Noisy Neighbours

Микки нервничал. Он озадаченно мерил шагами свою квартиру, ожидая, когда придет Йен. За последние несколько часов, Милкович сделал все возможное, чтобы прибраться, выбросив старые контейнеры из-под еды, сложив одежду и помыв посуду. Черт, он даже купил какой-то гребаный освежитель воздуха по пути домой. Теперь, все, что он мог сделать - это ждать. Сколько должно пройти времени, чтобы Йен, наконец, пришел в его квартиру? Эта мысль едва смогла промелькнуть в его голове, прежде чем он услышал стук. Микки замер. Блять, блять, блять. Глубоко вздохнув, он поспешил открыть дверь. Затем снова замялся. Впервые Микки собирался впустить кого-то в свое безопасное место. Кого-то, кто не был грузчиком или хозяйкой. Большая часть причин, почему эта квартира стала его храмом, была в том, что никто не знал, что оно из себя представляет, и никто не был внутри. И поэтому ничто не могло испоганить его… фэншуйность. Или как это дерьмо еще называлось.       — Господи, Мик, ты заставишь меня простоять здесь всю ночь? — страдальческий голос Йена послышался в его квартире. Дерьмо. Не прекращая думать об этом, Милкович распахнул дверь. Там стоял рыжий, уставившись на него. Он выглядел так, словно пытается сдержать смех.       — Эм, привет, — пробормотал Микки. Он крепко стиснул ручку двери.       — Эй. Улыбка, которую Йен пытался сдержать, вырвалась на свободу, и он бросился вперед, чтобы быстро поцеловать Микки в щеку. Непринужденное прикосновение заставило Милковича занервничать.       — Ты… ты хочешь зайти? — брюнет заикался. Черт подери, какого хрена с ним не так?       — Да, если ты не против. Да это легче сказать, чем сделать! Микки заставил себя сместиться в сторону и придержать дверь, чтобы Йен смог зайти в квартиру. Он быстро закрыл её за парнем и прислонился спиной к стене. Брюнет затаил дыхание, пока Йен оглядывался. Парень не морщил нос, глядя на неопрятную мебель или все еще захламленную кухню. Вместо этого рыжий сказал тихое «хм».       — Что? — спросил Микки, сразу чувствуя себя неловко.       — Я ожидал найти здесь незаконные научные эксперименты. Или вроде того. Я даже разочарован. Микки не сразу понял, что парень попросту дразнит его. Все выдала легкая улыбка Йена.       — Мудак, — проворчал он, чувствуя, что его собственная улыбка дрогнула на губах. — Хочешь проведу экскурсию?       — Конечно.       — Отлично, — сказал Микки, активно жестикулируя перед ним. — Это гостиная, — он указал налево, добавляя, — Кухня. Делая пять шагов, он показал направо.       — Моя комната, ванна, фотолаборатория. Это все.       — У тебя есть фотолаборатория? — спросил Йен.       — Ага. Это должно было быть главной спальней, но я решил, что мне не нужно много места для сна, понимаешь?       — Могу я посмотреть? Микки занервничал на этом вопросе. Боже, если его квартира была для него самым личным местом, то что говорить о фотолаборатории. Ему даже не пришло в голову, что Галлагер захочет зайти туда. С трудом сглотнув, Милкович отрывисто кивнул.       — Конечно, это… да, прекрасно. Он направился к двери фотостудии, когда Йен взял его за руку, останавливая. Рыжий выглядел застенчиво.       — Мне жаль. Я слишком назойливый. Ты можешь не показывать, если не хочешь. Просто… Я просто хочу узнать тебя получше, вот и все. И какого черта он мог на это ответить? — подумал Микки. Вместо ответа он одобряюще улыбнулся, прежде чем открыть дверь. Микки ненавидел себя за беспокойство, которое он почувствовал, когда Галлагер шагнул внутрь. Борясь с желанием выгнать парня из комнаты, Милкович заставил себя оставаться на месте. Йен сказал, что хочет узнать меня, — напомнил себе брюнет. И это было, пожалуй, тем немногим в его жизни, чем он мог гордиться. Оглядев комнату, Микки попытался представить, как она может выглядеть для других людей. Там был огромный шкаф, который стоял перед окном, чтобы закрывать свет. Было тяжело затащить его вверх по лестнице и ему пришлось дополнительно заплатить доставщикам, чтобы заставить их сделать это. Внутри шкафа у него была бóльшая часть его оборудования. Комната была достаточно просторной для двух столов, на каждом из которых аккуратно стояли химические реактивы и остальное оборудование. Но Йен, казалось, не обращал на это никакого внимания. Вместо этого его глаза были устремлены на фото, натянутые через всю комнату.       — Боже, Мик… — парень звучал удивленно. — Это здорово.       — Ты думаешь? — застенчиво спросил Микки.       — Конечно. То есть, я знал, что ты фотографируешь, но я понятия не имел… — его голос затих, пока он сделал шаг ближе к фотографиям. Пристально вглядываясь, Йен перестал улыбаться.       — Я знаю эти места, — пробормотал Галлагер. — Это все снято вокруг этого района?

