Странный альфа

Илия прожил в этом доме уже почти месяц, но так толком ничего и не понял. Альфа, Эрик, как он разрешил себя называть, просто привёл его туда, и оставил, ничего толком не поясняя. Омега несколько часов просто просидел в комнате, где ему было позволено жить, прежде, чем отважиться выйти за дверь навстречу своей новой судьбе. Он не знал, чем она будет отличаться от старой. Эрика нигде не было видно, и пришлось долго мяться в коридоре, прислушиваясь, не донесётся ли из хозяйской спальни какой-нибудь шорох. Войти он так и не решился, но этого и не потребовалось. Новый хозяин обнаружился в кухне. В тот самый момент, когда отчаявшийся омега уже было собирался вернуться в свою комнату, послышался вдруг звон посуды и шум воды в раковине. Омега отмер, почти обрадовано, и поспешил на звук. Ночь едва закончилась, и в доме было темно. Эрик отчего-то не зажигал свет, хмуро поедая бутерброд, сонно рассматривая что-то в тускло светящемся мониторе. Илия замер на пороге, гадая, можно ли ему здесь находиться, и не лучше ли было дождаться, пока позовут. - Ты не спишь? – казалось, альфа удивился, но совсем не разозлился на его вторжение, и у омеги немного отлегло от сердца. – Входи, поговорим. Он захлопнул крышку ноутбука и посмотрел на Илию тяжёлым, совершенно нечитаемым взглядом, вновь заставляя занервничать. Говорить было страшно. Особенно если не знать, о чём его спросят. Боясь поднять взгляд от крышки стола, омега устроился напротив, приняв приглашение войти за позволение сесть и, кажется, не ошибся. По крайней мере, ничего ужасного не произошло. - Слушай, - сказал ему альфа, и нахмурился, как будто не знал, как продолжить. – Я не планировал тебя покупать, так что, понятия не имею, как с тобой быть. Я дам тебе денег, ты сможешь пройтись по магазинам и купить себе одежду, и что там ещё? Илия едва смог кивнуть, смущённый таким вниманием и перепуганный непонятным приказом. Одежду? В магазине? Как же он выберет? Он понятия не имел, сколько это может стоить и как должен теперь выглядеть. Что хозяину нравится. Он не знал, где искать магазины, куда вообще привёз его этот альфа, но когда хозяин отдаёт приказ, нельзя не кивнуть, даже если совершенно уверен, что исполнить его не хватит сил и умений. - Что не так? – заметил, должно быть, его сомнения Эрик, переспросил строго и страшно. – Если не сможешь, так и скажи. - Простите, - пролепетал он в ответ едва слышно и опустил голову ещё ниже, тело среагировало само, сжалось, ожидая удара, хоть омега и видел, что рассердил хозяина вовсе не настолько. – Я никогда не был в магазине. Эрик недоумённо уставился на него, а потом на лице его отразилось понимание, ударило по и без того напряжённым нервам омеги новым стыдом. Альфа понял, что приютил дома никчёмную шлюху, и от этого стало горько. - Ладно, - сказал альфа задумчиво, и Илия замер, голос прозвучал слишком спокойно. – Давай по сети закажем. У меня есть ещё часок до работы. Они и вправду заказали. Час этот был самым странным в жизни омеги. Альфа открывал на своём ноутбуке какие-то картинки. Омеги на них улыбались и выглядели очень счастливыми. Они были совсем из другого, незнакомого Илии мира, и он только и мог, что робко кивать, соглашаясь на всё, на чем останавливался взгляд Эрика. Самому ему нравилось всё. Одежда казалась такой красивой. Там не было ничего прозрачного или открытого, не было блёсток и разрезов, и сложно было поверить, что такое ему будет позволено надеть. Но, казалось, Эрик не шутил. Заказал он также и бельё, и носки, и даже домашние тапочки. Ботинки, правда, не заказал. Сказал, надо мерить. Илия сидел ни жив ни мёртв и пытался отогнать ощущение нереальности. Неужели это