Смертная бессмертная

О, этому равнодушию позавидовал бы самый равнодушный человек в мире! Без особенного интереса – по крайней мере Раф готова была поклясться, что интересом не светилась ни одна его черточка – Сульфус быстро сверху вниз осмотрел ее с ног до головы и, похоже, не найдя ничего интересного, отвернулся. Но руку, стоит отметить, все равно подал. Трепеща изнутри, Раф приняла ее и, дрожа от нахлынувшей неуверенности, с трудом поднялась на ноги. - Прости! – извинилась еще раз она, потирая ушибленные места. Мелкие ранки неприятно саднили, и девушка недовольно поморщилась, кривя губы. Наверное, она даже синяк поставила. Хотя о чем это она думает? Перед ней стоял парень ее мечты, так что как может она думать о синяках и ранах?! Раф встряхнула головой; мысли сбивчиво метались в сознании раненными птицами и никак не хотели становиться в ровные ряды. - Ну и чего ты там жмешься? – недовольно проворчал Сульфус, отворачиваясь. Однако в следующий миг он повернул голову, искоса – еще раз – окинув Раф взглядом, и у девушки перехватило дыхание; уж не волнение ли мелькнуло трещинами на стене хладного равнодушия? «Нет, нет, это какая-то глупость!» - твердила сама себе Раф, чувствуя, как щеки стремительно и так предательски краснеют. – «Что в тебе заинтересовало его? Этого просто не может быть!» Хотя… с другой стороны, Глен же отчего-то пригласил ее на свиданье. Ах, точно! Глен! Как она могла забыть? Но сейчас, стоя так близко к парню своей мечты, ведя с ним пусть и довольно нескладный, но все же разговор, она была готова послать все к черту: и галантность Глена, и предостережения Ури, и вообще все, что успела надумать за все это время. Сердце ведь никогда не ошибается, Раф в этом была уверена на все сто. Впрочем, почему на все сто? На все двести! Что-то приятное, что-то знакомое и родное в груди, возможно, что-то на грани шестого чувства твердило ей: вот, ты только руку протяни и схвати свое счастье, оно ведь так рядом! Ее судьба – Сульфус, и только он. По-иному никак. - Н-ничего, - сбивчиво выдохнула Раф, пряча глаза под тенью челки. – П-прости! Сульфус глухо зарычал, оборачиваясь, и блондинка невольно сжалась, попятившись. Робость в ней стремительно превращалась в самый настоящий страх. А парень, видно, это заметил, и потому уголки его губ, дернувшись, медленно поползли вверх. Его это забавило, а от ямочек на его щеках Раф покраснела еще гуще, отметив, что они ему просто нереально идет. - И прекрати извиняться. Бесит, - коротко и как-то бездушно кинул он, отворачиваясь обратно. - Конечно, - севшим голосом пролепетала Раф и хотела уже на автомате извиниться еще раз, но вовремя осеклась. А Сульфуса это развеселило еще сильнее. Не найдя ничего лучшего, девушка решила последовать за ним. Какое-то время они шли молча, наверное, квартал или два. Сульфус сунул руки в карманы длинного черного пальто с большими отворотами и демонстративно молчал, а Раф неуклюже семенила за ним вслед, стараясь не отставать за его длинным шагом. Первым не выдержал брюнет. - И какого хрена ты за мной плетешься? – пренебрежительно фыркнул он, даже головы не повернув на спутницу. В груди предательски кольнуло. Или, быть может, она просто-напросто себе нафантазировала, что он беспокоился. Да, да, наверное, так и есть. Девушка сглотнула, пытаясь выкинуть неприятные мысли из головы. - Мне по пути, - тихо ответила она, глядя себе под ноги. Почему-то даже говорить с ним было трудно. Раф всегда думала, что человека, кого она когда-нибудь назовет Судьбой, она поймет с полуслова, с полувзгляда, с полужеста; что с ним она будет болтать часами напролет, и никто не станет надоедать друг другу. Но отчего-то Сульфус остался для нее загадкой. Да, они знакомы всего день, да и то шапочно, но ведь родственным душам достаточно одного мига, чтобы распознать в друг друге свою половинку и влюбиться с головой самой трепетной и самой нежной любовью, на какую только способны молодые горячие сердца. Так почему он идет впереди нее, чуть сгорбившись, явно хмурится и раздражен?.. Почему ей так страшно смотреть ему вслед и говорить, казалось, банальные фразы? Почему Сульфус для нее – не открытая книга, каким должен быть, а какая-то покрытая мраком тайна, от упоминания которой кровь стынет в жилах? Быть может, она все-таки ошиблась? За такими мыслями Раф не заметила, как, подобно Сульфусу, остановилась на месте. Лишь когда по-настоящему зимний, холодный ветер растрепал ее непослушные волосы, девушка, тихонько вздохнув, огляделась по сторонам. Они оказались на крошечной пустынной площади, окутанной подрагивающим ночным туманом. Посреди мощеной красным камнем дороги вверх устремлялся памятник основателю города – некоему лесорубу, о котором когда-то рассказывали на уроках истории. Раф передернула плечами. До ее дома совсем чуть-чуть и, быть может, Сульфус согласится проводить ее… Но она ни за что на свете не попросит его об этом. Ох, к разговору о Сульфусе! Где же он? Девушка тревожно осмотрелась по сторонам, но вокруг не было ни души. В сердце начал закрадываться предательский страх, затряслись поджилки. Городок маленький, и практически все друг друга знают, но Раф все равно боялась по ночам