При свете мрак всегда светлее

Волан-де-Морт сидел в своем кресле, наблюдая за крутящимися в прозрачном шкафу ампулами. Рядом находилась Алекто и Люциус. Парочка Пожирателей смерти стояло около входа в качестве охраны. — Так соблазнительно близко…- размышлял Рэддл. — Только представьте, сколько таинств там кроется. И мне всего-то нужно выбрать одно воспоминание… Он встал и направился к шкафчику. Взяв одну колбу, Волан-де-Морт то и дело что переворачивал ее из стороны в сторону, наблюдая за тем как медленно движется внутри почти прозрачная мысль. — Больше всего меня убивает то…- он покачал головой и поставил пробирку на место. -…что они здесь, прямо передо мной, бери не хочу. Но несмотря на то, что в моих руках немыслимая сила, я не могу открыть их. — Я думаю, — вставила свое слово Алекто, — что Вам не придется долго ждать, мой Лорд. Скоро Вы обретете то, чего так жаждет ваша душа. Ехидно улыбнувшись, Темный Лорд ответил: — Хоть мне и льстят твои слова, Алекто, я весьма благодарен тебе за твою поддержку. Кэрроу довольно оскалилась, глядя на Малфоя. В ее глазах явно был только порыв крика: смотри, меня он похвалил, а тебя нет. Том сел в кресло, сложив руки перед собой. Люциус сглотнул, предчувствуя, что надвигается очередной неприятный разговор. Однако, к его удивлению, Волан-де-Морт замолчал, уткнувшись лицом в сжатые кулаки. И слава Богу! Хотя бы какое-то мгновение можно расслабиться и успокоить свои нервы. Подойдя к столу, Люциус взял графин и бокал. Налив себе немного сухого вина, он из солидарности решил предложить и директору. — Вам налить? — Да, — загоревшимся взглядом ответила Амбридж. — Только немного. Малфой фальшиво улыбнулся и обратился к Рэддлу: — Повелитель… Волан-де-Морт поднял голову и нахмурившись покачал рукой: — Нет, благодарю. Предпочитаю виски. Ища взглядом по бутылкам виски, Люциус нервно облизывал губы, пытаясь найти нужный напиток дабы угодить Темному Лорду. Вздохнув, он понял, что сделать это не получится, так как виски в принципе не было в этой комнате. Поэтому мужчина продолжил наливать Долорес сухое вино. -…Ну или кровь врагов…- добавил щекотливую фразу Рэддл. Мурашки волной пробежали по руками и спине. Как будто Повелитель стоял возле него, придерживая острие лезвия возле сердца. А вокруг шеи уже прямиком обвивалась Нагайна, мечтая вцепиться в сонную артерию и прокусить эту бледную кожу своими ядовитыми клыками. — Ха-ха-ха-ха! — Зловещий смех Алекто. — Мой Лорд, у Вас просто невероятно тонкий черный юмор. Закрыв глаза, Люциус нервно вдохнул. Ему совершенно не нравились подобного рода шутки, ведь иногда они несли не переносный смысл, а прямой. Дверь в кабинет отворилась и зашел Кэрроу. Том тут же встрепенулся, глядя на Амикуса, который явно принес какие-то новости. И не было сомнений, ведь прийти с пустыми руками мужчина просто не имел права. — Прошу прощения, что заставил ждать. Но уверяю вас: на этот раз информация достоверная. Амбридж сделала глоток вина, переложив ногу на ногу и усмехнулась: — Что ж, начинайте, мы все во внимании. Заведя руки за спину, мужчина повернулся корпусом в сторону Волан-де-Морта и начал докладывать: — Мой Лорд, у меня две новости: хорошая и плохая. Сдерживая бурлящий гнев, Рэддл сказал: — Начинай с хорошей. Таким образом, он надеялся, что благие вести помогут ему немного успокоиться. — Наши люди в министерстве смогли проникнуть в мир магглов и установить полный контроль над ними. Теперь люди будут преклоняться перед Вами, стоит Вам отдать приказ. Расплывшись во все тридцать два, темный Лорд чуть ли не подскочил с кресла. Поставив руки перед