"Kinder Surprise": Les Peines de la traduction

      Припарковав автомобиль по всем правилам и порядкам, высокий, довольно крупный мужчина отстегнул ремень безопасности. Ремень неприятно скользнул синтетической тканью по его руке. Нахмурившись, мужчина вышел из салона и вдохнул нагретый дневным солнцем пыльный воздух. Дождя давно не было, а улицы никто никогда нормально не убирает, поэтому все уже давно привыкли к душному неприятному воздуху. Поправив алый галстук, воротник сияющей белизной рубашки и сверкающие запонки на рукавах, он осмотрелся. Среди припаркованных у обочины представителей отечественного автопрома, он не увидел крошечной иномарки, которую ожидал. Посмотрев на наручные часы, чей четкий звук он мог распознать даже среди гула машин, пешеходов и строительных работ, которые еще больше прибавляли пыли и духоты в тот затхлый воздух, он осознал, что приехал немного раньше назначенного времени. Ну, ничего. Ему будет с кем поболтать до того, как прибудет его бизнес-партнер. Снова поправив галстук и затянув его потуже, мужчина направился к черным дверям, которые, судя по удушливому запаху химии, не так давно начищали. Открыв двери, ему в лицо буквально брызнул прохладный свежий воздух. Сопровождаемый звоном колокольчика, он окунулся в прохладу, которой ему так не хватало. Зайдя, за стойкой администратора он увидел знакомый профиль и улыбнулся. - Добрый день, добро пожаловать в ресторан «Библиотека»… Михаил…? – немного с присвистом и вздохом удивления спросила обладательница знакомого, можно сказать родного профиля. Он поздоровался с мягкой улыбкой, которая свойственна только врачам. - Привет, Саш. Столик на двоих, пожалуйста. Скоро прибудет мой деловой партнер, и я хотел бы, чтобы ты нас обслужила. Ни капли лжи в сухом голосе. Ни капли сомнений в его глазах. Невысокая девушка, что сейчас стояла перед ним, за последние два года стала ему уже как родной. Он подошел к Александре и легонько потрепал ей волосы, как делал это в детстве свой дочери, Женечке. В отличие от Жени, её девушка не отвергала подобную фамильярность между отцом и дочерью даже будучи взрослой. Она вообще много чего не отвергала. Даже саму себя во всем том великолепии, как она есть: ребенок и взрослая одновременно. И не проводит между этими своими половинками красную черту, как это делает Женечка. Конечно, у всего этого есть и свои крупнее минусы, которые могут очень сильно раздражать окружающих и родных, но она их признает. Хотя и не исправляет… Позволив проводить себя к отдаленному от остальных посетителей столику, Михаил Ситников, главный врач областной больницы, филантроп, свободный и видный мужчина, уселся за него. После посмотрел на свою… невестку и подмигнул ей. - Будешь заказывать, что-нибудь заранее? – смахнув пылинку с мужского пиджака, он улыбнулась и похвалила цитрусовый парфюм. - Да, бутылочку «Perrier», пожалуйста. На улице такая жара. Знала бы ты, как жарко в этом костюме, - улыбаясь, мужчина осознал, что он слишком сильно затянул галстук и ослабил его. Ему сразу стало легче дышать и говорить. Когда девушка отошла за водой, Ситников осмотрел это место, полное красок и запахов. Редко где найдешь небольшой уютный ресторанчик, полный шкафов, которые были наполнены книгами. И иногда очень даже редкими изданиями. Он сам не пожалел из своей коллекции парочку книг, пропитанных пикантными ароматами старины и пожелтевшей бумаги. Все равно у него не так много свободного времени для чтения, как это было раньше, до того, как он занял черное кожаное кресло за столом из красного дерева. Получив свой заказ, Мужчина перебросился с девушкой еще парой фраз, прежде чем та ушла на свой пост, принимать посетителей. Сделав пару небольших глотков воды с цитрусовым привкусом, чтобы просто промочить горло, он из любопытства пробежал глазами по карте вин, что Саша любезно оставила перед ним. Услышав шепот официантов за своей спиной, он медленно перевел взгляд на входную дверь, которую ему было прекрасно видно со своего места. И застыл. Взгляд был прикован к очаровательной женщине окутанной шлейфом современного благородства и очарования. Марина Грацкая, главная светская львица их небольшого города. Вдова. Владелица сети ресторанов, кафетериев и клубов. Законодательница моды…? Этого он сказать не мог. Ни его дочь, ни Саша, ни даже его секретарша не интересовались модой, а это были единственные женщины, с которыми он близко общался. Но эта женщина определенно была роскошной. Гордый стан, приподнятый