Подобный фениксу

      - Ну вот, - закончил Тай Лунг. – Теперь вы всё знаете.       По и Пятёрка молча переваривали его рассказ. Никто из них никогда бы не подумал, что бывший злодей способен на столь благородные поступки. Однако живой пример этого сидел сейчас напротив них и улыбался. Но всё равно это было слишком невероятно, чтобы быть правдой.       - Ученики мои, - нарушил тишину мастер Шифу, обращаясь к По и Пятёрке. – Я понимаю, сколь неожиданной для вас оказалась встреча с Тай Лунгом, но он больше не угроза нам. Он спас мне жизнь, и если бы не он, вам пришлось бы штурмовать дворец Мень Луна, что было бы равносильно самоубийству. И сейчас мы с Таем ожидаем, что Мень Лун вернётся за мной. Теперь, когда мы все вместе, шанс победить его есть. Тай совершенно неожиданно для меня рассказал, что знает секрет энергии Тай Ци.       И мастер рассказал ошеломлённым ученикам о маленьком барсёнке, нашедшем свиток Угвея.       - Это… это, конечно, прекрасно, - с сомнением начал По, - но не лучше ли будет использовать то, чему вы нас обучали, мастер Шифу? По дороге сюда мы вспомнили о тактике предугадывания действий противника. А столь древняя энергия как Тай Ци по своим последствиям может быть намного опаснее Удара Смерти, и тогда мы снова…       - Нет, По, - прервал его Шифу. – Приём Тай Ци абсолютно безопасен. Да, сознаю, я обучил вас Удару Смерти от безысходности, понимая, что те мастера, коих я созвал перед нападением Мень Луна, не сумеют добраться до Долины к сроку, поэтому решил подстраховаться столь крайней мерой. Я должен извиниться перед вами всеми: простите своего Учителя за столь необдуманный шаг, едва всех нас не погубивший. Я был наказан за свою ошибку по справедливости. Но Небеса послали мне моего выжившего сына, - Шифу ласково взглянул на барса, - который исцелил меня своей любовью, которую не утратил ко мне, как оказалось. Ещё раз говорю тебе «спасибо», Тай, а ты, По, и вы, Тигрица Богомол, Журавль, Гадюка и Обезьяна, простите ещё раз своего старого Учителя за столь непростительную ошибку.       Не выдержав, Тигрица бросилась к мастеру, схватила его и обняла.       - Не надо, пожалуйста, - всхлипнула она, прижимая к себе изумлённого панду. – Вы ни в чём не виноваты, Учитель… Вы же не знали, что…       - Тигрица, веди себя прилично, - ворчливо произнёс По, подходя к ней. – Ты так задушишь мастера Шифу. - Ах… извини… извините меня… - Бросив взволнованный взгляд сперва на По, затем на мастера, смущённо пробормотала Тигрица и опустила Шифу на землю.       - Ничего, дитя моё, - улыбнулся мастер. – Я прекрасно понимаю твои чувства и ценю их, как и всех вас. Но сейчас нам нужно подумать о другом: как с помощью энергии приёма Тай Ци и тактики предугадывания сразить Мень Луна, который, я уверен, уже скоро будет здесь. Тай Лунг не сможет быстро обучить вас этому приёму, но зато вы сможете все вместе использовать тактику предугадывания, а я, Тай и Тигрица, которой мой сын покажет этот приём, нанесём удар в решающий момент. Давайте разработаем план действий, сядьте все вокруг меня.       Когда перед мастером Шифу образовался полукруг из его учеников, старый панда продолжил:       - Итак, что мы имеем: теоретически несокрушимого Мень Луна, но одного, и восемь теоретически сокрушимых мастеров кунг-фу, то есть нас. Наше преимущество невелико, но ощутимо: удар Тай Ци, козырь в нашем рукаве. Кроме того, тактика предугадывания поведения противника – тоже немаловажный помощник. Но эти два преимущества мы будем использовать отдельно и попеременно. Мой план таков: По, Гадюка, Журавль, Обезьяна и Богомол вынудят Мень Луна гнаться за ними в направлении вон той скалы, - Шифу указал на самую высокую из скальных образований, которую было хорошо видно из входа в пещеру. – Там уже буду я вместе с Таем и Тигрицей. Это нужно для того, чтобы выполнить приём на уровне глаз дракона – с земли мы просто не допрыгнем. А зоны, куда нужно нанести пять ударов, находятся только на голове. Мы атакуем одновременно, плечом к плечу – троекратно усиленный удар Тай Ци станет смертельным для Мень Луна. Самая сложная задача в этой операции именно у вас, По. Вам нужно заманить его к скале так, чтобы он не заподозрил ловушку. Справитесь?       - Конечно, Учитель, – кивнул По, вставая. – Я готов хоть сейчас.       - Не спеши, По, сядь, - попросил его мастер Шифу. – Пока он не объявится сам, нам нет никакого смысла показываться – нас могут схватить его солдаты или шпионы, которые вполне могут рыскать здесь.       Тут По словно бы что-то вспомнил.       - Учитель, - произнёс он. – Можно у вас кое-что спросить?       - Спрашивай, По, - кивнул Шифу.       - Когда Мень Лун напал на Нефритовый дворец, - нервно начал панда, - вы вели себя так, словно… словно…       - Словно старые знакомые? – закончил за него Шифу и хитровато прищурился. – Ну что ж, пора вам наконец узнать причину столь ужасного нрава Мень Луна и почему он так ненавидит меня и Долину Мира. Об этом знаем я и Тай, поскольку он тоже замешан в этой истории.       Все с удивлением взглянули на Тай Лунга, и тот смущённо потупил взор.       - Это я во всём виноват, - тихо произнёс он, пряча глаза.       Шифу положил лапу на ладонь барса.       - Нет, не вини себя, Тай. Что было, то прошло. Я понимаю, ты хочешь искупить свою вину передо мной, поэтому так рвёшься в бой с Мень Луном, но прошу тебя: не считай себя виновным, это чувство будет тебе только мешать в предстоящем сражении. Считай, что ты эту вину уже искупил, вызволив меня из его лап. Так что забудь об этом, ты чист передо мною. А теперь позволь мне рассказать моим ученикам о том случае.       Тай Лунг кивнул, и Шифу начал рассказывать.       - Когда Таю было всего три годика, Долина Мира готовилась принять самый пышный из праздников, отмечаемый раз в двенадцать лет – день рождения Небесного Императора, Сотворителя Мира дракона Рю. Со всех земель Китая к нам в Нефритовый дворец съехались сотни привилегированных гостей. Был среди них и молодой Мень Лун. В ту пору он ещё не был таким огромным – всего лишь раза в три выше тебя, По, - но в нём уже вовсю играли бахвальство, самодовольство и тщеславие. В этом нет ничего дурного – у всех драконов такой склад характера, который они способны сдерживать, чтобы тёмная сторона не перевешивала. Именно поэтому все драконы выглядят злыми и сердитыми, но это лишь оттого, что им стоит немалых усилий справляться со своей горячей кровью. Но, поскольку прибывший во дворец Мень Лун являлся одним из самых значимых персон предстоящего праздника, ему было разрешено заходить практически во все помещения дворца, что, конечно же, раздувало его гордыню ещё больше. Но беда никогда бы не случилась, если бы не любопытство маленького Тая. Он ещё ни разу в жизни не видел живого дракона и представлял его таким, каким видел изображение дракона со свитком в зале Воинов. И вот маленький барсёнок, целый день шпионя за Мень Луном и испытывая к нему страх, улучил момент, когда дракон прилёг отдохнуть в тени одного из навесов во дворе рядом с тренировочным полем. Мень Лун дремал. Осмелевший Тай подкрался к дракону совсем близко и, повинуясь зачаткам охотничьего инстинкта, напал на его хвост и укусил его. Вероятно, он вовсе не хотел так поступить, - Шифу с грустной улыбкой взглянул на Тай Лунга, стыдливо при этом отвернувшегося. – Но законы природы взяли своё. Мень Лун резко вскочил с криком боли, молниеносно развернулся и полоснул когтями передних лап Тая по морде и левому боку. Малыш взвыл от боли и стрелой помчался во дворец.       