Десятый хранитель

Когда бой закончился, а на поле брани остались только воины Рохана и горы погибших, я опустилась на землю. Усталость взяла верх, а от запаха крови тошнило. Переведя дух, я поднялась, выглядывая глазами Леголаса, Арагорна и Гимли. Они стояли недалеко, спиной ко мне. Ветер принёс слова Арагорна: — Я считаю Вашу клятву исполненной, мира вам. После его слов армия мертвых растворилась, словно табачный дым в воздухе. Я медленно двинулась в сторону Минас — Тирита, надеясь поскорее увидеть Эовин, но увидела кое-что другое… Эомер прижимал к себе бездыханное тело сестры, а с его губ срывался истошный крик. Я сделала ещё пару шагов, но остановилась, не в силах подойти ближе. Рохир поднял принцессу на руки и понёс в крепость. — Изумрудик, ты здесь! — Донесся до меня возглас Гимли. Гном уже направлялся ко мне, как и остальные члены Братства. — Слава Дурину, ты жива, остроухий уже чуть с ума от волнения не сошёл, — довольно заявил гном, перешагивая через мёртвого орка. — Ах, мой бедный принц, — с сарказмом заявила я, глядя на Леголаса, — будто это я ушла неизвестной тропой, которая ведет только к смерти, не предупредив никого. Это ко всем вам относится! А если бы вы не сумели? — С возмущением заявила я, переводя взгляд от эльфа к Арагорну. — Но мы ведь смогли, — с лёгкой улыбкой заявил Арагорн, убирая меч в ножны. Обратив внимание на меч, я обомлела. — Откуда у тебя меч Элендила? — Пораженно произнесла я. — Потом, — отмахнулся Дунадан, — сейчас нам всем нужно отдохнуть. — Идём, Арагорн, я надеюсь, у этих людей есть хорошее пиво! — Сказал Гимли, подталкивая Эстеля к городу. Теперь остались лишь мы с Леголасом. Я смотрела прямо в глаза эльфу, как и он. Слов было много, целый поток, но я молчала, не в силах ничего сказать. Злость на эльфа мешалась со счастливым осознанием того, что он цел и невредим. — Даже ничего не скажешь? — Первым нарушил тишину Леголас, не отрывая взгляда от меня. — Я рада, что ты в порядке. — Проговорила я. — И всё? — А что ты хочешь, чтобы я сказала? — не выдержала я, — Что я ужасно волновалась, что ежесекундно боялась за ваши жизни, что … Принц за секунду преодолел расстояние меду нами, притягивая моё лицо к себе, впиваясь в губы поцелуем. Я мгновенно растворилась в этих ощущениях. Поразительно, какую власть он обретает надо мной, всего лишь прикасаясь губами. Все невысказанные слова вдруг стали сущим пустяком, а руки сами потянулась к принцу, зарываясь в светлых волосах. — Больше не оставляй меня так внезапно, — наконец проговорила я, оторвавшись от Леголаса. — Никогда, — мягко произнёс Принц, проводя ладонью по моему лицу. Постояв ещё немного, мы направились к городу. Город Королей возвышался высоко над нами. Величественный, он не уступал тем, кто некогда восседал на троне Гондора. Он словно был тенью Королей прошлого, который безмолвно напоминал нам об их величии. Казалось, прикоснись я сейчас к холодному камню, и в голове пронесутся воспоминания, что он хранил. — Не опускай взгляд, — предупредил Леголас. Словно по мановению руки я посмотрела вниз …и едва подавила крик ужаса. На улицах валялись головы…человеческие. Головы в шлемах, на лицах застывший ужас. — Упрямица, — раздраженно проворчал Леголас, уводя меня подальше. — Мне нужно в палаты врачевания, — опомнилась я, как только сумела оторвать взгляд от пола. — Тебя ранили? — Взволнованно проговорил принц. — Нет… не совсем, — замялась я, вспоминая о ране на ноге, которая уже практически не беспокоила, — Эовин, я хочу убедиться, что она в порядке. — Анариэль, тебе нужно отдохнуть, это может подождать. — Нет, я хочу увидеть её, удостовериться, что она в порядке, — протестовала я, останавливая Леголаса. Принц