Пленник ветра

      В зале, где предстояло пройти королевскому совету, невыносимо пахло пирофитом. Рей терпеть не мог это зловоние, разлетавшееся на несколько метров, зато горели такие факелы очень долго и ярко. Бывший и одновременно будущий Мелоран гордился своими пирофитовыми шахтами, и многозначительно люди со всех концов страны называли красноватые куски минерала алым золотом. Торговля приносила в казну Северной Земли большие деньги, но из-за войны многие шахтёры были призваны на фронт, и поставки сократились.       Ещё пару минут молодой король морщил нос и обдумывал то, как увеличить добычу и пополнить казну, но вскоре привык и его мысли переключились на другое. Члены совета, включая самого Эллагара, задерживались. Парень уже трижды обошёл зал по периметру, выглянул в окно и даже попытался придумать красивую речь для выступления. Но внезапно его прервал звук распахнувшейся двери. Легко, шурша подолом нефритового платья, порог переступила леди Эссель. Она остановилась, обвела взглядом помещение и удивлённо уставилась на скучающего Рея. — Ваше Величество, — девушка официально поклонилась, — Вы здесь одни? — Да, — замялся тот. — А Вы не видели Эллагара и остальных? Я жду их уже довольно долго. — Нет, — на лице Эссель всё ещё читалась доля беспокойства. Во избежание неловкости, она решила начать светскую беседу. — Ваши сёстры прекрасные девушки. Я рада, что они гостят во Вдовьем Пике. Надеюсь, хотя бы ненадолго, но наш замок стал для девочек домом.       На лице Рейека появилась искренняя улыбка. — Я не видел сестёр почти год, и был удивлён тем, как быстро они выросли… Спасибо за гостеприимство. И простите за Дорею и Лей. Характером они пошли в нашего отца. Он вздорный человек, но добрый и порядочный. — Вы похожи, Ваше Величество. Надеюсь, в ближайшем будущем, девочек ждёт счастливая жизнь. Да пошлёт нам Ишия скорый мир…       Рей вновь улыбнулся, но более натянуто. — Я тоже на это надеюсь, леди. Кстати… — Да?       Король в неловкости зажал меж пальцев край плаща, пока решался на вопрос. Одна часть его разума твердила, что стоит всё забыть, а друга — напротив — так и норовила полюбопытствовать. — Я встретил женщину возле замка… Она в возрасте. И волосы у неё седеющие, рыжеватые. А на щеке пятно, как от болотной лихорадки. Мне она показалась знакомой. Вы не знаете?       Эссель задумчиво закатила глаза, будто в уме перебирала всех обитателей замка, а затем покачала головой. — Я не знаю никого похожего. Может, Вы что-то путаете?       Рейек сглотнул. В тот момент его посетило сомнение — в своём ли он уме. Но все мысли прочь погнали звуки грузных шагов: сперва в зал вошёл Эллагар, а за ним главный полководец и офицер разведки. — Вы так долго! — воскликнул парень. — Что-то случилось?       Аэнгиас и Алваро склонили головы перед юным правителем. — Да, нам нужно было кое-что обсудить, — ответил Эллагар. Взглядом он скользнул в сторону леди Ашберт. — Но об этом позже. Давайте начнём, у нас не много времени на пустые разговоры. Офицер Бергинхельм, выступите с докладом. Мы должны знать всё от и до.       Разведчик выглядел очень озабоченным, и от его привычной уверенности не осталось и следа. Обычно Аэнгиас был примером спокойствия и бесстрастия, однако сейчас по его глазам было видно, что он переживает настоящий шторм внутри себя. Он прочистил горло и ближе подошёл к тактической карте. — Наши войска заняли большую часть Востока и их столицу, — начал Аэнгиас, двигая фигурки в нужном направлении, — можно сказать, все их земли… — Можно сказать? — недовольно поинтересовался Эллагар. — Да, — ответил тот, — есть загвоздка. Ближе к Югу люди не согласны с положением вещей. Их лорд не принял своей участи и не согласился управлять Востоком как наместник. Он бежал