При свете мрак всегда светлее

(Примечание от автора: Дорогие читатели, спасибо каждому, кто читает этот фанф, изо всех сил стараюсь делать все, чтобы эта маленькая история дарила каждому тепло и радость! Очень прошу, если вам нравится эта работа — ставьте лайки, оставляйте комментарии и мнения, может где что нужно изменить, буду рада любому отзыву.) Искренне, ваш автор  Темный Лорд сидел в кресле, массируя пальцами виски. Судя по всему, что-то его тревожило. Однако, он старался сохранять спокойствие. Недовольство было на его лице. Судя по недавней поступившей ему информации, его «армия» не то, чтобы не была похожа на армию, ее трудно было даже назвать командой. Да, принять тот факт, что дети не смогут стать такими же могущественными как и его верные слуги, было довольно тяжело. Но Волан-де-Морт не хотел и мысли не пускать в свою голову. Он подсознательно не желал ничего слышать про то, что ученики устают. Скажем прямо, ему было плевать. Напротив него стояла Амбридж, ехидно улыбаясь, и гладила своего кота. — Я все понял, профессор. — Обратился к Долорес Темный Лорд. — Спасибо Вам за Ваш усиленный труд и желание мне помочь. Я не забуду этого. — Благодарю, — женщина хихикнула и снова, поправив свой розовый бант, удалилась из помещения, оставляя за собой стук ее маленьких каблуков. В кабинете стояло молчание, все смиренно дожидались прихода Амикуса. Как и ожидалось, вскоре, дверь открылась, но ожидания каждого, кто присутствовал в кабинете — не оправдалась. В темноте показались белые длинные волосы, темный плащ и дорогие лаковые туфли. — Вы хотели меня видеть, Повелитель? — Спросил Люциус, открывая скрипучую дверь. Темный Лорд поднял глаза и, улыбнувшись, произнес: — А, Люциус, — его глаза наблюдали за перепуганным взглядом Малфоя старшего, — проходи, проходи. Я рад, что ты здесь. Волан-де-Морт прищурил глаза, словно питаясь его страхом. Сглотнув, Люциус сделал шаг вперед, замерев и затаив дыхание. — Люциус… — Темный Лорд начал ходить вокруг него. — До меня дошли печальные новости о твоей прелестнейшей жене… Сердце Малфоя замерло. Все о чем он мог думать — это безопасность своей семьи. Почему-то, ему казалось, что ОН что-то сделал с ней, что сейчас ОН будет шантажировать его и запугивать. Однако, на удивление, его последующие слова, слегка облегчили его волнение. — Так вот, — Волан-де-Морт продолжил, — меня очень опечалила весть о ее болезни, ты же знаешь, я никогда не бросаю тех, кто мне верен. Тот, кто служит мне хорошую службу, получает щедрую награду. А тот, кто пытается предать меня, получает соответствующее наказание. Я надеюсь, это понятно? Темный Лорд встал перед ним, заглянув прямо в глаза. Дрожь прошла аж до кончиков ушей. Трудно было представить Малфоя со страхом в глазах, все мужчины в их семье были стойкими и смелыми, внушали страх и завоевывали уважение других. Но сейчас, глядя в эти черные, пропитанные смертью глаза, Люциус был словно песчинка в огромной черной дыре. Пыль, в сравнении с огромной планетой. — Да, Повелитель. — Четко, но неуверенно ответил мужчина. Люциус не понимал, чего ОН хотел от него. Ведь действия Волан-де-Морта все были полны и разнообразны, а сам он был крайне переменчив. Любая мелочь и, без вопросов, без выяснений, Темный Лорд менял свое решение. Именно это и тревожило Малфоя. Его тревожило, что, говоря о помощи ему и Нарци, он может передумать и попросту убить их всех. — Но сейчас, я бы хотел поговорить с тобой не об этом. — Волан-де-Морт вновь