Noisy Neighbours

Йен был в хорошем настроении. Откровенно говоря, всё было даже не так. Он чувствовал себя просто чертовски офигенно!       — Боже, меня тошнит от тебя, — простонал Эндрю несколько недель спустя.       — Хм? — Йен с улыбкой посмотрел на своего друга.       — Ты такой… сентиментальный, — обвинил его Эндрю. — Прогулки под солнцем и подобное дерьмо. Это выводит меня из себя. Пытаясь придать своему лицу более серьезное выражение, Йен не смог продержаться больше нескольких секунд, прежде чем снова начать улыбаться. Он ничего не мог с собой поделать. Он был в таком хорошем настроении. Йен наконец смог убедить Микки отказаться от подвала в пользу своей квартиры, и по ночам, когда у Йена не было работы, Микки даже спал у него. Они говорили, смотрели телевизор и целовались. Этого было не много, но Йен просто… Боже, он был так счастлив.       — У вас все серьезно? — спросил Эндрю, когда они сели в метро. Йен выдержал паузу, чтобы подумать об этом. Он был не совсем уверен, как обозначить их отношения. Не то чтобы они говорили об этом, в основном потому, что Микки убежал бы, если бы Галлагер только попытался поднять эту тему.       — Не… несерьезно, — не спеша ответил Йен.       — Хорошо, но что это значит? — Эндрю пристально смотрел на него, и рыжий не мог понять, почему. Ерзая на сидении, Йен пытался придумать способ, чтобы объяснить. Это было странно, но он вовсе не собирался делиться всеми подробностями того, что происходит между ним и Микки. Это… личное.       — Мы тусуемся, — наконец сказал он. — И он мне нравится. Сильно.       — Вы ходите на свидания? Какого черта происходит? — подумал Йен. Это не было похоже на Эндрю. — Ты хочешь сказать мне, что тебя это правда так волнует? — напрямую спросил Йен. — То есть, я знаю, мы друзья, но ты какой-то настырный. В течение нескольких секунд Эндрю ничего не говорил. Он даже не взглянул на Галлагера. Когда он наконец заговорил, его голос был серьезным.       — Ты помнишь того парня, с котором я встречался некоторое время назад? Джейк, которой оказался знаком с моей кузиной?       — Да, — ответил Йен. — Что насчет него?       — Ну, он не был на один раз. Прежде чем я узнал, что он встречается с Шанталь, мы тоже тусили. И он мне нравился. Думал, что он любит меня. Пока однажды в воскресенье он не пришел на семейный ужин под руку с моей кузиной и вел себя так, будто бы не знает меня. Йен поморщился. Он мог представить, как унизительно это должно было быть. Бросая украдкой взгляд вокруг себя, он утешительно взял руку Эндрю.       — Мне жаль, — сказал Йен, сжимая его ладонь.       — Мне не нужна жалость, — ответил Эндрю через несколько секунд. Он отмахнулся от касания Галлагера, выпрямляясь на своем месте. — Я просто говорю - будь осторожней. У него есть свои причины, чтобы не говорить никому, кто он есть на самом деле, и это нормально. Но ты должен позаботиться о себе. Прогулка до дома, казалось, заняла у него меньше времени, чем раньше. После того, как он и Эндрю пошли каждый по своей дороге, Йен понял, что начинает думать о том, что сказал ему друг. Он не мог представить, насколько было бы больно, если бы ему пришлось увидеть Микки с кем-то другим, не говоря уже о том, чтобы он посмотрел на него, как на незнакомца. Но Микки был не таким, — пытался убедить себя Йен. Микки никогда не будет относиться к нему так, словно он какой-то грязный секрет. За исключением… Теперь вопрос Эндрю затронул важный момент. Они не были на настоящем свидании. Черт возьми, Йен даже никогда не был приглашен в квартиру Микки. Он ничего не знал о семье Милковича, кроме того, что у него была сестра, за которую он явно беспокоился. Но на этом все и заканчивалось. Возможно, Йен знал Микки не так хорошо, как он думал. Задержавшись у входной двери, Йен бросил взгляд на 506 квартиру. Он почувствовал безумный порыв постучаться в дверь Милковича и потребовать впустить его, упрашивая Микки раскрыться ему. Но вместо этого он сделал глубокий вдох и спокойно шагнул в свою квартиру. Впервые за много месяцев Йен шел через свою квартиру, заботясь о парне, живущем по соседству. Он наскоро принял душ и оделся, создавая как можно меньше шума. Затем, когда пришло время ложиться в кровать, он осторожно перебрался на матрас, чтобы, не дай Бог, изголовье не ударилось о стенку. Все это время он был занят, напрягая слух и вслушиваясь в звуки за стеной. Он был разочарован, понимая, что там никого не было. Только тишина.

