39.
15 июля 2017 г., 12:37
— Мой лорд!
Рей прислушался, пытаясь разобрать голос кричавшего. Несколько секунд спустя звуки быстрых шагов стали различимы, и не оставалось сомнений в том, что к балкону приближалась Исцилла.
— Мой лорд! — вновь крикнула она, не скрывая улыбки на сияющем радостью лице. Подобрав юбки, девочка неслась навстречу распахнутым дверям и размахивала скрученной грамотой.
— Что стряслось? — удивился Рей, отвернувшись от залитого солнцем Крепостного городка. Весна перевалила за середину, и даже здесь, на Севере, снега у берегов моря начали сходить, обнажая каменный берег.
— Вы не поверите, что говорят, господин, — спешно поклонившись, заверила Исцилла. Она была чрезвычайно возбуждена. — Это Вам. От эйс-лорда Алваро Грейнцверга.
Рей перенял из её рук грамоту и, развернув, пробежался глазами по тексту. Раз. Другой. Третий.
— Эллагар! — громко крикнул он своему мужу, двинувшись к дверям. В знак благодарности юноша потрепал девочку по заплетённым светлым волосам и скорым шагом миновал коридор.
За несколько недель Рей не успел привыкнуть к своему титулу. Ему было странно, что даже гордая Эгиль склоняет перед ним голову, а северные воины, все до одного, припадают на колено, стоит лишь пройти мимо.
— Почему ты ничего не сказал мне утром? — с порога возмущённо заявил Рейек.
Массивные двери закрылись, и юноша бросил грамоту прямо перед Эллагаром.
Лорд, занимавший место за письменным столом, даже не поднял взгляда. Сосредоточенно он продолжал выводить буквы, то и дело смахивая со лба выбившиеся пряди волос из низко заплетённого хвоста.
— Ты знал, — простонал Рей. — Ты точно знал!
— Что с того?
Эллагар наконец-то оторвался от своего занятия, и его персиковые глаза похитили всё внимание юного лорда. Наклонившись над столом, Рей встретился с ним взглядом, и их лица оказались друг к другу почти вплотную.
— Но ты ничего не сказал мн…
В ту же секунду резко, словно назло, Эллагар ухватил Рейека за щёки и притянул к себе, жадно впившись губами в его. Тот что-то невнятно промычал, но затем ответил на поцелуй, подавшись вперёд. На секунду Рея посетила мысль, что он хочет сделать это здесь, прямо на столе, смахнув на пол чернила и выбросив все бумаги из окна, но всё же отогнал от себя мысли, которые могли прийти в голову только весной.
— Ты ведь специально так близко встал? — поинтересовался Эллагар, ослабляя хватку. Затем он взялся разворачивать грамоту.
Рей сделал шаг назад и начал нетерпеливо переминаться с одной ноги на другую.
— Специально, чтобы ты услышал меня, а не… — парень замялся.
— Что? — приподнял тёмные брови северянин.
Рейек замотал головой так сильно, что пучок, украшенный жемчужными нитями, едва не развалился.
— Ты прав. О том, что Алваро взял-таки крепость Рейнгольдов, я уже знаю. И знал ещё вчера вечером.
— Считаю несправедливым то, что ты сделал меня полноправным лордом и при этом узнаёшь всё гораздо раньше.
— Полноправным и слишком юным. Однако ты уже вошёл в историю, как лорд, который добровольно присоединил земли Востока к землям Севера. Кстати, Эссель дала ответ на наши условия?
Рей скривился и припомнил слова златовласой девушки.
— Она сказала, что по канонам Ишианской церкви она не может быть женой древноверца…
— А Аэнгиас?
Юноша вновь скорчил гримасу.
— Он сказал, что скорее умрёт, чем станет её мужем.
Эллагар мягко улыбнулся.
— Но я видел, как они смотрят друг на друга…
— И что? — проворчал Рей. — Я тоже смотрю на тебя — видишь?
