Ты свободна

Некоторое время в трубке слышится лишь шорох и приглушенный шум. Двое в машине замирают в ожидании, неотрывно следя глазами за телефоном. - Нас могут прослушивать, - голос Майкрофта кажется уставшим. - Наконец-то, - цедит Шерлок, сердито прижимая трубку к уху. Взвинчен. Невероятно зол. Наверное, из-за того, что брат так долго не выходил на связь. Или просто так, потому что это Майкфорт, и злость на него уже давным давно въелась в кости, вгрызлась в плоть и стала неотделимой частью. Чем-то в порядке вещей. А может он зол, потому что их прерва... Нет. Нет, нет. Чушь. Давит на тормоз, съезжая на обочину. Откидывается на сиденье, ероша длинными пальцами кудри. Ирэн молча выскальзывает из машины, тихонько прикрывает дверь. Делает пару шагов в сторону, разминая затекшие ноги и плечи. Глубоко вздыхает, подставляя лицо под потоки теплого ветра. - Как мило с Вашей стороны - почтить нас своим дорогим вниманием, - фыркает детектив в трубку, неотрывно следя глазами за Адлер. Нет. Ни в коем случае не любуясь. Пытаясь понять, какого черта она притягивает всё его внимание и начинает занимать всё больше места в голове. - Оставь свой сарказм на потеху публике, - спокойно отвечает Майкрофт. - Где вы? - Где-то на дороге между Карачи и Хайдерабадом. - Почему не в укрытии, Шерлок? - Может, потому, что за нами приехали боевики и пытались убить? - насмешливо заявляет Холмс, усердно стирая из памяти лицо Ирэн, жмурящейся из-за ярких солнечных лучей. Так резко отворачивается, что даже слышит характерный хруст в шейных позвонках. - Ты должен был доставить её до места и уехать. Тебя. Ждали. Мои. Люди. - Я должен был оставить её с тремя вооруженными бандитами в бессознательном состоянии? - ехидно интересуется детектив. - По-моему, тебя абсолютно не должно заботить её будущее. Твоей задачей было вывезти её и добраться до самолёта невредимым. - Ну, а сейчас? Почему сейчас ты не можешь выслать за нами самолёт? - Нами? - в голосе Майкрофта слышится неприкрытое злорадство. - Когда вы успели стать нами? Шерлок передёргивает плечами. - Я отключаюсь. - Ладно-ладно, я пошутил, - Холмс-старший прочищает горло. Он прекрасно знает своего младшего брата и знает, что опасно играть в игры с Шерлоком, когда тот говорит своим фирменным ледяным тоном, бесцветным, яростным и беспощадным. - Бензина у вас мало, как я понимаю. Езжайте в пункт №3. Телефона там нет, так что сохрани этот. Выходите на связь, как только доберётесь. Как только позвонишь, агенты в Хайдерабаде выйдут на контакт и заберут тебя. - Только возьми трубку в этот раз, - на самом деле, он, конечно, благодарен. Но никогда в этом не признается. - Как там Джон? - Сказал ему, что ты в Румынии. По моей просьбе. Кажется, поверил. - Не поверил. Он прекрасно знает, что я ничего не буду делать по твоей просьбе. - Но я ведь сделал по твоей. Ты там, где хотел быть. Рисуешься, геройствуешь, спасаешь жизнь и производишь впечатление на девушку. - Я не... - Да, да, - устало прерывает Майкрофт. - Не привязывайся к ней, Шерлок. Ты сам знаешь, к чему это ведет. - И не собирался, - сердито шипит Шерлок. - Лучше бы ты с таким же рвением следил за своей фигурой, а не за моей жизнью. Не проворонь звонок. Он готов поклясться, что перед тем, как сбросить вызов, слышит на том конце провода самодовольную усмешку. Монотонное ту-ту-ту после голоса брата бальзамом проливается на слух. Вездесущая длинноносая выскочка. Вывел-таки из себя. И как ему удается? Всю осознанную жизнь после разговоров с Майкрофтом Шерлоку кажется, что он безмозглый попугай, которого научили говорить. Всегда, всегда брат давит на самые больные места, задает вопросы, на которые у него нет ответа, словно стремясь доказать, насколько Шерлок глуп. Вот и сейчас - спросил о том, о чём даже сам детектив предпочитал не думать. Почему он помогает ей? Для чего рискует своей жизнью, почему не может оставить её, как задумывалось изначально? Легко. Так легко - я спас твою жизнь, и дальше наши пути расходятся. Прощай. Но почему же тогда он продолжает упрямо ехать до следующего пункта, до точки, где появятся дальнейшие указания? Ни одного вразумительного ответа в голове, и из-за этого - нарастающий ком раздражения и досады. - Что он сказал? - интересуется Ирэн, забравшись в машину. Достает бутылку с водой, откручивает крышку и жадно приникает к горлышку губами. - Ничего важного, - отмахивается детектив, борясь с желанием понаблюдать за плавными движениями её горла, когда она глотает. Следи за дорогой, идиот. - Куда мы едем? - Адлер задает следующий вопрос и протягивает Холмсу бутылку: - Будете? - Что? - переспрашивает детектив и замирает в оцепенении. Кончик языка пробегает по блестящим, влажным от воды губам, слизывает несколько капелек в самых уголках и юркает на место. И хочется выцарапать себе глаза за невозможность оторваться от странного зрелища. Странного! Ведь его не должно волновать подобное. Проклиная мозг за привычку выстраивать цепочки: поцелуй в кладовке - ноги на коленях - эти мокрые губы. Ненавистная физиология с этой дурацкой реакцией. Никак не связывать это в голове, держаться как можно дальше. Слишком умен, чтобы тратить время и силы на это. Ирэн пожимает плечами, по-своему расценив молчание мужчины. - Так куда мы едем? - Это называется пунктом №3, - неохотно отвечает Шерлок, переключая рычаг на коробке передач. - Небольшой дом вблизи Хайдерабада, подготовленный агентами Майкрофта на случай, если будет необходим перевалочный пункт. Вот, как сейчас. Там есть запас еды, воды и бензина, но нет телефона и каких-либо других устройств связи, чтобы активность в здании невозможно было засечь. Дом выглядит давно заброшенным и туда никто никогда не заходит. Он не входил в наш план, но у брата всегда есть второй, если что-то пойдёт не так. - А что входило в план? - Ирэн уютнее устраивается на сиденье, прижимая колени к груди и обхватывая их руками. - Оставить вас в том доме и уехать, - детектив слегка хмурится, чувствуя на себе пристальный взгляд. - Что? - Ничего, - Адлер улыбается уголками губ. - Просто на вас смотреть приятнее, чем на тошнотворный пейзаж за окном. Оставив её реплику без ответа, Шерлок тянется к бутылке, делает пару глотков. Тёплая. Отвратительно. - Вы ведь сидели на наркотиках? - у Адлер такой деловитый тон, будто она спрашивает у престарелой соседки, как лучше ухаживать за геранью. Шерлок смиряет её вас-абсолютно-не-касается-взглядом и старательно щелкает кнопками на панели управления, открывая окно. Поток горячего встречного воздуха швыряет в лицо сухую раскаленную пыль. - Мне просто интересно, почему вы так легко отказались от этого, даже не попробовав? - От чего? - с остервенением скрипит Шерлок. Или это песок на скрипит на зубах. - Секс, - миловидный разговор о герани продолжается. - Это ведь такой же наркотик. Стоит только попробовать - и ты уже зависим. - Секс - не наркотик, а всего лишь физиологическая потребность человека. Инстинкты выживания, необходимость спариваться и продолжать род. А в наше время - это что-то такое же обыденное, как сон или еда. Я научился контролировать себя и прекрасно обхожусь и без того, и без другого. - Но как вы можете судить об этом, не имея никаких представлений? - О, я имею достаточно информации, чтобы с уверенностью сказать - мне это не интересно. Идти на поводу у своего тела - слабость. Контроль и работа мозга - вот, что действительно важно для меня. - Этот ваш пресловутый контроль... Вы боитесь. Боитесь не выдержать. Боитесь не