собой на стол, он встал и радостно сказал: — Так это же отличная новость! Замечательная работа! — Спасибо, сэр…- тихо ответил Амикус, кашлянув. Он готовил себя к тому, что сейчас вся эта минутная радость уйдет и молился, чтобы Повелитель не убил его. — Теперь-то, эти людишки узнают, кто в этом мире главный. — Разделила радость с Рэддлом Алекто. Амбридж так же довольно усмехнулась, однако взглянув на обеспокоенного Кэрроу, решила сама задать вопрос: — А какая плохая новость? Лорд Волан-де-Морт с любопытством и улыбкой глядел на подчиненного, ожидая ответа. Люциус чувствовал, как давление распирает голову, чувствовал биение своего сердца и старался даже не дышать эти пару минут. — У нас появились враги и судя по всему, очень серьезные. Секунда. Доля секунды. Улыбки не видать. Мышцы на лице Темного Лорд сомкнулись и окаменели, а взгляд приобрел типичный яростный огонь. — Факты? Доказательства? Это информация достоверная? — Возбухала Алекто, не веря своим ушам. — Абсолютно. Всего день назад, когда мы пытались пробраться в Лондон, дабы погрузить город под мощнейшее Империо, кто-то помешал. Была серьезная битва, наши солдаты сражались достойно, но их силы значительно превышали наши. Таким образом столица Великобритании на данный момент находится под полной защитой этих волшебников. Волан-де-Морт молчал, глядя в стол и опустив голову. Малфой не сколько участвовал в диалоге, сколько наблюдал за тем, как накапливается ненависть в Повелителе, как дрожат его пальцы и напрягаются мышцы рук. И он боялся даже представить, что будет когда это терпение лопнет. Амбридж нахмуренно спросила: — Мракоборцы? — Нет-нет. — Закачал головой Люциус. — Министерство контролирует их, а мы контролируем Министерство. Если бы это были они — мы бы об этом узнали. Да и потом, большинство из них погибли, а потому они чисто физически не смогли бы собрать такое огромное количество людей. — Тогда кто же? — Злобно прошипела Кэрроу. — Довольно! — Рявкнул Темный Лорд. Все мгновенно обернулись в его сторону. Мужчина сел за стол и более спокойно сказал: — Прошу прощения, господа. Сами понимаете. Так, о чем мы? Довольно странное поведение, но спорить никто не решался. — Амикус, вам известны какие-либо имена? — Амбридж поставила бокал на стол. — Да. — Мужчина достал из своей мантии какой-то пергамент. Он был помят, однако там четко виднелся весь шрифт. Бросив досье, он стал говорить, а все присутствующие в кабинете стали разглядывать эту бумагу. — Некий парень по имени Виктор Крам, более известный как „Белая молния“. Спортсмен, в прошлом лучший ловец мира в игре Квиддитч. В настоящее время является директором Дурмстранга и лидером отряда, противостоящему Министерству и всем темным силам. На данный момент он и его сообщники представляют угрозу нашим людям. Долорес взяла бумагу и взглянула на фотографию, перечитывая собранную на Виктора информацию. — Крам…- Протянула Амбридж. — Припоминаю такого. Славный мальчик. И насколько я знаю, легко поддавался дрессировке Каркарова. — Дайте я взгляну. — Алекто стояла сзади кресла директора. — Надо же, какой. Нынче враги такие симпатичные пошли. — Такой молодой и уже смог повести за собой целую армию? — удивленный тон Амбридж привлек внимание Рэддла. — Директор, вы ведь не хуже меня знаете, что возраст не имеет значения. Если в человеке есть задатки лидера, то поверьте его будут слушать, будь-то ему семнадцать или сто двадцать пять. У нас сильный противник, и недооценивать его мощь исходя только из возраста не стоит. Алекто хитро улыбнулась, все еще любуясь на фото из досье. Облокотившись на спинку стула, женщина