Внезапно правитель поднялся со своего места и в одно мгновение оказался возле своего мужа. Резким, но в тоже время деликатным движением он толкнул его в сторону стены, так, что парень и слова сказать не успел. Губы Эллагара жадно припали к светлой коже, а его руки, умеющие убивать и доставлять удовольствие с одинаковым мастерством, впились в волосы Рея так, что сложная причёска моментально развалилась. Юноша прикрыл глаза, надломленно простонав. С момента их свадьбы прошёл почти месяц, но казалось, что брачная ночь и не думает заканчиваться.
После этого они вновь целовались. Каждый раз, как тогда, — опьянённые торжеством и медовой настойкой. И едва Эллагар отстранился, слизав с губ слюну, его глаза встретились с глазами Рея, блестящими от возбуждения.
— Так смотрит? — спросил правитель. — Как ты сейчас на меня?
Рей вспыхнул и уткнулся носом в щёку Эллагара.
— Не так, — прошептал он, пытаясь остыть.
— Ладно, — согласился северянин, погладив возлюбленного по шелковистым волосам, достающим до плеч. — Вернёмся к делу. Что там случилось с её людьми?
Рей наконец-то выскользнул из объятий Эллагара и начал нервно расхаживать по комнате. С тех пор, как его провозгласили лордом, круг обязанностей расширился, и теперь порой он не знал, какую проблему решать в первую очередь.
— Ну, дело в том, что она послала отряд своих миссионеров на острова гра’гхов. Как ты думаешь, что случилось?
Правитель занял своё место, откинул за спину волосы и ответил:
— Их убили.
— Ты проницателен, — без воодушевления согласился Рей. — Вспороли им животы и скормили своему водяному богу, или в кого они там верят…
— В Морского змея.
— Да. Позже Эссель возмущалась… Однако она сама послала туда своих людей. Помимо этого, её служители теперь ездят по всей Северной Земле с проповедями. Я слышал, на континенте уже есть целое селение, которое приняло ишианство.
— Я рад, что ты вникаешь в дела наших владений, — с явной гордостью в голосе произнёс Эллагар. — Позволишь тебя ещё кое-чем расстроить?
— Позволить? — с лукавой улыбкой Рей взглянул на мужа. — Значит, ты теперь у меня позволения просишь?
Тут же он поймал серьёзный холодный взгляд и прокашлялся.
— Эйс-лорд Леангам Рейнгольд покончил с собой при взятии замка. Он разбился, сбросившись с крепостной стены, когда его люди сдали ворота.
— Что? — во внезапном недоумении вскрикнул Рейек, сжав кулаки. Ладонями он опёрся о стол. — И… погоди. Выходит, умер твой родственник?
— Мой дед, — согласно кивнул Эллагар, продолжив писать. Он пытался не выдать ни единой эмоции, но Рей видел, как дёрнулся краешек его рта.
Однако сам юноша почувствовал невероятное облегчение. Он был несказанно зол на Рейнгольдов за предательство, за то, что пытались использовать Айгеллу в своих целях, и за отказ подчиняться. Однако он всё ещё помнил голову гарсинийца, летящую с плахи, глухой удар об пол и пар от свежей крови на зимнем морозе. Рей ненавидел Леангама, но осознавал, что вновь наблюдать казнь ему было бы тяжело.
— Но ведь Рейнгольдов много, — внезапно произнёс юный лорд, с задумчивым прищуром следя за собственной тенью.
— Мать Айгеллы нашла убежище на Западе. А отец… Мы будем пытаться отыскать его.
Последние слова Эллагара насторожили Рейека. Ему показалось странным, что муж отправил жену в Западный Предел одну.
— Думаю, наш народ заслужил праздничный парад, — произнёс Эллагар, пытаясь вывести Рея из подобия оцепенения и хоть как-то разбавить атмосферу, ставшую гнетущей.
