На перекрестке снов

Сергей сдержал обещание как всегда. Он терпеливо учил Максима кататься на коньках, проявляя чудеса выдержки и терпения. Через полчаса наступил прогресс. Парень перестал терять равновесие и хвататься за бортик всякий раз, когда мимо проносился очередной лихач. Мальчишка уже крепко стоял на коньках и смог самостоятельно вклиниться в общий поток. Пестрая толпа, скользившая по льду, напомнила Максиму гигантский муравейник, ползущий в одном направлении. Блондин, наконец, оставил парня. Он сбежал от шума и тесноты на свободное место в середине катка. Как глоток воздуха сейчас ему нужен был простор. Ведь Серж не просто хорошо катался, он делал это технично, исполняя самые сложные фигуры. Круги, восьмерки, петли давались удивительно легко. А когда из колонок полилась зажигательная музыка, Серж превратился в легкую птицу, парящую надо льдом. Он мог долго скользить на опорной ноге, свободной почти не касаясь катка. То он вдруг менял направление, переходя от скольжения вправо к скольжению влево. То мог начать уверенно двигаться назад, завершая элемент вращением. Плавные движения завораживали. Он импровизировал, передавая ритм музыки гибким телом. Максим опять прилип к бортику, но теперь для того чтобы посмотреть на танец Сергея. Красивый! Очень! Двигается замечательно, а какой он гибкий! – почему-то с гордостью как за что-то свое личное подумал парень. Максим мог и дальше медитировать, глядя на Сержа, если бы его не спугнули три симпатичные девчонки. Как и он, девушки были в восторге от исполнения блондина. Они шумели и всячески пытались привлечь внимание мужчины. — Какой шикарный чел, настоящий красавчик! А танцует как! Надо бы его подцепить, — девушки оживленно заспорили, кому из них выполнять задуманное. Макс решил отъехать подальше от наглых, похотливых девиц. Но поторопившись, запутался в собственных ногах, неуклюже заваливаясь на спину. Он неловко взмахнул руками и шлёпнулся прямо у ног девушек. Раздался дружный смех, смутивший парня больше чем само падение. Черт, черт! Представляю, как будут ржать эти кобылы, когда попытаюсь встать. Вот дуры! – подумал Максим. Только он собрался озвучить это для вредных девчонок, как чьи-то сильные руки подхватили под мышки и аккуратно поставили на лед. — Юные леди, разве можно смеяться над ошибкой человека, в особенности, если он такой симпатичный парень, м-м? – Сергей остановился перед девицами, эффектно облокотившись на край бортика. Девчонки с сомнением посмотрели на пунцового от смущения Максима и ответили, что, мол, парнишка «ничего себе», но вот сам Серж гораздо лучше. Серж был галантен с дамами, искромётно шутил, вызывая приливы веселья. А Максима дико раздражало, что девицы флиртуют и откровенно заигрывают с блондином. Но больше всего злило, как благосклонно мужчина принимает их знаки внимания. «Он играет с ними как с глупыми зверьками, — успокаивал себя Максим. – Это же видно не вооружённым глазом!» Но видно это было лишь парню, уже испытавшему на себе силу животного магнетизма блондина. Сейчас он напоминал Максу большого сытого кота. С виду ленивого и умиротворенного. А внутри, под мягкостью бархатной шкуры, хранящего до поры невероятную силу дикого зверя. Темный свитер с высоким горлом подчеркивал мужественную фигуру, в светлых прядях волос играли искорки света, а в глазах… В них бушевал ураган. Оттенки мыслей, искры безудержного веселья в бездонной синеве неодолимо притягивали к себе как мужчин, так и женщин. Самая активная из девушек предложила продолжить знакомство в более теплой, интимной обстановке. Серж помолчал минуту, как бы размышляя над заманчивым предложением, затем приблизился к красавице вплотную, так, чтобы твёрдые