"Kinder Surprise": Les Peines de la traduction

Михаил Сергеевич Ситников был приличным человеком. Вырос он в приличной семье потомственных врачей. Его будущее было решено еще за долго до рождения. Врач. Почетная профессия. Только времена сейчас другие. Профессия врача перестала быть уважаемой. Все, кому не попади, ругают современную медицину. Конечно не без причины: Россия совсем запустила эту отрасль. Но почему из-за халатности, невежества других, должны страдать такие благородные врачи как он? А ведь он мог все бросить и уйти в бизнес. У него всегда был нюх на хорошие возможности. Или податься в искусство. Помниться, под его руками и инструментами любой камень мог превратиться в искусство. Но однажды, его дед, уважаемый педиатр, серьезно поговорил с ним перед выбором университета. И Ситников надолго запомнил его слова: "Ты, конечно, волен сам выбирать свое будущее. Но подумай: кто будет на твоем месте спасать чужие жизни. Кто бросит все на половине пути, когда ты найдешь в себе силы дойти до конца и принять тяжелое решение? Что будет, если больным окажется твой близкий человек?" И юный Миша внял словам деда, да упаси Господи его грешную душу, и поступил в медицинский университет. И, когда пришло время, выбрал одну из самых сложных специальностей - хирургию. Да и помимо хирургии, он потом выучился и на психиатра. Решил, что лучше сам будет разговаривать с пациентами и их близкими. Их почему-то больше успокаивает разговор с самим врачом, чем с посыльной медсестрой или мед братом. Шли годы. Он, похоже, слишком хорошо работал, что пришло время и ему предложили занять место главного врача. Но это означало бросить саму практику его дела и заняться бумажной работой, договорами на оборудование, поиском персонала, спонсоров и прочей всякой белиберды. Мужчина хотел сначала отказаться, но представил, как кто-то особо жадный и безответственный сядет на это место, и ужаснулся. Лучше он будет справедливо трудиться за столом, управляя больницей и контролируя ее, чтобы везде был порядок, чем будет оперировать больных в не оборудованных подвалах кухонным ножом. И вот так, он уже работает в течении двадцати лет без сна, отдыха и личной жизни. Хотя почему без личной жизни? Лет шестнадцать назад, он повстречал чудную женщину. Темно-русые волосы, зеленые, изумрудные глаза... Чистая душа и доброе сердце. Он уверен, что больше никогда не встретит такую женщину. И, хотя многие говорят, что мужчины не женятся на девушках с детьми, он с радостью стал новым отцом дочке той дамы: его маленькой Женечки. Когда его любовь, Наталья, подала на развод, Михаил ударился в депрессию. Все время сидел на работе. И только Женечка вытащила его оттуда. Подросток лет одиннадцати, просто взял и появился в его кабинете со словами: "Папа, ты нужен дома. Пусть мама больше тебя не любит, но она волнуется о тебе. Вы всегда можете остаться хорошими друзьями. И... Ты нужен мне. Я - твоя дочь, - все еще люблю тебя." Услышав такие слова от дочурки, он взял себя в руки. Да, ему нанесли удар, который будет еще очень долго болеть, но ради семьи, пациентов и самого себя, он поставил крест на хандре. - Это я! - громко сообщила Алекс, мокрая как мышь, заходя в квартиру. И получив в ответ тишину, она поспешила пройти в комнату. Женя мирно спала на учебниках и методиках, в обнимку с пеналом. Улыбнувшись этой картине, Саша поцеловала любимую в щеку. - Просыпайся, сонный монстрик, - хихикнула она, прижимаясь холодным, мокрым телом к сонной девушке. - Саша? А что ты такая мокрая?! - Сонно спросила Ситникова, открыв глаза и отталкивая источник прохлады от себя. - Так на улице же ливень... - И что ты тогда стоишь здесь и простужаешься? А ну марш в ванну! - Так точно, Мэм, - рассмеялась Милонская и скрылась в сторону двери в ванную комнату. Вздохнув, Женя посмотрела на учебники, что послужили ей подушкой. "Тоже на работу устроиться? Я со скуки за учебу взялась... Хотя, хоть кто-то из нас учиться должен? Точно... Надо ли мне снова быть репетитором у Саши? Наверное, надо... Без хорошего пинка она сама