выходить из дому. Как если бы темнота могла проглотить ее или нанести какой-нибудь другой вред. Впрочем, кто из нас не боялся ее?.. Луна лила вниз бледные подрагивающие лучи. Они насквозь пронзали бело-серые клубы дыма, отчего казалось, будто вся площадь неярко сияет. Казалось, даже время остановилось на несколько минут, желая запечатлеть этот волнующий сердце момент. И тихо. Очень тихо. В обступивших площадь домах в окнах не горело огней, не раздавался тихий детский плач, приглушенный толстыми стенами, ни редких машин по соседним дорогам… Ничего. Непонятная дрожь охватывала Раф с ног до головы, и сердце предательски заколотило сильнее, кровь ударила в виски. Паника медленно заполняла все нутро. И в этот самый миг прямо за спиной девушки шевельнулась тень. Зашуршали полы драпового пальто, и Раф показалось, будто хлопнула широкими черными крыльями какая-то ночная птица, взмывая в воздух; потревоженный ледяной воздух в быстром порыве обдал спину своим окоченелым дыханием. Блондинка машинально дернулась, отпрянув, и лихорадочно осмотрела все вокруг, но никого и ничего не нашла. Но не могло же ей все это привидеться! В следующую секунду послышался смешок. Он прозвучал несколько громко в стоящей тишине. Раф, нахмурившись, посмотрела вверх и увидела свою Судьбу сидящей, свесив ножки, на постаменте у литых ног дровосека. Сульфус насмешливо смотрел на нее – почти как тогда, когда она врезалась в него, поглощенная мыслями о Глене, - и… курил? Дымящий окурок (и когда его успели выкурить?) будто случайно выскользнул из пальцев, меж которых был зажат, и, качнувшись, приземлился у самых ног девушки. Она насупилась, недовольно посмотрев на парня. - А если бы мне на голову? - Но не прилетел же! – съязвил в ответ Сульфус и, выпрямившись, достал еще одну сигарету и снова закурил. Досада захлестнула Раф. Да как он может так грубо с ней разговаривать? Неужели она сделала ему что-то? Ну в самом деле, что за ребячество такое?! От обиды она даже прикусила губу, сетуя мысленно на свою излишнюю впечатлительность, по вине которой сейчас в уголках ее лазурных глаз застыли слезинки… Но тут она взглядом нашла его тонкую фигуру, зависшую неподвижной статуей на фоне темного неба и луны, окруженную тонкими колечками дыма. Туман будто подтягивался вверх по постаменту, обвивая его полупрозрачным плюющем, и ковром растекался у ног таинственного парня. Да, именно это слово наиболее точно подходит ему. Таинственный. Взялся из ниоткуда, смотрел на нее с холодом и совершенно не вязался с ее представлениями о Судьбе. Совсем не как Глен, которого она, казалось, знала чуть ли не всю жизнь. Полная ему противоположность. И сейчас, вопреки всем ее убеждениям, она понимала, что не ошиблась ни разу. Тонкая струйка дыма от сигареты терялась в звездном небе; крохотный алый огонек тлел в руках Сульфуса, и Раф зачарованно следила, как тот медленно подносит ладонь к губам, затягивает, и легкий серый дым слетает с его приоткрытых губ… Ах, наверное, эти губы целовали не одну девушку… Быть может, и ее однажды… Сульфус хмыкнул, разрушая вмиг повисшую идиллию. На мгновение Раф показалось, будто он прочел ее мысли, и мигом покрылась ярким пунцовым румянцем. Между тем парень подошел к самому краю постамента, глянул вниз, на девушку, и сделал шаг в пустоту со всей своей внешней непринужденностью. Раф тоненько вскрикнула, в быстром испуге отпрянув. Еще бы, метра два, если не больше. Но вопреки всем мыслимым и немыслимым законам физики и чего-то там еще Сульфус приземлился на ноги, всего чуть-чуть согнув их в коленях, когда его ступни касались земли. Снова зашелестели полы его пальто и снова тот быстрый неуловимый звук – хлопок от удара крыльев о воздух. И вновь – никаких видимых признаков птиц. Зато Сульфус теперь стоял к ней почти вплотную и улыбался – хитро, чуть прищурившись, и как-то недобро. А Раф не нашлась в силах, чтобы отступить, затуманенным взглядом смотря в его янтарные глаза. Пожалуй, впервые она видела что-то настолько необыкновенное. Жидкое аловатое золото плескалось в его очах, будто бы сияя, переливаясь всему оттенками рыжего. Даже дыхание перехватило. И парень, будто играючи, протянул к ней руку, заправив за ухо в легком жесте выбившуюся пшеничную прядь. В случайном жесте провел холодными пальцами по холодной щеке, вызывая смятение и растерянность, а еще новую порцию румянца. Невесомо очертил линию губ. Приподнял за подбородок, заглядывая с легким интересом в глаза. - Не давай себя обманывать, малышка, - хихикнул парень, оторвался и пошел прочь, оставив девушку одну – с колотящимся в бешеном ритме сердцем. – И не доверяй незнакомцам. Раф медленно втянула в себя воздух. Вот урод! Он играл с ней, а она – тоже хороша! – повелась! Развел, как ребенка! От нахлынувшей досады даже в глазах защипало, и блондинка спешно утерла слезы рукавом. Черт, как же все-таки обидно. Шипя под нос проклятья, Раф поспешила прочь от площади и от покрытого пеленой загадок Сульфуса, которого ненавидела сейчас всем сердцем. И как она могла сравнивать его с Гленом? Он бы такого себе не позволил. И все же… отчего так радостно и больно где-то за щитком ребер?.. Уж не влюбилась ли она по-настоящему?