притягивает меня к себе. Проводит нежно ладонью по щеке, отчего внутри всё вспыхивает и замирает. Он нежно, еле-еле, касается своими губами моих губ. Но мне этого мало, и я сама углубляю поцелуй. Я чувствую, что мне это необходимо. Как воздух. Как вода. Тобиас стискивает мою талию в своих сильных руках. Я ощущаю себя маленькой, хрупкой и беззащитной. — Это ещё что такое?! — Голос Дэвида раздаётся громко и угрожающе. Мы с Тобиасом разрываем поцелуй и отстраняемся друг от друга. — Что он делает? — Возмущенно кричит Линч. Я стою с раскрытым ртом. Тобиас чуть усмехается. — Целую вашу дочь. Не похоже? — Смело и с вызовом говорит Тобиас. — Фор, да? — Спрашивает Линч у Тобиаса. — Вы в своём уме? — Пап, перестань! — Вмешиваюсь я. — Тебе не кажется, что ты немного запоздал с разговорами на тему «Различия между полами»? — Ты — моя дочь, Беатрис! — Линч тычет в меня пальцем. — А он хочет залезть в твою кровать! И ты просишь меня успокоиться?! — Откуда вы знаете, что я не был там уже? — Наглеет Тобиас. Упс! .. Это зря он так… Дэвид Линч сначала краснеет, потом синеет, потом белеет, в конце, вообще, становится багровым. Ещё чуть-чуть и точно пустит пар из ноздрей и ушей… Но нам этого не нужно! — Повтори, Четвертак! — Цедит сквозь зубы Линч. — Пап! — Я говорю, что люблю вашу дочь! — Также цедит сквозь зубы Тобиас. — Фор! Я возмущённо замираю, когда до меня доходит смысл сказанных слов Тобиасом. Любит? Меня? Он? Но… — Прекратите оба! — Продолжаю я. -Ведёте себя, как мальчишки, не поделившие игрушку в песочнице! Пап, я уже большая и могу сама решать, с кем мне целоваться или спать! Извини уж, но это так! Тебя слишком долго не было! А ты, Фор, прекрати грубить и хамить моему отцу. Прояви каплю уважения, если действительно меня любишь! Слова подействовали на Тобиаса мгновенно. Он мотнул головой и посмотрел на меня. Отступив на шаг назад, Тобиас продолжает смотреть в мои глаза. Линч всё также стоит в угрожающей позе. Я подхожу к Тобиасу и беру его за руку. — И давно вы… любите друг друга? — Спрашивает Линч. — Нет. — Говорит Тобиас. — Недавно. Мы сами только недавно поняли это. — Он сжимает сильнее мою руку. — Ты его любишь? — Спрашивает Дэвид у меня. Ой! .. Вот чёрт! К такому повороту событий я не была готова… — Пап, можно мы сами разберёмся? — Нерешительно спрашиваю я. Линч вздыхает и сдаётся. Он подходит к двери и толкает её. Жестом показывает, чтобы мы зашли. — Наедине. — Уточняю я. — Беатрис… — Папа… Линч, раздосадованный, поджимает нижнюю губу и смотрит на Тобиаса. — Смотри мне, парень… — Тихо говорит он. — Если ты её обидишь, пеняй потом на себя… — Спокойной ночи, мистер Линч. — Усмехается Тобиас. Я вижу, как у Дэвида чешутся кулаки, и он себя сдерживает, чтобы не почесать их о Тобиаса. Но он всё-таки заходит в номер и закрывает за собой дверь. Мы с Тобиасом остаёмся один на один. Мы молча смотрим друг на друга. Потом в едином порыве мы налетаем друг на друга. Наши губы выписывают безумный дикий танец, языки переплетаются между собой и уже не разобрать, где мой, где — его… Я толкаю его в нашу дверь, и она с громким хлопком распахивается. Не переставая целоваться, мы вваливаемся в номер и закрываем дверь на ключ. Знаю, что Кристина сейчас с Эриком в номере напротив, поэтому мы здесь одни. За окном догорает очередной световой день, уступая место законным сумеркам. Тобиас стягивает с меня куртку. Я слышу, как под моим напором трещит по швам его футболка. Она отправляется в неизвестность вслед за моей курткой. Мы продолжаем двигаться в сторону кровати. Тобиас с каким-то диким рычанием стягивает с меня майку и приникает губами к моей груди. Отчего получает в награду мой сладострастный стон. Это распаляет его ещё больше, и он быстро стягивает мои штаны. Я впопыхах расстёгиваю его ремень. Стягиваю его джинсы вместе с его нижним бельём. Его мужское начало готово к бою, и я просто теряю голову от того, что внизу всё завязалось в тугой узел от предвкушения… Тобиас толкает меня на кровать, сам опускается на меня. Я чувствую его внутри себя… Я бы всё отдала, чтобы это не заканчивалось… Найдя с ним одну волну, я чувствую, как волна наслаждения накроет сейчас меня с головой. Тобиас тяжело дышит в мой висок. — Трис, я люблю тебя… Мне не показалось? Или… Но мои мысли тонут в потоке моих желаний, и контролировать их я уже не могу. Фонтан ощущений взрывается во мне, и я издаю протяжный стон, параллельно с этим расслабляю пальцы, побелевшие оттого, что я впилась ими в спину Тобиаса. Он понимает, что я уже готова и догоняет моё состояние. Замерев в экстазе, он смотрит на меня. В полумраке номера его глаза выглядят, как у хищного зверя: черные, с опасным блеском… Он проводит рукой по моим волосам. Потом утыкается в мою шею и целует её. Я прижимаюсь к нему сильнее… Это то, что мне нужно было: почувствовать его и утихомирить огонь внутри, который разгорается, когда я не могу к нему прикоснуться. Это я поняла только сейчас: он тушит во мне лесной пожар, который разгорается, когда его нет рядом…