на секунду остановил взгляд на мне, после чего понимающе кивнул и повернул налево, ведя меня в палаты врачевания. Увидев это место, я на секунду замерла, в голове всплыл Имладрис. Эти витые колонны, узорчатые своды, практически отсутствие стен и высокий потолок — всё так напоминало Последний Приют. Раненых было много, многим попросту не хватало места, и их укладывали на носилках прямо на пол. Эовин я увидела практически сразу: она лежала на тонкой подстилке, на принцессе была кольчуга и мужские портки, остальная амуниция и оружие лежали чуть поодаль. Эомер сидел тут же, подогнув под себя колени, он не отрываясь смотрел на сестру, словно пытаясь уловить её вздох. — Эомер, — я коснулась плеча рохира, подходя ближе, он лишь поднял на меня взгляд, после чего вновь опустил глаза. — Что говорят лекари? — Неуверенно продолжила я, одновременно с тем пытаясь расслышать биение сердца принцессы. — Ничего, — наконец ответил Эомер, — они не знают, что это такое. Я медленно подошла к Эовин. На лице покой, обезображенная рука покоится на груди. Я перебирала в голове все раны, о которых знала, но этого мне встречать не приходилось. — Я позову Арагорна, — спохватилась я. — Анариэль, опытные лекари не знают, что это такое. Ты думаешь, что следопыт с Севера поможет? — Прокричал мне в след Эомер, но я уже покидала палаты врачевания. Перейдя на бег, я почувствовала ноющую боль в ноге, и сбавила шаг. Преодолевая ярусы один за другим, я высматривала среди людей знакомое лицо. Наконец, поднявшись на седьмой ярус я увидела Арагорна. Дунадан уже успел переодеться, стоя на длинном выступе, который рассекал последние ярусы, уходя вперёд. Он стоял на самом конце, слегка придерживаясь рукой за каменную стену. Издали услышав мои шаги, Арагорн обернулся и отошёл от края. — Всё в порядке, Анариэль? — Поинтересовался он, — ты взволнована. — Эовин, она тяжело ранена и лекари помочь не могут. — Затараторила я, подбегая ближе. — Так, спокойно, — Дунадан положил руку на моё предплечье, — она в палатах врачевания? — Спокойным голосом спросил он. — Да, я покажу, где. — Не нужно, тебе стоит отдохнуть. Попроси слуг, они проводят тебя в комнату. Голос Арагорна был тихим, а сам он уравновешенным. Казалось, что здесь, в Минас -Тирите, его ничего не тревожит. — Ты видел Денетора? — Спросила я, когда Арагорн уже направился к лестницам на нижний ярус. — Нет, его больше нет, он бросился вниз. — Только и ответил он. Когда Дунадан ушёл, я медленно подошла к краю выступа. Там, внизу, простирался весь город, а дальше — бескрайние просторы Гондора. Я подумала о Боромире, пока мы были в Лориэне, он так много говорил о доме, о том, как мечтает вновь увидеть Цитадель и родные стены. Но чаще всего гондорец вспоминал о своём брате — Фарамире. Почему-то он редко упоминал отца. Бросив последний взгляд на развевающиеся флаги, я направилась во Дворец. После моего первого и единственного визита, я отметила для себя, что здесь всё практически не изменилось. — Миледи, я могу вам помочь? — Рассматривая знакомые залы, я так увлеклась, что не заметила появления девушки. — Да, я бы хотела попасть в свои покои, — ответила я, вновь ощущая нарастающую боль в бедре, едва сдерживаясь, чтобы не зашипеть. — Хорошо, следуйте, пожалуйста, за мной. Девушка не была похожа на служанку. Уж слишком дорогое платье она носила. Должно быть, это была приближенная Денетора. Через несколько минут, мы остановились перед деревянной дверью. Поблагодарив девушку, я вошла. Наспех смыв с себя всю грязь и кровь, я собрала в косу влажные волосы и надела бледно-голубое платье, что одиноко висело в шкафу. Выйдя в коридор, я пыталась выпытать у слуг, видели ли они здесь