Кайл, ну пожалуйста

— …я так рада, что мы снова подруги, мне уж казалось, что всему конец… — Венди что-то говорила, рот её по обыкновению не закрывался, но Стэн уже не слушал. В дверях школы показался Кайл, лишив Марша возможности дышать. Друг не приходил в школу где-то с неделю, не отвечал на звонки и смски, а домой к нему Шейла Брофловски, словно цербер, никого не пускала. Кайл действительно заболел после открытого окна, он ещё долго хрипло смеялся над этим возмездием за свою распущенность, несколько раз просыпался в холодном поту от ощущения тяжёлой руки в волосах. Он так и не понял, приходил ли Картман снова или это было плодом его воспалённого болезнью воображения, но в последнюю ночь перед выходом в школу сон стал явью, а потом Эрик с блестящими от возбуждения глазами насиловал его почти до утра, шепча о своей ненависти и желании наказать плохого еврея. «Если будешь не слушаться, я буду тебя пороть. И Стэна тоже, если он не прекратит за тобой ходить». Брофловски ещё больше похудел, под глазами залегли мешки, весь его вид был какой-то затравленный и болезненный. Пару раз Стэн думал о том, что зря не выслушал лучшего друга и возможно ли, что он допустил ужасную ошибку. Он поднял руку в знак приветствия, но Кайл только отшатнулся от него, зрачки его неосознанно расширились при виде Марша. — Кайл, ты в порядке? — тот только быстро кивнул и пошёл дальше, больше не оборачиваясь. — Что это с ним? — Венди сочувственно проводила взглядом Кайла, забыв о чём она говорила до этого. Ответа не последовало, в голове у Марша уже билось «ёбанный Картман».

***

Эрик стоял возле подоконника, пока школьники расходились по кабинетам, а ему хотелось дочитать материал перед уроком. Завидев знакомую фигуру, он поспешил захлопнуть книжку и закинуть её в угол, приготовившись к занимательному разговору. — Какого хера, Картман? — Абсолютно взбешённый Марш собственной персоны, едва сдерживает порыв схватить его за рубашку. Интересно. — Прости? Что-то случилось? — Стэн смотрел ему в глаза и видел там абсолютную безмятежность и спокойствие. Воинственный настрой сменился растерянностью. — Неделю назад посреди ночи мне позвонил Кайл, сказал, ты был у него, а после этого звонка он на неделю буквально пропал, — Марш внимательно следил за реакцией Картмана, но у одноклассника не дрогнул ни один мускул. — Сегодня он появляется в школе и шарахается от меня, как от какого-то отброса, не твоих ли рук дело, жиртрест? — Так, так, это действительно забавно, ведь меня не было у Кайла неделю назад. После того, как он снова воспылал пидорскими чувствами к тебе, я вообще потерял его из виду. Стэн вздрогнул и нервно сглотнул, сжимая и разжимая кулаки. Этот разговор не имел смысла с самого начала, это же Эрик, что он ему скажет? Правду? Глаза Картмана сузились, наблюдая за метаниями Марша, он резко подошёл к другу вплотную, наклонился к его уху и едва слышно произнёс: — Но если ты не оставишь его в покое, я клянусь, ты пожалеешь. И он тоже. Зазвенел звонок, Эрик довольно ухмыльнулся, смотря на Стэна сверху вниз, с удовольствием отмечая состояние шока на чужом лице. Он уже скрылся в кабинете, когда кулак Марша впечатался в стену рядом с окном, сбивая костяшки. Уставившись на быстро краснеющую кожу, он раздумывал над сказанным Картманом в последнюю секунду. Что происходит? Умиротворённый Эрик сидел за партой, поглядывая на сжавшегося за своим столом Кайла. Надо закрепить урок, добавить немного острого, тогда Брофловски перестанет думать о своём ублюдском друге вообще. Интересно, думает ли он о нём прямо сейчас. Изначально Картман не собирался ничего предпринимать, рассчитывая, что Стэну не хватит смелости попробовать ещё раз, а он не только сделал это, но и начал захватывать власть над его Кайлом. Такое прощать нельзя, совсем нельзя. Только вот запугивать Стэна попросту бессмысленно, так что сначала пришлось слегка пожурить свою игрушку за плохое поведение, а теперь можно и Марша щёлкнуть по носу. Картман улыбнулся Кайлу, который бросил взгляд в его сторону и тут же отвёл глаза, встретив эту сладкую довольную улыбку. Хороший еврейчик, хороший.