***

      — Вряд ли ты найдешь здесь что-то получше.       — Ты удивишься, Галлагер. Йен вспомнил их разговор, который состоялся несколько месяцев назад. Он думал, что Микки был глуп. Что стоящее он может найти в их районе для съемки? Единственные люди, которые нашли бы что-то отдаленно интересное на их южной стороне — это копы. Только, возможно, это было неправдой. Одна фотография привлекла его внимание. Группа мужчин собралась на площадке. Мешковатые штаны, утепленные куртки и шлейф дыма, который доминировал на фотографии. Стереотипный образ кучки головорезов. Но на фоне этого была маленькая девочка, качающаяся на качелях, запрокинув голову от смеха. На мгновение Йен потерял дар речи. Поэтому вместо того, чтобы сказать хоть что-нибудь, он повернулся к Микки и поцеловал его. Наслаждаясь теплом губ парня, Галлагер старался быть медленным. Он обнял Милковича за талию, прижимая того ещё ближе. Когда они наконец-то оторвались, Микки выглядел немного растерянным. Потребовалась секунда, чтобы он мог заговорить.       — За что?       — Не знаю. Может быть я просто хочу поцеловать своего парня. Йен ждал, что Микки возразит или будет гримасничать, чувствуя себя неловко при слове «парень». Вместо этого он просто кивнул и сменил тему.       — Будешь пиццы-рогалики? — внезапно спросил Микки.       — Пиццы-рогалики?       — Да. Я не проверил холодильник, когда пригласил тебя. Поэтому есть только пиццы-рогалики.       — Окей, это тоже пойдет.       — Хорошо, потому что если ты хочешь что-то другое, тебе придется пойти к себе домой и взять что-то еще, — серьезно сказал Милкович. Затем он повернулся на каблуках и вышел из комнаты. Смотря ему вслед, Йен только покачал головой. Затем сразу же ухмыльнулся. Его парень был странным.

***

Это случилось после ужина, когда Микки и Йен вместе сидели на диване. Милкович нашел канал, на котором шел повтор первого фильма «Плохих парней», и, казалось, был погружен в происходящее на экране. Между тем, рыжий был мало заинтересован в погонях и перестрелках. Он мельком поглядывал на Микки и осторожно придвигался к нему. Каждый раз, когда взгляд парня был устремлен в его сторону, Галлагер притворялся, что смотрит фильм. Это было глупо - он знал, но ему немного нравилась игра, в которую они играли, где Микки пытается поймать его взгляд на себе. Наконец, Йен сидел достаточно близко к брюнету, чтобы их руки находились рядом. От этого легкого контакта по спине Галлагера побежали мурашки. Он не знает, кто двинулся первым. Одно мгновение они сидели бок о бок, но потом Микки уже лежал на нем, а руки Йена хватались за низ его футболки, желая добраться до кожи.       — Сними её, — через секунду приказал он. Руки Милковича были заняты его джинсами, но Йен откинул их в сторону. Это можно будет сделать чуть позже. Издав нетерпеливое рычание, Микки сделал так, как ему было сказано. Когда парень начал слезать с него, Галлагер занервничал. Он схватил Милковича за бедра, чтобы удержать того на месте. Как только футболка была снята, он позволил своим рукам исследовать его тело. Бледная кожа, омраченная случайными шрамами, твердые мышцы и мягкий живот. Йен любил прикасаться к Микки, любил его прерывистое дыхание, когда он находил чувствительное место. Рыжий опустил голову, чтобы оставить поцелуи вдоль шеи Милковича, а его руки скользнули вниз по позвоночнику парня. Наслаждаясь ощущением мускулов под его ладонями, Йен позволил одной руке поглаживать кожу Микки, а другую опустил под пояс его джинс. Он был рад, что Микки надел свои мешковатые джинсы, поэтому пальцы Йена без труда опустились ниже, прежде чем слегка погладить его вход. Звук внезапно затрудненного дыхания заставил Галлагера улыбнуться. Он позволил себе лизнуть ключицу парня и только после этого поднял голову.       — Эй, Мик? — тихо спросил он. Все это время его палец медленно кружил вокруг входа Милковича.       — Что?       — Думаю, мы должны пойти в спальню сейчас?       — Может быть…, — он простонал. — Может быть это хорошая идея. Микки не двигался, просто продолжая насаживаться на пальцы Йена.       — Знаешь что, — начал Йен, его голос был слегка запыхавшимся. — Пошли в постель - я позволю тебе трахнуть меня. Потребовалось время, чтобы до Микки дошел смысл этих слов, и тогда он замер.       — Что? — снова спросил он. Только на это раз он звучал более бодро.       — Я хочу, чтобы ты трахнул меня, — Галлагер медленно вытащил свою руку из джинс брюнета, затем обвивая парня уже двумя руками. — Я практиковался. — ухмыляясь, добавил он. Микки в изумлении уставился на него, прежде чем его глаза на мгновение потускнели. Судя по небольшому шуму, который вырвался из его горла, он думал о чем-то своем. Он схватил Йена за руку и потянул его с дивана.       — Пошли, — прохрипел Микки. — Я хочу увидеть, к чему привели твои домашние тренировки.