стоя заговорила: — Хотела бы я лично расправиться с ним. — Не переживай, — голос Повелителя. — У тебя еще будет такая возможность, Алекто. Кэрроу злорадно оскалилась, из-за чего лицо ее покрылось морщинами под глазами и на лбу. — Вы отдаете его мне? Спасибо! Вот только… — она вновь взглянула на фотографию. — Жаль личико портить, таких красавцев по пальцам можно пересчитать. Малфой закатил глаза, мысленно краснея за свою „коллегу“ перед Темным Лордом. Том же, решил задать Амикусу очередной опасный вопрос, которого Кэрроу до дрожи в коленях испугается. — Армия действительно сильна? — Боюсь, что да, мой Лорд. — Виновато опущенная голова. Кажется, мужчина и без того хорошо понимал риск каждого сказанного слова, а потому, наверное, потерял страх перед Повелителем. — Но кто они? — Люциус решил хоть как-то попытаться спасти Амикуса, слегка переведя внимание Волан-де-Морта на себя, дабы он не выплескивал весь гнев на мужчину. — Не могу точно ответить, но мое мнение, что это могут быть как и магглы, хорошо обученные магии, так и другие друзья, товарищи или работники министерства. Черт его знает! Разговор медленно утихал, все думали, что делать дальше и какие решения стоит принимать. Долорес вновь нахмурила свои тонкие, нарисованные брови и, глядя в пространство, сказала: — Вы знаете, в данной ситуации, меня больше всего беспокоит один вопрос… Заинтригованные взгляды в ее сторону. Она посмотрела на Темного Лорда и спросила, якобы задавая вопрос всем: — Откуда появился этот Крам? Как он, в принципе, смог разнюхать того, что мы пытаемся так тщательно скрыть? И только спустя несколько минут до Малфоя, наконец, начало доходить. — Хотите сказать, что у него есть сообщник? — Именно. — ответила директор, взяв со стола бокал. Тогда становился вполне логичный вопрос: кто? Раздумывая над этим несколько секунд, которые казались вечностью, никто так и не пришел ни к какому выводу. — Думаете, это кто-то из школы? — Решил высказать свое предположение Люциус. — Точно. — заверещала Алекто. — Что если это Грейнджер? Насколько мне известно, она и ее дружки — единственные, кто сейчас поддерживают с ним связь. — Исключено. — Закачал головой Амикус. — Она практически в полном контроле да и барьер проверяют каждый день. Я могу на все сто процентов поклясться, что никто и ничего не пересекает границу. Ну кроме нас, естественно. — Значит, — голос Темного Лорда, — нужно искать в Министерстве. Тонкий намек на новый отданный приказ Кэрроу подхватил моментально. — Считайте, уже занимаются. Волан-де-Морт любил, когда его подчиненные понимали его прихоти с полу слова. А потому считал Кэрроу одним из самых преданных слуг. — Кстати говоря, — Рэддл явно оживился, услышав доверительный тон, — что там с Грейнджер? Мое терпение поджимает мое ожидание. — Все продвигается по плану, Повелитель. — Кивнула Алекто. — Совсем скоро у нас будет то, что нам необходимо. Еще чуть-чуть. — Отлично. Я слышал, она в лазарете? — О да, — ответила Амбридж. — Эта старая карга Макгонагалл уже забегала ко мне по поводу этого. Я поговорила с ней. — И? Что она думает сейчас? — Приподняв бровь спросил Рэддл. Поправив бант, Долорес усмехнулась. — Все в порядке, она ни в чем не винит нас. — Прекрасно. Продолжайте наблюдать. Ничего нельзя упустить из виду. — Кратко ответил Темный Лорд. Амбридж и Люциус практически одновременно допили вино. Глядя на часы, они все поняли, что вечернее собрание окончено, но у каждого были свои дела, свои обязанности и свое задание. Именно поэтому, они все вышли из кабинета как можно скорее, в надежде порадовать Повелителя кто чем сможет.