***

В столовой было шумно. Картман сидел рядом с Кайлом, Кенни напротив них с трудом удерживал весёлый тон, хотя все чувствовали, как он напряжен, Стэн мрачно ковырялся в еде, наблюдая исподтишка за лучшим другом. — Ну что, может сегодня потусим у кого-нибудь, чуваки? — Маккормик широко улыбнулся, в надежде сменить атмосферу желания убивать на что-то более дружеское. — Н-нет, я сегодня занят, надо сделать пропущенную домашку, да и вообще… — Кайл не закончил, уткнувшись носом в свой поднос, пряча за растрепанными рыжими кудрями лицо. Марш метнул злобный взгляд в Эрика, который беспечно пожал плечами, мол удивлён не меньше. — Может втроём тогда? Без зубрилки? — Кенни посмотрел на друзей с быстро затухающей надеждой, так как оба были заняты игрой в гляделки кто кого. — У меня тоже дела, не могу тратить вечер на хиппи и нищеброда, когда есть вещи куда приятнее, — кажется, вся столовая закатила глаза от пафоса в голосе Картмана. — Пожрать перед телеком, да, жирная жопа? — Эрик снисходительно взглянул на Кенни, которого в очередной раз задело пренебрежительное «нищеброд» в его адрес. — Даже это лучше вас двоих, ребятки. — Тогда вали нахер отсюда, — голос Стэна прозвучал на удивление спокойно, стало как-то непривычно тихо. Кайл по-прежнему не смотрел ни на кого за столом. На свою внезапную вспышку Марш получил лишь ту же снисходительную улыбку. — Я-то уйду, но, так уж вышло, не один, прихвачу кое-что, — он поднялся, скучающе разглядывая свои ногти, а за ним, вызывая удивление у всех окружающих, медленно встал и Брофловски. Оба молча вышли из столовой под шёпот одноклассников и переглядывания. — Это что было, Стэн? — Маккормик в шоке уставился на Марша, который сидел, поджав губы, сжимая на коленях кулаки до боли в мышцах. Что он мог ему сделать? Запугать? Неужели Кайл так легко подчиняется любому, кто приказывает? Да нет, такого не может быть, должно быть что-то ещё. «Тут был Эрик… он…», — Стэну очень не хотелось, чтобы просто догадка была правдой.

***

Последние два урока прошли без Картмана и Брофловски, особенно учителей удивило отсутствие последнего на фоне его прихода в школу утром. Стэна уже начинало трясти от злости. Куда они могли пойти? Вряд ли к Кайлу, его мама терпеть не может Эрика, и Марш её прекрасно понимал. Скорее всего к Картману, мамаша-шлюха не может помешать, находясь на вызове. Фух, остынь Стэн, Лиэн хорошая женщина, она не виновата, что её сын больной ублюдок. Но даже если он придёт домой к Картману, то что дальше? Он постучит, откроет Эрик, скажет, что понятия не имеет о чём он говорит, и закроет дверь. Может ещё добавит угрозу, как сегодня утром. Пойти к маме Кайла и рассказать ей всё? Она призовёт дьявола, но вызволит сына. Минусов этого плана больше, потому что потом Кайла наверное уже никто не увидит, спрятанного под крылом заботливой мамочки-наседки. Чёрт, как помочь Кайлу без вреда для него? Итогом мучительных размышлений стало решение подкараулить друга возле дома с утра пораньше перед школой и поговорить. Не будет же он постоянно под надзором Картмана? Жирный мешок дерьма, почему он так зациклился на Кайле? Стэн успокаивал себя тем, что сам он зациклен, потому что Брофловски его лучший друг с раннего детства, даже больше: он его любит. Но чокнутый нацист-антисемит? Это точно не любовь, это больное помешательство. Марш тихо завыл, утыкаясь носом в сложенные на парте руки и привлекая внимание учительницы, бросившей на него злобный взгляд.