и укрывается у Паельиса. А отряды партизан постоянно устраивают диверсии, ожидая возвращения своего правителя. Кажется, казни только усугубляют положение: к большому сожалению, люди видят в нас захватчиков. — Это скверно, — вступил Рейек, опередив мужа — Но хоть есть, чему порадоваться? — Да, господин. В армии Запада началось поветрие Болотной лихорадки. Это затормозило их силы, но не значит, что они отступят. Рано или поздно мы сразимся с ними. Но пока болезнь нам лишь на руку. — Мы позаботимся о том, чтобы наши солдаты не подхватили заразу, — пообещал Алваро. — Леди Ашберт, — Эллагар обратился к девушке, — Вы тоже хотели поделиться новостями…       Эссель, всё это время пустым взглядом изучавшая карту, вздрогнула. Она будто бы выпала из заседания совета на какое-то время, и голос короля резко вернул её обратно. — Новости… — неслышно произнесла она, а затем опомнилась и выпрямилась. Голос её стал ровным, как обычно. — Я состою в переписке с князем Анхелием Иаранским. В письмах мы сошлись на том, что их государство сможет выделить корабли для морской атаки на Юг. — И наверняка за это что-то попросил… — скривился Рей. Он не доверял политическим связям с теократической Иаранией. Этим небольшим государством управлял человек, одновременно считавшийся главой Ишианской церкви и королём. По мнению Рея, это было абсурдно. — Да. Он выразил желание построить в Мелоране большой собор Вечной Девы. Здесь, в землях, которые находятся под моим управлением, — пояснила Эссель. — Но я не могу дать ему согласия, не учитывая мнение Короны.       Едва Рейек хотел возразить, воздух разрезал твёрдый и спокойный голос его мужа. — Надо подумать, — невозмутимо произнёс он. — Подумать?! — возмутился Рей. — Они собираются строить огромный ишианский храм! В Мелоране, где основное население — древноверцы. — Не помню, чтобы тебя волновали вопросы чьего-то вероисповедания, — повёл бровью северянин, — включая самого себя.       Недовольство Рейека всё росло. Едва он ощущал себя королём, как тут же Эллагар отнимал у него эту роль, манипулируя собственным влиянием. Порой ему казалось, что муж и вовсе пренебрегает его мнением, и пытается держать подальше от власти. Покорство и смирение были не сильными качествами Рейека, поэтому он моментально вспыхнул. — Я правитель этой страны! — его голос повысился на несколько тонов, а рука ударилась о грудь. — И вправе решать такие вопросы.       Лица присутствующих заметно осунулись. Всех, кроме Эллагара: он нервно дёрнул уголком рта и нахмурился. — И что ты предлагаешь ответить Иарании? — Пусть катятся в Бездну, — ответил Рей, гордо подняв воротник плаща. — Почему? — Если это случится, то мы можем сойти в глазах народа за чужеверных захватчиков. Если то, о чём сообщает Аэнгиас, правда, то нужно быть очень осторожными в вопросах религии. Уверен, что подавляющее большинство этих восточных партизан — древновецы. А идея защиты религии придаст им сил. — Я уже сказала Анхелию, что Вы, вероятнее всего, будете против, — пояснила Эссель. — Я это предвидела. И князь сообщил, что в этом случае они готовы подождать столько, сколько потребуется. — Пусть ждут до тех пор, пока хотят, — отметил юный король, — это ничего не изменит.       В этот момент Эллагар улыбнулся. Так тонко и едва ощутимо, что только Рейек это увидел. Они встретились глазами, и парень почувствовал ликование: ему редко удавалось отстоять свою позицию, но месяц за месяцем он становился всё ближе к праву называться королём. — Хорошо, — Эллагар наклонился над картой, заправил за ухо выпавшую прядь волос и окинул взглядом на тактические фигурки. — Иарания подождёт. Их корабли нам пока не нужны. Командующий, что Вы предлагаете делать войскам, исходя из нынешней ситуации?       