***

Ох уж эта душераздирающая тишина…ни одного чертового звука! Только стук капель, скатывающихся по стеклу от дождя. Настолько раздражающим был этот звук…Из-за сильного ветра, вода била по подоконнику и раме с разной силой: то слабо, еле-еле слышными стуками, то наоборот, настолько звонко, что было ощущение, будто шел настоящий град. Грейнджер выключила свет. Изрядная прохлада, стоявшая в Больничном Крыле, заставила укутаться в одеяло по самые плечи. Несмотря на длинный рукав, теплые штаны и шерстяные носки, по телу все равно ходила неприятная волна мурашек. Девушка уткнулась головой в прохладную подушку и тяжело вздохнула. Ребра и шея все еще ныли от боли, пульсируя в мизинец левой руки. Но это ее сейчас, казалось, совсем не волновало, вернее, ее голову не покидала интрига касательно анонимного недоброжелателя, не сумевшего довести свой план до полной реализации. Спустя пол дня раздумий о Малфое, она окончательно потеряла надежду увидеть его, а к вечеру и вовсе забыла за его существование. Кроме того, Грейнджер все никак не могла забыть разговор с Джинни о Драко. Рыжая убеждала подругу, что видела, как блондин шел за ней и практически на все сто процентов уверена, что нападающим был он. — „Да и мотивчик-то у него имеется…“ — Зазвучала фраза в голове. — » Джордж слышал обрывок разговора Забини и Малфоя в Большом Зале. И видел, как этот блондинчик нервно встрепенулся, услышав, что ты направляешься к Сивилле“. „Но как он услышал?“ — воспоминания о том разговоре так и лезли в голову. „Джордж еще с начала года прицепил ухо-прослушку, чтобы наблюдать за слизнями“. „Джинни, а ты уверена, что он слышал ВЕСЬ разговор?“ „Не весь, только конец“. Да, у Гермионы было одно глупое предположение, объясняющее, почему парня все еще не было в лазарете. Однако, поймав себя на одной только мысли об этом, гриффиндорка тут же прикусила язык и ударила себя по голове. Лишь одно: „он не мог“ развеивало все сомнения. Перевернувшись на левый бок, Гермиона сунула руку под подушку, а другой накрыло плечо одеялом. Кровати здесь были до жути неудобные, скрипучие и твердые. Когда ты лежишь, то чувствуешь каждую пружину, впивающуюся через матрас в кожу. Да и белье здесь не было особо приличным: да, оно было чистым, но пахло какими-то травами, от которых хотелось блевать. Хотя за целый день, Грейнджер уже привыкла к этому запаху и совсем не чувствовала его. Как на зло, она была одна в этом мрачном и темном помещении. Мало того, что было холодно, так еще и спать было невозможно. Психанув, девушка встала и подошла к окну. Эти условия были для нее невыносимыми. Грифинндорка скучала по дому, по своей комнате и мягкой постельке. Она была готова отдать многое, дабы сейчас оказаться в Лондоне, с семьей. Чтобы ее не преследовали никакие проблемы. Жить беззаботной жизнью и знать не знать этот Хогвартс и всех этих Пожирателей. Ей хотелось жить в мире, где были бы только самые близкие люди. Где были бы живы Тонкс и Люпин, Фред и Гарри. В мире, в котором Малфой и Рон не были бы врагами, в мире, где все было бы по-другому. Обперевшись руками на подоконник, Грейнджер опустила голову и закрыла глаза. „Джинни, зачем я пошла к Трелони?“ „Понятия не имею. Но одно знаю точно: ты должна с ней поговорить. И что самое главное — никто не должен об этом знать. Ради твоей же безопасности.