уселся за свой стол, гладя по голове Нагайну. — У меня есть к тебе одно поручение. Дело в том, что, мне необходимо собрать как можно больше информации о мире магглов. Даже несмотря на то, что я 15 лет изучал маггловедение, мне так и не удалось обнаружить их главные слабые места. Я слышал, в Министерстве были грязнокровки, которые держали все под контролем. Глупец Фадж доверял им самые сокровенные тайны, он сделал их наблюдателями! Эти трое магглов следили, чтобы в обоих наших мирах был мир и порядок. А еще, их главным заданием, как я узнал позже, было охранять воскрешающий камень. Но как только министра Магии убили пару месяцев назад, они исчезли, забрав вероятно, все данные о местоположении воскрешающего камня. В горле пересохло. Темный Лорд достал бузинную палочку и наколдовав себе в стакан воды, мигом выпив все до дна. С грохотом поставив его на стол, он продолжил: — Так вот, воскрешающий камень нужен мне, Люциус! Не будешь ли ты так любезен найти мне этих…- Лорд сжал кулак и, выдохнув, продолжил, — магглов? — Д…да. — Заикаясь, кивнул тот. — Я сделаю все. Найду их. Рассчитывайте на меня! Я Ваш верный слуга, я готов пойти на все! Ох, сколько же лжи и фальши было в этих пустых словах. Люциус ненавидел себя каждый раз, когда повторял Темному Лорду эти бессмысленные и неискренние слова. Медленно подняв глаза, Малфой увидел блеск в глазах Волан-де-Морта. Судя по всему, речь, произнесенная блондином, действительно порадовала его. Это был первый позитивный диалог за целый день. Внезапно их разговор прервали стуком в дверь. В кабинет зашел небритый мужчина в темной мантии. Как обычно, его физиономия была перекошена в угрюмую гримасу. После того, как Амикус применил «Круцио» к Макгонагалл, он был полон самодовольства. Его переполняли радость и своеобразное счастье, ведь, как он думал, теперь Темный Лорд гордился им. С высоко поднятой головой, Кэрроу, с каждым шагом, был более увереннее. Даже в присутствии Малфоя, которого раньше он считал авторитетным и важным человеком, теперь Пожиратель чувствовал себя куда выше, чем этот состоятельный, жадный аристократ. — Мой Лорд, — голос Кэрроу был грубее, чем обычно. — Комендантский час введен. Все находящиеся Хогвартса под полным контролем. — Замечательно! — Темный Лорд опять улыбнулся, но стоило уголкам его рта расплыться, как радость прервало следующее слово Амикуса: — Но… сэр, есть один нюанс. Убрав восхищенную улыбку с лица, Волан-де-Морт спокойно, подавляя злость от утраченной радости, спросил: — И какой же? Тогда Кэрроу заметно занервничал, то и дело что поглядывая на Люциуса. Молчание и ожидание приводили Темного Лорда в бешенство. Он ударил кулаком по столу и уже громче произнес: — Я слушаю, Амикус! Тот покорно рассказал: — Спустя 15 минут после наступления комендантского часа, один из Ваших покорных слуг заметил на подвесном мосту нарушительницу. Кроме того, девушка оказывала сопротивление и была вооружена. На попытку вернуть ее в здание, этот колдун был атакован заклинанием « Петрификус Тоталус», пущенным из палочки с волосом единорога, примерно 10 дюймов, Боярышник. Люциус закрыл глаза, ошарашено произнеся губами: — Драко… Волан-де-Морт, дослушав рассказ Кэрроу, злобно улыбнулся, прикрыв глаза и взглянул на умирающего от страха Малфоя. Амикус терпеливо стоял, ожидая ответа своего Повелителя, однако тот молчал, не сводя глаз с Люциуса. — Что прикажете с ними делать, мой Лорд? Темный Лорд вздохнул и, встав из-за письменного стола, подошел к