учиться не станет... Эх, деть бы куда-нибудь ее лень." - вздохнув, она закрыла все книги и убрала их в стол. - Жень, а где полотенце? -раздался голос из ванной. - Там висит, - ответила она громко, чтобы ее услышали сквозь воду. - Нет его здесь, - воду выключили, - Принеси какое-нибудь, пожалуйста. - Минуту, - Женя выбралась из-за стола и залезла в шкаф, вытаскивая первое попавшееся полотенце. Оно оказалась ярко-розовым с какими-то пчелками. "Откуда оно здесь? Мое детское... " - смущенно подумала девушка и махнув на это рукой пошла к ванной комнате. - Открывай, я принесла полотенце, - Ситникова постучалась. Щелкнул замочек и дверь, которая открывалась во внутрь, отворилась и ловкие руки затащили девушку во внутрь. - Эй! - воскликнула застанутая врасплох рыжая и тут же оказалась в крепких объятиях. - Попалась, - радостно сказала Александра и уткнулась носом в грудь девушки. - Са... Саша... Объясни-ка... - заикаясь, потребовала Женя. - А нельзя? Мне казалось, я могу обнять свою любимую... - лукаво ответила Милонская. - Можно... Но... - густо покраснев, она отвела взгляд, - Но ты же голая... - И что? Это мешает? - усмехнулась русая. - Это меня смущает... - честно призналась Евгения. - Смущает это ее... Не бойся... Можешь полапать меня. - Что? - Ситникова залилась краской еще гуще, - Не надо! - Ну блин... - Алекс подняла упавшее полотенце, - Ладно, я пойду. Сказав это, она укуталась в махровую "тряпочку" и вышла из ванной комнаты. "И что это сейчас было?" - подумала Женя и посмотрела на вешалку. Как она сначала и предполагала, полотенце висело, где ему и следовало. Подождав немного и вернувшись в комнату, она застала уже переодевшуюся Сашу, сидящую за ноутбуком. Она, надев наушники, была погружена в какую-то игру. - Склоняюсь перед вашей волей... - Пробурчала она, хищно улыбнувшись. - Что-что? - удивилась Евгения уже во второй раз. Но, будучи в наушниках, маленький геймер не расслышал ее и она продолжила игру в своем ритме. За окном уже потемнело. Женя посмотрела на часы и удивилась в третий раз - половина одиннадцатого. Она так долго спала? И Алекс так поздно вернулась с работы? Снова вторая смена с задержкой... И переведя взгляд с часов на телефон, она вспомнила важную вещь: звонил отчим. Вздохнув и немного нервно сглотнув, она села на кровать рядом с Алекс и сняла с нее наушники: - Сашенька, нам надо поговорить. - Ты так говоришь, что я не знаю что делать: начинать нервничать или глотать валерьянку, - усмехнулась девушка, - Что такое...? - Звонил мой отчим. Приглашает на ужин у него дома. - Так в чем проблема? Он же твой папа. Иди ужинай. Я не обижусь, - улыбнулась Милонская и обняла возлюбленную. - Дело в том, что он не столько хочет видеть меня, как желает встретиться с тобой... Обязательно. - Стоп, стоп! Он, что, знает? - удивленно отпрянула Алекс. - Нет. Я, по крайней мере, не говорила ему. Я сказала, что провожу почти все свое время с подругой. Он этому был рад. Мой отчим всегда хотел, чтобы я сблизилась с кем-нибудь до крепкой дружбы. А то я лишь поверхностно... - Да, я заметила. Такое попробуй не заметь... - согласилась девушка, вспоминая как холодно ее половинка относится к другим. - Вот его ты и заинтересовала. Так ты пойдешь? - Думаю ты и сама знаешь, что я пойду. Тебя другое волнует, верно? - Милонская ласково посмотрела в глаза сидящей напротив девушки. - Верно... Мой отчим, тонкий психолог. И дипломированный психиатр. Плюс у него прекрасная интуиция... Он же сразу по мне самой все поймет... Для него, я, если он постарается, почти открытая книга. Вот я и думаю... Сказать ли ему про нас? - Она нервно сглотнула и отвела взгляд. - Если хочешь - скажи, - сразу отозвалась Алекс. - А ты сама не против? Быстро ты слишком приняла решение... - Я только рада буду с ним поговорить об этом, если он именно такой, каким ты его описывала. Он - твой отец, то есть отчим. Так что тебе решать. Если вздумаешь не рассказывать, то я приму это. А если ты уверена в в готовности совершить такой шаг - пожалуйста. Встану грудью защищать тебя от