мышцы его груди, касались аппетитных бугорков под тонким свитером. Аккуратно поправил вьющуюся прядь ей за ушко, смерил красавицу плотоядным взглядом и тихо сказал: — Не сейчас, милая… И не в этой жизни! На прощание он весело подмигнул ошарашенной девушке. Кинул резкое: «Адьё» и взяв Максима за руку, быстро потащил к выходу. *** По пути домой мальчишка все время молчал, он явно был не в настроении. Сергей уверенно вёл машину, изредка бросая ироничные взгляды в сторону хмурого парня и довольно улыбался. Через несколько кварталов внедорожник остановился у салона сотовой связи. Резко повернувшись к мальчишке, Серж сказал тоном заговорщика: — А теперь, Ёжик, главный подарок. Я специально привез тебя сюда, чтобы ты сам мог его выбрать. Максиму ничего не оставалось делать, как топать вслед за блондином. Они зашли в нарядно-украшенный зал с множеством стеллажей. Парень растерянно вертел головой по сторонам, не зная на чём остановиться. Конечно, Макс никогда бы не позволил себе даже глянуть в сторону того монстра, — слишком дорогая игрушка. Он долго топтался у витрины, но так и не смог определиться с выбором. От обилия новинок кругом шла голова, а еще от того что все вокруг переливалось, блестело и пахло пластиком новой техники. Серж иронично поглядывал со стороны, затем подозвал консультанта, что-то тихо сказал. Тот с уважением взглянул на покупателя, быстро отошёл и тут же вернулся с чеком. Мужчина прошёл в сторону кассы, расплатился и тут же вручил поражённому мальчишке тот самый дорогой телефон. Получив подарок, Макс набросился на Сергея с крепкими объятиями и не хотел отпускать его несколько минут. После они купили сим-карту и первым делом позвонили Горскому, Максим взахлеб хвастал подарком, рассказывал о неимоверном количестве функций нового телефона, на что Горский, смеясь, назвал их малолетними шалопаями. Он сказал, что дома их тоже ждет сюрприз и быстро отключился. Уже на обратном пути Максим порадовал Сергея хорошим настроением. Он все время улыбался, говорил без остановки обо всём на свете, трогательно прижимая к себе небольшую коробку. «Сбылась мечта идиота!» — радостно думал Максим: — «Теперь, у меня самый крутой «айфон» в классе! Нет, блин, не в классе, наверно, даже во всей школе!» Первым делом, войдя в квартиру, они почувствовали замечательный аромат хвои. А влетев в комнату, тут же оказались в новогодней сказке — огромная, невероятно пушистая, метра под три ёлка занимала четверть зала и была восхитительно хороша. — Вот, детки, смотрите, что вам Батя притащил! Специально за ней в лес ездил, хотел вас порадовать. — Какая красота, смотри, Серёжка, настоящая живая ёлка! — восхищенно прошептал Максим, перебирая пальцами по еловым лапам. Он трогал иголки, гладил и даже что-то шептал лесной гостье. — А ну, салага, полезай под дерево, посмотри, может там есть для тебя что-нибудь интересное? Иван стоял в любимой позе: скрестив руки на груди, слегка наклонив голову. Он с интересом наблюдал за парнем, ползущим под ёлку на карачках. Сергей тоже смотрел на него, но каким-то отсутствующим взглядом. — Порадовать нас?! – холодный голос, ледяные интонации, — или ЕГО? Ты что-то путаешься в показаниях, Горский. У нас на антресолях который год пылится искусственная ёлка. Ты даже на Новый Год о ней не вспоминаешь. А ещё кто-то говорил, что терпеть не может этот детский праздник? — Что ты говоришь? Послушай, отрада дум и жажда моих чресл!