Люциусу и Амикусу, отвечая на поставленный вопрос: — Ну что ж, я думаю, нарушитель должен получить по заслугам. Однако, такая честь предоставится Малфою. Люциус посмотрел на него, медленно отстраняя лицо от приближающейся головы Темного Лорда. — Ты ведь, справишься с этой задачей, Люциус? — Да, мой Лорд. Я справлюсь. Напряжение, волнение, ненависть и безумный страх. Оба стояли рядом, оба все понимали, но эта чертова интеллигентность не позволяла говорить о подобных вещах напрямую. Малфоя словно током ударило, настолько его тело было напряжено. Становилось жарко. Ладони потели, а во рту было словно в пустыне. Мужчина чувствовал моральное удушье, а Волан-де-Морт питался этой слабостью. — Как я уже говорил, Люциус, тот, кто пытается предать меня, получает соответствующее наказание. — Отойдя от него, Темный Лорд обратился к каждому из своих слуг: — И всем вам нужно это хорошенько запомнить. Драко лениво сидел на диване в гостиной комнате, где временно жили его родители и читал древнюю мифологию. Время на часах показывало полночь. Спать ему особо не хотелось, поэтому он решил таким образом убить время. Пытаясь найти хоть малейшие объяснения тому, на каком же все-таки, языке написаны ампулы, Малфой не мог не поймать себя на мысли о Грейнджер. Черт, и что только эта наивная дура там делала? Неужели Уизли в свои 18 лет не смог бы сам поднять этот гребанный камень? Да, Драко бесился, его выводило это из себя. Он не понимал, как можно было так безрассудно себя повести и подвергнуть себя такой угрозе. И ради кого? Ради своего бывшего парня? Бред. Глупая идиотка. Совсем себя не любит... Стоп, что? Драко нахмурился, а затем на его лице появилось раздражение и недопонимание. Откуда такая забота о грязнокровке? Тебе жалко Грейнджер, Малфой? Что это, Малфой? Тебе просто нужно расшифровать эту чертову надпись и все. Что за чушь у тебя в голове? Прикрыв веки, блондин запустил руку в волосы. И правда, его не особо радовало, что придется неделями сидеть над этими буквами, однако его тешило, что Грейнджер будет ему помогать, что сделает работу в два раза быстрее, а сам Драко параллельно сможет приглядывать за Гермионой. Потому как, он не был уверен, что ей не придет в голову очередная безумная идея, грозящая опасностью для ее жизни. Боже, как все сложно. Предположив, что ее клинит из-за смерти этого очкарика, Драко начал уже просто злиться.Ведь он давно заметил, что с отсутствием Поттера в этом мире, практически все, кого он знал, в том числе и слизеринцы, очень изменились. Но это не так сильно волновало парня, как вопрос: А изменился ли я? С каждой строчкой, читать было все труднее и труднее. Наконец-то, парень почувствовал сонливость. Закрыв книгу, он слегка кинул ее на мраморный зеленый стол и потер глаза рукой. Он с трудом пытался вспомнить, когда последний раз нормально высыпался. Наверное, еще в начале января. После Рождества, отец начал куда-то пропадать, все заботы и контроль рабочих в их доме — делал Драко. Так же, как и Гермиона с Гарри, Малфой слишком рано повзрослел. То ли это было связано с отсутствием дома отца, то ли с его полным равнодушием к жизни сына…а может, и то и другое. Нужно было идти спать. Однако ноги не слушались. Они словно ватные, налитые свинцом, которые невозможно было поднять со стола. Кажется, еще пара минут и Драко уснул бы прямо там, на диване. Медленно погружаясь в сон, Малфой стал терять мысли, о которых только что думал, сознание уплывало куда-то далеко. Но стоило ему