справиться. Вы уязвимы в своей неуязвимости. Она замолкает, и около получаса они едут в гробовой тягучей тишине. Полчаса под аккомпанемент мотора и тихого дыхания. Тридцать минут по сожженной дороге, мимо одиноких развалившихся хибар и не заросших полупустынных степей. То ли потому, что ещё ранее утро, то ли просто потому, что они выбрали какую-то заброшенную, старую, неактивную дорогу, навстречу не попадается ни одной машины. Шерлок не понимает, почему ее слова действуют так парализующе. Почему этот мягкий, гибкий голос словно обволакивает разум, растворяя в нем густой дымчатый яд. Сопротивляется, сохраняя на лице холодное, надменное выражение. Скука. Абсолютно безразличный вид. Но почему-то её слова цепляют. Пробираются сквозь защиту разума и царапают череп изнутри. Вызов. Она бросает ему вызов. Берет на слабо. Ставит под сомнения его личные убеждения, насмехаясь над ними. Скашивает глаза в бок и тихонько рассматривает её. Пробегает глазами по знакомому профилю, бледным искусанным губам, чуть прикрытым векам, которые даже сейчас, когда она без макияжа, обрамляют пушистые черные ресницы. Ей?.. Неужели ей действительно интересно, почему секс не важен для него? Не дразнит, не соблазняет, просто пытается понять его точку зрения. А он, чёрт возьми, совершенно её не понимает. Рассыпающиеся на составные части мысли, белесая туманность, растекающаяся в голове. По таким привычным комнатам в чертогах - но ничего, за что можно ухватиться, ничего, что помогло бы объяснить. Этот ступор. Глухой, обескураживающий и неповоротливый. Поток мыслей утыкается в тупик - и все из-за того, что она рядом. Просто находится рядом - и всем своим существом нарушает стройный ход размышлений. И нет никаких сил терпеть это - будто зубная боль - нудная и въедливая. Такая, что уже не вмещается в голове и отдает куда-то в район сердца и легких, скручиваясь в спирали. Туда, а еще - короткими импульсами в животе. Что-то уже совсем из ряда вон выходящее. Поэтому, когда он останавливает машину и вылетает из неё, это можно назвать практически бегством. Срывает злость на еще не открытой пачке сигарет, с тихим стоном притягивая никотиновую палочку к губам. Да, да, да. Вот, чего ему не хватало. Вытягивает свои длинные ноги, облокачиваясь на капот пикапа. Глаза немного печет из-за того, что он, не отрываясь от дороги, провел в пути несколько часов. Смотреть на горизонт больно - не заросшая земля, до красна раскаленная солнцем, жжет взор, вызывая странное желание плеснуть в лицо воды. Здесь намного лучше, чем в салоне машины, пропитанном запахом масла, дешевой кожи и легким цветочно-фруктовым ароматом. Эти нотки дорогого парфюма, неотрывно преследующие детектива всю дорогу, вообще жутко действуют на нервы. Возвращаться совсем не хочется, и Шерлок как никогда смакует сигарету во рту, растягивая блаженные минуты одиночества. Идиллия длится до тех пор, пока на горизонте не появляется черная точка. У сигареты моментально пропадает вкус. Шерлок молниеносно обходит машину, дергает ручку на себя, не обращая внимания на удивленный возглас Адлер. Проверяет ключ зажигания - тот вставлен и ждет, когда им воспользуются. Вытягивает девушку из салона, хватается за сумку. - Что-то мне подсказывает, что это не туристы, верно? - обреченно произносит Ирэн. Шерлок бросается животом на сиденье, выуживая из сумки пистолеты. Юркает к колесу, протягивает пистолет Ирэн. Адлер молча берет его, ожидая дальнейших указаний. - Они могут начать стрельбу в любой момент, когда подъедут, - быстро заговаривает детектив. - Я не знаю, сколько их. Они наверняка узнают свою машину - в этом можно не сомневаться. Наша задача - неожиданность. Колеса, по возможности водитель. Затем сразу в машину, постарайся пригнуться