Алваро сделал шаг вперёд и распрямился — после этого его плечи стали ещё шире. Иногда Рейеку казалось, что лорд Грейнцверг — самый высокий человек, какого он когда-либо встречал. — Как таковая стратегия проста, Ваше Величество, — начал тот. — нам необходимо пойти наперерез Югу, а также опередить Запад и не дать армиям объединиться. В этом месте…       Алваро поставил метку у подножья горной цепи, расположенной у границ Западного Предела и Южной державы. — Согласен, — кивнул Эллагар, — так наши шансы будут выше. — А партизаны? Что будем делать с ними? — нахмурился Рей. — Они действуют мелкими отрядами, но приносят много вреда: перекрывают дороги, отравляют воду в колодцах и ставят ловушки. Многие наши люди погибли и пострадали. Такие проблемы могут сильно затормозить наши силы. — Мелкие отряды? — задумчиво переспросила Эссель. Все члены совета внимательно обратились к ней взглядами. — Их будет сложно перебить вот так… — Это очевидно, — скептически повёл бровью Рей.       Леди Ашберт сделала вид, что не услышала его слов. — Но если мы заставим их объединиться? Ведь тогда мы сможем с лёгкостью расчистить себе путь. Их же не бесконечное количество: многие падут, а остальным будет нужно время, чтобы оклематься. — Это было бы прекрасно, госпожа, — вздохнул Алваро, — но как Вы предлагаете это осуществить?       Эссель явно собралась с силами, отбросив мысли о собственных проблемах. Вернулась её стать, уверенность и одухотворённость. Она приблизилась к карте и под любопытные взгляды поставила три небольшие отметки в районе занятых на востоке земель. — Эти три деревни исповедуют ишианство, — произнесла она. — Уже три?! — взвился Рей. Но на его выпад никто не отреагировал. — В них имеют влияние мои люди. С помощью местных жителей мы сможем дезинформировать партизан, заставив их от имени бывшего правителя сбиваться в более крупные отряды. Так с ними будет проще разобраться. Также, влившись в их компанию, мы сможем узнавать о некоторых действиях, что значительно облегчит наступление нашей армии. — Это неплохой план, — согласился Эллагар, — если действительно Вы сможете его осуществить.       Аэнгиас и Алваро кивнули. — Не переживайте, Ваше Величество, — ответила Эссель, уверенно глядя королю в глаза. — Нет ничего, что не сможет Вечная Дева и её люди. — Будем на Вас надеяться, леди, — заверил Алваро и поспешил вернуться к своему докладу. — Господин Джавиер всё ещё занят разработкой тактики боя. Но от своего имени просил передать, что обращение правящей династии к народу Востока будет очень кстати. Губернатор города Кахильда склонил голову, и готов обеспечить поддержку. — Завтра мы наконец-то сможем уехать, — облегчённо вздохнул Эллагар. — От влажного воздуха меня постоянно клонит в сон. Не в обиду, леди Ашберт, но не представляю, как Вы живёте в такой сырости… — Да, — кивнула та. — С одной стороны холодное море, с другой — топи на много километров. Но это мне больше по нраву, чем ледяной воздух Одеорского архипелага и пронзающий ветер. Кожу сушит. — Хорошо, что здесь с Вашей кожей всё в порядке. Надеюсь, со всем остальным тоже.       Рейек усмехнулся, но вовремя прикрыл рот рукавом. Он не хотел, чтобы Эссель чувствовала себя неловко. Но девушка лишь повела бровью, сделав вид, что не заметила королевской издёвки. Совет продолжился обсуждением более приятных новостей: Алваро сообщил, что Дореа может вернуться в имение Крессен, а Рею и Эллагару предстояло путешествие в Кахильд — некогда столицу восточных земель.       Открытым остался лишь вопрос о проблеме леди Ашберт, но никто не обмолвился об этом и словом. Рейеку тоже не хотелось об этом думать — он уже мечтал обрадовать своих сестёр новостями, а затем оседлать коня и вместе с мужем отправиться туда, где даже и не мечтал побывать.

