Noisy Neighbours

      Оставалось меньше месяца до свадьбы Фионы. Йен становился все более раздражительным и никак не мог понять, почему Фиона была так спокойна, в то время как он сейчас был не лучшей компанией.       — Еще раз будешь огрызаться, Галлагер, и будешь сам платить за ланч. И да, сможешь пойти на эту чертову свадьбу один, — ворчал Эндрю, чувствуя, как его нервы сдают, и Йен не мог винить его. Они обедали в ресторане, и он доставал своего друга уже весь день. Стыд и обида завладели им на мгновение. Он попросил Эндрю, чтобы тот был его парой на свадьбе Фионы хотя бы в целях самосохранения.Причиной тому послужило странное поведение отца Джимми, который будто преследовал его на каждом шагу, куда бы он ни пошел. Йену очень не нравилось, как пожилой мужчина смотрел на него. Взвешивая уязвленную гордость с одной стороны и возможность быть загнанным в угол Недом с другой, Йен пробормотал сдержанное «жаль».       — Да что ты говоришь, — усмехнулся Эндрю. Они просидели так несколько минут, а молчание становилось все более и более неуютным. Наконец, Йен сдался.       — Мне правда жаль, — сказал он искренне. И Эндрю немного оттаял. Смотря на то, как рыжий перебирает в руках столовые приборы, друг не смог скрыть замешательство, которое появилось на его лице.       — Ты собираешься сказать мне, что с тобой? Ты ведешь себя как засранец всю неделю. Это из-за тех идиотов, что тебя избили, да?       — Нет, чувак, дело не в этом, — ответил Йен, пожав плечами. — Просто… — он умолк, не зная, что сказать. Галлагер ничего не рассказал своему другу о происшествии с Микки, уже предвкушая лекцию от Эндрю, которую он может получить. Но может быть участие незаинтересованного третьего лица поможет ему осмыслить весь бардак. Решив, что он ничего не теряет, Йен просто выпалил:       — Я трахался со своим соседом, и теперь он избегает… Йен был прерван Эндрю, когда тот уронил голову на стол, чем заслужил неодобрительные взгляды от других посетителей закусочной.       — Ты что делаешь? — возмутился Йен.       — Это приносит меньше боли, чем то, что я от тебя услышал, — ответил Эндрю, не поднимая головы.       — Уверен, что он не натурал. Его друг наконец поднял голову, и Галлагер пожалел о том, что рассказал. Этим взглядом можно было свалить носорога.       — Но он скрывает это. Какая хрен разница. Ты не получишь то, что хочешь, в любом случае.       — Ты слишком драматизируешь, тебе не кажется? Я просто ищу секса, — твёрдо сказал Йен.       — О-о, это мило, что именно парень по соседству тот, кого ты хочешь трахнуть, — выпрямившись, Эндрю наградил друга раздражённым взглядом. — Если ты хотел секса, ты мог бы пойти нагнуть нашего официанта, когда у него будет перерыв на обед. Или ты мог бы подцепить случайного смазливого паренька из клуба. Но вместо этого ты ноешь о каком-то скрытом гее, который, как и ожидалось, не хочет иметь ничего общего с тобой после того, что у вас случилось.       — Я люблю вызовы, — запротестовал рыжий.       — Ах, тебе бросили вызов, ясно все. Йен усмехнулся и почувствовал волну облегчения, после того, как открылся Эндрю.       — Что, по-твоему, я должен делать? — наконец спросил Йен.       — Какого черта ты меня спрашиваешь? — возмутился друг. — Не похоже, чтобы ты когда-нибудь кого-то слушал, да и что я должен сказать.       — Давай же, пожалуйста? Тяжело вздохнув, Эндрю откинулся на стуле, посмотрев на приятеля. Он, кажется, обдумывал, что посоветовать Йену.       — Ну, ладно, — начал он. — Поскольку ты слишком упрямый осел, чтобы делать умные вещи и оставить этого парня в покое, я бы сказал - тебе нужно попробовать с ним поговорить. Знаешь, успокоить его, сказать, что ты никому не расскажешь о том, что произошло.       — Это довольно трудно, он ведь притворяется, что меня не существует. Я видел его только раз с той ночи, и он чуть не побил рекорд по скорости, когда пытался уйти от меня.       — Может как-то намекнешь ему? — предложил Эндрю.       — Я подумаю, — промямлил Галлагер, ненавидя идею просто сдаться. Друг закатил глаза, снова вздыхая.       — Эта стенка между вашими квартирами, она ведь тонкая, да? — Йен кивнул, и Эндрю продолжил. — Поэтому постарайся поговорить с ним через неё, прежде чем пойдешь спать. Ты делал это раньше. Хотя, как твой друг, я скажу тебе, что ты ведешь себя как чертов сталкер, вот. Они не стали долго задерживаться в ресторане после этого. Расставшись через полчаса, Эндрю сел на автобус до магазина своей семьи, а Йен направился к Фионе, чтобы поделиться планами на свадьбу. Еще раз, — подумал Галлагер, когда шагнул в лифт. Он хотел еще раз попробовать с Микки.