происходит? Так ведь не бывает? Не может быть! Он ведь даже не сделал ещё ничего. Господин только усмехнулся одними губами, а потом доел свой бутерброд, зевнул устало и отправился на работу. Дело у него оказалось и впрямь очень важным. Это Илия узнал на третий день своей новой жизни, с опасливым любопытством рассматривая разложенные на столе в гостиной непонятные схемы и карты незнакомой омеге местности. Альфа сосредоточенно подтягивал к себе то одну, то другую и, казалось, не замечал его удивлённого взгляда. Он был так занят, так увлечён своим делом, что Илии стало неловко его отвлекать. Он замер на пороге, держа в руках чашку кофе и пару кривых бутербродов, которые как раз нёс Эрику, забеспокоившись, что тот вот уже час как вернулся домой, а так ещё и не поужинал. Но стоять столбом, пока кофе остывал, тоже не годилось, поэтому он несмело приблизился, гадая, куда безопасно поставить свою ношу. Эрик оторвался от очередного документа, чем-то явно его рассердившего, и посмотрел недовольно, так, что Илия едва не вздрогнул, но потом, будто узнав его, чуть смягчился, передвинул бумаги, освобождая немного места, даже кивнул благодарно. И тогда омега всё же решился спросить. - Что это, господин? – и кивнул на лежащую сверху схему. – Над чем вы работаете? - Газопровод, - ответил ему альфа, одновременно откусывая от бутерброда, - мы его строим. Строим-строим, всё никак не построим. Спасибо за еду. Я ещё поработаю. Растянулось это «ещё» до поздней ночи. Илия больше не отвлекал хозяина, просто уселся в кресле и молча сидел, пока совсем не захотел спать. В тот вечер он много узнал о своём господине. Что тот не терпит, когда его отвлекают, и не любит говорить лишних слов. Что хмурится грозно, если к нему не вовремя обратиться, но может ласково посмотреть, если быть рядом с ним тихим. А один раз омега поднял слетевший от неловкого движения Эрика со стола лист, подхватил, чтобы вернуть его на место, и тогда хозяин не глядя перехватил его руку и погладил запястье, заставив ошарашенно замереть. В этой нежности, мимолётной и как будто само собой разумеющейся, не было ничего от обычных прикосновений других альф. Ни капли похоти или насмешки. А вот что там было, Илия разобрать не успел, так быстро всё закончилось. Альфа опять работал, и задерживаться около него было уже незачем. Но Эрику нравилось его присутствие. Это омега тоже понял, хоть и не сразу. Господин всегда поднимал на него глаза, стоило войти в комнату, и взгляд его заметно теплел. И Илия стал приходить к нему каждый вечер. Кормить чем-нибудь вкусным, оставленным в холодильнике раз в три дня приходящей домработницей, и сидеть на диване, то просто молча наблюдая, то рассматривая картинки в одолженном альфой ноутбуке. Раньше ничего такого у него не было, и он удивлялся каждой мелочи, смеялся простеньким шуткам, робко переходя от ссылки к ссылке, всё время опасаясь что-нибудь перепутать или сломать. Но страшного ничего не происходило, а любопытство тянуло его всё дальше. Вот только обсудить увиденное было не с кем. Раньше он никогда не оставался так надолго один. Другие омеги не слишком-то его любили, но и не обижали, и с ними всегда можно было поболтать днём, когда не было клиентов, или жалобно уткнуться в плечо, если становилось совсем плохо. Ему сочувствовали, всегда понимающе гладили по волосам, молчаливо утешая. Слишком хорошо они его понимали, чтобы оттолкнуть. А вот сейчас, когда жаловаться было не на что, стало не хватать собеседника. Кого-то, кто просто разделит удивление или веселье. Беззвучно усмехаясь от какой-нибудь прочитанной или увиденной глупости, он даже вскидывал глаза, будто и в самом деле собираясь рассказать об этом