Оборотень. Часть вторая. В логове зверя

Звонок Стаса Карпова обескуражил Ирину Зимину, которая молча выслушивала все, что говорил ей подполковник, и хлопала глазами, глядя на нахмуренного Сергей Глухарёва, сидящего за столом. Поверить в то, что Зотов согласился помочь, двое сотрудников Пятницкого просто так не могли. Но следующий день расставил все по своим местам, когда, теперь уже, звонок от Егора Коваленко заставил поверить в то, что скоро все закончится. Позвонив рано утром, чекист сообщил, что время операции назначено на девять вечера и теперь все, кто желает вытащить Анастасию Свиридову должны сидеть как можно тише, чтобы не сорвать план. Но сидеть просто так никто не собирался. Поэтому узнав от Карпова место проведения операции, Форд Сергея Глухарёва прибыл в назначенное место, остановившись возле припаркованных микроавтобусов с чекистами. «Вы хотите сорвать все?!», - не один раз повторил Егор, весьма недовольный появлением Зиминой и Глухарёва. Но Ирина была настроена решительно. И Коваленко, отвечающему за операцию, ничего не оставалось делать, как разместить подполковницу и майора в микроавтобусе, вручить им пару наушников и приготовиться к тому, что должно было произойти в загородном доме, находившемся в нескольких метрах. *** Время утекало как песок сквозь пальцы, а четкого плана по устранению главной проблемы так и не было. Поэтому четверо мужчин уже час сидели в гостиной дома Грачёва, погруженные в свои мысли, и молчали, не давая засевшим неподалеку чекистам нужной информации. И только Зотов время от времени ерзал в кресле, нервируя сидящего напротив Зверева, который даже подумать не мог, почему подчиненный так нервничает. А причина для этого у Михаила была веская. Каждую минуту он предвкушал свою скорую свободу без суда, тюрьмы, судимости. Но как назло его отец, Зверев и Велицкий молчали, изредка перебрасываясь ничего незначащими фразами. От этого у Миши потели руки, а нервы начинали сдавать, поскольку микрофон, прицепленный чекистами под рубашку, начинал напрягать все больше. И неизвестно, чем бы закончился весь его «героический» поступок, если бы Евгений Грачев не начал говорить. - А может блефует она? – предположил он, обведя мужчин взглядом. - Какие доказательства невиновности? На пистолете ее отпечатки – это раз. Задержали ее на месте преступления – это два. И то, что ты, - сказал Грачев, пристально посмотрел на Зверева, - подменил ей пистолет, это доказать практически не возможно! - Возможно, - кивнул в ответ Велицкий. – Но Свиридова сдала уже нас тогда. Поэтому я не уверен, что она не сможет сделать это и сейчас. - Мы обыскали ее квартиру. Ее машину, - продолжал гнуть свою линию Грачёв. - У нее нет ничего, что могло бы указывать на нас. А одних ее слов не достаточно. Все, что говорили коллеги, Мише было не достаточно, поскольку поверхностные фразы никак не могли дать чекистам того, чего они ждали. Поэтому взяв себя в руки, Миша вытер вспотевшие ладони и, выдохнув, произнес: - А Карпов? Она же предупредила его о том, что должна его убрать. А приказ отдавал товарищ подполковник, - кивнул он на Макса. - И Карпов это знает. И когда он выйдет из больнички… - Не выйдет! – неожиданно перебил его Зверев, заставив всех перевести взгляд на него. - Леонидыч, ты о чем? – словно с осторожностью спросил Велицкий, подавшись вперед. - Сначала убираем девку, потом – Карпова. Я не собираюсь терять доходы. Поставки героина в районе уже налажены. Максим обвел всех присутствующих грозным взглядом, давая понять, что от своих слов он не отступит. И в гостиной вновь настала тишина. Но чекистам, было достаточно и этих слов. Поэтому выбитая за один раз дверь, заставила четверых сотрудников органов сначала вскочить на ноги, а через несколько секунд упасть на пол и заложить руки за головы, чувствуя, как в виски упирается холодная сталь автоматов. *** Два дня с момента задержания верхов ОПГ, Стас Карпов старался не думать ни о чем, чтобы сердечная боль не заставляла снова и снова корчиться на больничной койке, показывая всю его слабость и беспомощность. Но сделать это было намного сложнее, чем он себе представлял. И каждую минуту новые мысли одолевали его. Несмотря на то, что задержание довело четверых оборотней в погонах до камер следственного изолятора, а вся документация была у ФСБ, несмотря на то, что судья, взявшийся за это дело, доведет его до конца, не дав преступникам избежать правосудия, Стаса мучила проблема, которая до сих пор была не решена. Снятие обвинений с Анастасии Свиридовой все еще оставалось под вопросом. А от Зотова, который уже был далеко от