подбородок. Он был уверен, что даже глаза, скрытые под очками в широкой оправе, обладали удивительной силой и властью, способной поставить на колени многих их ныне живущих. Даже Милонская, привыкшая восхищаться всеми людьми, не смогла устоять перед ее аурой и застыла, приковав взгляд к незнакомке. Женщина, ответила на вопросы девушки коротким кивком и последовала следом за ней к столу, за которым сидел Михаил. Взволнованный, он терпеливо выждал нужный момент и встал из-за стола и аккуратно пожал женщине руку. Она же деловой партнер как-никак. Он бы наклонился и поцеловал бы тыльную сторону ладони, но на него бы посмотрели как на идиота. Вежливо поздоровавшись с Мариной, он учтиво отодвинул стул напротив, показывая даме свое уважение к ней. Когда она села, он еле уловил слабый аромат какого-то растения или цветка. Духи? Он не разбирается в этом. - Я рад, что вы нашли время на встречу со мной, Ситников Михаил, - спокойный голос Грацкой удивил его, - Я польщена. Понимаю, как столь занятому человеку как вы, тяжело выкроить время даже на семейный ужин. - О, ну что вы, - усмехнулся Ситников, наблюдая, как его собеседница убирает за ухо прядь волос, - Я живу совершенно один. Дочь уже четыре года живет отдельно, так что у меня нет никаких семейных ужинов. И есть свободное время для столь уважаемых людей как вы. Простите, заговорился. Вы будете что-нибудь заказывать? - Да. Я не прочь выпить бокал какого-нибудь вина, - слабая улыбка тронула ее губы, украшенные неяркой красной помадой, - Попрошу принести нам карту вин. - Не спешите, - он медленно передал чуть помятое картонное меню в изящные женские руки с пальцами настоящего пианиста. - Благодарю, - коротко кивнув, дама сняла очки и направила взгляд на черные напечатанные буквы. - Я не сильно разбираюсь в винах, если хотите я позову девушку, что сопровождала вас и она поможет вам выбрать что-нибудь подходящее, - заметив, что женщина бросает взгляд с одного листа на другой, сомневаясь в выборе, мужчина предлагает ей помощь. - Если вы доверяете их вкусу, - она отложила карту вин в сторону и подняла взгляд на собеседника. Синников застыл. На него смотрели два пронзительных женских глаза, которые буквально видели его насквозь. И эти глаза были необычны. Один карий, другой зеленый. «Гетерохромия. С медицинской точки зрения – это невинная в некоторых случаях аномалия заболевание. Скорее всего – врожденное,» - невольно подумал хирург. - Смотрю, вас привлек цвет моих глаз, Михаил, - снова слабая улыбка скользнула по тонким женским губам. - Простите, - он тут же отвел взгляд, осознавая, как неловко все получилось. Ему на мгновение показалось, что воздух вокруг него нагрелся и пытался задушить его. - Ничего. Тем более мне понравилось, что вы смотрели на меня иначе, чем другие. Сразу видно, что вы настоящий врач. Не удивленный, чуть сощуренный взгляд. Чуть поджатые губы. Ожившие мимические морщинки в районе переносицы, говорящие о том, что вы размышляете. Никакого удивления или смущения. Вы не пытались спрятать взгляд или наоборот впиться им в меня, чтобы удовлетворить жадное глупое человеческое любопытство. Перекинув ногу на ногу, Марина сложила руки на груди, и развязала висящий на шее шелковый шарф. Аккуратно сложив, мягкую, почти невесомую ткань, она положила ее на край стола. - Опережая неловкие вопросы – это врожденное и мне повезло, что без осложнений. Довольны, господин Хирург? – она чуть изогнула одну бровь, не скрывая недовольство поднятой темы. - Вполне. Главное, что вы здоровы, - Михаил заметил это и из уважения не стал больше задавать вопросов. Не зная, чем заполнить возникшую паузу, Ситников подозвал к столику Милонскую: - Помоги даме выбрать вино. По своему вкусу. Бросив быстрый взгляд на Грацкую, она аккуратно взяла карту вин. Быстро водя пальцем по шершавому картону, Саша назвала несколько наименований. - Вот это, пожалуйста, - женщина тонким пальцем указала на напечатанные буквы. Из всего, что вы мне описали, «Chablis», привлекло меня больше всего. Принесите мне бокал. - Одну минуту, - кивнула девушка и, поправив с шуршанием небольшой галстук, вышла из зала на кухню. - Хм… А о винах эта девочка немного уж и знает… Из всей карты она выбрала не самые лучшие вина для такой жаркой погоды, - усмехнувшись девушке в спину, - Но и не совсем все плохо. - Ну, Сашенька не пьет алкоголь особо, так что я не удивлен, что она немного оплошала. Все ее знания вин ограничиваются путешествиями по Италии и Франции, еще в