— Только не здесь, — простонал его юный муж. — Не на Одеоре. Не на островах, пожалуйста!
Эллагар отложил перо и согласно кивнул, взглядом проследовав к карте своих владений.
— Здесь, — его палец, облачённый в золотой перстень с камнем глубокого синего цвета, указал в самый центр континента. — В самом крупном городе. Пусть Эстенгард ждёт торжественное шествие.
Рейек мягко улыбнулся в ответ на слова. Теперь он был лордом и мечтал увидеть каждый уголок своих владений.
***
Рейека ослепляло торжественное сияние северных доспехов. Алые плащи развевались на ветру, как и знамёна, поднятые над головами. Снежный цветок, распустившийся у склона горы, увековечивал флаги и воспевал величие Северной Земли. «Ещё немного, — читалось в глазах пришедших на шествие горожан, — и мы одержим победу». Рей тоже был в этом уверен, поэтому гордо держал голову, стараясь не склонить её под тяжестью короны. Руками он крепко держался за поводья своей землисто-чёрной лошади по имени Смоль. Её, неукротимую и сильную, Эллагар преподнёс своему мужу в подарок на свадьбу. — Слава лорду Эллагару и лорду Рейеку! — доносилось со всех сторон. Юноша щурился от солнечного света, который мешал ясно разглядеть толпу, но был уверен, что съехалось на главную площадь Эстенгарда не меньше пяти тысяч людей. Эллагар был рядом с ним на белоснежной кобыле, чья грива напоминала цвет волос самого правителя. Мужчина был спокоен и горд. Глядя на него, Рей тоже чувствовал, как умиротворение медленно растекается по телу. Но расслабиться окончательно не давал стук копыт за спиной — прямо за ним ехал Джавиер, на которого даже страшно было обернуться. Рей знал, что к нему кентиец чувствует явную неприязнь. Вместе со своим мужем юноша должен был взойти на помост для произнесения торжественной речи. Повод был — северяне не только смогли осадить замок Рейнгольдов, так ещё и войска продвинулись дальше на Восток. Перешеек был полностью занят и теперь по праву стал частью Северной Земли, как несколько сотен лет назад. Это говорило лишь об одном — медленно, но верно Мелоран оживает как единое государство. Наконец-то процессия, возглавленная лордами, остановилась, и Эллагар спешился. Под ликующие выкрики толпы он подал руку Рейеку и, едва тот ступил на землю, вознёс их скреплённые ладони над головами. Люди благословляли этот союз, потому что верили в предсказание. Оно впрямь сбывалось на глазах — взятие Запада проходило так гладко, что было больше похоже на чудо, а неприступную крепость, которая могла держать осаду годами, взяли за несколько недель. С ликованием народ приветствовал и чету Грейнцвергов. Все знали, что солдаты и мирные жители верили в лорда-командующего и помнили его заслуги перед Северной Землёй. А то, что он ждёт наследника, такого же храброго и воинственного эйс-лорда чистой северной крови, укрепляло их восхищение. Здесь был даже Лессер, отказавшийся оставаться на Одеоре несмотря на то, что его ноги слабели от старости. Он ехал в крытой повозке, и его глаза, выглядывающие из окошка, со спокойным интересом смотрели на всех. Следом за правящей семьёй спешился Джавиер. Он шёл позади лордов, держа правую руку на ножнах меча. Но Рей уже не опасался его — он успел опьянеть от бодрых выкриков и нежных благословений. Плечи парня распрямились, и он окончательно сбросил с себя бремя пленника. Это был его народ, его земля и его любимый мужчина, идущий рядом. И не было такой цели, какой они не смогли бы достичь вместе. До помоста оставалось всего несколько шагов, когда всё произошло. Кто-то закричал, и Рей обернулся, но