***

Я практиковался. Боже, эти слова чуть не заставили Микки кончить прямо в джинсы. Представляя Йена, лежащего на спине, с раскинутыми ногами и его длинными пальцами, которые двигались внутри рыжего, Милкович чувствовал, будто не может отдышаться. Микки не хотел представлять это. Он хотел увидеть. Одежда была сразу снята и откинута в сторону. Быстро брюнет нашел презерватив и смазку в прикроватной тумбочке. Он положил их на матрас, затем обратив внимание на Йена.       — Ложись на кровать, — хрипло сказал он. Он ожидал какое-то возражение, но Йен ничего не сказал. Он заполз на кровать, открывая Микки хороший вид на его задницу. Тот с трудом сглотнул. По-прежнему не торопясь, Галлагер повернулся на спину и развел ноги. Бессознательно облизывая свои губы, Микки присоединился на кровати к рыжему. Но прежде чем он сел между бедер парня, он наклонился, чтобы оставить поцелуй на губах Йена. Он осторожно держался над Галлагером, будучи уверенным, что никакая часть их тела не соприкасается друг с другом. Микки не сможет удержаться, если почувствует кожу парня напротив своей. В последний раз покусывая нижнюю губу Йена, Милкович опустился вниз на кровати. Время от времени, он делал паузу, когда поглаживал соски рыжего, водя пальцами вдоль груди парня и оставляя засосы на бедре.       — Так приятно, — пробормотал Галлагер, пропуская волосы брюнета через свои пальцы. Чувствуя рывок на своей голове, Микки раздвинул ноги Йена. Затем, не давая парню шанса оттолкнуть его, Милкович опустил голову, чтобы протиснуть свой язык в отверстие рыжего.       — Блять! Резкое восклицание заставило Микки забеспокоиться.       — Это хорошо? — спросил он.       — Сделай это снова, — прошептал Йен. — Пожалуйста. Ухмыляясь, потому что было больше, чем просто хорошо, Микки вернулся к тому, где он остановился. Сначала он медлил, поглаживая вход Йена, прежде чем продвинуться языком внутрь. Он никогда не слышал, чтобы его парень издавал такие звуки раньше. Галлагер хватался за его волосы, и мышцы на его бедре были напряжены под плечами Микки. И когда он остановился, чтобы схватить смазку, лежавшую на краю кровати, Йен издал жалобный стон.       — Что? … Не останавливайся. — умолял он.       — Дай мне секунду, — брюнет оставил быстрый поцелуй на бедре Галлагера. Затем он вылил немного смазки на свои пальцы. Растирая её, чтобы разогреть, Милкович поспешил перевести внимание на рыжего.       — Только скажи, если будет больно, ладно? — Микки попытался придать своему голосу твердость. — Я остановлюсь, как только ты скажешь мне.       — Боже, Мик, заткнись и возьми меня. Наблюдая, как Йен теряет контроль, Микки не смог сдерживать себя. Он судорожно выдохнул, прежде чем медленно вставить один палец внутрь своего парня. Он был сжат, но не настолько, чтобы Микки мог подумать, что тот никогда этого раньше не делал. Чувство, как тот сжимается вокруг него, заставляло его мысли плыть.       — Я могу принять больше, — пробормотал Йен. Его глаза были устремлены туда, где палец скользил внутри Галлагера; Микки осторожно вставил второй. Сопровождающий стон заставил его член пульсировать в ответ. Вытащив свои пальцы, Микки схватил презерватив, разорвав упаковку и открыв его. Несмотря на свое желание, он колебался.       — Ты уверен насчет этого? Йен оторвал голову от подушки, смотря на Микки.       — Если ты прямо сейчас не трахнешь меня, Мик, клянусь Богом… Успокоившись, что они оба были решительно настроены, чтобы сделать это, Милкович надел презерватив. Даже это легкое прикосновение заставило его тяжело выдохнуть. Черт, он не знал, как долго сможет продержаться после этого. Он навис над Йеном, и их кожа касалась друг друга, когда он поместил головку своего члена против входа рыжего. Скрипнув зубами, Микки медленно продвинулся вперед. Хрип вырвался из горла парня. Он смутно помнил, когда руки Йена сжали его задницу, притягивая еще ближе. Все, что знал Микки, это как хорошо рыжий ощущается вокруг него. Минуту он не двигался, сжав пальцами простыню, пытаясь удержать над собой контроль. Потянув спину, а затем толкаясь вперед, Микки услышал, как дыхание Йена остановилось, когда он чувствовал бедра парня на своих собственных. Он входил в Галлагера во второй раз, в третий, прежде чем ускорил свой темп. Двигаясь быстро и жестко, Милкович едва смог разобрать голос Йена за своим бешено стучавшим сердцем.       — Мик, медленнее, пожалуйста.       — Я делаю тебе больно? — спросил Микки, замедляясь.       — Нет, я просто… хочу чувствовать тебя. Господи, как он мог двигаться медленнее, услышав что-то подобное? С трудом успокаивая свое тяжелое дыхание, Микки вышел, пока только головка члена оставалась внутри Йена. Затем он снова толкнулся внутрь. Он продолжал в том же духе в течение нескольких минут, пока Галлагер стонал напротив него, громко скуля в уши парня. Он целовал кожу рыжего, оставляя засосы вдоль его горла.       — Быстрее, — распорядился Йен. — Сейчас. Спасибо, блять. Микки ускорил свои толчки, не обращая внимания на то, как сильно заскрипел матрас. Он чувствовал, как рука Йена скользнула между ними, чтобы он мог дрочить себе. Тела двигались в унисон, и Микки смог ощутить, как Йен сжимается вокруг него. Так хорошо. Прошло чуть больше времени, прежде чем Галлагер со стоном кончил. Сперма между ними прилипала к их телам. Он больше не смог сдерживаться. Крича, он кончил, а удовольствие пробежалось сквозь его содрогавшееся тело. Долгое время никто из них не двигался. Прижавшись друг к другу и тяжело дыша, пытаясь успокоить дыхание, Микки просто хотел лежать так. Его мышцы отяжелели, и он чувствовал, что его веки закрываются. Он не был уверен, уснул ли он на самом деле или его мозг просто кайфовал, что потерял счет времени. Но Милкович, в конце концов, стал чувствовать руки, гладившие его спину.       — Эй, Мик? Ты не спишь?       — Сплю, — пробормотал он, его голос звучал приглушенно.       — Я думаю, нам нужно в душ, — печально произнес парень.       — Не двигайся. Руки, которые мягко рисовали узоры на его коже, двинулись вниз к его ребрам. Микки тряхнуло, когда Йен защекотал его.       — Ай, Галлагер, зачем ты делаешь это? — пожаловался Милкович. Он слез с Йена, сморщив лицо, когда они отклеились друг от друга.       — Давай, — сказал рыжий. — Или тебе не достанется горячей воды.       — Плевать, — сказал ему Микки, когда он начал зарываться под одеяло.       — Я не буду спать с тобой, пока ты весь противный и липкий.       — Эх, хорошо, — пробормотал он. Слезая с кровати, Милкович нехотя поплелся в ванну за своим парнем.