Расстройство мышления (Паранойа)

Стайлз громко дышит в затылок рыжей девушки, смотрит в одну точку, на плитку непонятного серо-голубого цвета. Он буровит взглядом непонятную кляксу чуднòго цвета, словно она может подсказать, где здесь есть еще один выход, или хотя бы может отвлечь то Нечто, что громко ступает по холодному полу. Звук непонятного скрежета, словно осколком скребут по кафелю, разносится по всему зданию, воздух бьет по ногам, настолько холодный, словно все счастье в Мире выкачали, тело девушки вовсе не греет, лишь холодные пальцы, крепко сжимающие за руку, дают знать о том, что Стилински не один. Его рука слегка дрожит, как лист на ветру, но он уверенно прижимает к себе хрупкую девушку, смотрит прямо перед собой и слышит их синхронное сердцебиение. Мартин переваривает оговоренное ранее, придумывает что-то, а затем громко втягивает воздух ртом и если бы Стайлз был волком - непременно услышал бы страх вперемешку с ореховыми маслами, которыми так приятно пахнет от макушки Лидии. У нее дрожат слегка посиневшие губы и руки, в такт мигания энергосберегающих ламп. Скрежет слышен все отчетливее, Они проходят мимо дверей, и Стилински, будучи атеистом, молится всем богам, что бы их не заметили. Парень словно сливается со стеной, вжимается, его молекулы впитываются в стену губкой и кареглазый сильнее прижимает к себе рыжую. На пару секунд задерживает дыхание. Из коридора доносится мужской крик и подростки вздрагивают от неожиданности. Голос безумно напоминает их последнего собеседника. Через секунду свет перестает мигать, все заливается желтым, от чего зеленеет плитка, но всё так же пришибленно холодно. Брюнет начинает оглядываться, показывает кончик вздернутого носа за их маленькое убежище, как лиса на охоте следит за зверьком из-за пышных кустов. Они громко начинают дышать, глаза хаотично бегают по полу. - Кажется все, - слишком хрипло говорит девушка, - Стайлз. - Нет, это не так. Это не значит, что он хочет подержать ее в объятиях еще немного, значит, что все еще впереди, а эта ночь - самая сладкая из тех, что им предстоит. - Все это из-за нас, все, что произошло и все что случится - это наша ошибка, - шепчет он над самым ухом Мартин тихим голосом. - Значит и наша ответственность. Подростки уже давно не подростки. Они взрослые люди и в данную минуту берут на себя ответственность за друзей и близких. Тихий одновременный вздох - как подпись на договоре, как в детстве, когда клялись кровью - они клянутся воздухом. *** После похода в Дом Эйхена отношения в стае стали немного напряженнее. Стайлз сильно переживал за лучшего друга (тот рассказал ему, что с Кирой что-то происходит, но чем это было - понять до сих пор никто не может). Лидия и Стайлз немного сблизились, их отношения стали чуть теплее, когда как с Малией было все тяжелее, девушка избегала собственного парня и лишь иногда пересекалась, ее серьезные взгляды, более осмысленные, которые она из-под тяжка кидала на него - говорили о многом, чего боялся брюнет. У каждого были свои секреты, коими было страшно делиться с близкими. Ошибки, проблемы, тайны, чувства. Шериф, Миссис МакКол, мама Лидии - знали о Химерах, все были в курсе дела, как именно последние отличались от людей, чем были опасны, но узнать, кто будет следующим никак не удавалось. - Химеры, - Стилински зачеркивает красным маркером фотографию девушки и сверлит стену хмурым взглядом делая про себя выводы. - Две мертвые химеры, - Стайлз стоит в защитной позе, скрывает, как сильно трясутся руки. - И восемь новых, - подводит итоги девушка. - Значит, всего десять, - все это Стайлз уже знает, он лишь ждет, пока отец подкинет новую мысль. - Вообще-то одиннадцать, - мужчина вешает на стену фотографию Донована, отчего Стайлза передергивает и он пятится к окну, боится, что если кто-то посмотрит на него - все сразу поймут, что это его рук дело. Ему надоело врать, это становилось больно физически. Он убийца, который скрывает содеянное от близких, которые поймут, помогут. Или наоборот. А вдруг это не так? Вдруг у Стилински-младшего просто развивается паранойя? Много раз кареглазый представлял себе брезгливый взгляд отца, то, как он будет с презрением смотреть на него, как будет