– баритон Горского звучал сейчас особенно низко и интимно. – Ты верно заметил — праздник детский! А у нас в доме кто? Правильно, ребенок! — И ты, повелитель сердца и грешной моей дырки, тоже послушай внимательно! – передразнил блондин, — Максим не ребёнок, уже не ребёнок! Повисла напряжённая тишина. И только возня мальчишки под ёлкой хоть как-то разбавляла тягучую патоку недоказанности. Внимательные глаза под удивленно вздернутой бровью вмиг приобрели оттенок холодного металла. Острый, как лезвие ножа взгляд, не сулил Сержу ничего хорошего. Напротив, выражение сузившихся глаз обещало скорую расправу. Блондин, не обращая внимания на окаменевшего друга, спокойно продолжил: — Жизнь его хорошо потрепала и лишила детства, – и добавил уже тише, чтобы не услышал Максим: — Сам говорил, что Макс боец, хороший боец! Так вот, Ваня, он такой же как я, — задумчиво, — как я… Изгой, без нормальной семьи. — С чего вдруг такая лояльность, Серенький? Еще недавно, ты готов был выкинуть парня на улицу и перегрызть ему горло? – слегка оттаял Горский. — Наоборот…– впервые за весь разговор улыбнулся Сергей. — Что? О чем ты... – не понял Иван. — В обратной последовательности: сначала перегрызть, потом выкинуть! – Серж, уже не скрываясь, смеялся в голос. Наконец из-под ёлки вылез взъерошенный Максим с двумя коробками в руках. В волосах запутались еловые иголки, делая его похожим на любопытного ежа. Усаживаясь там же возле дерева, парень громко чихнул несколько раз, комично сморщив нос. Мужчины подошли поближе. Иван присел перед ним на корточки и стал терпеливо объяснять: — Вот, салага, еще одно средство связи для тебя. Я там уже и игры установил и адреса наши забил, а еще там «мыло» Ромки и Чижика есть. Будешь с ними переписываться или по скайпу связываться. Эх, жаль, в мое время такой техники не было. У меня ведь друзья по всему миру раскиданы были, а многих и нет уже… Прозвучал дикий вопль и вот уже Горского душит в объятиях счастливый мальчишка. — Это же, это…Я так мечтал! Спасибо, Ваня, такой ноут классный! Спасибо тебе! Спасибо…— и следующий в объятия попадает смущенный Сергей. – Серёжка! Ребята…Родные мои! Я не знаю, что и сказать?! — Не нужно ничего говорить, Максимка. Главное чтобы ты был счастлив и почаще улыбался. Иван потрепал парня по волосам. — Ой, а это что за коробочка? – Максим протянул небольшой бархатный футляр Горскому. — А это маленький сюрприз для нашего Сержа – улыбнулся Седой и, забрав её у парня, повернулся к другу. — Знаю, мой яхонтовый, о чем ты давно мечтал! Я вот подумал, у нас с тобой сейчас проблемы… и бизнес в крутом пике завис …— Седой на минуту умолк. Сергей стоял напротив Горского, сцепив руки за спиной, завороженно глядя тому в лицо. Блондин очень внимательно смотрел на Ивана, произносящего непривычно долгую речь. И казалось, будто бы изо всех сил он пытался прочесть по губам недосказанные слова. — Но раз я решил, значит, так тому и быть! Не стоит мужчине менять своих решений. – И, как будто отважившись на важный поступок, уверенно продолжил: — Ну, в общем – вот! Иван протянул другу квадратный футляр синего бархата. Максим во все глаза смотрел на мужчин. Он понимал, что происходит что-то очень необычное. Это было видно по закушенной губе Сергея, по нервно сплетающимся пальцам за спиной. «Наверно, это кольцо! – осенило парня, — блин, да это же обручальное кольцо!» Сергей смотрел на небольшую коробку, не смея к ней прикоснуться. — Ну же, Серёжка, возьми его!