подростковом возрасте, так что удивительно, что она вообще знает, что вам посоветовать. - Пьет, не пьет, но как работник ресторана, она должна знать вина и что рекомендовать посетителям, - дама снова сложила руки на груди. - Не беспокойтесь. Сегодня же ей будут указаны все ее ошибки… - А откуда вы так хорошо знаете эту девушку? И такое фамильярное обращение, - Марина светская львица наклонилась чуть ближе к мужчине. - Это лучшая подруга моей дочери. Они вместе живут со второго курса. Так ведь проще платить за квартиру и вообще жить. Такой способ довольно часто практикуется у студентов, так ведь? – Михаил привстал и медленно снял с себя пиджак. Несмотря на шумную, тяжкую работу кондиционера, он все еще чувствовал жар. Аккуратно повесив пиджак на спинку стула, он, скрипнув стулом, вернулся на свое место. - Ну ладно. Светская беседе затянулась, Марина Михайловна. Позвольте спросить, почему вы хотели меня видеть. - Вы прекрасно знаете почему. Я хочу присоединиться к вашему обществу филантропов. Думаю мой вклад в это дело был бы значителен и нужен… - хитро улыбнувшись и собрав несколько морщинок в уголках губ, женщина чуть понизила голос. - Я взрослый и деловой человек. Если вы просто хотели бы присоединиться к моей компании гуманной помощи, вы бы сделали это уже давно, открыто, перед прессой. Что вам надо? – нахмурившись, главный врач, откинулся на спинку стула. Под мелодично-хаотичный звон тарелок и звуковых приборов, бьющихся друг об друга, жужжание кондиционера, гул голосов посетителей и шепот официантов, двое взрослых смотрели друг на друга, ожидая чего-то. Мимо них проходили официанты с ароматными блюдами по французским рецептам и стаканами, наполненными тихо шипящими напитками. Им нужен был какой-то знак. Хоть что-то, что позволило бы продолжить разговор. - Прошу прощение за задержку, - перед ними возник поднос с бокалом, наполненным белым вином. Стекло бокала было запотевшим и это означало, что сам напиток был холодным. - Спасибо, - дама взяла бокал и сделала небольшой глоток, - Так на чем мы остановились? - Вам что-нибудь еще нужно? – вежливо прервала ее Милонская. - Нет, Саш. Ты свободна, - Михаил ответил за Грацкую и многозначно посмотрел на Александру. Когда его вторая дочка отошла на приличное расстояние, мужчина еле заметно выдохнул и продолжил. - Так чего же вам нужно? Вы присоединяетесь к компании, делаете нам рекламу и…? - И вы присоединяетесь ко мне. Все что мне нужно – это ваше присутствие на некоторых «вечеринках» и званых вечерах, в качестве особого гостя, - быстрым движением она поправила показавшуюся прядь и сделала еще один глоток вина. - В чем подвох…? Такие как вы не бегают за такими как я. Не ради двух-трех вечеринок. - Никакого подвоха, поверьте. Просто еще один аспект, который привлечет ко мне нужное внимание. Внимание, все, что мне нужно. Вам и не надо скрывать, что вы на моем вечере, только из-за того, что я теперь часть вашей «команды милосердия». - Позвольте узнать, каким же будет ваш вклад в нашу «команду», - он не собирался соглашаться на эти странные условия, которые могли предоставить только представитель «светской» власти. И снова «шуршащая морщинками улыбка» возникла на безукоризненном лице Грацкой. Она достала смартфон из своей сумочки и, найдя что-то в нем, предала телефон мужчине. Увидев напечатанный там текст, Ситникову захотелось присвистнуть, как это делали в старых комедиях. Условия с его стороны были гораздо выгоднее, чем он мог себе приставить. С такой помощью он мог устроить сразу несколько мероприятий для детских домов, сельских школ, больниц и так далее. Но подобное еще больше насторожило. Надо быть идиотом, чтобы предложить сделку на условиях, которые не выгодны тебе самому. А сидящая перед ним безукоризненная дама была далеко не идиоткой. Наоборот. Она славилась отличным умом, смекалкой и чутьем на выгодные дела. И раз она поступает так…необычно, то она явно что-то нашла в этом особенного. - Хорошо. Согласен, но вам лучше всячески исполнять ваши условия, иначе я не появлюсь в костюме ни на одной из ваших « встреч». Она лишь молча улыбнулась хирургу в ответ и допила вино. После, скрипя стулом, поднялась и бросила бумажку достоинством одну тысячу рублей на стол. - Я плачу. Остальное пусть пойдет на «чай» вашей Сашеньке… - улыбка исчезла с ее лица и перед мужчиной снова возникла холодная бизнес леди, которую он видел не так давно. И снова он не мог оторвать от нее взгляд. И он это понимал. И она это тоже понимала.