винить в содеянном, ведь не такого сына он себе хотел. Как единственный родитель сдаст полиции. Однажды Стайлзу приснился сон, как он стоит голым перед всей стаей, его руки по локоть в крови, а рядом лежит расчлененное тело Донована. Все с отвращением смотрят на него: лучший друг, Кира, отец, мама Скотта, Малия, Лидия, Лиам и Рэкен. Последний злобно смеется, сверкая волчьими глазами. После этого Стайлз оказывается в Доме Эйхена, на самом нижнем этаже, куда часто заглядывает Тео, что бы посмеяться над бывшим другом Альфы. - Теперь они мои, а ты мне - не помеха. После этого сна Стилински-младший снова натягивает поводок на шее новичка, снова следит за ним, этот парень не ему дает покоя, к нему идет жесткая агрессия, кареглазый походит на разъяренную сучку, которая хочет выдрать глаза псу. - Донован - Химера. - говорит Тейт, - Если это так, то он возможно уже мертв. Стайлз оборачивается и следит за девушкой. Ему пока что неизвестно, что она знает о том, чего он так боится, что она пытается защитить его, прикрыть. Самка, стоящая горой за свое. А Стайлз был ее. И она готова пойти на риск, что бы прикрыть его задницу. - Нет, пока я не увижу тело. Девушка незаметно закатывает глаза и кусает губы. - Ты непривычно спокоен, - в голосе слышатся ноты заботы о сыне. - Да, простите, я пытаюсь кое-что понять. - парень хмурит густые брови и трет слегка колючий подбородок рукой, - Они все подростки, так? Может нам нужно попытаться узнать, почему именно они? - у меня недостаточно ресурсов,- если Ужасные Доктора стоят за всем этим, Они хоронили их, убивали, одного вытащили из тюрьмы, то Они выбрали их неслучайно. - И что же их объединяет? - девушка прекрасно знает, что Стайлз пытается уйти от темы и помогает ему всеми силами. - Что-то, что делало из подходящими для этого эксперимента, - мужчина улавливает мысль сына, продолжает переваривать ее. - Что-то было в них особенное. *** - В книжном клубе мамы обычно пьют много вина, - сонный мозг не воспринимает шутку Мартин. - И они не читают книги, которые вызывают ужасные галлюцинации, - Стилински смотрит на девушку слегка улыбаясь, поддерживая рыжую. - Поэтому с нами Малия, - объясняет Альфа и кивает койоту. - Что бы никто из нас не бросился под машину, - толи спрашивает, толи отшучивается Кира. - Или хуже, - выдыхает Скотт. По глазам парня видно, насколько сильно он вымотан, ему бы не помешало прилечь и поспать подольше, парочку дней. Жаль, что синяки под глазами не заживают так, как глубоки порезы и раны. - Такое было с Джуди, - Тейт ловит недопонимание, - четырнадцатая глава.- дополняет. - Может дать почитать ее маме? - Лидия берет зеленую книгу в руки и недолго рассматривает, - она ведь помнит девушку с хвостом, которая свалилась с потолка и чуть всех не убила. - новая попытка разрядить обстановку. Ей не нравится то, что среди них лишний, о котором она толком ничего не знает. Делает где-то там заметку, что бы расспросить Перриша на тему этого новичка. - Если это поможет, - кивает Стилински. - Должно. - рыжая тихо выдыхает, - Мне кажется, я видела их на операции и когда я смотрю на обложку книги - складывается такое ощущение, что... - Воспоминание рвется наружу. - Тео выглядит самым собранным из всех находящихся в комнате, Стайлза коробит его голос, он морщится и молчит рассматривая зеленую обложку с распечатки. - Если они что-то со мной сделали, я хочу знать, что именно. Она уходит на диван со своей книгой, каждый берет по копии и занимает самое удобное место. Впереди целая ночь, посвященная творению Валлока и хочется, что бы она побыстрее закончилась. *** Шел третий час ночи, дислексия добивала каждого, особенно Киру, которая отключилась на плече Альфы стаи, у Скотта болела голова, Лидия была голодна, но никто не обращал на нее внимания, кроме сующего-нос-куда-не-надо-Тео, Стайлз и Малия уединились на кухне, Рэкен занял свое место в одноместном диване и лишь делал вид, что читал со всеми, на самом деле - подслушивал разговор с кухни между Тейт и ее парнем. - Что у тебя с плечом? Стайлз расчесывает укушенное место уже минуты три, что немного раздражает девушку. Он делает это скорее от напряжения, нежели от серьезной нужды. Стилински в страхе