***

      Рейек никогда не мог подумать, что на Перешейке может так приятно пахнуть: не болотом, не пирофитом, не солдатскими казармами, а нежными весенними цветами. Тяжёлый влажный воздух вечера впитывал в себя их ароматы и проникал прямиком в грудную клетку, отчего Рейек сам был готов расцвести. Постепенно сад оживал, а вместе с ним и замок, доселе казавшийся мрачным и чужеродным.       Украдкой Рей уже несколько минут следил за Аниссой: в наступающих сумерках девочка собирала пышный букет, осторожно подрезая стебли коротким ножичком. Её лицо освещали пирофитовые факелы, отчего в глазах отражался их алый отблеск, совсем не подходящий такому невинному существу. Тревожить сестру не хотелось, но выбора не было… — Нисс! — Рейек показался из-за высохшей лозы плюща и махнул рукой. — Брат! — лучезарно улыбнулась та, а затем склонилась в реверансе. Получалось у неё уже гораздо лучше. Она даже не запуталась в полах своего тёплого плаща. — Рада тебя видеть. Что-то случилось?       Рей пытался казаться как можно более невозмутимым, но сам горел от нетерпения рассказать о переменах к лучшему. — Да. Разведчики доложили, что дороги безопасны и завтра утром Вы можете все вместе отправится в имение Крессен. Разве это не здо… — Что? — один из цветов выпал из рук девочки, но она не моргнула и глазом. — Уезжать уже завтра? — Да! Армия расчистила путь и завладела большей частью Востока. Теперь это наши земли. И Дор может вернуться к себе как полноправная хозяйка. И ты вместе с ней и сёстрами.       Лицо Аниссы не ликовало, а напротив — осунулось. Она будто бы не была рада новостям вопреки всем ожиданиям. — Но мне нравится здесь. Я уже познакомилась с девочками, и леди Ашберт так добра ко мне. Мне нравится жизнь на Перешейке. К тому же, я думала, что мы дождёмся матушку и отца. — То есть… — Рейек наклонился и подобрал цветок, после чего бережно вложил его в руки сестры. — Ты не хочешь ехать? — Нет, — твёрдо ответила Нисс, сжав букет, — не хочу.       Её глаза вновь вспыхнули алым, подчеркнув решимость. — А как же твои сёстры?.. — Ты знаешь, что близняшки и Дор не воспринимают меня всерьёз. И с ними мне будет ничуть не лучше, чем здесь.       Внезапно Анисса перевела взгляд на плечо брата. Рейек заметил это и медленно обернулся. За ними стояла Нейа, одетая в платье из тёмного бархата. Её волосы были украшены заколками с изумрудными камнями, а руки скрывали перчатки из тонкого шёлка. Она печально улыбнулась и припала плечом к каменной стене, окружавшей сад. — Если ты позволишь Нисс остаться, я тоже не поеду с ними, — её слова принесли ещё больше удивления и смятения. — И ты туда же? — возмутился Рей. Затем он перевёл взгляд на младшую сестру. — Дореа и Лей будут в ярости. — А почему нам стоит им потакать? Мы хуже или что?       Анисса деловито отложила букет на скамейку, а затем добавила: — Пусть наше мнение тоже учитывается. — Уолши должны быть вместе! — возразил Рейек, бегая взглядом от одной девушки к другой. — Ты уже не Уолш, брат. И Дореа не Уолш, — парировала Нейа. — Позволь нам самим хоть что-то выбирать. Ты же сам знаешь, какого это, когда тебя лишают выбора. — На что ты намекаешь? — парень распрямился и нахмурился.       Ней сделала несколько шагов вперёд, встала возле Аниссы и накрыла её озябшую руку своей. — Мы уважаем тебя как нашего короля. И короля Мелорана. И просим решить нашу судьбу не как брата, а как правителя.       Девочки переглянулись, и в разговор вступила Нисс: — Позволь нам избежать опеки Дореи и остаться на Перешейке. Древние знают, клянусь, это к лучшему!       Нейа же решила пустить в ход дипломатию: — Мы дождёмся родителей здесь, а потом поедем, куда они скажут. Что думаешь?       Рейек сделал шаг назад и окинул девочек взглядом с ног до головы. Высокие, стройные и уже взрослые. Словно не его сёстры, с которыми он провёл в Риховфе многие годы. Они становились всё старше и хорошее день ото дня, и именно в этот момент Рей понял, что не может ни на что повлиять. — Хорошо, — сдался он. Ликующий смех девочек заглушил его смиренный вздох. — Но вы будете под строгой опекой Эссель Ашберт. Не думайте, что она даст вам хоть минуту свободного времени. Учёба будет всем, чем вы будете тут заниматься. К тому же…       Но договорить он не успел — сёстры метнулись к нему и крепко зажали в объятиях. Раскинув руки, Рей умиротворённо прикрыл глаза и глубоко вдохнул: аромат пионов смешался со сладким и невероятно знакомым запахом, который будил целую гамму утраченных чувств.       От сестёр всё ещё пахло Риховфом, как когда-то от него самого.