альфе, и сам же вздрагивал, пугаясь подобной наглости. Как будто он с бордельным приятелем, а не с господином. Так быстро его избаловало хорошее отношение, что и самому не верилось. Приходилось то и дело одёргивать себя, чтобы не произнести вслух какую-нибудь из одолевающих его мыслей, пока эта новоприобретённая расслабленность не сыграла с ним злой шутки. А потом всё снова пошло кувырком. - Послушай, - сказал альфа как-то вечером, почти ночью, складывая свои бумаги в разноцветные папки, - а тебе не пора к врачу? Сколько ты уже у меня? Две недели? Тебе разве не нужно делать какие-нибудь анализы? Или что там положено беременным? Илия, как раз выключивший свой компьютер и тоже собирающийся ложиться спать, разом съёжился от этих слов, будто отброшенный во времени на те самые две недели, и оказалось, что липкий, цепляющий сердце страх тоже никуда не подевался, лишь уснул до поры до времени. - Господин? – пролепетал он в ответ глупо, не зная, что нужно сказать. Ведь хозяин не приказывал никуда ходить. – Меня осматривали месяц назад. Немного меньше месяца то есть. Илия опустил голову, сам себе удивляясь. Как он мог позабыть? Машинально, будто пытаясь извиниться, он положил ладони на живот, а потом посмотрел на господина жалобно и растерянно. Он слишком увлёкся, почувствовал себя настолько в безопасности, что показалось, ничего плохого попросту не может случиться. Ни с ним, ни с его ребёнком. - В нашем районе есть неплохая клиника, - начал альфа задумчиво, прикидывая что-то в уме. – Я всё забывал сказать, думал, ты мне напомнишь. А сейчас понял, что ты не отважишься. Неужели я такой страшный? Кажется, я до сих пор ничем тебя не обидел. В голосе Эрика отчётливо наметилось раздражение, и Илия вздрогнул, прикрывая живот, и поскорее затараторил: - Нет, господин, нет-нет. Вы очень добры со мной. Я просто забыл. Вылетело из головы. Но я хорошо себя чувствую, и малыш, он шевелится иногда. Всё должно быть хорошо. - Я понял, не суетись, - отмахнулся от него альфа и дёрнул плечом. – Давай завтра съездим? У меня выходной. Хорошо? Он так спрашивал, будто бы и вправду предполагал, что омега может быть занят чем-то помимо прогулок по местному парку и молчаливых вечеров прямо на этом диване. - Не нужно, - робко попросил он, борясь с желанием броситься извиняться. Лишней суеты Эрик тоже не любил. – Не нужно в хорошую клинику. У меня уже есть доктор. Он очень хороший и давно меня знает. И малыша тоже. Можно мне к нему? Если это не очень далеко. Это дешёвая клиника, там принимают таких как я. Он никогда бы не посмел возражать господину, но тот смотрел так спокойно, что омега поддался, доверил ему свой страх, лишь глаза отвёл и съёжился ещё сильнее. - Почему не надо? – спросил его Эрик удивлённо, но, кажется, не рассержено. – И каких это «таких»? - Шлюх, - пояснил Илия тихо и покраснел от стыда. – Рабов. - Об этом я не подумал, - досадливо проговорил альфа, а потом вдруг встал из-за стола, в два шага оказываясь рядом, - ну, не грусти, малыш. Поедем к твоему доктору. Но рожать будешь в приличном месте. Я договорюсь, примут, никуда не денутся. Он уселся рядом, осторожно, будто боялся, что Илия испугается и сбежит, и приобнял за плечи, заставляя вздрогнуть и замереть, не зная, что делать, как ответить на такую ласку. Илия не знал, что значит этот жест. До сих пор Эрик не воспользовался своим правом хозяина и не тронул его, и было неясно, почему. Он даже не звал его в свою постель как раньше в борделе. Илия тревожился, гадал, чем так разочаровал господина, волновался, что надоест ему, но спросить или предложить что-нибудь не решался. Так было хорошо, уютно от того, что не нужно терпеть чужие прикосновения, не нужно