Десятый хранитель

Остаток дня пролетел словно одна минута. Время неумолимо приближало нас к последней битве. С каждым часом спешка увеличивалась, все боялись не успеть. В оружейной было не протолкнуться, оружия вполне хватало, но люди расталкивали друг-друга, боясь остаться ни с чем. Леголас с Арагорном долгие часы пропадали в одном из залов, где обычно Денетор собирал своих военачальников. Я не вмешивалась в их разговор, так как в боевых стратегиях смыслила очень мало, а как построить и организовать армию таких масштабов и вовсе не представляла. Солнце скрылось на Западе уже больше часа назад, а сон так и не шёл. В голову закрадывались разношёрстные мысли, не давая ни на секунду провалиться в дрёму. Откинув одело, я поднялась на ноги, подходя к окну. «Эру, почему именно в ночь перед самой ответственной битвой за всю свою жизнь я не могу выспаться?», — только эта мысль крутилась у меня в голове. Ещё немного померив шагами комнату, я потушила свечи, оставив, как всегда, только одну. Ночная прохлада постепенно переросла в холод и рубашка, едва прикрывавшая бёдра, меня явно не спасала, поэтому, закрыв окно, я нырнула под одеяло, вновь стараясь забыться сном. В этот раз мне помешал тихий скрип двери. Резко распахнув глаза, я поднялась с кровати, попутно схватив со стола кинжал Галадриэль. Дверь распахнулась, и мы с Леголасом застыли, глядя друг ну друга. — Эру, Анариэль, ты бы ещё стрелой в меня ткнула, — попытался отшутиться Принц, закрывая за собой дверь. Положив кинжал на место, я скрестила руки на груди: — Привычка настороженно относиться к посторонним за месяцы путешествия даёт о себе знать. — Ты не спишь, почему? — Поинтересовался Леголас после недолгого молчания — Сон всё никак не идёт, — призналась я, опираясь о край окна. — Погоди, если ты полагал, что я сплю, то зачем пришёл? — Чтобы охранять твой сон, — шутливо ответил Принц. — И давно так делаешь? — Не очень, — пожал плечами лихолесец, наблюдая за недоумением на моём лице. — Носишься со мной, как с маленькой девочкой, — недовольно заметила я. — Ты для всех нас как младшая сестра, это очевидно, что мы будем беспокоиться о тебе. — Я понимаю, — кивнула я, — но так я думаю, что слишком слабая. Мне сразу вспомнился отец и мать, которые на пару были во сто крат бережливее, чем Братство. Каждый шаг под надзором, круг общения под жёстким контролем — все это так мне надоело за всю жизнь, что снова оказываться под опекой я не хотела. Вновь чувствовать то, что я слабая, потому что не могу сама по беспокоиться о себе. — Иногда нужно быть слабее, Анариэль. Ты не мужчина и можешь себе это позволить.

Будь, пожалуйста, послабее. Будь, пожалуйста. И тогда подарю тебе я чудо запросто. И тогда я вымахну — вырасту, стану особенным. Из горящего дома вынесу тебя, сонную.

— Я столько лет была такой. Мне надоело, Леголас. Я подняла глаза на аранена, стараясь в тусклом свете свечи разгадать его эмоции. — Расскажи мне, — попросил Принц, садясь на мою кровать. Немного помешкав, я подняла глаза к потолку. Воспоминания из детства и юности не были самыми счастливыми в жизни, по крайней мере раньше мне так казалось. Кроме Халдира об этом не знал никто. — Родители всегда опекали меня, в особенности матушка. Я была, как и многие, единственным ребенком в семье, а после смерти тёти, — мой голос дрогнул, — всё стало ещё хуже. Мама словно птичку держала меня в клетке. Порой я даже из дома не могла выйти без её ведома. Отец был помягче и я даже уговаривала его порой поучить меня стрельбе. Когда мама прознала про уроки с отцом, она была в ужасе. Ведь в её представлении я должна была играть на арфе и свирели, заниматься вышиванием, словом, делать всё то, что обычно делают эльфийки. — Ты умеешь играть на свирели? — С улыбкой поинтересовался Леголас, пытаясь снять напряжение. — Я так и не научилась, — призналась я. — Когда мне было тысяча лет, меня попытались выдать замуж. Его звали Алеиль, он был из приближенной к Владыкам семьи. Наши родители долгие столетия поддерживали тёплые отношения, для них это был лишь вопрос времени. Их призрачные намёки становились всё настойчивее, пока они уже прямым текстом не сказали, что будет помолвка, а через год свадьба. Принц нахмурился, поняв, что тема была для меня не из приятных. — И ты сбежала, — догадался Леголас. — Да. Для меня это был единственный выход тогда. Ночью я собрала несколько вещей, немного лембаса, после чего бежала до утра к западным границам, где Халдир уже ждал меня с лодкой. Он был единственным, кого я посвятила свои планы побега. Он не одобрил, а приняв, взял с меня обещание вернуться. Я опустила глаза. Воспоминания о друге вновь заставили воспроизводить в мыслях то, что я увидела в палантире — его смерть. — Ну хватит, не будем о грустном, — Принц поднялся, с кровати, повернув моё лицо к себе. Леголас невесомо поцеловал меня в губы, но я протянула его ближе, не желая отпускать. — Останешься? — Спросила я, хотя в этом слове звучала, скорее, просьба. Когда Леголас был рядом, во мне словно просыпалось спокойствие, все проблемы и страхи отступали. Это необъяснимое чувство, которое и тысячей слов сложно описать. Принц кивнул. Пока я тушила зажженные свечи, он снимал с себя камзол и рубашку, оставаясь в штанах. Оказавшись в постели, я повернулась к аранену лицом, глядя на него в темноте. — Завтра будь рядом, — попросил Леголас, кладя ладонь на мою талию. — Ну уж нет, ты будешь отвлекаться на меня, а я не хочу, чтобы ты представлял себя под удар. — Сердце говорит мне, что это я должен делать, все моё существо твердит, что я должен защищать тебя любой ценой.

Я решусь на все неизвестное, на все безрассудное, — в море брошусь, густое, зловещее, — и спасу тебя!.. Это будет сердцем велено мне, сердцем велено…

Слова Леголаса заставили меня залиться краской. — Я и сам понимаю, что не смогу жить без тебя, — признался Принц. Я улыбнулась ему. — А я не смогу без тебя. Поэтому прошу тебя, будь осторожен. Пообещай, что если я буду рядом, ты не будешь отвлекаться. Леголас кивнул, а я, подарив ему очередной поцелуй, закрыла глаза, пытаясь в очередной раз за вечер заснуть. Принц уснул раньше, об этом говорило его медленное дыхание и сердце, что билось размеренно. Открыв глаза, я взглянула в лицо спящего аранена. — Я люблю тебя, — прошептала я, перед тем как провалиться в царство снов.

Хоть нарочно, хоть на мгновенье, — я прошу, робея, — помоги мне в себя поверить, стань слабее.