на минуту задремать, как послышался громкий звук открывающейся двери. Точнее не просто открывающейся, а практически слетающей с петель. Драко убрал ноги со стола и бросил взгляд в сторону входа, в который буквально влетел Люциус. И, судя по всему, он явно был чем-то недоволен. Драко вскочил с дивана и напряженно спросил: — В чем дело, отец? Глаза Малфоя старшего горели адским пламенем. — В чем дело? В чем дело?! Это ты мне должен объяснить! Он схватил сына за горло и приставил его к стене: — Ты что, щенок, думаешь, что тебе все дозволено? Я тебя спрашиваю! Драко, совершенно не ожидавший такой ситуации, глядел на отца, держась за руку, приставленную к его шее. В недоумении, он пытался ответить, но пальцы слишком сильно сжимали горло, отчего было очень трудно дышать. — Отпусти меня! Я…я не могу… — Ты что-то сказал, мразь? — Люциус заскрипел зубами. Он смотрел на парня с ненавистью в глазах. — От…отпусти…ме…ня! — спокойно, но уже сиплым голосом проговорил тот. Его губы приобретали темно-синий цвет. Бледная кожа стала еще светлее, и даже легкие постепенно начинали сворачиваться. Прорычав, Люциус резко отпустил сына и отошел назад, а Драко тут же вдохнул полной грудью, придерживая свою шею, кожа которой была такого же синего цвета, как и губы. — Ты… — парень пытался говорить, тяжело дыша, — совсем с головой не дружишь? Ты что вытворяешь? Изумленное и все такое же рассерженное лицо Люциуса окончательно потеряло терпение. Ошарашенный подобным вопросом, мужчина подошел к Драко и продолжил: — У тебя еще хватает наглости спрашивать, подонок?! Это что ТЫ вытворяешь?! — Люциус увидел бутылку, стоящую на столе. Схватив ее, он заорал: — Совсем себе все мозги пропил огневиски?! — с этими словами он запустил хрустальный фужер в сторону сына. Тот, пригнулся и психанул: — Да хватит орать! Мать разбудишь! Ты можешь просто объяснить, в чем причина твоей истерики? — блондин все такой же спокойный стал напротив отца и сложил руки на груди. Да уж… Эти родственные гены были одинаковы все до единого. Драко не уступал отцу ни в силе, ни в стойкости. — Это ты мне объясни! — Люциус стал говорить спокойнее, как только осознал, что Нарцисса действительно спит. — Какого черта ты разгуливаешь по замку после отбоя? Хочешь найти неприятности на свою тупую голову? Как ты вообще посмел применить заклинание к Пожирателю? Взгляд Драко изменился. Мышцы лица расслабились так же как и он сам. Почувствовав облегчение, парень разжал ладони и безразлично ответил: — А, так ты об этом…- уголки рта немного приподнялись вверх. — Я уж думал, что-то серьезное случилось. Люциус сверлил сына взглядом, не понимая почему Драко был так спокоен. Это равнодушие настолько его выводило из себя, что он был готов убить парня прямо на месте. — По-твоему, это пустяк?! Ты хочешь, чтобы Темный Лорд вышвырнул тебя из Хогвартса? Вместе со мной и матерью? Драко подошел к столу и взял стакан, в котором еще было немного алкоголя. — Так значит вот, что тебя волнует? Твоя задница… — Не дерзи мне. — Люциус покачал головой, намекая, что сынулька сказал лишнего. Его переполняли эмоции. Он не верил своим ушам, что его ребенок сможет такое заявить.  — Ты прекрасно знаешь, что я беспокоюсь и о тебе и о матери. И, в отличие от тебя, — Малфой указал на Драко пальцем, — я люблю Нарци и хочу защитить свою семьею. А ты, избалованный эгоист — думаешь только о себе. Тебя не волнуют чувства других. Тебе плевать. Объясни мне, что ты делал на Подвесном Мосту? Блондин замолчал. Он обдумывал, чтобы сказать, но времени на раздумья у него было немного. — Я просто гулял. Решил пройтись. — И поэтому, на тебя напал Пожиратель? — Не особо доверительно спросил Люциус. — Да. — Парень сделал глоток огневиски. Люциус зашагал по комнате. Он не мог понять, что не так было в словах сына, ведь он знал Драко как облупленного. Что-то было не так, где-то таилась капля лжи, и Люциус это чувствовал. — Объясни, зачем Пожирателю нападать на человека, чья семья служит Темному Лорду? Он знает меня, знает тебя. Зачем ему нападать на тебя? — Наверное, я ходил по замку во время комендантского часа. — Хмыкнул парень и развел руками в стороны, держа стакан. — Зачем ты мне врешь?! Я вижу, что ты врешь! С тобой кто-то был? Драко замолчал. Он ничего не ответил отцу и присел на диван. Взяв книгу, он продолжил делать вид, что читает.  — Я еще раз задаю вопрос! С тобой кто-то был? — Люциус снова начинал заводиться. — Да был. — Кратко ответил тот, устав от допроса мужчины. — Кто? Блондин молчал. Эта тишина заводила еще больше. С каждой секундой, Люциус хотел сорваться все больше и больше. — Драко! Я спрашиваю, Кто.Был.С тобой.На.Мосту? — Забини. Блейз Забини. — Соврал Драко и кажется, очень убедительно. — Что вы делали там? Очередного вопроса Драко не стерпел и, психанув, вскочил с дивана: — Да какая тебе нахер разница?! Это не твое дело, ясно? — Парень допил со дна остатки огневиски и подошел к тумбочке, на которой стоял еще один фужер с алкоголем. Налив себе в стакан еще немного напитка, Драко выпил все это практически залпом и закусил лимон, который лежал на блюдце. Глядя на то, как сын раздраженно делал все это, Люциус прищурил глаза. Он долго о чем-то думал, молчал, размышлял. Затем, спросил: — Это была девушка, не так ли? Блондин, который уже стоял возле отца, посмотрел в его глаза. Молчание — знак согласия, как говорится. Люциус подошел к Драко. — Ну и кто же она? — Это тебя не касается. — Парень сухо ответил, и, не желая разговаривать, развернулся, бросив через спину: — я буду делать то, что захочу. И даже ты не в праве мной командовать. Люциус быстрым шагом подошел к нему и развернул к себе, схватив за плечо. — Я в последний раз спрашиваю — кто она? Не успел парень ему ответить, как он заметил, что отец достал палочку и приставил к животу. — И имей в виду, солжешь — я узнаю. Выдохнув, Драко понял, что это было бесполезно. Он знал, какая у Люциуса будет реакция, если он скажет на счет Гермионы, поэтому, ляпнул первое, что пришло ему в голову.  — Пэнси. Со мной была Пэнси. Это все, что ты хотел услышать? — Да, — удовлетворенный ответом, сказал тот. — Драко, я прошу тебя! Думай своей головой хоть иногда! Своими поступками ты подвергаешь нашу семью опасности. Если ты еще хоть раз вытворишь подобное, не думай, что Темный Лорд тебя убьет. Я сам это сделаю! — Что тебе мешает убить своего сына прямо сейчас? — Без страха с иронией спросил парень. — Твоя мать… — Люциус сказал это с горечью в сердце. — Если бы не она, я бы уже давно это сделал. Потому, что от тебя я не вижу ничего кроме как вреда нашей семьи. Ты не человек…ты…самовлюбленное существо, которое ищет выгоду только для себя. Можешь обижаться на меня, но это правда. Ты подумай об этом, сынок. Подумай. Люциус похлопал парня по плечу и, закрыв глаза рукой, удалился в комнату, а Драко лишь наблюдал за ним. Как только дверь закрылась, Малфой швырнул хрустальный стакан на пол. Мелкие осколки рассыпались по ковру, а парень сел на