***

Через пару недель. Поток машин, пускающий черные выхлопные газы в и без того серое и грязное небо, медленно двигался по главному проспекту города Т. Жужжание моторов отечественных автомобилей, недовольный рев иномарок, ругань мотоциклистов, которые случайно измазали колени об бока автомобилей, пробираясь среди бесконечной пробки. Это звуки города. И не говорите, что вам все это не знакомо и у вас по городу летают только экологически чистые единороги и по улицам ходят босоногие Хоббиты. Все мы живой продукт городской жизни. И невысокий водитель «Матиза» тоже. Когда она сдавала на права, она не думала, что так быстро привыкнет к такой жизни. Жизни «водителя». Она всегда стояла в пробках. Когда ехала в школу и из нее. Когда ехала в университет и из него. Когда ехала просто в центр города и обратно. Но тогда она была простым пассажиром, главной заботой которого было посматривание на часы и ругань водителя, который так медленно вез ее. И время в пробке она проводила за музыкой в наушниках или чтением книги. Или со всем вперемешку. Теперь же, сопровождаемая глухим шипением радио в ее автомобиле, она была тем самым водителем. Как же по-разному смотришь на уличную жизнь со сторон разных баррикад: водитель и пешеход. У каждого виноват другой и ведь найдется правило дорожного движения, которое докажет это. И обратное тоже. - Надо позвонить Жене и сказать, что задерживаюсь из-за пробок. Я же обещала забрать ее пораньше сегодня. Обещаешь, и обязательно случается вот такая фигня… - недовольно и сухо пробормотала Милонская и взяла телефон. Приложив трубку к уху, она вслушивалась в настойчивые глухие гудки. Каждый гудок отзывался в ее голове. Она уже начинала дышать в один ритм с этими гудками. - Да, Саш? Ты где? – любимый голос звучал мягче, чем никогда. - Я стою в пробке на проспекте. Тут какой-то невероятный затор из-за пары придурков не разъехавшись на повороте… - раздраженно пробормотала Милонская. - Может нам проще самим к тебе подойти, а потом мы поедем в обход этой пробки? – обеспокоенно прозвучал голос в трубке. - Неплохо… Стоп. Кому это вам? - Со мной Элоис, ей надо в наш район и я предложила подбросить ее. Тебе ведь нетрудно? - Нисколько… Вот только я предпочитаю сама предлагать красивым девушками подбросить их куда надо, - лукаво улыбнувшись, Алекс четко представила себе такую уже ухмылку на любимых губах, когда Женя услышала ее ответ. - Я обязательно уступлю эту возможность тебе в следующий раз. И я ничего не скажу сейчас вслух, а дождусь подходящего момента дома… - Все прячешь свою любовь ко мне? - Я же не могу как ты, - она понизила голос, - рисковать мягким местом ради признания. Не забывай, что мы в России. Да и мне и так неплохо живется. - Соглашусь. И мне тоже… Но когда ты стала так осторожна по отношению к коллегам? - Ладно, ты выиграла. Говори мне, где ты стоишь, и мы пойдем на встречу. Назвав свое местоположение, Милонская положила трубку. Жаль, что сегодня с ними поедет Элоис. Девушке хотелось поприставать немного к Ситниковой по пути домой. У них в последнее время, постельная активность снова перешла в активную фазу, и этим надо было пользоваться. Но ничего не поделаешь. Избежав столкновения с парой идиотов на мопедах, которые решили попробовать проехать между двумя машинами на скорости, она громко выругалась. Как же многое её раздражает в последнее время. Слишком многое…