Москвы, не было никакой информации, способной помочь девушке, все еще отбывающей свой срок. Лишь только утром третьего дня мобильный телефон подал признаки жизни и незнакомый голос сообщил, что информация, которая так нужна подполковнику, находится в камере хранения Киевского вокзала, куда незамедлительно был отправлен Денис Антошин. И через пару часов в палате Стаса вновь собралась делегация, а ноутбук воспроизводил видео, которое было единственным файлом на флэшке, найденной в камере хранения. Небольшая комната, тускло освещенная висящей под потолком лампочкой. Двое людей, один из которых стоял на коленях, а второй, при внимательном рассмотрении оказавшийся генералом Велицким, крепко сжимал в руке пистолет. Выстрел. И неизвестный мужчина навзничь упал на грязный пол. На этом видео останавливалось. Они просматривали его раз, второй, третий, но никак не могли понять одного: как это поможет Свиридовой. - И что это? – недоуменно обвела всех взглядом Зимина. - Вот сука! – прорычал Стас, ударив кулаком по кровати и, тут же скривившись от боли в груди, процедил сквозь зубы: - Обвел нас всех вокруг пальца! - Подождите, - неожиданно для всех произнес Антошин, который все еще прокручивал видео. – Я, кажется, знаю убитого! – говорил он, внимательно вглядываясь в экран. – Да, точно! Это же тот самый банкир, который год назад себе череп снес в подвале своего загородного дома. - Это Поляков который? – уточнила Ирина. - Он самый, - кивнул Денис. - Получается, это было не самоубийство, - помотала головой Зимина. – Велицкий сам убил его. - Наверное, Поляков где-то перешел им дорогу, - предположил Глухарёв. – Вот и убрали… - Перешел. Не перешел. Свиридовой это кино не поможет, - продолжая прижимать ладонь к ноющей груди, еле выговорил Стас. Заметив состояние подполковника, который по цвету сравнялся с белым постельным бельем, Ирина Зимина поднялась со стула и, захлопнув ноутбук, взяла его в руки. - Так, все. Хватит на сегодня. Нужно выспаться, а завтра на свежую голову решать, что делать дальше, - констатировала она, осмотрев мужчин. - Да, - поддержал ее Глухарёв. – Надо ехать. Ко мне мама скоро приедет, Маруську привезет. Попрощавшись с Карповым, трое сотрудников ОВД направились к выходу из госпиталя, погрузившись каждый в свои мысли. И только у машин, припаркованный на стоянке, Ирина разорвала тишину. - Думаете, на этом все? - Не знаю, Ир, - мотнул головой Глухарёв, переведя взгляд на Антошина. – Я уже ни в чем не уверен. *** Ночь выдалась ужасной, не давая Ирине уснуть больше чем на двадцать минут. В голове постоянно вертелись мысли о суде, Свиридовой и этой странной видеозаписи, которую оставил Зотов, дабы помочь своей жене. Но как это могло помочь именно Насте, Ирина так и не понимала, все больше убеждаясь в том, что они зашли в тупик и на сей раз бывшая коллега понесет свое наказание до конца. Когда стрелки часов показали пять утра, Зимина окончательно прекратила попытки уснуть. Быстро собравшись, заглянув к спящему сыну, женщина направилась в ОВД, снова погружаясь в невеселые мысли. Почему она так хотела помочь девушке, едва не сломавшей ее жизнь, Ирина поняла лишь тогда, когда мысли закрутились в тугой узел, не давая никакого покоя. «А что бы ты, Ирочка, сделала, если бы тебя шантажировали Сашкой? – задавала себе вопрос Зимина, будто оправдывая Свиридову. – Наверное, все то же самое, что и она». Именно с этими мыслями Ирина появилась в ОВД. Взяв ключ у удивленного дежурного, Зимина прошла в свой кабинет, скинула пальто и, усевшись в свое кресло, открыла ноутбук. Что именно она хотела там найти, Ирина не представляла, только вскоре наманикюренные пальцы уже стучали по клавишам, вводя имя банкира Полякова. Несколько часов Ирина просидела глядя в монитор и пытаясь найти хоть что-то, что могло дать малейшую зацепку. И только тогда, когда в коридорах начал раздаваться гул, оповещая, что сотрудники постепенно стекаются на работу, Зимина хлопнула ладонью по столу и спешно схватила мобильный телефон, набирая номер судьи, ведущего дело ОПГ. - Тимур Фархатович? – проговорила она, когда на другом конце послышался мужской голос. - Это Ирина Зимина – начальник ОВД «Пятницкий». Беспокою Вас по делу оборотней в погонах. Я бы хотела узнать, в какую тюрьму попадут подсудимые, после оглашения приговора. Она напряглась, словно боясь услышать неподходящий ей ответ, но через секунду на лице появилась улыбка и, поблагодарив судью, Зимина кинулась в коридор, на ходу хватая свое пальто. Но визит к Карпову, который она собиралась устроить прямо сейчас, пришлось отложить, поскольку в коридоре Ирина