всего. Когда он зовет-то нас? - Завтра... У тебя ведь выходной? Я уже договорилась... - Говорю же - ты прекрасно понимаешь, что я не отклоню его приглашение. - Я знаю тебя лучше, чем кажется на первый взгляд... - Ситникова широко улыбнулась. - Вот и я про то же. И я рада, что ты решила поговорить со мной. А то меня бы завтра ждал сюрприз. Мол, знакомься папа, это - моя девушка. - Я бы не стала... - рыжая надула щеки, наигранно обидевшись, - Вот так ты мне доверяешь... - Ладно, не обижайся, солнце. Я же шучу. Шутка - самосмейка, - как говорится. - Угу... Спасибо, я рада, что ты примешь любое мое решение. Если струшу - не вини... - - Все, хватит извинений. Я же сказала, что поддержу любое твое решение. Так что... - она не договорила, так как Женя резко поддалась вперед и поцеловала ее. - Я люблю тебя... И не верю своему счастью. Такое небольшое, наидобрейшее чудо досталось именно мне... - радостно улыбнувшись, она снова поцеловала свою половинку. Быстрыми, четкими движениями ноутбук был закрыт и перенесен на пол, под кровать. За ним и наушники нашли убежище на ближайшей тумбе. Женя запустила руку в растрепанные и еще влажные от душа волосы Милонской. - Я не понимаю... - прошептала Алекс в перерыве между поцелуями. - Что не понимаешь? - томно выдохнув, девушка посмотрела в каре-зеленые глаза. - В течении недели пытаюсь собраться с силами, чтобы наконец заманить тебя в душ, соблазняя голым телом, а ты - ни-ни! А стоит поговорит по душам, как ты сама набрасываешься... - Не знаю... Я сама никак не приду в себя после нашего первого раза. Торможу сильно при тебе... Считая, что только я получила физическое удовольствие... - ее голос стал тише при упоминании той ночи, а глаза заблестели. - А так важно - кто именно получил физическое удовольствие? Сам факт нашей близости мне кажется куда более важным... - усмехнувшись, Алекс выбралась из объятий любимой и нашарила рукой влажные салфетки. - Ты права, - кивнула та, - а зачем салфетки? - А они заранее купленные. Специальные. Обеззараживающие. Даже тогда, я допустила важную ошибку... - Господи... - из-за смущения, Ситникова закрыла лицо руками, - Даже такое... - Нам же не нужны лишние проблемы? В жизни и без заболеваний забот хватает... Так пусть хоть тут я побуду "правильной", - усмехнувшись, Саша приблизилась в смущенной девушке, - Или можем принять душ, как все нормальные люди. - Давай, как все нормальные люди, - согласилась Женя. - Можно было ведь сразу... Ну пойдем, - отбросив салфетки в сторону, Алекс сладко поцеловала любимую и, встав, схватила ее за руки и повела в тесную ванную комнатку. На ходу раздевшись и обменявшись несколькими страстными поцелуями, они, крепко обнявшись, прислонились к успевшим остыть стенам. - Ой, холодные... - хихикнула русая. - И правда... - кивнула Женя, смущенно осматривая прижатое к ней оголенное тело девушки. - Ммм... Куда смотрим? - прошептала Саша. - Куда надо, вроде... - тихо ответила та и аккуратно прикоснулась губами к шее любимой. Полученный в ответ томный выдох, вызвал некое восхищение, подстегнувшее девушку жадно покрывать шею страстными поцелуями и прикусывать кожу на ней. - Жень... - томно сказала девушка, тихо застонав, - Аккуратнее... Нам же завтра к твоему отцу идти... А тут я, с засосами на шее... - И правда, - на мгновение Ситникова задумалась, но тут же снова аккуратно укусила любимую за шею, - Не желаю ничего слышать и даже думать об этом сейчас... - На твою совесть, - усмехнулась Алекс и медленно провела рукой вниз, к бедрам, - Давай воду, что ли включим... А то прохладненько... - Ты слишком много отвлекаешься, - пробурчала рыжая и, оторвавшись от девушки, повернулась к ней спиной и включила воду. Сначала прохладные, потом резко потеплевшие струи воды заструились по их телам, вызывая некую благоговейную дрожь у обеих. Евгения снова обернулась к Саше со смущенной улыбкой: - На чем мы остановились? И они поцеловались. Жадно. Страстно. Необузданно. Теплая вода, стекала по ним, щекоча некоторые чувствительные точки, что еще больше распаляло их. Тут уже не