диван. Размышляя над словами отца, Драко сам не заметил, как уснул. Гермиона вышла из спальни девочек, тихо закрыв дверь. Спустившись вниз по крутой лестнице. В гостиной сидел Рон, Невилл, Джордж и Джинни. Остальные спали. Присев рядом с Джинни, Грейнджер выдохнула, откинув голову на спинку дивана. — Ну как она? — Спросил Долгопупс. — Не очень. — Ответила девушка. — Я дала ей зелье, уснула. Перед этим проплакав все глаза. — С ней все будет хорошо. — Поддержала как-то обстановку Джинни. — И все равно, Полумне, так же как и нам очень тяжело. Рон взял сестренку за руку. — Как думаете, может он все-таки, жив? — Спросил Невилл. — Я спрашивала Полумну об этом. — Вздохнув, ответила Грейнджер. — И что? — Произнес Рон. Девушка отрицательно покачала головой. — Как она вообще понимает…что с ним? — Все так же засыпал вопросами Уизли. Гермиона закатила глаза. Но видя заинтересованные лица ребят, она вздохнула: — Камень, который находился в центре амулета, реагировал на тепло и сердцебиение хозяина. Решив, что не стоит загружаться этой больной темой, Уизли старший перевел тему: — Кстати говоря, я тут подслушал разговор. Завтра будет тяжелый день. Судя по всему, Амбридж будет учить третьекурсников непростительным заклятиям. — Я в шоке. — Возмутилась Джинни. — Она вообще понимает, что делает? Они же дети. Может быть, сообщить в Министерство? — А то ты не знаешь, что Министр подчиняется Сами — Знаете — Кому. — Невилл прохрипел, слегка покашливая. И действительно, кажется, что выхода просто не было. Никто ничего не ответил. Потому что все знали, что Долгопупс прав. Никто не смел нарушать тишину, каждый присутствоваший здесь наслаждался тишиной. Как-то неосознанно, ребята посмотрели на камин. Деревяшки так и трещали внутри. На часах время показывало два часа ночи. Гермиона потерла глаза и, зевнув, первая решила сказать: — Ладно. Идемте спать. Завтра будет трудный день. Собрав все свои вещи, они поднялись и разошлись по комнатам. Грейнджер сидела за партой и занималась привычным для нее делом — перелистывала учебник. Насколько это был скучный курс. Зельеваренье никогда не было ее коньком, однако, весь этот материал она знала уже давно. Поэтому, она не считала нужным тратить свое время на эту хрень. Рон и Симус сидели за партой впереди от нее, а сама Гермиона сидела одна. Вдруг она почувствовала, как рядом с ней с грохотом упала кожаная сумка, а рядом присел какой-то парень. Краем глаза, девушка заметила, что волосы были светлыми. Она вдохнула воздуха и повернулась: — Я понимаю… —, но тут она от изумления заткнулась и захлопала глазами. Парень улыбнулся и начал: — Привет, Гермиона. Ничего не понимая, Грейнджер пыталась сообразить, что происходит и наконец, смогла выдавить: — Ты…? Ошибки быть не могло. Да, так хитро скалиться мог только он. — Рада меня видеть? — Какого хрена ты здесь забыл, Маклагген? Кормак обнажил зубы и поправил волосы. — По тебе соскучился. — Ты закончил школу в прошлом году. Как ты вообще здесь оказался? Гермиона чувствовала, что здесь что-то не так. Маклагген чуть дернул бровью и сжал губы: — Ну, скажем так, я не совсем удачно сдал экзамены, и меня оставили на второй год. — Я не удивлена. — Фыркнула Грейнджер и отвернулась, уткнувшись носом в книгу. Ее настолько раздражало и удивляло присутствие Кормака рядом, что она не выдержала и возмутилась, — вообще, почему ты сел со мной? Тебе что места мало? Она обернулась назад и…увидела, что все парты как на зло заняты. Как впереди, так и