Мой любимый псих

      Я метался по своей палате в поисках спасения, не находя себе места, кидаясь от одной пустой койки к другой в поисках своих сигарет.       Да, пусть Никита и скрутил меня, но отпустил, как только увидел, что с Сашей что-то не так. Он утащил его в ординаторскую, а меня запер здесь в обществе Тюльпанчика. Мне ничего не оставалось делать, кроме как ждать, но когда я понял, что никто уже не придёт, то попытался взломать замок.       В психушке всё было старым: двери, замки, окна, кушетки. Всё скрипело и хрустело от каждого малейшего движения, но было весьма прочным, хоть и держалось со времён строительства уже не первый десяток лет. На такие вот случаи все всегда перестраховывались, ведь самое страшное было, если псих сбежит из своей палаты ночью. Поэтому выбраться у меня не было никакой возможности.       Я разбежался и со всей дури вломился плечом в дверь, но она не поддалась, тогда я повторил процедуру. По руке тонкой струйкой побежала кровь, а я всё ломился в хлипкую дверь и рычал себе под нос: «Не покидай меня! Не покидай!»       Последний рывок, но дверь не поддалась, я рухнул перед ней на колени и схватился за вывернутое плечо. Во тьме снова стали скрестись тысячи демонов, разрывая меня изнутри, шепчась о всех тех вещах, что происходили в этих стенах. В голове шумело, снова подкатывало моё любимое помутнение рассудка, когда я становился невыносимым, опасным для всех и для себя в частности. Я поднял голову и что есть мочи заорал: — Выпустите меня отсюда!       Но никто не ответил. — Никит! Слышишь меня?! Я сказал, выпусти меня! Выпусти! Мне здесь не место! Не место!       Я кричал и бился головой об дверь. С каждым разом удары становились всё сильнее, а вмятина на двери окрашивалась моей кровью. Реальность постепенно стёрлась, и всё происходящее вместе с ней. Ещё мгновение и провал. Дальше я уже ничего не помню.       Пустота…       Тьма.