***

      — Так, у нас есть три недели до свадьбы Лишман, поэтому нам надо собраться, — сообщил Альфред во вторник днем. — Мне нужны все руки, и каждый должен знать, что делать. Дебби, мы собираемся…       — Подожди, свадьба Лишман? — рыжая или Дебби, как Микки сейчас узнал ее зовут, перебила босса. — Тут проблема: моя сестра выходит замуж.       — Ты имеешь в виду твоя сестра выходит замуж в тот же день? — в ужасе спросил Альфред.       — Эм, нет. Я имею в виду, я почти уверена, что это её свадьба. Кэндис Лишман? Это мама её жениха.       — О Господи, Дебби, не говори мне этого, — умоляюще пробормотал босс.       — Мне очень жаль.       — Подождите. В чем проблема? — спросил Микки, присоединяясь к разговору. Он вопросительно посмотрел на Альфреда и рыжую. Страдальческий вид Альфреда, нетерпеливый у рыжей.       — Если сестра Дебби выходит замуж, — медленно объяснил его босс, — тогда она не сможет помогать нам на свадьбе.       — Ничего страшного. Мы сможем справиться с этим дерьмом. Вместо того, чтобы обнадежить Альфреда, слова Микки сделали босса еще растеряннее. Но прежде, чем он успел сказать что-то еще, рыжая вмешалась. — Микки прав, — произнесла она, немного морща свой нос. Это явно были не те слова, которые от неё могли услышать. — Это маленькая свадьба. Пятьдесят человек, максимум. Вы справитесь. Через секунду Альфред обреченно кивнул. Он опустился на стул позади стойки, а его плечи опустились в знак поражения.       — Или, может быть, мы сможем найти кого-то на крейгслист*, — предложил Микки. Ответом на его слова были раздраженные взгляды.

***

Кошмары были тем, к чему Микки уже давно привык. Когда он был ребенком, они были о том, что могло произойти, если бы мама оставила его наедине с Терри. После того, как Наталья умерла, и его кошмар стал реальностью, плохие сны были сосредоточены вокруг того, что его отец узнает, что Микки нравится трахаться с парнями. И это было намного хуже. Кошмары Милковича вращались вокруг его бывшего друга Адама. Во сне Микки смотрел прямо в дуло пистолета. Грубый голос его отца выдавал команды, которые заставляли его кровь стыть в жилах.        — Сделай это, мальчик. Если не сделаешь ты, то придется мне. Первый удар убил что-то внутри Микки. Адам стонет и ломанная мольба была жуткой пародией на то, что Микки привык слышать. Звуки, которые когда-то Милковичу нравилось слушать от его друга, теперь были признаками того, какую боль он причиняет ему. Микки был сыт по горло. Он мог услышать крики. Крики, стуки и звуки, которые медленно вернули его к реальности. Горло болело, а его одеяло было скинуто к ногам. Грудь вздымалась, когда он пытался набрать больше воздуха, и Микки понял, что его сосед очередной раз лупит по стенке, отделявшей их квартиры.       — Что? — крикнул он хриплым голосом.        — Господи, Мик, я думал, что тебя там убивают, — сказал Галлагер, звучащий странно заботливым. — "Ты в порядке?       — Да, — огрызнулся Милкович. Он надеялся, что его суровый тон отпугнет соседа. Минута прошла в тишине, и Микки подумал, что попытки рыжего помочь ему сошли на нет. Ему не нужна была гребаная забота.       — Опять кошмары? — спросил Галлагер.       — Еб твою мать! — вспылил Милкович. — Почему ты просто не можешь не лезть не в свое собачье дело, хоть один раз? Парень снова замолчал. На этот раз молчание длилось дольше, и, по некоторым чертовым причинам, Микки затаил дыхание.        - Я помню, когда у моих брата и сестры были ночные кошмары, — наконец сказал Галлагер своим будничным голосом. — Один раз Карлу приснилось, что Шрам из «Короля Льва» был возле него, — на этих словах, парень ухмыльнулся. — Если бы ты знал, как странно это было. Ему было шесть, но даже тогда он ничего не боялся. Кроме того, что верил, что этот Лев реален. Когда он говорил это своим спокойным голосом, Микки почувствовал, как напряжение покидает его тело. Вместо того, чтобы думать об ужасах, которые происходят в его голове, Милкович позволил детским страхам братьев и сестер Йена себя успокоить.       — И Дебс, ей снился один и тот же кошмар, где все её зубы выпадают, — продолжил парень.       — Бля, а это жутко, — сказал Микки, не подумав.       — Да, -ответил Йен, а его голос звучал радостнее. — Но у неё всегда были странности с её зубами. Не знаю, откуда она этого набралась. Понадобилось немного времени, чтобы Галлагер снова заговорил, и Микки волновался, что это может быть конец их разговора. Он очень хотел сказать что-то еще, чтобы парень не затыкался, и через секунду рыжий заговорил первым.        — Иногда мне снятся кошмары, словно я остаюсь совсем один. Я в открытом пространстве, и я понимаю, что моя семья ждет меня. Только они не могут меня найти. Только я и все.       — Я не знаю, чувак, — наконец сказал Микки. — Для меня это звучит не так уж и плохо. И после этого никто из них не произнес ни слова.