сзади. На что Кормак улыбнулся и гордо произнес: — Ну что, ты видишь где-то свободное место? — Отвали. — Прошипела Гермиона. Маклагген сделал ей поцелуйчик губами и достал учебник из сумки. В кабинет зашел Слизнорт. Видок у него был не из лучших. Одна из немногих, Грейнджер была в курсе того, почему он был таким бледным. Причиной тому был недавний разговор Амбридж с каждым педагогом школы. После этого выноса мозга, даже самый спокойный учитель превращался в сумасшедшего. И тем не менее, Гораций старался сохранять спокойствие, ведь он прекрасно понимал — ученики не виноваты и срываться на них нельзя было. — Доброе утро, дети. — Начал он. — Значит так, материала у нас много, а времени мало. И пока я не забыл, хочу начать с самого главного: мистер…- Он запнулся и достал список имен. — Бэквард, Финниган, Грейнджер и Маклагген. Грейнджер подняла голову. — Симус и Гермиона, вы единственные, в ком я уверен. У меня будет к вам обоим задание: дело в том, что мистер Бэквард и мистер Маклагген нуждаются в дополнительных занятиях по зельеварению. А у меня, к сожалению, нет такой возможности. Поэтому я прошу вас, объяснить им материал достаточно понятно для того, чтобы сдать в будущем экзамены. Я дам вам необходимые темы. Наверное, это был первый раз, когда девушке хотелось сбежать из класса. Она от безнадежности опустила голову на парту и тяжело вздохнула. Но радостная улыбка Кормака казалось, растянулась от уха до уха. Он пихнул локтем Грейнджер: — Имей в виду, я буду стараться. — Да иди ты! — Она отмахнулась рукой и положила голову на книгу. В конце урока, Кормак встал из-за парты и на проходе обратился к Гермионе, которая в свою очередь позеленела от злости. — Буду ждать нашего урока, профессор. — Отстань, Маклагген. — Выплюнула Грейнджер и парень улыбнувшись, ушел. Рядом стоящий Финниган случайно услышал весь этот «милый» разговор и сказал: — Гермиона, мне вот тут Слизнорт книгу дал. Сказал, чтобы я передал тебе. Боже мой, что уже этот от меня хочет? — Там 4, 8, 9 и 11 параграфы. Их нужно разобрать за две недели. Безнадежно закрыв глаза, девушка взяла книгу. Они вышли в коридор. Симус выглядел слегка удивленным, глядя на задумавшуюся Грейнджер, поэтому спросил: — У тебя все хорошо? — Да, я…- запнулась Гермиона, — я в порядке. — Я тут придумал, как мне подтянуть быстро этого парня. — Неужели? — девушка все еще думала о своих мыслях, совершенно не слушая, о чем там жужжал под ухом Финниган. — Да, мне кажется проще дать ему прочитать все параграфы, а потом переспросить. Что ты об этом думаешь? — Симус глянул на девушку. — Угу, …попробуй. Вдруг парень улыбнулся и дополнил: — Хотя ты знаешь, этот Бэквард такой тупой. Он не сдал ни одного экзамена в прошлом году. Я, скорее стану чемпионом мира по квиддичу, чем смогу научить его… У Гермионы расширились глаза, она тяжело задышала и перебила его: — А ну повтори, что ты сказал? — Я говорю, — почесав затылок, продолжил Финниган, — что он бездарь и не сможет ничему научиться. — Нет же! — Раздраженно выкрикнула та. — Ты сказал что-то про квиддич. Симус задумался и затем сказал: — А ну это я так пошутил. Я сказал, что, скорее всего, стану чемпионов команды, чем он выучит все пара… — Господи, Симус, ты просто гений! — Грейнджер набросилась на парня и поцеловала я в щеку. — Спасибо! Ничего не понимающий парень, только бросил взгляд в сторону уже убегающей девушки. Положив руку на щеку, где остался след от бежевой помады, он сказал ей в след: — Да не за что.