***

      Дореа была счастлива узнать, что наконец-то сможет поехать домой. По её словам, в имении Крессен наверняка всё вверх дном, а её как хозяйку, давно заждались. Рейека ещё с детства раздражало вечное желание сестры держать всё под контролем, но такой уж она была. Ей будто всегда нравилось брать на себя обязательства по работе в лавке или воспитанию младших, и вот, в её распоряжении был целый замок и земли с десятками людей.       Правда, радость быстро сменилась гневом. Стоило лишь Рею зарекнуться о том, что отправиться на восток им предстоит вдвоём, с Дореи мигом спала маска сдержанной леди и та начала браниться. — Эта твоя Эссель не научит девочек ничему хорошему, — причитала она. — А Нисс? Что будет с ней? Она ребёнок!       Вещи, которые Дор собирала в дорогу, небрежно полетели по деревянным сундукам под изумлённые взгляды служанок. Но Рейек был несокрушим. Это четыре года назад он мог уступить сестре, лишь ради того, чтобы не связываться, а сейчас его слово приравнивалось к закону. Но Дор была не одинока в своём мнении… — Это безумие, брат, — вторила старшей сестре Леа. Девушка сидела на подоконнике, закинув одну ногу на другую, и помахивала туфлей, которая держалась лишь на её пальцах. Она всё ещё чувствовала себя риховфской девчонкой, и всем видом показывала, что меняться не собирается. — Как вообще можно было додуматься нас разлучить? — Помни, с кем ты говоришь, Леа, — рассердился Рейек. — Или ты правда решила оспаривать слова короля?       Для пущей важности он оправил роскошный воротник из чернобурой лисы и сверкнул перстнями. — Короля… — нарочито мерзко хихикнула та. Дор цыкнула, но младшая всё не унималась. — Ты и сам наверняка догадываешься, что для северянина ты просто игрушка. Захотел — сделал королём. Захотел — избавился.       Леа демонстративно сбросила туфлю одним махом, спрыгнула с подоконника и босая направилась в сторону брата прямо по холодному полу. Глаза служанок округлились в заметном испуге, но никто из них и слова не смел сказать. Даже Дореа напряжённо замерла, сжав в руках любимое платье из светло-зелёной парчи. Его она кидать в сундук с размаху побоялась. — Так вот, — не унималась Леа. Поравнявшись с правителем, девушка встала на носочки и заглянула ему прямо в глаза. Так, что лисий мех щекотал её щёки, — я даже не уверена, что тебе стоит ему верить. — С чего ты это взяла? — уголок глаза Рея нервно дёрнулся. Король прилагал максимум усилий, чтобы сдержать гнев от такой дерзости. — Просто рассуждаю. Где гарантии, что после похода на Юг он не найдёт себе там смазливого мальчишку, который спасёт его от неминуемой гибели? А, Рейек?..       Это было последним, что Лей смогла произнести. Воздух разрезал удар звонкой пощёчины, и девушка, пошатнувшись, упала на пол. Дореа, застыв от ужаса, наблюдала за тем, как спокойно брат опустил покрасневшую от удара ладонь. — Леди Крессен, позаботьтесь о том, чтобы Леа не смогла выезжать за пределы Вашего с мужем имения до конца войны, — спокойно произнёс Рейек, глядя на то, какой испепеляющий взгляд дарила ему Лей. Её щека покраснела, но девушка не прятала след от удара, а открыто демонстрировала брату итог его решения. — Да, Ваше Величество, — поклонилась Дор в растерянности. Затем её взгляд коснулся сестры — та продолжала сидеть на полу и кусать губы в молчаливом презрении. Взгляд её пылал, а руки от бессильной злости тряслись мелкой дрожью. — Лей, сейчас же извинись перед корол… — начала она, но Рей остановил её речь жестом руки. — Я выйду вас проводить в дорогу сегодня. После этого мы увидимся только после войны, — произнёс он, сохраняя как можно более нейтральный тон.       