***

Было около полудня, когда Йен, наконец, открыл свои глаза. Он проснулся несчастным после бессонной ночи. Он скучал по хрипловатому голосу Микки, который спрашивал, когда ему нужно на работу, или ворчал, когда Галлагер что-то рассказывал ему. Сразу потянувшись за телефоном, Йен обнаружил, что у него было два сообщения и оба от Микки.

Не слышал, как ты пришел вчера ночью.

Следующее сообщение было короче и отправлено спустя пять минут после первого.

Скучаю по тебе

Часть волнения с прошлой ночи рассеялась, как только Йен прочел эти три слова. Микки заботился о нем. Это нельзя подделать. Он почувствовал огромное облегчение. Микки действительно волновался за него. И вслед за уверенностью пришла решимость. Йен хотел большего.

***

Если Микки придется еще раз смотреть на эти ужасные вечеринки маленьких принцесс, он собирается кого-нибудь придушить. Лето подходило к концу, и школа была уже близко. А начало нового учебного года означало, что каждая девушка северной части города в своей милой головке с блестящей диадемой уже вынашивает наполеоновские планы. У Альфреда и Микки был завал заказов.       — Посмотрите на это! — радостно сказал Альфред, когда последняя симпатичная брюнетка покинула студию вместе с мамой. — У нас почти все забронировано. Может нам стоит нанять еще кого-то!       — Ого, — заворчал Микки. Его слова никак не отразились на Альфреде, чтобы хоть немного остудить его энтузиазм.       — Я собираюсь купить обед, — сказал его босс. — Индийская кухня звучит нормально?       — Конечно, чувак. Как хочешь.       — А как насчет Светланы и Дебби? Что, ты думаешь, они хотят?       — Серьезно? Откуда я знаю? — раздраженно спросил Милкович.       — Ладно, ты прав. Я просто возьму всего понемногу. Думаю, этого будет достаточно. Оставшись в студии в одиночестве, c указанием Альфреда «быть вежливым со своими клиентами», Микки упал на стул за прилавком. Если быть честным, то сейчас он нервничал не потому, что к ним в студию приходят избалованные принцессы, которые постоянно действовали ему на нервы. По крайней мере, не полностью. Он не разговаривал с Йеном уже двенадцать часов. Боже, он ненавидел себя за то, как он чувствовал себя, думая об этом. Но… возможно он привык к обществу Йена, даже если оно происходит через тонкую стенку, разделявшую их квартиры. Слушать голос Йена, слышать его смех… черт, Микки не знал, как это произошло, но он нуждался в нем сейчас. Эта мысль была чертовски ужасающей, приводящей к вещам, с которыми он вообще не хотел иметь дело. Он чувствовал отвращение к себе, потому что позволял кому-то контролировать себя таким образом. Он чувствовал неопределенность, думая, что Йен может не испытывать то же самое. Или паранойю из-за того, что Терри мог узнать. Вину. Потому что, даже когда он встречался с Адамом, Микки никогда так сильно не нуждался в нем. Не так как в Йене. Звук колокольчика над дверью студии вырвал Микки из его мыслей. Он посмотрел наверх и тут же замер, когда увидел, кто там был. Улыбка появилась на его лице, прежде чем он смог её сдержать.       — Эй, Мик, — небрежно сказал Йен, словно ходил на работу к Микки каждый день.       — Что ты здесь делаешь? — спросил Милкович. Он был так рад увидеть рыжего, особенно после прошлой ночи, когда они совсем не разговаривали, но… что если кто-то увидит их вместе?       — Хотел узнать, есть ли у тебя планы на вечер, — Йен прошелся по студии, чувствуя себя полностью в своей тарелке, прежде чем остановиться там, где сидел Микки. Облокотившись на стойку, он выжидающе посмотрел на Милковича.       — Эм. Я не знаю… — осторожно ответил Микки. — А что?       — Я тут подумал, что мы могли бы пойти на ужин или что-то вроде того. Ты знаешь, как на настоящем свидании. Микки нахмурился. Он сразу почувствовал инстинктивное нежелание делать что-либо, даже если просто свидание, на публике с мужчиной. Настоящее свидание? Он полагал, что именно это он и хотел сделать. Конечно, они никогда не делали многого из того, чем обычно занимаются обычные пары, но Микки еще никогда добровольно не проводил так много времени с другим парнем. Даже когда они не трахались, Милкович все равно хотел находиться рядом с ним. Видимо, для Йена этого было не достаточно.       — Мик, ты понимаешь, что мы фактически никогда не покидали квартиру вместе, верно?       — На это есть причины, — тихо сказал он.       — Да, твой отец будет зол, если узнает, — Йен досадливо опустил глаза. — Но если серьезно, что плохого он может сделать? Прежде чем Микки успел ответить, Йен опередил его:       — Ты даже не разрешаешь мне увидеть твою квартиру. Ты ничего не можешь рассказать о своей семье. Я даже никогда не видел фотографии, которые ты снимаешь. После этих слов последовало долгое молчание. Микки почувствовал всплеск паники, которую он быстро скрыл гневом.       — Ты мог сказать мне это в любое время за последние пару недель, — отметил он. — Но вместо этого, ты решил застать меня врасплох именно тогда, когда я на работе?       — Потому что каждый раз, когда я хочу об этом поговорить, ты меня отвлекаешь. Когда мы вместе, это не кажется таким уж плохим. Ты правда очень нравишься мне, Мик. Больше, чем должен. Но я просто… мне нужно больше, чем то, что ты даешь мне сейчас. Прежде чем что-то еще могло быть сказано, Дебби и Светлана зашли в студию. Чертов дурацкий колокольчик предупредил их, и Микки успел принять более непринужденную позу. Он быстро перевел взгляд от разочарованного выражения на лице Йена.       — Йен! — сказала Дебби радостным голосом. — Что ты здесь делаешь? Заставив себя улыбнуться, Галлагер повернулся к сестре. Микки ненавидел, как легко тому было сделать вид, словно ничего не произошло. Он чувствовал, что его тело становится напряженным, в то время как Йена казалось свободным и расслабленным.       — Пришел, чтобы спросить тебя, хочешь ли ты сходить на обед, — ответил рыжий. Он обернул руку вокруг плеч Дебби, в процессе повернувшись спиной к Микки.       — Я не знаю, смогу ли, — голос Дебби потух.       — Все хорошо, — перебил Микки. — У Альфреда хорошее настроение, поэтому можешь пойти. Дебби еще колебалась. Твою мать, никакого доверия, — раздраженно подумал Микки.       — Слушай, иди пообедай со своим братом, а потом я уйду пораньше, ладно? Ты сможешь прикрыть меня. Видимо «услуга за услугу» устраивала Дебби, и она кивнула в согласии. Сестра потащила Йена из студии, и он пошел за ней даже не обернувшись. Микки старался не обращать внимание на ту боль, что поселилась в его груди.       — Рыжик теперь твой парень? — спросила Светлана. Вопрос заставил Микки подпрыгнуть. Черт, он и забыл, что она здесь.       — Не понимаю, какого хрена ты говоришь, — пробормотал он, словно оправдываясь.       — Тебе не нужно лгать, — сказала она ему. — Я видела вас вместе в доме Лишманов.       — Что? — резко спросил Милкович. Он быстро обернулся, чтобы пристально посмотреть на русскую женщину. Она выглядела невозмутимо, очевидно не понимая, почему он сердится.       — Как… как ты…?       — Я видела, как рыжик выходит из комнаты, а потом и ты с раскрасневшимся лицом, — Она небрежно пожала плечами, пока Микки разглядывал её. — Я сложила два и два.       — Ты знала? Ты сказала кому-нибудь? — внезапно спросил он. — Блять, ты…       — Что тут рассказывать? — говорит Светлана. — Тебе нравятся мальчики. Ну и что? Микки не знал, как реагировать на её беспечное отношение к этому.. Все это было… жутко разочаровывающим. Они работали в тишине несколько минут, поправляя вещи, и убираясь в студии.       — Какого черта ты вообще делала у них дома? — спросил он через некоторое время.       — То же самое, что и ты. Искала… что это за слово? Компенсацию за потерянное время, да?       — Ты крала вещи из дома? — Микки был впечатлен. Он помолчал. — Ты взяла что-нибудь хорошее оттуда?       — Богатые люди имеют множество причудливых вещей, которых они не хватятся. И дорогие памперсы. У Светланы есть ребенок?       — Да, насколько я знаю, это дерьмо стоит целое состояние, — сказал он вместо этого.       — Оно того стоило, — ответила она с улыбкой. И Микки был там. Разговаривал с женщиной, которая была занозой в его заднице последний месяц. И это было чертовски странно.

***

Выйдя из студии несколько часов спустя, Микки достает из кармана телефон. Йен так и не вернулся со своей сестрой после обеда, и Микки не был уверен, должен ли он был позвонить раньше. Теперь он стоял на станции метро, набирая номер Галлагера.       — Что? — раздраженно ответил Йен. Микки поморщился. Он выпустил усталый вздох.       — Слушай, я знаю, что ты злишься…       — Ты думаешь?       — Как насчет компромисса? Повисла короткая пауза, пока Йен, казалось, думал об этом.       — Какой компромисс? — неохотно спросил он.       — Ты приходишь ко мне. Дай мне пару часов, чтобы я убрался. Я даже сделаю тебе ужин, если захочешь.       — Вау, ты серьезно собираешься пустить меня в свою квартиру? Правда?       — Не валяй дурака, — тихо сказал он. — Ты придешь или нет?       — Да, — голос Йена стал приглушенным. - Да, я приду к тебе.       — Ладно.       — Ладно.