— не выдержал Максим. Сергей вздрогнул, затем кивнул, соглашаясь, и медленно, словно находясь в вакууме, потянулся к футляру. Руки не слушались, коробка поддалась лишь со второго раза. Когда же она открылась на Ивана удивленно уставилось две пары глаз. Внутри, рядом с миниатюрной коробочкой из пластика на брелоке, поблескивая металлом, лежали ключи. — Вот видишь, Серенький, мечты сбываются! – раздался со стороны окна веселый голос Горского. – Ну же, иди, посмотри на свою красавицу! Сергей молча подчинился. Как марионетка, с трудом передвигая негнущиеся ноги, словно увязнув в болотной топи, он шел к окну. А за окном на звездный трон ночи медленно взбиралась почти полная луна. С помощью северного ветра, она быстро избавилась от рваных обрывков облаков и с любопытством взглянула вниз. Туда, куда были устремлены три пары глаз обитателей дома на старой платановой алее. У тротуара, прямо под уличным фонарем, была припаркована небольшая спортивная машина. На её покатый бок опускались крупные снежинки. Лёгким хлопьям снега не удавалось скрыть изящность линий спорткара и его насыщенный вишневый цвет. Как капля венозной крови на белоснежном листе она притягивала взор, делая её центральной фигурой среди остальных авто, приютившихся на ночь на парковке. — Chevrolet Camaro, нулёвый! Красный, как ты хотел, мой сладкий,. – Горский с гордостью говорил о подарке. – Объем двигателя три и шесть литра, коробка-автомат… Он продолжал говорить, не замечая, как напряжён в этот момент Сергей. Как его губы сжались в тонкую полоску, а в глазах застыло разочарование. Всё это видел Максим. Он почувствовал неладное и внимательно уставился на блондина. «Что-то не так. Что-то пошло совсем не так как хотел Иван»,– с тревогой заглядывая в бледное лицо Сержа, думал парень. Блондин прижался лбом к холодному стеклу, как бы отгораживаясь от остального мира. «Змею не нравится машина? Что с ним происходит? Блин, да ему же плохо!» Мальчишка подошел поближе и мягко взял его за руку. «Ну же, Змей! Ты что хотел другую машину? – читалось в пытливых глазах. – Или…Ё-моё! Да он тоже думал, что в футляре…Чёрт!» Максим почувствовал ответное пожатие холодных пальцев. Серж отпустил его руку, расправил плечи и спокойно обратился к Горскому. — Спасибо, Ваня! Спасибо тебе огромное, не ожидал! – прозвучало излишне холодно. Затем окончательно взяв себя в руки, уже с более теплыми интонациями в голосе он продолжил: — Она красивая. Очень! Красивая игрушка, но слишком дорогостоящая. Чувствовал, что готовишь мне сюрприз. Надеялся…— Серж помолчал минуту и тихо добавил: — Думал, что это будет нечто совсем небольшое, интимное, но не менее дорогое для меня. — Трусы, что ли? – развеселился Иван. — Ну что ты, драгоценный мой! Ты достоин самого лучшего, самого дорогого подарка. Казалось, Горский, намеренно не замечал двусмысленности в словах Сергея. — И потом, ко мне, наконец, вернется мой «старина мерин». Он тебе все равно никогда не нравился. А мне не нравится манера вождения нашего нового водителя. Да и офисная машина для других нужд предназначена. Иван продолжал ещё что-то говорить, но Серж уже не слушал. Он взял ключи, и быстрым шагом вышел из комнаты. Через минуту в коридоре хлопнула входная дверь. Максим дернулся было в сторону выхода, но Седой его остановил. — Оставь его! Принц Серебряный в последнее время не в духе, заработался совсем. Пусть успокоится, побудет наедине со своей новой «подругой», – Иван внимательно смотрел в окно на то, как блондин садится в машину. — Ваня… — робея начал парень. — А Серёжа не… — Не парься! У нашего Сержа, как у вздорной бабы, бывают критические дни. Я уже привык, а тебя это не касается! — Резкие слова, как струя ледяной воды в лицо. Они смутили Макса, лишили желания ответить на выпад. Горский грозно посмотрел на мальчишку, так что он поёжился. Затем хитро улыбнулся. — Мальчишки непутёвые, возиться тут с вами! Один истерит как баба, второй добивает Батю щенячьими глазами, – приговаривал мужчина, увлекая Максима в коридор. — Давай, салага, надо помочь командиру коробки с антресолей достать. Ёлку-то кто наряжать будет? Александр Сергеевич? — Пушкин твой пусть и наряжает, — ворчал в ответ Максим, которого волоком