Девушки вновь поклонились королю и внимательно проследили за тем, как их правитель направился к выходу. Его лицо было совершенно бесстрастным, глаза спокойными, а поступь ровной и приглушённой. Лишь плащ, волочившийся следом, выдавал звуки шагов.       Парень спустился на этаж ниже и прошёл по коридору, постоянно оглядываясь. Он не хотел, чтобы его увидели или услышали шпионы леди Ашберт.       «Я ударил Лею… — со свистом пронеслось в голове. — Ударил свою младшую сестру…»       Рей припал лбом к холодной стене, чувствуя, как тело содрогается ознобом. Грудь разрывал ком боли, который всё ближе и ближе подбирался к сжатому горлу. Его будто душила невидимая рука, а щёки пылали, словно он ударил себя же стократно.       «Должен ли брат так поступать со своей сестрой? — лихорадочно размышлял он. — Точно нет. А… король? Может ли король поступать так со своими поддаными?..»       Сердцебиение становилось всё сильнее. Рейек чувствовал, что совершил нечто ужасное, и понимал, что вот-вот ощутит слёзы на своей коже.       «Нет, нет, нет! — приказал самому себе он, царапая стену. — Короли не должны плакать. Короли должны нести бремя своего положения. И если я продолжу ныть, то никогда не стану таким же достойным, как Эллагар!»       Рей отстранился от стены, выпрямился и сделал сдавленный вдох. Настолько глубокий, что ему показалось, он весь наполнился сыростью замка и пирофитовым флёром. И ком, разрывающий горло, ушёл, словно Рейек его проглотил. На его глазах не проступило ни одной слезы.       Парень отдышался, пригладил волосы и быстрым шагом двинулся в сторону своих покоев. Он держал в голове мысль, что пора собираться в дорогу, и это даже обрадовало его до лёгкой улыбки.

***

      Надсадный рёв горна быстро приводил в чувство любого, кто мешкался в суете. Его певучий страшный голос сегодняшним вечером значил лишь одно — королевская чета покидает Перешеек и отправляется туда, где уже гарнизоном стояла армия. Слуги торопились, погружая в повозки оставшиеся вещи, а лошади топтали землю копытами в нетерпении. Рейек тоже чувствовал небольшое волнение, но оно было приятным. — А ты был когда-нибудь в Кахильде, Элл? — спросил он, стараясь скоротать время.       Эллагар поднял глаза к залитому закатом небу, разглядывая парящих над замком диких соколов. Поднявшийся ветер пытался спутать его волосы, но они были закреплены несколькими мелкими косами, тянущимися по вискам к затылку. Такую причёску северянин часто носил в дороге, и Рей ещё сильнее ощущал грядущее путешествие. — Допустим, был, — уклончиво ответил Эллагар, не спуская глаз с птиц. — Почему допустим? — Потому что там я не видел ничего хорошего. — А что хорошее ты хотел там увидеть? — Ну-у… — он наконец перевёл взгляд на мужа и тот заметил, что его огненно-розовые глаза слезятся от ветра. — Ничего в целом. Но ожидал, что меня там не станут убивать. — Не убили же… — приглушённо уточнил Рей. — Но хотели, — спокойно пожал плечами Эллагар. Заметив смятение, он решил пояснить. — Я искал там убежище, когда узурпатор пытался занять трон. Губернатор обещал мне защиту, но вскоре выбрал сторону моего брата. Но я жив, как видишь. — Тебе повезло, — улыбнулся Рейек, желая разрядить обстановку и отвлечь мужа от печальных мыслей о прошлом. — Ты — моё везение, не иначе, — мягко усмехнулся тот, подчеркнув слова лёгкой улыбкой.       Рейек на секунду задумался, а затем вздрогнул и поднял испуганный взгляд. — Так значит тот наёмник, которого я… Который умер тогда в Риховфе. Они его послали? — Они, — лаконично ответил Эллагар. — Понятно, — парень опустил полный печали взгляд к земле, но тут же поднял голову и обернулся. Его сёстры наконец-то собрались в путь и уже спускались по каменным ступеням Вдовьего Пика. За ними следовала леди Ашберт.       