На перекрестке снов

Глава 10 Утро встретило пасмурным небосводом и таким же нерадостным, пасмурным настроением. Словно огромные дирижабли по небу курсировали большие темные тучи, и каждую минуту приходилось ждать начала снежной бомбардировки. Тонны пушистой белой массы были готовы высыпаться на головы редких прохожих в любую минуту. Все было против Максима: вчерашние воспоминания, отсутствие возможности поймать хотя бы одного захудалого солнечного зайца и беспощадно ноющие виски. Неловко скатившись с дивана, парень лениво натянул свитер Горского, с которым и так не расставался всю ночь. И вдруг он учуял то, что моментально компенсировало плохое настроение. Это был божественный аромат выпечки, тягучими волнами разносящийся по дому. Соблазнившись запахом и изнывая от желания увидеть Командора, Макс помчался на кухню. Камбуз приветствовал мальчишку легкими переливами вальса Шопена из музыкального центра и широкой мужской спиной. На звук шагов обернулся Сергей и радостно улыбнулся. Невольно смущаясь, парень как вкопанный застыл у двери. — Макс, чего хмурый такой? Смотри, каким чудесным выдался денек! – воскликнул Серж. Ничего хорошего в нынешней погоде парень не узрел, а надвигающийся снегопад вообще портил всякое настроение. «И чего это Змееныш вдруг такой добрый стал? Небось, хорошо его ночью Командор оприходовал. Видел, бля…Теперь ходит, сверкает как новый пятак», — Макс вовремя спохватился чтобы не озвучить мысли вслух, лишь саркастично пожал плечами. Из одежды на мужчине были лишь спортивные брюки, чудом державшиеся на бедрах. На тех самых бедрах, которые ночью с силой стискивали родные руки. Те самые бедра, что еще хранили на себе их отметины-синяки. Серж проследил за взглядом Максима и криво ухмыльнулся. Парню совсем не понравилась эта плотоядная улыбка, и взгляд под которым он почувствовал себя совершенно голым. Максим уже собирался выскользнуть из кухни, когда крепкая рука остановила его, пригвоздив к стене. — Не так быстро, малыш! Сначала тебе надо перекусить. Иван меня со свету сживет, если я тебя не покормлю вовремя. – От такой фамильярности густые брови парня негодующе поползли к переносице. Он с вызовом посмотрел в лицо мужчине, а затем перевел взгляд на руку, давая понять неуместность жеста Сергея. Показать-то он показал, но тут же вспомнил, как эта рука ласкала свой такой красивый член, а потом… «Черт, черт, черт! Неужели это я про член Змееныша так думаю? Красивый? Блядь!!!» – Максим вздрогнул, когда рука стала медленно сползать с его плеча. Мурашки побежали от места прикосновения до кончиков пальцев на ногах. Те моментально поджались. Вдруг стало очень жарко, и лицо мальчишки запылало. И контрастом к буре, что зарождалась на кухне, легкими игривыми переливами, иногда звонкими ручейками, иногда мощным потоками катил свои волны старый вальс… «Наверное, я с ума схожу в этой голубятне! Где же Горский, где же носит Командора, когда он так мне нужен? Батя, ну где же ты?» — взмолился про себя Макс. Сергей каким-то непостижимым образом словно услышал мысли мальчишки, хитро улыбнулся и, потрепав его по щеке, заметил: — Что, уже соскучился по своему викингу? Ничего, потерпишь до вечера. Сегодня очередь Горского работать. Этот спаситель плешивых котят совсем разленился и забил на работу. А у нас, между прочим, транш на носу, да и с поставщиками скоро встречаться, а проект договора еще и рядом не валялся. – Серж поближе придвинулся к Максиму. Стал, опираясь о стену руками, так что мальчишка оказался в плену мужских рук. Он продолжил свою речь, но уже тише и даже как-то доверительнее: -…И потом, сидя дома, он становится неповоротливым и толстым, а это меня уж никак не устраивает. Знаешь ли, я люблю поэкспериментировать в постели и мне нужен достойный, желательно молодой любовник, – низкий голос бархатным шелестом проникал в уши и пропадал где-то в районе солнечного сплетения, превращая его в тугой узел нервов, – Иван у нас еще ведь совсем молодой? Пока… Вдруг все закончилось. Наваждение, ступор, жар, который вовсю хозяйничал в паху. Миг и Сержа уже нет рядом. Макс даже не успел заметить, как мужчина оказался в противоположном углу столовой, насвистывая вальс Шопена. Он сноровисто накрывал на стол и пытался разговорить мальчишку, настороженно зыркающего на него из-под отросшей челки. «Стоп! А откуда он про викинга знает и причем тут Горский? Или совпадение? Или… Нет, я точно скоро свихнусь!» — У нас с тобой появились некоторые м-м…противоречия. И я хотел, чтобы они закончились раз и навсегда. Например, сегодня, сейчас! Максим продолжал молчать, недоверчиво поглядывая на мужчину. Сергей поставил на стол вкусно пахнущие пирожки и налил в чашку какао. — Любишь какао, Ёжик? – Серж подошел поближе и легко взъерошил волосы на макушке парня. Макс мотнул головой, уходя от прикосновения, но мужская рука успела ухватить прядь на макушке и несильно потянула назад. Отвечать в такой позе было затруднительно. Максим неплохо изучил повадки Сергея. Более того, он видел блондина в деле, на тренировке у Горского. И уже знал, что вырваться из такого захвата он может лишь ценою собственных волос и покалеченных конечностей. — Я не ёжик, не зайчик, не щенок! И ни какой другой зверь! – Прошипел Максим. — Не надо со мной в игры играть. Знаю прекрасно, чего ты добиваешься! — Серьезно? Знаешь? Ну, это вряд ли. – Сергей наклонился пониже, не выпуская волос из захвата. Его лицо оказалось так близко, что ноздрей мальчишки коснулся запах тела мужчины и терпкий аромат его парфюма. После он смог разглядеть во всей красе как припухли за ночь губы командорского любовника. И еще как взгляд человека может гипнотизировать не хуже змеиного. Казалось, что глаза Сергея смотрят прямо в душу, не пропуская ни одного ее закоулка. Голубые, как Адриатика весной, они холодно сканируют Максима изнутри. Они затягивают, оставляют внутри скользкий след. Мальчишка не выдержал и сильно зажмурился, отгоняя наваждение. — Тебе стоит подстричь свои лохмы. Свожу-ка я тебя к своему мастеру, а то скоро глаз будет не разглядеть. Эй, Ежик, не спи! Давай ешь! Кому пирожки пёк с утра пораньше? Небось, дома таких не пробовал. Парень открыл глаза и сразу наткнулся на изучающий взгляд блондина. Сергей, как ни в чём не бывало, сидел напротив, попивая свой кофе. Остывающая выпечка манила ароматом корицы, ванили и еще какой-то вкусной штуковины. В животе призывно заурчало и парню пришлось сдаться на милость победителя. Он решил отложить на время войну со своей гордостью и принялся за поедание пирожков. — Давай с тобой договоримся, хорошо? Мне не хочется больше огорчать Ивана, — в голосе мужчины прорезался металл. — Он только мой и я за него порву любого! Горский будет моим столько, сколько захочу этого я! Пока не надоест. Мой и больше ничей. Даже если со временем Иван мне надоест, он будет продолжать хотеть только меня. Всегда! И никогда, слышишь, щенок, никогда у него не появится другой. Я сказал!