***

Стэн околачивался возле дома Брофловски последние двадцать минут, уже подпрыгивая на месте то ли от нетерпения, то ли от холода. В конце концов дверь открылась, вышел Кайл, чьё лицо утонуло в оранжевом шарфе и зелёной шапке-ушанке, сдвинутой до бровей. Он быстро заглянул внутрь ещё раз, крикнув что-то нечленораздельное, и медленно пошёл по тропинке к тротуару. — Эй, чел! — Марш набросился на него сзади, схватив в охапку и прижав к себе, слегка оторвав друга от земли. Тот испуганно взвизгнул, но поняв, что это только Стэн, на секунду расслабился в его объятиях, а после осознания, что это именно Стэн, Кайл начал отчаянно вырываться. — Чёрт, что ты тут делаешь? — Он отошёл от него на пару шагов и вдохнул глубже, покрывая шарф возле носа слоем инея. — Хотел поговорить без лишних ушей, — вряд ли Картман не узнает об их разговоре, но по крайней мере его тут нет. Наверное. — Я… не думаю, что это хорошая идея. Нам не о чем разговаривать, — голос у Брофловски звучал как будто сердито и по-детски обиженно. Он наконец-то пришёл в себя и зашагал дальше, не оглядываясь на сбитого с толку Марша. — Погоди-погоди, я просто хочу понять, что между тобой и Картманом. Почему вы вчера ушли вместе? И что он сделал в ту ночь? — Стэн заметил, как Кайл передёрнул плечами на последнем вопросе. Ответа не последовало. — Просто ответь мне. Это же я, твой лучший друг, я же пойму, я говорил, мне плевать, что там у вас. Кайл продолжал не реагировать на пламенную речь Стэна, специально отстающего на шаг. Им уже начинало овладевать отчаяние. — Чел, в конце концов, я просто скучаю по тебе. Тебя не было целую неделю, что случилось? — Он уже было потянулся к плечу Брофловски, но тот резко остановился и развернулся, так что Стэн едва успел затормозить, чтобы не врезаться. — Хочешь знать? Скучал, значит? Я позвонил тебе, Стэн, потому что мне было плохо. Потому что, — он посмотрел себе под ноги, набирая в лёгкие больше воздуха, — Эрик позволил себе слишком много, делая мне больно. И он продолжает. И я замотан в шарф не потому, что отдаю дань моде, а потому что мне вчера отлично заехали по лицу. А ты бросил грёбанную трубку, значит не так тебе всё это было важно. Не такие уж мы друзья… — Кайл смерил Марша презрительным взглядом, — …с привилегиями. Отвали от меня, ради Бога. Хмуро поглядев на поражённого друга, Брофловски продолжил свой путь к остановке, едва сдерживая подступившие слёзы и ком в горле. «Не стоило говорить про вчера, чёрт. Только не иди за мной», — мысленно умолял он Марша, который любит его не слушать. — Кайл! — Если он сейчас остановится, то точно зарыдает. Почему всё вышло так? «В конце концов, ему действительно было плевать. Лучше уж терпеть физическую боль от Эрика, чем такое от Стэна», — Кайл всё ещё пытался убедить себя, что игнорировать Марша, который пытался остановить его, лучшее решение. — Да стой ты, послушай меня, я был не прав, да, я должен был тебя дослушать, я виноват, — «Стэн, ты делаешь только хуже, прекрати», — но мне стало страшно. Я подумал, что ты решил сказать мне, что всё было ошибкой. Если бы я знал, Кайл, пожалуйста… прости меня, я ведь люблю тебя, блять. Что мне сделать? Вдалеке показалась остановка, на которой уже маячил Кенни, прыгающий вокруг флегматичного Картмана. Кайл похолодел. Наказания за разговор со Стэном он не выдержит, что ещё придумает Эрик? Не оборачиваясь, пытаясь скрыть дрожь от нашедшего на него ужаса, он с трудом ответил: — Лучшее, что ты можешь сделать — отстать от меня, Стэн. Марш предпринял последнюю попытку схватить Брофловски за руку, но тот оглянулся на него с таким жутким взглядом, что он сразу отстранился. Эрик встретил Кайла дружеской трёпкой, Кенни же максимально тихо прошипел Стэну в ухо: — Почему мы опять собрались тут, если типа ты его вчера прогнал? Марш, насупившись, буравил веселящегося Картмана, надеясь прожечь ему башку насквозь. Подумав, он всё-таки ответил, что они здесь, чтобы не оставлять их наедине. Маккормик отметил, что Кайл замуровался в одежду так же, как он сам делает после Крейга. Плохой знак, очень плохой. В автобусе жиртрест сидел со своим любимчиком, не переставая что-то говорить и периодически, в шутку, давать ему оплеухи. Кайл всегда начинал орать на него уже после первой, замахиваться сам, но сейчас он сидел и только тяжело вздыхал, выдавливая улыбку Эрику, который как будто не замечал подавленного состояния Брофловски.