Девушки всё ещё выглядели недовольно, а Лей и вовсе игнорировала брата, упорно стараясь не встречаться с ним взглядом. Зато Нисса и Ней, лёгкие, как бабочки, смотрелись очень радостно на фоне угрюмых сестёр. — Всё готово к отъезду, Ваше Величество, — сообщила Эссель.       Эллагар посмотрел в сторону повозок и кивнул. А затем махнул рукой Аэнгиасу, который увлечённо общался со своими разведчиками. Тот заметил это и быстрым шагом направился к королевской чете. Приблизившись, он поклонился и застыл в ожидании указаний. — Аэнгиас… — король вновь произнёс его имя, но уже более вдумчиво. — Мы гордимся твоей преданностью. Твоя служба может быть примером для многих людей. К тому же, я не забыл того, что ты сделал для моей матери и сестры в те нелёгкие времена. — Спасибо, Ваше Величество, — мужчина поклонился, — Ваши слова для меня высшая награда. — Нет, — ответил Эллагар, поймав удивлённый взгляд мужа. — Ты достоин куда большего, я так считаю.       Леди Эссель, стоявшая поодаль от королевской четы, с усиленным вниманием наблюдала за происходящем. — Поэтому, — продолжил король, — я хочу сделать тебе подарок. Ты был лишён своего титула, но смог доказать, что достоин получить его обратно…       С этими словами из внутреннего кармана плаща он достал небольшую грамоту с собственной печатью и передал её удивлённому Аэнгиасу. Тот несколько секунд, не отрываясь, смотрел на правителя, а затем принялся разворачивать лист дрожащими руками. — Я возвращаю тебе твой дворянский титул обратно, — озвучил своё решение Эллагар.       Лицо Аэнгиаса выглядело удивлённо, а его глаза в недоумении блуждали по строчкам. Затем он сжал грамоту в руке и спешно припал на колено перед королевской четой. — Я преданный слуга Короны! — заявил он. — Так было и так будет, пока Вечная Дева не позовёт меня в последний путь! — Можно было и без этого… — пробормотал Рейек, но не смог скрыть улыбки. Он был счастлив, что его муж принял такое решение. — Поднимись, — продолжил Эллагар. — Теперь ты можешь вернуться к отцу как его сын. Он знает и ждёт тебя.       Лицо Аэнгиаса осветила улыбка. Рей отметил, что впервые увидел этого сурового и ответственного солдата таким, и, казалось, вот-вот его глаза тронут слёзы. Мужчина припал к плечу рукой, выражая свою преданность Мелорану и правителям, а затем его взгляд на секунду метнулся к Эссель. Она стояла в неменьшей растерянности. — И найди себе жену, — не удержался Рейек. — Королевству нужно больше таких преданных людей, как ты. Уверен, ваши дети будут с преданностью служить Короне. — Д-да… — с запинкой ответил тот. — Сделаю всё возможное, Ваше Величество.       В эту секунду в разговор вмешалась леди Ашберт. — Не хочу прерывать, — произнесла она, — но Ваши люди и лошади готовы к пути. Можете выезжать в любой момент. Экипаж для леди Крессен и Леи тоже готов.       После этих слов Эллагар кивнул и двинулся в сторону тракта, а Рей поспешил за ним, всё ещё одухотворённый событием. То, что произошло сейчас, открывало большой путь для двух людей, которые заслужили права на счастье. — Господин, — его уха достиг девичий шёпот. Это была Эссель, и её голос сейчас совсем не был похож на то, как она говорила обычно. В нём было смущение и была юность. — Вы ведь знали? — О чём? — также шёпотом отозвался Рей.       Без слов леди Ашберт умастила на животе свою руку. Рейек улыбнулся и кивнул. — Спасибо…       Эта благодарность надолго застыла в голове Рейека. Он думал о леди Эстенфорта и её возлюбленном всю дорогу от Вдовьего Пика до границ Перешейка. Думал о них и по прибытии на земли Востока. И лишь прощание с сёстрами смогло заглушить эти мысли. Рей чувствовал себя окрылённым и благодарил одновременно Ишию и Древних за посланного ему чуткого мужа.