тащили из комнаты. — Врёшь, малявка, мой — Грибоедов! И ты мой, — воскликнул Седой и взвалил мальчишку себе на спину. «И что это они вечно таскают меня на руках, как девчонку», — подумал парень, оказавшись на спине Командора. «И как там Змей? – в груди противно защемило, — успокоился наверно? Эх, Серёжка…» Но загрустить вновь ему не дали. Иван стал изображать Бабу-Ягу. Крутился по оси, так что у Макса голова шла кругом. Пританцовывал на месте, по-старушечьи шепелявил и кряхтел, чем нещадно, до колик смешил мальчишку. Настроение опять стало подниматься к заоблачным далям. И опять в доме на платановой алее, царили уют и веселье, играла музыка. Мужчина и мальчик наряжали ёлку. Шутили, смеялись, кидались блестящим дождём и в пылу веселья часто били стеклянные шары. Потом распаковали ноутбук и долго возились, разбираясь в настройках компьютера. Максим чувствовал себя довольным как никогда. От свалившегося на него счастья он перестал смущаться и ёрзать, под пристальным взглядом Седого. Парень мог свободно отвечать ему, открыто глядя в лицо. И уже Горский первым отводил глаза, пряча непонятное смущение за задумчивой улыбкой. Когда Иван ушёл готовить ужин, Максим тут же набрал телефон Сергея. Тот не отвечал. Лишь на третьей попытке он откликнулся. На просьбу мальчика прийти домой ужинать тусклым голосом ответил, что скоро будет. Во время разговора Максим все время смотрел в окно на красный Camaro, неподвижно стоящий под окном. Сверху, в лобовое стекло парню хорошо были видны длинные пальцы, лежащие на руле. Иногда они начинали нервно тарабанить, а иногда на них опускалась голова Сержа. Он мог долго сидеть вот так, уперев лоб в скрещенные на руле руки. В этот момент блики света от уличного фонаря бесцеремонно путались в светлых прядях его волос. Он не пришел на ужин. Не отвечал на звонки. И позже, когда Иван с мальчиком смотрели какой-то фильм, он тоже не появился. Сергей вернулся домой далеко за полночь. Максим не спал. Накануне Горский установил новую компьютерную игру, и мальчишка с удовольствием окунулся в мир виртуальных сражений. Он отвлёкся, когда почувствовал чей-то внимательный взгляд. «Серёжка!» — обрадовался парень. Сергей жестом усадил назад, вскочившего было мальчишку. Максим смотрел на него во все глаза, а когда попытался спросить, мужчина лишь отрицательно качнул головой. Он стоял молча, опираясь спиной о дверной косяк. Затем медленно прошёл к дивану и устало присел, откинувшись головой на удобную спинку. Максим тоже перебрался на диван поближе к мужчине. Он сел лицом к Сергею подобрав ноги, обхватил колени руками, тоже прижавшись щекой к мягкой спинке. Старый дом засыпал, закрыв шторами темные глазницы окон. По его коридорам, вступая в свои права, на мягких лапах крался сон. Он увлекал за собой живых обитателей старого особняка, давая дорогу незримым призракам, что хозяйничали в нем ночью. Отмеряя время, монотонно тикали часы. Перебегали огоньки на пушистых лапах украшенной к празднику ёлки. На диване, откинувшись на его спинку, сидел мужчина. Он отрешенно глядел в сумрак комнаты, а его рука мягко перебирала темные волосы на голове сладко спящего на его коленях мальчишки. «Всё будет хорошо! Всё будет просто прекрасно, — успокаивал себя Сергей, – завтра будет новый день. Завтра начнётся с нового листа!» А на завтра, Горский, зайдёт к Максиму и не обнаружит его в постели. Не найдет он его и в других комнатах. Лишь короткая записка на новом ноутбуке станет напоминанием о смешливом черноволосом мальчишке. «Я ухожу, возвращаюсь домой. Иван, спасибо тебе за все! Большое спасибо! Не ищи меня, пожалуйста, я не вернусь. Береги Сергея. Будьте счастливы. Максим. P.S. Командор, полезай под ёлку)))