унижаться за лишний кусок хлеба. И в первый момент Илия решил, что альфа, наконец-то собрался получить от нерадивого раба давно оплаченное. Он вздохнул тихонько и поскорее расслабился, ожидая, когда его толкнут, уложат на диван, примутся стягивать одежду, но этого всё не происходило. Эрик бережно поглаживал его плечи, будто бы утешая, прижимал к своей широкой груди, странно тепло, как прижимают, должно быть, альфы-отцы своих свободнорождённых детей. У Эрика и вправду уже могли бы быть дети возраста Илии, и прижимаясь щекой к его плечу, омега чувствовал себя совсем маленьким и глупым, беспомощным, но впервые это не было страшно. Как будто эти объятия обещали защиту. Он так размяк, что почти забылся, решаясь, наконец, задать мучавший его все две недели вопрос, испытать на прочность свою отчаянную, но такую хрупкую надежду. - Господин, - позвал он тихо и зажмурился, чтобы не заплакать, - вы так заботитесь о нас. Вы… может быть вы позволите моему малышу остаться? Если он родится омегой? Он будет маленький, ему не нужно будет много еды. А потом, когда подрастёт я… я мог бы… мог бы работать. Я не буду тратить ваши деньги. Пожалуйста, господин, не отдавайте его. Он вам не помешает, обещаю! Руки на его плечах напряглись, но не оттолкнули, прижали ещё ближе. Эрик, обычно так не любивший глупых вопросов и вообще лишних звуков, отчего-то не наказал, не прикрикнул, всё так же обнимал, будто бы успокаивая. - Конечно, - ответил он совсем тихо, но твёрдо, так, что вдруг сразу стало ясно, он не шутит и не обманывает. – Конечно, мы оставим его. Он не будет рабом, даже если родится омегой. Не бойся. Если уж я за что-то берусь, я это не бросаю. Всё будет хорошо с твоим ребёнком. Илия так обрадовался, что, кажется, забыл дышать. Захлебнулся благодарностью, забормотал что-то сбивчивое и неразборчивое, задрожал, будто ему стало вдруг холодно. Слова, обещание альфы, будто сломали что-то в его душе. Что-то тёмное и омерзительное, поселившееся там так давно, что омега даже не помнил. В пятнадцать, когда его привели к его первому клиенту? А может, ещё раньше? Когда забрали у родившего его омеги, чтобы отдать в рабский приют? Он так боялся, так не хотел для своего ребёнка подобной жизни, так отчаянно стремился не думать об этом, что даже беременность свою осознавал будто бы сквозь прозрачную, но плотную стену. Просто сломался бы, если бы позволил себе привязаться, полюбить единственное родное ему существо, чтобы потом его потерять, чтобы знать, что его дитя страдает. Илия положил ладонь на живот, будто впервые по-настоящему приветствуя новую жизнь, только сейчас осознавая, что всё это реальность. Он скоро станет папой. Унять слёзы ему удалось не сразу, а альфа зачем-то терпел его истерику, уговаривал не волноваться и поглаживал по волосам. - Идём спать, - и сам явно смущённый собственной внезапной нежностью, Эрик отстранился от него, заглядывая в глаза и легко улыбаясь. – Сходим завтра к твоему доктору. Или нужно записаться заранее? - Я не знаю, - совсем растерялся Илия, хлопая недоуменно глазами. – Хозяин возил нас всех одновременно. Может быть, он записывался. - Ладно, разберёмся, - омеге показалось, он совсем не расстроился и снова не разозлился, - позвоним утром. Скажи только, что за клиника. А потом он и вправду ушёл спать, оставляя Илию в новых тревогах. Этого доктора он никогда не боялся. Но вдруг тот принимал его только по договорённости с прошлым хозяином и теперь откажется? Тогда придётся идти к другому. Илия поёжился, вспоминая чужие, грубые руки тех, кто осматривал его раньше. Их равнодушные, страшные лица, их молчаливую власть и собственный ужас, почти панику от того, что неизвестно, что с