“ Ухо словило какой-то шорох сзади и рука сама потянулась к палочке. Резко обернувшись, девушка чуть было не произнесла заклинание оглушения, как вдруг… — Эй, эй, тихо, тихо. Малфой был изумлен таким рефлексом Гермионы. Он выставил руки перед собой, показывая, что ей не о чем беспокоиться. Убрав палочку, Грейнджер положила ее на тумбочку и спросила: — Зачем так подкрадываться? — Я думал, что ты уже спишь. — Объяснил блондин, присев на соседнюю кровать. Рассматривая девушку с ног до головы, парень чувствовал некую тяжесть рядом, как будто на плечи давил огромный камень. — Зачем ты пришел? — неловкий вопрос. Малфой поднял глаза, явно показывая, что удивлен таким глупым вопросом. — А что, нельзя? — ответил вопросом на вопрос тот. — Можно, но… — Ну вот и все. Ох, почему она вечно пытается быть такой занудой? Резко оборвав Гермиону, Драко сказал: — И кстати говоря, разве ты не должна сейчас уже спать? Только не думай, Грейнджер, что это забота. Нет-нет, я вовсе не собираюсь нянчиться с тобой. Но тогда зачем ты здесь, Малфой? Позлорадствовать? Что-то не чувствуется. — Нет. — Грубо ответила девушка и уставилась на стекающие капли. — А мне кажется, что тебе нужно отдохнуть. Заткнись, придурок долбанный! Заткни свой поганый рот! Прикуси язык! — Я не могу здесь спать! — Буркнула та, пихнув железный бортик ногой. — Эта кровать неудобная! Гриффиндорка сложила руки на груди. Но тут же повернула голову в сторону парня, когда услышала тихий смешок. Обескураженно, она спросила: — Ты чего смеешься? — Да ничего. — Ответил парень, сдерживая улыбку, — ты просто смешно выглядишь со стороны. О да, хоть что-то ты можешь высказать нормальное. Девушка подняла брови, а затем резко нахмурилась: — Твои шутки мне сейчас нужны меньше всего! Хочешь поприкалываться иди ищи первокурсников и… Она внезапно замолчала, приложив руку к голове. Драко перестал смеяться, а глаза налились беспокойством. — Ты чего? Но та словно окаменела. Сначала девушка просто нахмурилась, испытывая в груди легкое жжение, а потом резко сжала руки, заскрипев зубами. В ее голову разом проникло тысячи кинжалов, разряд молнии, огонь, называть можно как угодно. Боль была невыносимо адской. От нее просто терялось сознание. Грейнджер упала на пол, но Малфой во время ее подхватил. Она едва не коснулась коленом кафеля. — Тихо, тихо, эй, Грейнджер. Что с тобой? Гриффиндорка была в себе, однако чувствовала слабость. Парень положил ее на кровать и накрыл пледом. — Ты слышишь меня? Гермиона! Что такое? Сглотнув, она приподнялась и села, хотя ноги были уже под одеялом. Словно спазм, жжение прошло так же резко, как и появилось. — Нормально, просто голова резко заболела. Это из-за сотрясения. Как же горько было смотреть на этого маленького ангела. Бледная, истощенная, напуганная. Фу. Воротит от одной мысли! Она упорно сдерживала в себе всю тревогу, что скребла внутри по ребрам. Драко сжал кулак, от напряжения шевельнулись его скулы, он с сожалением смотрел на Грейнджер, не зная, что делать дальше. Страшно, Драко? Что, прогнулся под проблемы? Боишься, что из-за твоих действий страдает эта грязнокровка? Вспоминая вчерашний день и их последнюю встречу, блондин не мог отрицать того, что стал нервно тереть ладони. — Ты хоть что-нибудь помнишь? Этот пристальный и ожидающий ответа взгляд. Как будто от него зависит жизнь Малфоя. Грейнджер подозрительно прищурилась, но затем вздохнула и закрыла глаза. — Нет. Все, что я помню — это как шла по коридору из Большого Зала, а потом…темнота… — А куда ты шла? — Возбужденный порыв вопроса, после чего Малфой, дабы не вызывать подозрений, дополнил: — Не помнишь? — Я шла в… — На секунду Гермиона запнулась. «Никто не должен об этом знать. Ради твоей же безопасности„… И вновь голос Уизли в голове. Эхом раздался, пролетая из одного уха в другое. Но ведь Малфою можно сказать. Он ведь, он…ну, это же Драко. -…Не помню. — Закачав головой, ответила гриффиндорка. — Ясно. — Хмыкнув, произнес