столкнулась с Сергеем, вышедшим из кабинета следователей. - Сереж, почему ты тут? – удивленно вскинула брови Ирина. – Ты что, Машу одну оставил? - Ну почему одну? – улыбнулся Глухарев. – У нее две прекрасные няньки. С этими словами Сергей открыл дверь кабинета. На столе отсутствующего Коли Тарасова сидела Маша Зотова, а перед ней, словно два клоуна выпрыгивали Агапов и Черенков. - Я злой и страшный серый волк. Я в поросятах знаю толк, - голосил Агапов, под звонкий смех девочки. - Нисколечки ты не страшный, - смеялась Маша. - Не, ну я так не играю, - надулся Андрей. И на этом Глухарёв закрыл дверь, закончив просмотр «спектакля». - Им бы в самодеятельность, а не в следствие, - усмехнулась Ирина, но тут опомнилась. – Раз ты тут, пойдем, покажу кое-что. Схватив майора за руку, Зимина быстро затащила его в кабинет и, открыв ноутбук, ткнула в экран, на котором высветилась информация. - Не обманул нас Зотов, - констатировала она, пока Сергей вчитывался в предложения. - Это как? - У банкира есть брат, который сидит в Лефортово. А знаешь, в какую тюрьму переведут наших оборотней после суда? - Ну ясное дело, что в Лефортово, - проговорил Сергей, продолжая бегать взглядом по строчкам. - Это ж подконтрольная ФСБ-шникам тюрьма, - но тут он осекся и, переведя взгляд на Ирину, произнес: - Стоп! Ир, ты че задумала? - Поехали к Карпову, - сказала Зимина. – Есть у меня одна мысль. *** Сомнение в эффективности своего плана по освобождения Насти Свиридовой одолевало Ирину всю дорогу от госпиталя, где лежал Карпов. Даже, несмотря на то, что Стас одобрил ее предложение, женщина все же сомневалась. И от этого дрожь начинала завладевать всем телом. «Стоит попробовать, Ир. По крайней мере, мы будем знать, что сделали все возможное. Это единственный шанс», - успокаивающе гладил ее по руке Сергей, стоя у ворот следственного изолятора, где ожидали суда верха ОПГ. Она вздохнула и, мотнув головой, безмолвно говоря Глухарёву, что справиться сама, скрылась за дверью походной. Договориться с начальником СИЗО о встрече с одним из подследственных не составило труда. Средних лет мужчина, который, как оказалось, был предупрежден подполковником Карповым о ее приезде, сразу же проводил Ирину в комнату для свиданий. И женщина с замиранием сердца начала ждать, теребя край кожаной папки, лежащей перед ней на столе. Но как только на пороге комнаты появился генерал Велицкий, лицо Ирины приобрело весьма уверенный вид. Приподняв подбородок, она холодным взглядом проследила за мужчиной и, когда он присел на стул, стоящий на противоположном конце стола, кивнула охраннику: - Оставьте нас. И наручники можете не снимать. Дождавшись, когда охранник покинет комнату, генерал в упор взглянул на женщину и, усмехнувшись, спросил: - Подполковник Зимина, какими судьбами? Пришли отомстить за своих подчиненных? - Да нет. Месть – не моя специфика. Я пришла за справедливостью. - Очень интересно, - усмехнулся генерал, наваливаясь на стол. - А сейчас будет еще интересней, - прищурилась Зимина и, достав из кармана мобильный телефон, положила его перед генералом, включая видео, которое, еще вчера, казалось им бесполезным. Она видела, как с каждой секундой напрягается лицо Велицкого. Видела как играют желваки от сильно сцепленных зубов. И в этот момент Ирина поняла – они попали в самую точку. - А это, - Зимина раскрыла папку, доставая оттуда сшитое дело, - дело осужденного Полякова. - Кто это? – тяжело дыша, спросил генерал. - Это брат того самого банкира, которого Вы убиваете на этом видео, - усмехнулась Ирина. - Он сейчас отбывает наказание в Лефортово. А после завтрашнего повторного заседания вы отправитесь туда же. И к вашему сожалению у меня там много знакомых, которые обязаны мне чем-либо, - она подалась вперед и, взглянув на генерала твердым взглядом, сказала: - Поэтому я запросто могу устроить Вам перевод в камеру к Полякову. И вряд ли ты, сука, проживешь там больше суток! – процедила она последнюю фразу сквозь зубы. Заметить, что ее слова посеяли панику в генерале, не составило труда. Его взгляд бегал, словно ища укрытия, руки дрожали, а грудь тяжело вздымалась. Он знал точно – срока за организацию преступной группировки ему не избежать. - Чего вы хотите? – спросил Велицкий. Встав со стула, Ирина забрала со стола телефон и папку и, направилась к выходу, задержавшись у двери. - На завтрашнем заседании ты дашь показания в пользу Анастасии Свиридовой, - проговорила она, стуча в железную дверь. – А если с нее не снимут обвинения… - она не договорила, лишь усмехнулась и вышла из комнаты, выдыхая скопившийся в легких воздух.