ним сделают в следующую минуту. Доктор Райан всегда предупреждал, если будет больно, и просил потерпеть. И смотрел всегда ласково и немного грустно. Сочувственно. Илия ни за что не хотел бы сменить его на другого. Впрочем, и не пришлось. Доктор Райан оказался на месте и даже согласился принять их, хоть и пришлось ему потратить на это свой собственный перерыв. Илия смутился, и принялся было отказываться, но Эрик, как всегда прямой и властный, лишь кивнул доктору благодарно, и подтолкнул омегу в спину, попросив позвать его, когда осмотр будет окончен. Прошлый хозяин всегда тоже так делал, вполуха слушая рекомендации, и тот только согласно моргнул, отчего-то настораживаясь и глядя на альфу почти неприязненно. Илия снова встревожился, не рассердится ли Эрик на такое, и не захочет ли снова отвести его в другое место, но послушно вошёл в кабинет, и так же послушно разделся, лёг, куда его попросили. - Ты давно не был у меня, Илия, - сказал ему доктор Райан, снова становясь привычно добрым и приветливым. – Все ваши приходили, а тебя не было. Что-то случилось? Кто этот альфа? На последних словах голос доктора чуть дрогнул, стал напряжённым, как будто он подозревал что-то нехорошее, и Илия скорее бросился защищать нового хозяина. - Это господин Эрик, - сказал он и против воли улыбнулся, не сдержав счастья, - он выкупил меня, и теперь я живу у него. Он очень хороший. - Да, я вижу, - доктор как раз осматривал нужное место, и Илия вспыхнул смущением, казалось, весь, до самых пяток, - никаких следов. Аккуратный. Ребёнок от него? - Нет, - пролепетал омега, обмирая от стыда, - мы с ним потом уже познакомились. Как раз в тот день, когда вы мне сказали, что у меня будет ребёнок. - Вот как, - проговорил доктор задумчиво и нахмурился. А потом отстранился, стянул перчатки и добавил: - Одевайся. С тобой всё в порядке. Надо бы ещё кое-какие анализы сделать. Сейчас напишу направление. И запишись на УЗИ. Раскошелится твой «хороший» господин? Или на ребёнка ему, как и прошлому, наплевать, главное, чтобы задница была в порядке? Илия снова растерялся, не зная, что ответить. - Он не… я не знаю, сколько он собирался потратить. Вы не говорите ему, - снова встревожился омега. – Я сам потом… как-нибудь. Всё же и так хорошо? Вы же сказали. - Ну, отлично! – возмутился доктор и кивнул Илии на весы. – Значит, трахать тебя это нормально, а денег на твоё здоровье ему жалко? Ну, хоть вес набрал. Кормят тебя, значит теперь? Ты поосторожнее, на твоём сроке переедать тоже не стоит. - Он меня не… не трогает, - неизвестно зачем признался Илия и тут же прикусил язык, очень уж странно посмотрел на него в ответ доктор. - Вот как, - повторил он и отвёл глаза, будто пытаясь спрятать какую-то мысль, - ребёнок не его, и ты ему не нужен. Ну, может, просто живётся ему одному скучно? Илия сел на стул и обнял себя руками. Стало вдруг неприятно зябко, будто тень пробежала. Доктор, вроде бы, ни на что не намекал, но явно клонил куда-то в нехорошую сторону. - Вы думаете, он хочет что-то сделать с ребёнком? – тихо спросил он, просто не выдержав нового страха. - Что? – Райан тут же вскинулся, помотал головой, слишком поспешно, так, что даже Илия понял, что врёт. – Нет, что ты. Ну просто необычно. Давай, позови его. Он же хотел послушать. Илия куснул себя за губу, скрывая волнение, а потом послушно вышел в коридор, искать своего странного альфу. Вышел, повертел головой, но обнаружил лишь очередь из омег, пришедших, должно быть, раньше времени на приём. Он даже испугаться успел, что остался один, что Эрик не дождался его, вернулся домой, или куда-то по своим делам, но тут же услышал его голос откуда-то из-за поворота, обрадовался, бросаясь на