блондин. Следующие пару секунд прошли в полной тишине, потому как оба не знали, что говорить. Однако Драко все же решил начать первым: — Грейнджер, — он присел ближе. — Как ты думаешь…кто это может быть? Ну…кто… — Я не знаю. Даже и представить это себе не могу. — Пролепетала Гермиона и усмехнулась. — Мне какие только версии не предлагали: Рон и Симус думают, что это Алекто, Джоу — что это Пожиратели. Джинни вообще думает, будто это ты. Малфой бросил на нее испуганный и растерянный взгляд. Он слушал ее, внимательно анализируя каждое слово. — Но я сказала, что это бред, потому как знаю, что несмотря на свой характер, ты никогда бы так не поступил. Ведь так? Облегченный выдох и прорезающаяся кривая улыбка: — Ну конечно. Если бы не темнота, то Грейнджер уже бы давно заметила, насколько расширились зрачки в этих глазах. Обратив внимание на то, что плечи Гермионы слегка тряслись, Драко понял, что здесь стало довольно холодно. Еще немного и при выдохе шел бы пар. Он взял чашку, предварительно наполнив ее горячим чаем и протянул продрогнувшей гриффиндорке: — На, а то посинеешь еще. Грейнджер аккуратно взялась за ручку, медленно поднося к губам. В ту же секунду блондин почувствовал насколько ледяными были ее руки. Мраморная и холодная кожа на ее пальцах словно высасывала все тепло из тебя, стоило прикоснуться к ним. Грейнджер посмотрела на парня: Черты этого дьявольски красивого лица виднелись при свете вспыхнувшей за окном молнии. И гриффиндорка наблюдала за ним, не зная вообще, что испытывала. Разговаривая с ним, смотря в глаза, в принципе, находясь рядом. Капля страха от его сверкающего взгляда, капля ненависти за прошлое, капля режущего глотку любопытства, капля счастья за то, что он сейчас здесь. И все это перерастало только в одно чувство - то, которое даже проговорить у девушки язык не поворачивался. Взгляд, интерес, молчание. Общение, понятное без слов, общение, понятное только для них. Драко все так же сверлит взглядом, Гермиона все так же легко прикусывает нижнюю губу. Не знают, что сказать, но знают, что уже не смогут оторваться друг от друга. Стук, треск стекла, оба обернулись в сторону окна. — Что это? — спросил Малфой, нахмурившись. — Понятия не имею. — Ответила Гермиона. Так как она была ближе к окну, то решила подойти. Холодный ветер просачивался сквозь небольшую дыру в окне, размером чуть больше кулака. Убрав осколки, что попали на подоконник, девушка аккуратно выкинула их обратно, однако в ту же секунду почувствовала что-то похожее на скомканную бумагу под ладонью. Так как она лежала на внешней стороне подоконника, за рамой, Малфой не мог увидеть ее. Гермиона незаметно раскрыла ее и прочитала: „Поговори с Трелони, чем раньше, тем лучше. Я выяснил, что она получила пророчество. Судя по всему, что-то происходит в Министерстве. Поспеши! Твой В.“ О черт. Нужно срочно найти Трелони. Но как избавиться от Драко? Он не должен узнать. — Ну что там? — вопрос парня заставил Гермиону быстро выкинуть бумагу и смести остатки стекла вниз. — Ничего. — Ответила она и резко взялась за голову. — Слушай, ты не мог бы позвать мадам Помфри? А то здесь становится слишком холодно. Да и чувствую я себя неважно… Слизеринец приподнял бровь. — Уверена? — Да. — Коротко ответила та. Какое-то странное предчувствие. Грейнджер, ты точно ничего не задумала? Эта милая мордашка в разы может обдурить кого угодно. Если бы я даже думал, что ты пытаешься что-то скрыть, то у меня бы ничего не получилось заметить, ведь, черт возьми, я тебе верю. — Ну…ладно. Блондин направился к двери. — Драко…- тихий тон заставил парня мигом обернуться. Его глаза говорили за него, показывая