как можно ниже. Нужно задержать их - по возможности надолго, чтобы успеть добраться до дома. Вы стрелять-то умеете? Ирэн внимательно слушает, а после вопроса делает неуверенное качание головой, затем кивок, и крепко стискивает пистолет в руках. - У нас один шанс. Без паники. Водитель, колеса, и в машину. Не высовывайтесь лишний раз. Этот дикий гул колотящегося сердца скоро войдет в привычку. Они замирают, прижимаясь к нагретому на солнце кузову автомобиля. Шерлок осторожно высовывается, прикидывая расстояние до машины на горизонте. Резко дергает на себя дверь, опускает стекла по обеим сторонам, заглушает мотор и возвращается в прежнюю позицию. Его в очередной раз поражает хладнокровное спокойствие сидящей рядом Адлер. Что на месте казни, что в том грязном доме - ни намека на панику и страх. Он знает, что ей страшно - чувствует, как разгоняется её сердце, видит блестящие глаза, а еще чуть припухшую нижнюю губу, которую она все чаще и чаще кусает, пытаясь скрыть нервозность. Однако его, без сомнений, восхищает её стойкость - мужественно уверенная, но такая по-женски хрупкая и даже наивная. Никогда, никогда еще не сталкивался с такой умной женщиной. Такой сильной и совершенно бесстрашной. Машина останавливается рядом пикапом. А Шерлок тихо молится, чтобы бешеный стук сердец не выдал их раньше времени. Он различает слова "странно", "проверить", "угнанная машина". Увы, о количестве людей в машине сказать ничего нельзя - сколько их? Двое? Трое? Пятеро? Хлопок двери, тяжелые шаги кожаных сапог, приближающиеся к двери водительского места. - Колеса, - одними губами говорит детектив. Ирэн послушно разворачивается и ползет в противоположную сторону - к заднему колесу. Человек в тяжелых сапогах вплотную подходит к машине, заглядывая через открытое окно внутрь. Кивок головы - и игра начинается. Холмс выскакивает из своего укрытия, просовывает руку в окно и стреляет в растерявшегося на миг мужчину. Вне всяких сомнений - те же люди, охотящиеся за Адлер. Пули попадают в левое плечо - и террорист падает, как подкошенный. В это же мгновение с другой стороны машины, распластавшись около заднего бампера, Ирэн отчаянно стреляет по передним колесам машины. Раз, два, три - пули прошивают металлический бок машины, бампер, диск. Выстрел, выстрел - и о чудо! Одна из пуль попадает в переднее левое колесо. Нужно совсем немного времени на то, чтобы те, кто остался в машине, пришли в себя. Крик, когда их напарник падает рядом с пикапом. Судорожные выскакивания из машины, но Шерлок заставляет их пригнуться и прикрывать головы - детектив наугад делает несколько выстрелов, вынуждая наемников занять оборонительные позиции, сам же медленно протискивается на водительское кресло, блокирует дверцы. Адлер залезает следом, не прекращая стрелять по машине. Пули попадают куда угодно - разбивают стекла, отскакивают от покореженных выстрелами дверей. - Быстрее, быстрее, поехали! Шерлок пригибается, стреляет вновь, и кажется, попадает в водителя. Двое, сидящих сзади, пытаются выбраться наружу, хватаются за свои автоматы и тоже начинают стрелять - полнейший хаос из выстрелов, криков раненого, лежащего под дверью и тех двух, что еще остались в машине. Водитель, повалившись на руль, не подает никаких признаков жизни. Детектив стреляет по задней части машины, но не попадает. Ключ, зажигание. Педали до упора, утопают в полу. Переключение передач. Вперед, вперед. Еще немного - и они выберутся. Метр, два, десять. Адлер не перестает стрелять. Все дальше и дальше от злополучной машины и четырех бандитов. В крови бушует адреналин. Ничего нет перед глазами, кроме дороги. И движение сзади, быстрое и короткое, остается незамеченным. Ярчайшая вспышка. Кошмарный грохот. И мир тонет во тьме.