звук. Господин отыскался совсем рядом, возле стойки администратора. Стоял что-то доказывая незнакомому омеге из персонала, и веяло от него такой яростью, что Илия даже остановился, не решаясь приблизиться. - Господин, - позвал он неуверенно. – Что-то случилось? - Илия? – альфа обернулся, смерив его тяжёлым взглядом, а потом сморгнул свою злость, глядя уже куда более спокойно. – Ничего. Ты уже закончил? - Да, доктор зовёт вас, - он не стал переспрашивать, только обернулся робко на меланхолично пожимающего плечами администратора и поспешил назад, следом за Эриком. Райан встретил их на пороге, видимо, тоже вышел посмотреть, куда это запропастился пациент. Время шло, и некогда было возиться с одним единственным, когда в коридоре уже ждала целая очередь. - Что это вы там устроили? – буркнул он недовольно, усаживаясь за свой стол и принимаясь что-то быстро записывать на небольшой бланк. – Чем вам не угодил наш сотрудник? - Это вы что тут устроили?! – тут же возмутился Эрик, немедленно возвращаясь к только что усмирённой злости. – У вас целый коридор омег, кто беременный, кто с воспалением, а вы не можете окна отремонтировать? Ветер дует, аж в ушах звенит! Вы же сами омега! Должны понимать. - Я омега, - тут же будто ощетинился доктор, Илия даже вздрогнул. До этого он и не думал, что тот может так холодно и жёстко произносить, будто выплёвывать, самые обычные слова. – А не строитель. Что я сделаю? - Наймёте строителей, - резонно заметил альфа, даже слегка ошарашенный таким отпором. Было видно, как он сдерживается, чтобы не наговорить ещё каких-нибудь грубостей. Илия уселся тихонько на кушетку, наблюдая за разгорающимся скандалом, и мелко вздрагивал от каждого слова, ожидая какой-нибудь катастрофы. Было страшно и за доктора, он вовсе не хотел доставлять ему неприятности, и за себя. Что сделает Эрик? Позволит ли остаться? - Было бы на что, так наняли бы! – едва не прорычал омега в ответ, а потом бросил альфе исписанный листок. – Не стали бы дожидаться, пока вы спросите. Вот вам направление, чтобы завтра же с утра Илия пришёл. И оденется пусть теплее. Раз уж у нас так холодно! - Придёт, - голос альфы стал совсем жутким. Так говорил с Илией прошлый хозяин перед тем, как наказать, оставить без еды или высечь прилюдно. – И что там ещё? Витамины? Слова никак не соотносились с тоном, и Илия терялся, не понимая, что происходит. Они всё ещё скандалят? Или уже всё закончилось? - Какая забота, - доктор тяжело дышал, и Илии вдруг показалось, что он напуган не меньше, просто прикидывается сильным и смелым, - надо же! Сейчас напишу. Он и вправду исписал ещё один, на этот раз просто чистый листок, процедил сквозь зубы какие-то названия, и как принимать какое лекарство, а потом замолчал, глядя на Эрика зло и напряжённо. На Илию он больше не посмотрел. Впрочем, как и сам Эрик. Попрощался коротко и вышел прочь, шагая широко и стремительно. Омега поспешил следом, на ходу благодаря доктора Райана и тихо, чтобы альфа не услышал, извиняясь, заторопился, но догнать сумел только у машины. Альфа уже ждал его и вертел в руках пачку сигарет, как будто отчего-то не решался закурить. - Суровый у тебя доктор, - сказал он уже спокойно, и даже задумчиво, и Илия в очередной раз поразился такому резкому переходу. – Не забалуешь. Как, интересно, его муж терпит? Хорошо, что ты у меня не такой. Ладно, поехали. Он забрался в машину, дождался, пока Илия усядется рядом, а потом, вполне мирно ему улыбнулся. - Да ладно, не пугайся, - посмотрел почти виновато, хоть и с явной смешинкой в глубине глаз, - не съем я его. А вот окна, пожалуй, поменяю. Хоть отвлекусь на что-нибудь простое и понятное. Я-то как раз строитель, а не омега.