солнце, стоявшее в зените, ослепило его, превратив толпу в белые неразличимые пятна. Солдат в шлеме ринулся вперёд, обнажив ножны. Юноша плохо видел, но услышал лязг стали и визг из толпы. — Это твоя вина! — пронеслись слова совсем рядом. Мужчина ринулся прямо на Рейека, но тут же парень ощутил, как Эллагар оттолкнул его в сторону резким уверенным движением. — Мой лорд! — раздался голос, пронизанный ужасом. Он принадлежал Джавиеру. Всё происходило настолько быстро, что Рей успел только сделать вдох и поднять голову. Корона рухнула с его головы, и мелкие драгоценные камни разлетелись по мостовой, отражая сияние света. Рей был готов заорать в ужасе и попятиться — кентиец заградил собой Эллагара, но удар его меча, ранивший нападавшего, пришёлся слишком поздно. Сперва Джавиер пошатнулся, а затем истошно завопил от боли. И лишь когда он обернулся, держа в руке окровавленный клинок, Рейек увидел, что по его лицу течёт кровь из вспоротой глазницы. Преступника обступили десятки людей из стражи. Они направили на него свои мечи, призывая оставаться на земле. Но тот сбросил шлем, с презрением швырнув его в сторону Рейека. — Ты! — зашипел белокурый мужчина, пальцами карябая землю. — Ты, западный щенок, виноват во всём! Его глаза налились кровью, а уголки рта потрескались. Джавиер ранил его так, что жить оставалось считанные минуты. И в этом истекающем ненавистью мужчине Рей узнал отца Айгеллы Рейнгольд. Он помнил его спокойное и гордое лицо, и сопоставить его с увиденным в данный момент было невероятно сложно. Рейек замер в ужасе, лицезрев тень забывшейся беды. — Моя семья, — бормотал мужчина, и слюна его пенилась, смешиваясь с кровью. — Ты виноват. Виноват во всём! Рей отпрянул ещё дальше, ладонями ощутив прохладный камень мостовой. Вновь в его сознании всплыли картины ушедших дней. Глаза Айгеллы — блестящие от страсти, а затем закрытые навсегда. — Я, Эллагар Линдхольм, лорд Северной Земли, Хозяин Льдов и сын Древних, приговариваю тебя, эйс-лорд Рейнгольд, к смерти за покушение на жизнь правящей семьи, — произнёс Эллагар, достав из ножен меч. Он беспокойно взглянул на мужа, а затем сочувственно — на Джавиера. — Народ Севера свидетель твоего преступления. Да воздаст тебе Казнь по заслугам. В этот момент мужчина поднял оружие, которое почти беззвучно вошло в тело преступника. Тот заорал, дёрнулся, а затем издал сдавленный хрип и поник. Такая смерть была актом милосердия, Рейек знал это. В конце концов, эйс-лорд Рейнгольд был Эллагару близким родственником. Горожане обеспокоенно гудели, но вскоре начали паниковать, устраивая давку. Солдаты прижали толпу, не давая ей выйти за пределы огороженной территории. Но более всего в тот момент Рейек думал о Джавиере. Он знал, что тот испытывает к нему неприязнь, возможно, на грани с презрением или недоверием, но кентиец был его подчинённым, а Рей ясно осознавал, что ему не может быть безразлична судьба любого, кто предан короне. На помощь раненому тут же бросился Эллагар. Его лицо, извечно серьёзное и по-северному холодное, изменилось. Лорд был в ужасе и смятении одновременно. — Уведите лорда Рейека! — крикнул он своим людям, в то время как сам отчаянно хватал Джавира за окровавленные руки, пытаясь унять истошный крик. Рей крепко схватил свою корону, чувствуя, как бешено бьётся сердце. Солнце вновь ослепило, когда люди из эскорта помогли подняться ему и потянули в сторону. Но ноги стали будто ватными, а мысли бешено проскакивали мимо. В тот момент что-то сообразить было сложно. Он обернулся в сторону помоста, перед которым стояла знать, взглядом отчего-то выхватив Эссель. Лицо её было невероятно тревожно, а стоявший рядом Ксан, занявший место верховного жреца, неустанно твердил молитвы, вознеся руки к небу. «Спасут ли нас боги?» — отчего-то подумал Рей прежде, чем оказался в крытой повозке, окружённый охраной. Ему хотелось заплакать, но впервые за долгое время он нашёл в себе силы этого не сделать.***