Гэндальфа. Не получив никакой вразумительной информации, я поднялась в тронный зал. Как я и ожидала, Гэндальф стоял там, он о чём-то говорил с Гимли и Леголасом. Услышав мои шаги, все трое обернулись, а майя одарил меня дружелюбной улыбкой. — Поди к нам, дитя, я думал, ты захочешь отдохнуть после битвы, — мягко проговорил Гэндальф, протягивая ко мне свободную руку. — Я не настолько устала, Митрандир, — ответила я, подходя ближе, вставая подле Гимли. — Я и не сомневался в тебе, мифрилловая, — заметил гном, покуривая трубку. — Гэндальф, Пиппин в порядке? — Поинтересовался Леголас. Митрандир на секунду задержал взгляд на окне, где вдалеке виднелось поле боя, усеянное трупами людей, урук-хаев и тушами оллифантов. — Да, с ним всё хорошо. — Уверенно ответил он, вновь переведя взгляд на нас. — Но что же теперь, Гэндальф? — Я взглянула прямо в голубые глаза майя, — Это ведь не конец, нам предстоит ещё одна битва, она решит исход этой войны. — Сегодня — ничего, — спокойным голосом ответил Митрандир, — всем нужно хоть немного времени, чтобы оплакать павших и подлечить раненых. Насладись этими минутами спокойствия, Анариэль. Сказав это, Гэндальф медленно направился к трону Короля, давая понять, что слов из него я больше не вытяну. — Всё тебе неймётся, мифрилловая. — Заговорил Гимли, не вынимая изо рта трубку. Леголас, поморщившись, отогнал дым от своего лица, но гном не обратил на это внимания. — Дело не в этом, Гимли, — возразила я, опираясь об одну из колонн, — у меня просто такое предчувствие, что на нас каждую секунду нацелены все войска врага. И что потеряй мы бдительность хоть на мгновение, они раздавят нас, как жуков. — Не обижайся, ушастик, но это уже паранойя, — философски проговорил Гимли. Я поперхнулась воздухом, а Леголас изогнул бровь, глядя на невозмутимого гнома. — Ушастик? — Переспросила я. — Ну да, вон князёк — остроухий, а ты — ушастик. Не буду же я вас одинаково называть. — Всё с таким же умным видом заявил Гимли, чем заставил нас с Леголасом залиться смехом, эхом отражающимся от каменных стен. Пустив ещё несколько колечек дыма, гном направился в сторону трапезной. — Пройдёмся? — Поинтересовался принц, предлагая мне руку. Кивнув, я ещё раз обернулась на Гэндальфа, но того и след простыл. Выйдя из Тронного Зала, мы с принцем направились к лестницам, ведущим на нижние ярусы. Но едва мы ступили на первую ступень, как на встречу к нам вышел Арагорн. — Как она? — Заволновалась я, стараясь уловить каждый жест Дунадана. — Я сделал всё, что могу, она в порядке. — Ох, — облегчённо выдохнула я, беря друга за руку, — спасибо тебе, Элессар. Арагорн с мягкой улыбкой кивнул мне и устремился прочь, вновь оставляя нас с принцем наедине. — Как Эовин попала на поле боя? — Спросил Леголас, очевидно, догадавшись, о ком идёт речь. — Она переоделась в мужские доспехи. Сказала, что не может спокойно сидеть, пока её брат и дядя отдают свои жизни, — ответила я, перебирая пальцами пуговицы на рукавах принца. — Храбрый поступок, но очень безрассудный. — Заключил Леголас. Спустившись на шестой ярус, мы встали на небольшой терассе, ограждённой резными перилами. Внизу простирались нижние ярусы. Главные ворота и часть стены были разрушены, раненых всё ещё приносили, а убитых урук-хаев, харадрим и мумакил складывали в кучи и поджигали, как после битвы у Хельмовой Пади. — К счастью всё обошлось, Эовин будет в порядке.