вскидывает голову и смотрит на девушку, врет: - Не знаю, а что? - Я чувствую запах крови, - она подбивает на признание, но сын шерифа к этому еще не готов. - В чем дело? - она и правда обеспокоена. - Джип снова сломался, - он опускает взгляд, - я пошел проверить его и на меня упала крышка от капота, - он совсем опустил голову вниз, как нашкодивший щенок, а потом резко поднял взгляд и успокоил сердцебиение. - Подожди, а как много ты помнишь? Стилински - обычный человек. Он защищается сменой темы и сарказмом не в первый раз, причем меняет ее настолько резко, что Малия хмурит лоб. Неприятная тема, которую она не любит затрагивать. - Авария проигрывается как фильм в твоей голове, или как будто у тебя в нем главная роль? - заваливает вопросами бойфренд. - Главная роль, - она жмет губы и смотрит на своего парня серьезным взглядом. Ей надоели эти игры. - То есть просто авария и больше ничего? - Ну да. - резко выдает она. - боковым зрением замечает движение и улавливает отворачивавшегося Тео, снова хмуря лоб. *** Все спят. Дом находится в полной тишине. На диване в полный рост лежит Малия, у ее ног, на полу устроился Стайлз, ближе к рыжей, которая кое-как умещается на небольшом кресле. На втором этаже на постели спит Кира, тихо что-то шепчет на китайском языке. - Может нам нужен своего рода импульс? Малия была за рулем, когда вспомнила аварию, - в учебное здание ввалились три подростка: два высоких парня, один в красной толстовке, другой в серой рубашке, за ними чуть ли не бежала, еле поспевая миниатюрная девушка, кореянка, в коротких шортиках не по погоде. - Да, но как можно пробудить воспоминания, которые не помнишь? - жестикулируя спросил Стайлз друга. - Может они приходят не сразу? Может нужно немного подождать? Пару часов? Влог заминал свет, на что тройка друзей сразу обратила внимание, с легким испугом в глазах, словно, как по канону страшных фильмов вот-вот должно было появится приведение или тот самый убийца, который держит всю округу в страхе. Но это было секундное колебание, которое, кажется, кроме этих троих никто не заметил, или же не придал такому огромному значению. Парни повернулись к девушке с вопросительными взглядами. - Это не я, - Кира забавно задергала ручками, - клянусь, - на нервах она говорила очень быстро, из-за чего иногда ее слова смешивались в единую неразборчивую кашу. - Сегодня будем друг за другом присматривать, - Говорит Скотт. - Да и за восьмью другими потенциальными смертоносными химерами, - размахивая руками кареглазый съязвил и посмотрел на лису. - Еще за Ужасными Докторами. Скотт обнимает за талию свою девушку и кивнув другу уводит в класс. - Третий глаз кажется не таким уже бредом, - кидает им в спину Стилински. - Ладно, тогда что мы здесь делаем, раз ты все вспомнила? Стайлз вылез из удобной машины и хлопнул дверью следуя за Мартин. - Это не те воспоминания, - девушка махнула рукой от переизбытка эмоций, - я вспомнила свою бабушку в Доме Эйхена, - напомнили она то, что рассказала по пути другу, - это не связано не с Докторами, не с операцией, получается, если я прочла всю книгу, но не их, значит я с ними не связана? - Ведь не я должен это знать, - между делом вставил Стилински. - Нет, конечно, - растерянно и как-то печально ответила девушка, - но что-то произошло во время операции и думаю, это связано с тем, что я - Банши. - пояснила вкрадчиво девушка смотря на кареглазого. - Это не мои воспоминания, Стайлз, - так же растеряно продолжила она делать вывод, - а чьи-то еще. В последнее время все это пугало, хотелось скрежетать зубами о лед. *** Стайлз и Лидия проникли в кабинет, который встретил их полной темнотой и безразличием. - Включишь свет? Стилински метнулся «кабанчиком» к выключателю, но свет так и не зажегся, что удручало обстановку. - Не выйдет, - парень подытожил и тихо выдохнул, ему очень хотелось быть полезным, но выходило отстойно. - А если попросить кого-нибудь? - Я думал слух в этом плане играет большую роль… - Я хочу не только слышать, но и видеть. - Хорошая мысль, - Стиллински мгновенно испарился за дверью, оставив в одиночестве девушку. - Уже пару часов проблемы со светом, должен приехать мастер, - миссис МакКол как всегда невероятно добра