***

— Зайди и закрой дверь, — Кайл покорно исполнил указание, заперев себя в одной кабинке школьного туалета с Эриком Картманом. Чужая рука мягко погладила его по щеке, приподняла лицо за подбородок, большой палец нежно провёл по нежной нижней губе. — Ты решил поговорить со Стэном? Обсудить ваши чувства, да? Голос его звучал спокойно, даже игриво, но внутри Брофловски всё скрутилось в тугой узел. — Нет, он один говорил, — замах, следующий за ним удар раскрытой ладонью. Больно, но могло быть и хуже. — Лживая еврейская кровь, ты просто не можешь быть честным, так? Кайл, как ещё тебе донести, чтобы я тебя с ним не видел? Бить сильнее? Скажи мне, Кайл, ну пожалуйста, Кайл, как? — В карих глазах светятся безумные искорки, на лице блуждает такая же улыбка. Брофловски съежился, не зная, что хочет услышать от него Эрик. — Давай по-другому, жидёнок, хорошо? Что ты сделал неправильно? И снова ладонь, гладящая его покрасневшую щёку, смахивающая выступившие от резкого предыдущего удара слезинки. — Мне не стоило отвечать ему, — Кайл зажмурился, ожидая новой волны боли, но её не последовало. Картман медленно перешёл с лица в волосы, зарываясь в рыжие кудри, наслаждаясь их мягкостью, и по-детски улыбнулся, словно нашёл на кухне конфеты перед обедом. — Умница, хороший еврей, ты молодец. Потому что если ты не будешь умницей, мне придётся наказать и тебя, и твоего хахаля, так ведь? Я могу быть очень плохим, — Кайл сглотнул, продолжая смотреть в безумные карие глаза. Он знал, насколько плохим может быть Картман, годы дружбы убедили его в этом с лихвой. Ладонь в его волосах сжалась в кулак, оттягивая голову назад и открывая доступ к шее в синяках. Эрик прижал его к себе, вдыхая знакомый аромат, чувствуя желанную близость. Не отрывая носа от бледной кожи, Картман вкрадчиво произнёс: — Мне придётся немножко указать ему его место. Я постараюсь не увлекаться, но не обещаю, моя жидовская принцесса. Меня очень расстраивает твоё поведение, — Картман сильнее обнял его за талию, заставив Кайла застонать от боли в рёбрах, накрыл его губы своими, грубо углубляя поцелуй, делая хватку в волосах жёстче. Брофловски обвил его шею руками, отвечая, стараясь вести себя хорошо, но мысли его были далеко. Как сильно он может навредить Стэну? И какую ещё глупость может вытворить последний ради него?