было места обыкновенному смущению. Оно потерялось среди тихих и не очень стонов, отражавшихся от гладких стен комнаты. Оно утонуло в страсти вспыхнувшей как огонь от зажженной спички, брошенной в масло. Аккуратно прикусил напоследок припухшие от поцелуев губы, Женя, прижав девушку к стене, медленно опустилась на уровень груди Саши и медленно, словно боясь обжечься, коснулась губами одной из грудей. Получив желанную реакцию в виде легкой дрожи и стона, она, осмелев, провела языком по твердому соску и принялась его медленно посасывать. Алекс, громко и протяжно простонав, прикусила указательный палец левой руки, стараясь хоть немного удержать в себе мощные, как ураганы, эмоции. Земля под ее ногами как будто ушла из ног. Хотя это просто из-за слабости и дрожи, охвативших её. Не в силах больше терпеть сладкие муки, она громко попросила: - Пожалуйста... Не могу больше терпеть... Услышав ее томный голос, просящий такое, Ситникова довольно улыбнулась. Это немного потешило ее самолюбие. Ведь она смогла так сильно возбудить человека, который был так важен для нее... Выпрямившись, она нежно поцеловала девушку, опустив руку в область паха. Почувствовав под пальцами вьющиеся волоски, она на мгновение смутилась, так как сама старается избавится от них под чистую. Но это смущение тут же исчезло, когда осознала, как дрожит от возбуждения прижатая ею любимая. Ее рука опустилась чуть ниже, чувствуя теплую влагу между ног. Аккуратно проведя пальцами по источнику влаги, она поймала губами громкий стон. - Расслабься, - сказала Женя, вспомнив, что Милонская тоже говорила это ей. Почувствовав, что девушка чуть расслабилась, она попробовала аккуратно войти в нее, основываясь лишь на собственных ощущениях, полученных ранее. Это получилось у нее на удивление легко. Но стоило ей сделать это, как Саша прижалась к ней крепче, довольно тяжело дыша. - Дальше... - Почти умоляюще попросила она, чуть двигая бедрами. "Видеть ее такой... Невероятно..." - подумала рыжая и медленно ввела второй палец, который так же легко вошел, - "Она и правда растянута... Я не вижу, чтобы она испытывала малейший дискомфорт." И чуть подождав, начала медленно двигать рукой, внимательно следя за реакцией Алекс. Помня, какой аккуратной и внимательной девушка была по отношению к ней в тот раз, она старалась вести себя так же. Но вскоре поняла, что это тяжелее чем кажется. Собственное возбуждение, подстегнутое сладкими стонами любимого человека, все время соблазняло ее двигаться быстрее и резче. И она не сдержалась. Припав губами к груди девушки, она начала двигать рукой резко и в рваном темпе. Все происходило чисто инстинктивно. Не обладая опытом, она заменяла его предчувствием. Что- то внутри нее шептало ей, что надо делать, как двинуть рукой, шевельнуть пальцами внутри, дотронуться и сжать клитор. Вскоре, стон, почти переходящий на крик, был отражен стенами ванной, а девушка, издавшая его, обмякла в крепких объятьях, тяжело дыша. Вода, все еще текла по ним, но уже не так неистово, как казалось в начале. Как будто отражая их собственное состояние, вода лилась из душа как-то вяло, устало, но тая в себе еще много энергии. Аккуратно вынув пальцы, Женя невольно посмотрела на нее и замерла: помимо белой смазки на них была кровь - Саш, Саш... - немного нервничая начала она, - У тебя не болит...? - Я... Да... - Милонская слабо улыбнулась, - Я почувствовала боль, когда ты начала резко двигаться. Не волнуйся, все в порядке. - А я даже не заметила... Так, теперь тебе надо предоставить полный комфорт... - Господи, милая моя, не начинай. Все что мне надо будет: интимный покой, чтобы поджило, и прокладка на денек. Все быстро заживает. Плюс, даже лучше для меня, что первая потеряла девственность. Теперь есть и такой опыт, чтобы для тебя все произошло комфортнее... - Что же ты со мной как наседка носишься? - рассмеялась рыжая. - Только попробуй сказать, что тебе это не нравится. И вообще помолчи. Моя очередь быть сверху, - сказав это Саша буквально заткнула, готовящийся поток шутливого возмущения, поцелуем.