Разыскав меня (я был в это время занят приготовлениями к празднику, отдавал распоряжения и размещал гостей), Тай с плачем обнял меня и, заикаясь и постанывая от боли, стал жаловаться на своего обидчика. А я в это время не мог даже пошевелиться, отчасти оттого, что Тай так крепко обнял меня, а отчасти потому, что не мог прийти в себя от вида воистину кошмарных кровоточащих ран на теле моего малыша. Гости в испуге попятились, когда в проёме ворот у входа в зал возник разъярённый Мень Лун. Я спрятал Тая за спину и кликнул лекаря, чтобы увёл его. Помнится, я пытался успокоить сына словом, обещанием, что не дам его в обиду, но что он обязательно должен попросить прощения за свой поступок, но Тай не раскаялся даже тогда, когда Мень Лун в разговоре со мной потребовал извинений у него лично. В конце концов, когда заплаканного Тая увёл лекарь, я попытался отстоять честь своего ученика уверениями, что больше ничего подобного не повторится, что он всего лишь неразумный ребёнок, но Мень Лун и слушать меня не желал. И раз уж, сказал он, твой ученик столь дурно воспитан, что не принёс элементарных извинений, ответишь за него ты. Я был готов к такому повороту событий, однако мне не хотелось омрачать столь радостный день выяснением отношений, но нарушить святые правила гостеприимства я также не мог. Мень Лун вызвал меня на поединок мастеров, поставив условие, что если я выиграю, он заберёт назад все свои претензии, если же выиграет он – то как потомок священных кровей Дракона-Императора сможет присоединить к своим владениям Долину Мира. Скрепя сердце я согласился на столь чудовищные условия. Меня волновало одно: всё произошло так быстро, что я не успел посоветоваться с мастером Угвеем, которого в тот момент не было рядом – он встречал гостей внизу, у подножья лестницы. Но я принял вызов Мень Луна, и, выйдя на простор, мы начали поединок.       Мень Лун оказался столь силён и искусен в своём мастерстве, что мне с огромным трудом удалось его одолеть, да и то путём обманных выпадов и приёмов. Но поражение своё он признал и напоследок сказал мне: «Если мы ещё когда-нибудь встретимся, Шифу, или мне попадётся твой шелудивый выкормыш, я клянусь, что возьму реванш и лишу тебя власти в Долине! Запомни это! А теперь я желаю покинуть это негостеприимное место!»       Мень Лун покинул Долину Мира ещё до начала основных торжеств, естественно, породив массу слухов среди тех, кто не видел нашего с ним поединка. Угвею я всё рассказал, и он потребовал разъяснить всё гостям, дабы пресечь лживые слухи. А уже после праздника пожурил меня и Тая, и вполне справедливо. Мы дали Угвею слово, что больше ничего подобного не повторится. А Тай, раны которого, к счастью, оказались не столь серьёзны, однако причиняли ему страдания ещё пару недель, попросил прощения у меня и гостей праздника, и, как мне тогда показалось, именно с этого момента затаил злобу на Мень Луна и стал активней тренироваться, дабы стать Воином Дракона и уничтожить его. Теперь, друзья мои, наши с Мень Луном дорожки вновь пересеклись, и, как видите, он сдержал своё слово, попытавшись взять реванш и захватить Долину Мира. Но сейчас уже мы в его логове, и он явно не ожидает этого. Он думает, что Тай Лунг мёртв, сражённый Воином Дракона, что По и Неистовая Пятёрка тоже нейтрализованы, ведь Удар Смерти его самого едва не уничтожил: я видел страшные раны Мень Луна, когда он нёс меня в когтях над Хребтами Мрака. И, поверьте мне, то, что он столь долгое время не возвращается, чтобы найти меня, свидетельствует о том, что раны его действительно тяжелы. Но, как я уже говорил, старые ошибки необходимо прощать. Я давно простил Тай Лунга, и надеюсь, что вы тоже простите его сейчас.       После этого рассказа в пещере повисло недолгое молчание, в течение которого Тай Лунг слегка растерянно глядел на остальных, а они – на него. Но первой отозвалась Тигрица:       - Нам действительно нет нужды держать зла на него. Что было, то было. Я ведь точно так же могла поступить, находясь в нежном возрасте. А сейчас давайте все вместе покажем Мень Луну, кто на самом деле был неправ в той истории.       - Верно, Тигрица, - кивнул Богомол. – Мы не можем давать волю дурным чувствам в логове врага.       