и разжевывает все для Стилински, в ее ауре ощущается любовь, то, как она трепетно относится к мальчику не может остаться безответно с его стороны. В свое время эта женщина заменила ему мать и он был бы не против, если бы они с отцом начли более глубоки отношения, что сделало бы их со Скоттом хоть и сводными, но братьями. Давно в детстве они об этом мечтали, это казалось детской шуткой, но со временем это стало бы отличной идеей. - Подвал сейчас на резервном питании, - женщина взяла папку одного из больных, - ты сказал, вы хотели там что-то услышать? - Да, меня попросила Лидия, - он слегка насупился, попрощался с женщиной и направился в лифт. Когда дверцы закрылись – в отражении парень заметил какой-то силуэт в белоснежной рубахе, которая огромным мусорным мешком висела на худой фигуре. Стайлз нахмурился, присмотрелся и обернулся. В углу лифта стояла невысокая женщина, она так сильно опустила голову, что темные грязные волосы полностью закрывали ее бледное лицо. Дверцы быстро разъехались и она, словно поплыла из небольшого пространства, быстро удаляясь от подростка. Стайлз сначала не понял, зачем именно последовал за ней, однако спустя пару мгновений он узнал в образе неизвестной – собственную маму, и как малыш, с трепетом в сердце пошел за ней, повинуясь какому-то инстинкту, практически бегом обходя всех санитаров. Ее образ был расплывчатым, она, как кролик Алису, уводила сына куда-то вглубь медицинского учреждения, заводя все глубже по лабиринту коридоров. - Ма? – парень вырывается на крышу за призраком прошлого, задержав дыхание ждет ответа от той, кто была ему дороже всех ответа. - Мама, что ты делаешь? - Клаудия, - отец проходит мимо быстрым шагом. Она стоит на краю крыши и сжимает маленькие ручки в кулаки. - Что ты здесь делаешь? - Я больше не могу оставаться в той комнате. Он так на меня смотрит, - она спускается к мужу и идет в крепкие руки. Ее трясет так сильно, что это видно. Посиневшие полные губы что-то нечленораздельно шепчут, как мантру. - Клаудия… - Он пытается навредить мне. Я знаю, ты в это не веришь, но он пытается. Он хочет убить меня! У Стайлза на глаза накатывают слезы, он прекрасно понимает, что женщина говорит о своем ребенке, о нем, но он не может понять, было ли это на самом деле, или это игра воображения? Мозги отказываются работать, на лоб давит пульсирующая боль. - Нет, это не правда, иди ко мне. Не стоит забывать, что все это – болезнь. - голос шерифа до неприличия мягок, нежен. Стайлз словно оказался в другом Мире, ему сложно дышать, на грудную клетку сильно давит. -Помнишь, как влияет деменция?Она вводит тебя в заблуждение и заставляет думать, что другие пытаются причинить тебе.. - Ты не видел, как он на меня смотрит. - перебивая мужа выкрикивает она, резко вскидывает голову, от чего в разные стороны разлетаются соленые капли слез. - Клаудия, ему десять лет. - Он хочет меня убить! Она смотрит большими глазами на собственного сына и трясется, а кареглазый не знает, что ему делать. Хочется одновременно провалиться под землю и одновременно узнать, за что она так к нему относится. Растирает по лицу сопли и тихо выдыхает куда-то в сторону, когда ловит тень небольшого человечка на земле. - Прекрати! Не смотри на меня так! – женщина вырывается из рук мужа и кричит на ребенка. Она не похожа на ту маму, на тот образ, который помнит парень, что сильно его пугает. Она подбегает и трясет ребенка за худые плечи и кричит, кричит, кричит на него что есть мочи, а он только и может что звать ее сквозь слезы, она начинает его бить и он падает на холодный грунт. - Мама, что ты делаешь?! Мама, прошу тебя, перестань! Лицо меняется и вместо матери Стайлз видит Химеру, который напал на него, и рвет длинными когтями. Внезапно, из неоткуда, появляется Тео и помогает ему, берет на себя нападающего, бой длится около пары секунд, но уже скоро на земле лежит бездыханное тело химеры, а Стайлз огромными глазами смотрит на Рэкена, который светит желтыми глазами оборотня. - Стайлз ты не можешь об этом рассказывать. Прошу, не говори никому! - Почему? - Я же не сказал про Донована. У Стилински нервно дергается верхняя губа, он хмурится и трет виски, пытаясь привыкнуть к тянущей боли.