насколько сильно тревога охватила его разум. — Только она не здесь, она в лодочном сарае. Помогает Макгонагалл. Что за бред я несу? Он и правда сможет в это поверить? Кивок в сторону девушки и быстрые шаги по кафелю вновь раздались на весь коридор. Гермиона смотрела ему вслед, поражаясь тому, как легко все прошло. Он не задал ни единого вопроса, не посмотрел своим взглядом, даже не ответил ничего по поводу того бреда, что услышал всего секунду назад. Это точно был Малфой? Драко свернул за угол. Спустя пару минут ожидания, Грейнджер сделала несколько небольших шагов и открыв дверь в комнату Помфри, обернулась назад, дабы убедиться, что Драко нет рядом. Тихо разбудив женщину, гриффиндорка присела рядом. — Гермиона? — Спросонья прохрипела та и зажгла свечу. — Что-нибудь случилось? У тебя что-то болит? — Нет-нет, — успокоив врача, ответила та. — Все хорошо, у меня просто есть к Вам огромная просьба. Помфри встала и, надев тапочки, внимательно посмотрела на безумную Грейнджер. — Я тебя внимательно слушаю. Убрав волосы за ухо, девчонка постаралась как можно скорее и как можно понятнее объяснить всю ситуацию. — Дело в том, что мне срочно нужно к профессору Трелони, я должна поговорить с ней об одном важном деле. И это не может подождать до утра. Пораженная и растерянная, Помфри даже не знала, что и ответить. — Тише, ну ты успокойся, успокойся. Я поняла тебя. — приложив руку на плечо Грейнджер пролепетала врач. Она бросила взгляд на раненное запястье девушки и отрицательно покачала головой. — Боюсь, это невозможно, Гермиона. Состояние твоего организма критично, тебе нельзя принимать сейчас лишние нагрузки, и уж тем более переживать, поэтому… — Пожалуйста, я бы не просила будь это не столь важно, мадам Помфри. — Скулила Гермиона. — Я понимаю, что есть риск, но… — Ну вот видишь, — ответила женщина, — ты и сама все понимаешь. Ни к чему тебе сейчас лишние проблемы. Девушка начинала злиться, потому как ее надежды на помощь Помфри не были оправданы. — Ложись, милая, ложись. Тебе нужны силы, чтобы восстановиться от травм, а завтра все решим. — Но я не могу ждать до утра! — возмутилась гриффиндорка, едва не топнув ногой. На что Поппи сжала губы и положила свою руку на ее: — Гермиона, не веди себя как ребенок, прошу. Ты умная девочка и должна понимать, что здоровье превыше всего. Иди в кровать… Тогда Грейнджер вздохнула и ответила: — Ко мне вернулась часть памяти. Женщина взглянула на нее и ахнула: — Что? Неужели… — Да. — Продолжала врать та. — И мои воспоминания связаны именно с кабинетом Сивиллы. Поэтому я и прошу Вас, отпустить меня. По лицу Помфри было видно, что она почти согласилась, поэтому Гермиона включила свой „дар убеждения“ и дополнила фразу: — Ведь возможно это поможет нам найти того, кто напал на меня. И тем самым мы предотвратим этот хаос. Хотя бы как-то. Поппи молчала. Она обдумывала слова девушки, взвешивая все за и против. В конечном итоге, она ответила: — Хорошо. Иди, я ничего никому не скажу, обещаю. Грейнджер улыбнулась и обняла женщину. — Спасибо! Да и еще…у меня к Вам есть еще кое-что. — Что? — с любопытством спросила врач. Гриффиндорка не хотела называть имя Драко, поэтому ограничилась общей чертой: — Если вдруг кто-нибудь будет приходить сегодня ночью, прошу Вас, не пускайте никого, в том числе и профессора Макгонагалл. Я клянусь, что обязательно Вам все расскажу. Безысходно закрыв глаза, Поппи махнула рукой и ответила: — Ай, иди уже. Только будь осторожнее, иди по 5 коридору, там сегодня нет Пожирателей, ты сможешь свободно пройти. — Благодарю Вас! С этими словами Гермиона вышла из комнаты и тихо направилась в кабинет прорицаний.