Вслед за ними и остальные высказали своё отношение к услышанному от Шифу и выразили готовность к встрече с опасным противником. И только По, косясь на могучего барса, вдруг произнёс:       - Но мастер Шифу, как я могу простить Тай Лунга, когда он сам едва ли не хуже Мень Луна?! Он ведь сбежал из тюрьмы, едва не уничтожил Долину, пытался убить вас и меня!.. И как он сумел выжить после захвата уси, у меня вообще в голове не укладывается! И после всего того, что он натворил, вы пытаетесь убедить меня в том, что он изменился?! Как такое возможно? Вы верите ему на слово, но почему? Где доказательства? Где те две козы, что его исцелили, в конце концов? Откуда мы знаем, что он не блефует сейчас, и не на стороне Мень Луна? Может, это всё подстроено – и удар копья, и столь долгое «лечение» Мень Луна… Вдруг это ловушка, мастер? А мы тут сидим и вспоминаем дела давно минувших дней, не замечая, что сами же помогаем им приблизить нашу гибель!       Тёмные глаза Тай Лунга вспыхнули.       - Да как ты смеешь, панда, обвинять меня в предательстве!       Барс рванулся к Воину Дракона, уже вставшего в боевую стойку. Растерянная Пятёрка не знала, на чью сторону им встать в этом споре. Но, к счастью, мастер Шифу метнулся вперёд, вовремя встав между противниками.       - Прекратите! – крикнул он. – Ещё не хватало тут бессмысленных выяснений отношений! По! – повернулся он к панде. – Какие тебе нужны доказательства? Не позволяй своей ненависти к когда-то поверженному противнику возродиться! Этому я тебя не учил, и так Воин Дракона поступать не должен! Ты задеваешь свою честь, По, и честь мастера кунг-фу тоже!       По был ошеломлён такими словами своего наставника. Но не успел он ничего на это ответить, как Тай Лунг расслабил мышцы, выпрямился и обратился к Шифу.       - Мастер, - произнёс он. – Я думаю, нам с вами нужно показать панде и остальным источник Жизни, чтобы они убедились в том, что я не предатель и не пособник Мень Луна. Мне кажется, этот источник имеет свой разум, иначе, будь я прежним, злым и мстительным, он не исцелил бы меня.       - Верно, Тай, - подумав, кивнул Шифу и повернулся к Пятёрке. – Идите за нами, сейчас вы убедитесь в том, что Тай Лунг говорит правду.       - Хотелось бы верить, - пробурчал себе под нос По, косясь на идущего в чёрный провал барса и ступая вслед за Пятёркой.       Когда они вышли к источнику, увидевшим его впервые не было предела удивлению: сверкание камней на стенах и таинственный блеск тёмных вод поразили По и Пятёрку не меньше, чем накануне вид «воскресшего» Тай Лунга. Они с открытыми ртами лицезрели великолепие источника, пока мастер Шифу не нарушил молчание.       - Ну что, По, - с укором произнёс он. – Теперь ты убедился в том, что Тай Лунгу можно доверять?       С трудом оторвав взгляд от сверкающих самоцветов, панда посмотрел на Учителя.       - Да, мастер, - вздохнул он. – Простите меня, я был неправ. Такое чудесное место как это, несомненно, не могло бы исцелить законченного злодея. А потому я беру назад все свои обвинения. Тай Лунг, - обратился он к барсу. – Отныне я твой друг. Забудем прошлое. – И протянул лапу в знак примирения.       Опасливо протянув свою, Тай Лунг осторожно пожал лапу панды – несмотря на искренность слов По, он всё же не мог позабыть проигранную битву, после которой едва выжил. Но сейчас По улыбался ему, и эта искренняя улыбка заставила барса выкинуть из головы былые обиды. И он ответил:       - Отныне мы действуем вместе.       На морде мастера Шифу появилась радостная улыбка. Итак, думал он, все споры разрешены и бывшие противники примирились. А это значит, что можно начинать операцию по ликвидации Мень Луна.       Члены Неистовой Пятёрки тем временем заинтересованно склонились над тёмной водой, рассматривая свои нечёткие отражения на её поверхности. «Невероятно», - пробормотала Тигрица и, зачерпнув воду лапой, попробовала её на вкус.       - Она сладкая, - сообщила она остальным.       Мастер Шифу с беспокойным видом поспешно подошёл к приёмной дочери.       - Лучше всё же её не пить, - предостерёг он.       - Да, - подхватил По. – Вдруг это «лекарство» только для наружного применения.       