- Скорее самой себе, чем принцу, сказала я. — Ты не знаешь? — Не знаю чего? — Поинтересовалась я, поворачиваясь к принцу. — Король Теоден погиб. Его тело отнесли временно в усыпальницу, позже его погребут в Рохане, рядом с предками. — Ответил Леголас. — О Эру Благословенный, — прошептала я. — Он обрел покой, Король погиб, защищая свой народ, это достойная смерть. Я лишь кивнула. Зная, как Эовин любила дядю, мне было сложно представить, что с ней будет, когда она услышит об этом. Такая утрата никогда не проходит бесследно. Уж мне ли не знать. Через несколько секунд я почувствовала тёплые руки принца, который обнимал меня со спины. — Я хочу, чтобы это поскорее закончилось, — тихо проговорил Леголас, щекоча дыханием моё лицо. — И что же будет потом? — Жизнь, полная и яркая, не осквернённая постоянным страхом за близких. — Ответил принц. Я улыбнулась, на секунду представив то, о чём говорил Леголас. Но внезапно в голове всплыла картинка ночного кошмара, что я видела в Дунхарроу. Тряхнув головой, я постаралась избавиться от навязчивых образов и голосов. — Ты чего? — Не понял Леголас, отнимая руки от моей талии и становясь напротив. — Да так, — махнула рукой я. — И всё же? — Допытывался принц, опираясь о перила. Немного помедлив, я встала подле Леголаса и в подробностях рассказала вчерашний сон. В голове вновь всплывали те слова девушки и прощальный плачь. — Я думаю, тебе стоит поговорить с Гэндальфом, возможно он объяснит твой сон, а возможно скажет, что это всего лишь твоё воображение и переживать не стоит. — Спустя некоторое время произнёс аранен, беря меня за руки. — А если…если это вещий сон? — Не унималась я. Мама часто говорила, что у эльфов ничего не бывает просто так. Наши сны, видения, предчувствия — всё это имеет какой-то подтекст, значение. Нужно лишь уметь всё это понимать. — Не думай об этом, — ласково посоветовал Леголас, — в любом случае будет так, как будет. — Ты прав, — согласилась я, опуская голову на плечо принца. Он притянул меня ближе, поглаживая по волосам. — Нет, ну вот только на секунду их оставил, как они опять склеились. Голос Гимли заставил меня отпрянуть от принца. Гном стоял на лестнице со скрещенными на груди руками, и всем видом выражал притворное недовольство. — Остроухие, вам что предыдущих ласк не хватило? — Продолжил он. — Откуда ты…- начала было я, но принц меня перебил. — Ты подсматривал, — закончил за меня Леголас, скрестив руки на груди, на манер Гимли. — Чтоооо? — Возмутился гном, — я наблюдал, мало ли чего с вами могло приключиться. Я прикрыла рот рукой, сдерживая смех, а вот Гимли не сдержался и уже в следующую секунду хлопнул себя по коленям, расхохотавшись. — А приходил-то зачем? — Поинтересовалась я. — Обедать пора, вот зачем. Опоздаете — еды не оставим, — сказал Гимли и кряхтя, проклиная огромное количество ступеней, отправился во Дворец. В трапезной, вместо одного длинного стола, который стоял здесь раньше, было поставлено десятки поменьше. Сейчас здесь не было важно, кто вельможа, командующий или обычный солдат — все были равны. В трапезной поместилась лишь малая часть тех, кого нужно было накормить, поэтому остальным просто давали миски с едой и те уходили. Гимли любезно занял нам стол, расположенный у одной из стен. Через несколько минут подошёл Арагорн. Еда стояла уже на столе и мы молча приступили. В зале была практически полная тишина, несмотря на огромное количество людей. Лишь изредка кто-то перекидывался парой фраз. Через четверть часа мы закончили, и я уже спешила вниз по лестницам, в палаты врачевания. Если я пыталась ускорить шаг, то рана на бедре неизменно напоминала о себе резкой болью. В лечебном крыле людей стало значительно меньше. Многих раненых разместили здесь же, в небольших комнатах при палатах врачевания. Мне сказали, что Эовин здесь, но сейчас она спит и смысла идти к ней нет. Поподробнее расспросив лекарей я узнала, что после визита Арагорна принцессе стало значительно лучше и теперь ей необходим отдых и некоторые