***

Медленным шагом, аккуратно неся пиджак в руках, Женя направлялась в сторону пробки, где стояла ее девушка и обругивала всяких «недо-козлов». Рядом с ней тихо шла Элоис, иногда задавая вопросы, касающиеся местоположения чего-либо в этом городе. Француженка казалась приятной. Ее короткие кудрявые каштановые волосы напоминали ей барашка, как высказалась Саша тогда в машине. И ведь не поспоришь. Волосы «а-ля барашек», широкие распахнутые карие глаза, которые с детским любопытством рассматривали каждый уголок чужого для нее российского города. И не скажешь, что эта девушка всего лишь на год их младше. Во Франции есть программа, позволяющая студентам третьего курса свободно разъезжать по родной или чужим странам, получая тот самый опыт, без которого тяжело найти работу. И никаких лекций или практических занятий. Весь год можно путешествовать или работать. Элоис убила двух зайцев одним выстрелом, устроившись в эту кампанию. И ей повезло владеть русским языком. Они как раз искали кого-нибудь в роли свежего мяса, которое не жалко отправить за границу в холодную и страшную Россию. Стук каблуков по асфальту перекрывался гулом толпы людей, велосипедными звонками и жужжанием транспортных средств. Но в то же время было ужасно тихо. Не в такой тишине должны находиться коллеги. [ В квадратных скобках будет находиться французская речь, которая для удобства чтения будет сразу переведена на русский. И замечание заранее: у французов школа начинается с одиннадцатого класса и заканчивается нулевым. Эти двенадцать лет делятся на три части: начальная школа, колледж и лицей. - [Евгения, а как давно вы изучаете французский?] – спросила француженка, стараясь не тараторить, - [А ваша подруга?] - [Ну, лично я с седьмого (пятого класса, если по-русски) класса. В колледже. А Саша. Насколько я знаю, она изучает французский уже четырнадцать лет.] – быстро сориентировалась Ситникова, и тоже не спеша ответила на поставленный вопрос. Ведь произношение у них обеих разное и надо уважать другого человека в таком случае. - [То есть…] – шепча себе под нос цифры, девушка загибала пальцы, - [С десятого класса? С младшей школы? Это хорошо.] - [Приятно, когда твой родной язык изучают за границей?] – поинтересовалась Женя, улыбаясь. На уже знала ответ и робкий кивок был тому подтверждением. - Я люблю Россию и русский язык, - Элоис широко улыбнулась и чуть пристукнула каблуков по дешевому асфальту. - Да, и это тоже приятно, - она хотела еще что-то сказать, как увидела знакомую машину, стоящую у обочины, - Саша! Прибавив шагу, Евгения за пару мгновений добралась до автомобиля, но в салоне никого не было. Она посмотрела на номерные знаки, чтобы убедиться, что это та машина. Мадам Лавон догнала ее, поражаясь, как ее коллега может так быстро ходить на каблуках. - [Это наша машина, но водитель пропал…] – озадачено почесала в затылке рыжая и осмотрелась. И тут ей чуть ли не в лицо прилетел букет в знакомой руке с кольцом из белого золота на большом пальце. - Сюрприз, дамы! – Саша весело рассмеялась, - С международным днем переводчика! Это вам. Она вручила обеим по букетику из трех тюльпанов. Элоис засмущалась и принялась отказываться от букета, эмоционально что-то объясняя и сильно жестикулируя. Но осенний «Дед Мороз» был непреклонен и, в конце концов, даже принципиальная француженка приняла скромный подарок. И правда. Тридцатое сентября был международным днем переводчика. Улыбнувшись и посмеявшись, Саша ущипнула каждую из девушек за нос, чуть не оставив им по «сливке», и попросила их занять места в «санях». Сев за руль она улыбалась, первые десять минут пути, но потом она снова почувствовала себя ужасно раздраженной. Что-то она легко входит в этот состояние в последнее время. Слишком легко.