Тигрица не обратила на его подколку никакого внимания, и, встав с колен, взглянула на Тай Лунга. Тот мгновенно всё понял по её взгляду и обратился к мастеру Шифу:       - Учитель… Я могу поговорить с Тигрицей наедине?       Шифу удивлённо приподнял одну бровь.       - Мы же, кажется, уже обсуждали все детали нашего плана, Тай. Если ты хочешь внести в него какие-то коррективы, это должны услышать все, а не только Тигрица. Говори при всех, что необходимо исправить.       Тай Лунг замялся.       - Н-нет… мастер… вы не так поняли, - косясь на улыбающуюся Тигрицу, смущённо произнёс барс. – Это… не касается нашего плана… Это… это наше, личное…       Взгляд Шифу прояснился.       - А-а-а… - заулыбался он. – Конечно-конечно, извини меня, Тай, я совсем забыл… Вы ведь так долго не виделись… Сейчас мы уйдём и оставим вас наедине… По, Журавль, Богомол, Гадюка, Обезьяна, - позвал он. – Давайте вернёмся в пещеру. Тай и Тигрица догонят нас.       Удивлённо оглядываясь на двух хищников, По и члены Неистовой Пятёрки ушли вслед за Шифу в тёмный проём тоннеля. Тай и Тигрица повернулись к источнику и стали молча глядеть на тусклую игру света драгоценных камней на стенах пещеры.       - Ты действительно изменился, Тай, - спустя некоторое время вымолвила Тигрица, не глядя на своего собеседника.       Барс прищурил жёлтые глаза.       - Так ли уж сильно? – Он повернул голову, упёршись взглядом в профиль Тигрицы.       - Да, очень, - подтвердила та и посмотрела на него. И Тай Лунг увидел, что её глаза наполнились слезами. Он подался было вперёд и даже поднял лапу, чтобы утешить её, но не смог побороть смущения. Тигрица произнесла:       - Я всегда верила в то, что ты жив, Тай. Когда Мень Лун похитил нашего Учителя, я молила Небеса, чтобы нам помогли, молила всё время, пока мы сюда шли. И мои молитвы были услышаны. – Она приблизилась к барсу вплотную, из-за высокого роста последнего глядя на него снизу вверх. Её глаза блестели от не пролившихся слёз. – Спасибо тебе от всех нас за то, что спас и вылечил мастера Шифу. Я никогда этого не забуду, Тай… Никогда…       Она рывком обняла опешившего Тай Лунга за мощный торс и, прижавшись к нему, наконец, заплакала.       - Тигрица?!.. – в смущении прошептал барс, не зная, как ему быть. С одной стороны, Тигрица была подругой его детства, и их отношения в ту невинную пору были самыми безоблачными, но с другой стороны – теперь, когда они снова вместе, им нужно решить, в какую сторону эти отношения развивать. Сейчас Тай пребывал в смятении. Робко обнимая плачущую Тигрицу, он размышлял о будущем. Если они успешно справятся с Мень Луном, перед ним встанет неизбежный вопрос: расстаться с Тигрицей и продолжить свою отшельническую жизнь, или вернуться в Долину Мира и попросить прощения у её жителей за совершённые ошибки. В связи с последними событиями первое уже не имело смысла: он заслужил и прощение, и благодарность и не желал расставаться ни с мастером Шифу, ни с Тигрицей. Это была его семья. Семья, которая приняла его заблудшую душу назад. И он должен ответить на этот жест доверия, принять его как должное. Он уже исцелился, отмылся от прошлого, а значит, чист перед ними. Он принял решение.       - Тигрица, - произнёс он, отстранив плачущую хищницу и взяв её голову в обе лапы. – Тигрица, - повторил он. – Можешь сказать всем остальным: я возвращаюсь в Долину вместе с вами.       Глаза Тигрицы расширились от радости.       - О Тай… - прошептала она срывающимся голосом, глядя барсу в глаза. – Это именно то, что я и ожидала от тебя услышать… Спасибо.       - Это вам спасибо, - улыбаясь, произнёс Тай Лунг. – Спасибо, что поверили в меня, простили и приняли обратно в семью. И я постараюсь оправдать возложенные на меня надежды и доверие, и докажу это в сегодняшней битве.       - Перестань, Тай, тебе ничего не надо доказывать, - взяла его за предплечья Тигрица, умоляюще глядя на барса. – Ты искупил свою вину, теперь же – забудь об этом. Пойдём.       И, обнявшись, они не спеша пошли по тоннелю.