Опоенный сонным молоком Джавиер спал невероятно крепко. Его грудь тяжело вздымалась от каждого вздоха, а пальцы порою подрагивали, будто он вот-вот проснётся. Но это ощущение было обманчивым — старый Лессер убедил, что раненый точно проспит до утра. С тревогой Эллагар глядел на своего первого помощника, и его сочувствующий взгляд не отрывался от забвенного лица. Рею тоже было не по себе. В конце концов, кентиец лишился глаза. Но более всего напрягали слова, услышанные от Ксана. «Ишия покарала этого человека», — тихо произнёс верховный жрец, стоило только приблизиться к нему. Но на вопрос: «За что?» — он ответить не смог, поэтому оставалось лишь теряться в догадках. Вокруг кровати, на которой лежал Джавиер, собралось немало людей из ближайшего окружения правящей семьи. Здесь была чета Грейнцвергов с печально вздыхающей Эгиль и напряжённым Алваро, эйс-лорд Асвангир, преданный Эллагару, Лессер, вечно суетившийся с перевязками, и Эссель с верным Ксаном. Архижрец неустанно молился, укутавшись в робу. А его госпожа спокойно, не кривившись, как любят делать юные леди, наблюдала за лекарем, отжимавшим окровавленные тряпки. Вскоре правитель дал всем знак удалиться, и в помещении осталось всего четыре человека. За окном имения Асвангиров давно стемнело, поэтому помещение освещали лишь несколько пирофитовых факелов, окрашивая всё в алый цвет. Возле Джавиера без устали вертелся Лессер, а Эллагар заботливо утирал лоб раненого влажной тряпкой. Рей видел, как его пальцы касались чужой кожи, и по телу проносилась дрожь. Юноше не нравилось, что муж дотрагивается до кого-то ещё. — Давай я помогу! — выпалил Рейек, резко поднявшись со своего места. — Я справлюсь, — тихо отозвался Эллагар, смачивая примочку в медном тазу. Внезапно вмешался Лессер. Старик громко закашлял, а затем возразил: — Сидите, лорд-волчонок. Взгляните на свои руки! Рей поднял ладони и окинул их взглядом. Впрямь, он только что заметил, что стесал кожу чуть выше запястья о камень мостовой. Рана запылилась и покрылась коркой, однако не сильно болела. — Ничего не надо, — покачал головой парень, пряча руки за спину. Он неловко ощущал себя, вспоминая чувство гордости и власти, которое резко сменилось беспомощностью. В этом мире уязвимы все, даже могучие лорды. Нет. Особенно лорды. — Послушай Лессера, — строго произнёс Эллагар, на секунду повернувшись в сторону Рея. Тот замялся и вытянул ладони. Внезапно лекарь вновь разразился кашлем, который мучил в последнее время его особенно часто. Он отстранился от правящей четы и прикрыл рот белоснежным льняным платком. Позывы сотрясали его дряхлое тело, спрятанное в складках робы, а звук отражался от каменных стен замкового госпиталя, возвращаясь тихим хрипом. Через несколько секунд Лессер жадно глотнул ртом воздуха и в спешке отложил платок в сторону. — Давай посмотрим, лорд-волчонок, — произнёс он, усаживаясь рядом с Реем. С доверием юноша вложил свои ладони в дряблые ссохшиеся руки и отвёл взгляд. Он хотел вновь посмотреть на Эллагара, однако глаза его скользнули к платку Лессера, который свалился со стола и раскрылся прямо на полу. Белая ткань была насквозь пропитана тёмно-красной сгустившейся кровью.