отвары. Я мысленно всем сердцем благодарила Дунадана. Выходя из палат врачевания, я остановилась на небольшой примыкающей терассе. — У вас здесь кто-то близкий, миледи? Я вижу вас второй раз. Боковым зрением я увидела мужчину, что встал подле меня, и не оборачивая ответила: — Можно сказать и так. — С этим человеком всё в порядке? — Вновь поинтересовался мужчина, и на тот раз я обернулась. И замерла. Мужчина повернулся вместе со мной. Голубые глаза, русые с коричневым отливом волосы. Казалось, что передо мной стоял Боромир… Лишь если повнимательнее присмотреться, то можно заметить различия. На мгновение я подумала, что брежу. Всё это казалось просто очередным видением. — Простите мне мою бестактность, миледи, я не представился. Моё имя Фарамир. Он явно принял мой ступор, как ожидание чего-то, поэтому поспешно назвал своё имя. — Ты брат Боромира, — тихо проговорила я, не в силах оторвать взгляд о его лица, которое так до боли напоминало о погибшем друге. — Вы знали моего брата? — Удивленно проговорил Фарамир. На его лице внезапно отразилась тоска и горечь воспоминаний, и я уже пожалела, что заговорила с ним об этом. — Да, мы путешествовали вместе и стали друзьями. Мне жаль, что всё так случилось. — Не стоит, — тут же ответил Фарамир. — Он часто говорил о тебе, — зачем-то добавила я. Мужчина слабо улыбнулся. Тоску нельзя скрыть никакими способами. Она всегда будет сопровождать тебя, до тех пор, пока ты не отпустишь боль в глубины своего сердца — Было приятно поговорить с вами, миледи, — Фарамир склонил голову. — Анариэль, зовите меня Анариэль, — поправила его я, точно так же склонив голову в знак почтения. Мужчина ушёл назад в палаты врачевания, а я направилась вновь на верхние ярусы. В городе кипела жизнь. Казалось, что мало кто заметил то, что совсем недавно буквально за его стенами была битва. Люди куда-то спешили, рядом с тавернами слышался пьяный хохот мужчин. Женщины натягивали веревки между колоннами домов для того, чтобы повесить чистую одежду. Дети играли, бегая по улицам и сбивая прохожих. Эта жизнь была так не похожа на тихий Лориэн, где никогда не было шумно или суетно. Всё было спокойным и тихим, лишь на праздники можно было услышать громкие возгласы развеселенных эльфов. А дети… их и вовсе не было. Уже много вёсен пролетело с тех пор, как в Лориэне появлялись на свет дети. Да и браки в последние годы случались крайне редко и были поводом огромных праздников. Войдя в тронный зал, я вновь обнаружила там Гимли. Гном с интересом разглядывал троны Короля и Наместника. — Нравится? — Поинтересовалась я, подходи ближе. Гном едва не подпрыгнул от неожиданности, после чего с укором взглянул на меня. — Мифрилловая, ты чего. Так же и заикой остаться можно. — Прости Гимли, — извинилась я, опускаясь на каменные ступени, что вели к давно пустующему трону. — Почему Наместники никогда не становились Королями? — Поинтересовался гном поле нескольких минут молчания. — Потому что не им суждено быть Королями, Гимли. Они блюстители трона, которые поклялись править в отсутствие правителя. Двадцать шесть Наместников сменилось после того, как сгинул последний Король Гондора — Эарнур. Все Наместники дают клятву: «Править Гондором до возвращения Короля». Гном несколько раз кивнул, задумчиво глядя на статуи Великих Королей, что украшали тронный зал. — А что будет теперь? — Я могу лишь полагать, — отмахнулась я. — И что же ты полагаешь? — Не унимался Гимли. Бросив взгляд в конец залы я увидела Арагорна, он стоял опершись о колонну. Его взгляд был направлен на статуи своих предков, но я была уверена, что он слышит каждое сказанное нами слово. Немного помедлив, я ответила: — Наступает эпоха Короля.