Новые приключения во времена Людовика XIII

Он не стал посылать г-ну де Рону вызов на дуэль, как делали обычно. Де Арамисец захватил с собой Исаака де Порто и, не объясняя причин, отправился к одному из особо оживленных трактиров на улице Бегущих горожан, где обычно вечерами собирались гвардейцы Ришелье. Жан де Рон собирался заступить на дежурство у покоев Ришелье, и, конечно, завернул туда промочить горло. Мушкетеры затаились на углу одного из заколоченных домов, выставленных на продажу, так, чтоб видеть входную дверь в заведение, но самим остаться в тени двух жалких чахлых лип. -Что вы опять придумали?- ворчал де Порто, поплотнее запахиваясь в свой необъятный плащ.- В темноте, за углом - словно мы сами - бретеры! Де Арамисец не отвечал, будто не слышал. Он пристально следил за дверью трактира, из которого уже начали расходиться последние постояльцы. Де Рон вышел с одним из друзей и не очень твердо зашагал в сторону дворца кардинала. -Скорее, Исаак! - лихорадочно прошептал де Арамисец. - Они спешат на дежурство. Дворец Ришелье тут в двух шагах. Вы все помните, о чем я вас просил? -Помню, помню! Вы сто раз мне все повторили, будто я полоумный и ничего не способен запомнить! -Ах, не сейчас! Мушкетеры бегом догнали гвардейцев. Друг де Рона еще только секунду чувствовал себя вполне свободным - мощная рука де Порто схватила его и как мышонка, слегка прижала к холодной стене ближайшего дома. -Могу случайно задушить! - предупредил де Порто любезно.- Стой смирно. Начинайте, Анри, да поскорее! -Вот и я! - учтиво обратился де Арамисец к де Рону, преграждая ему путь оружием.- Уже вечер, кругом пустынно. Нашей окончательной беседе о г-же де ла Шпоро не помешают. -Вы разъярены?!- хищно усмехнулся де Рон. Порочная усмешка некрасиво сморщила его полное лицо. - Она вас все равно не любит! А я вас убью за то, что вы смели надеяться на любовь самой прекрасной дамы Парижа! -Я не думаю, что госпожа де ла Шпоро мечтает о ваших медвежьих объятьях! Но полноте объяснений! Нам пора все решить, как положено двум дворянам, а не старьевщикам! Начали, господин де Рон! Де Рон занял выгодную позицию и с жестокой гримасой на лице выполнил купэ с намерением нанести мушкетеру удар в голову. Де Арамисец, казалось, принял положение защиты, чем вызвал презрение противника. Де Рон, предвкушая победу, завершал сильный выпад, когда мушкетер, неожиданно, молниеносно, как уж, извернулся и легко уклонился в сторону. Его ответный ремиз был стремителен. Гвардеец еще не успел понять, в чем он просчитался, как де Арамисец нанес ему сильный удар по правому боку. Раненый де Рон упал. Другой гвардеец не шевелился в медвежьих объятьях де Порто, о физической силе которого в городе ходили легенды, а редкие прохожие предпочли не вмешиваться в дела господ. -Будь ты проклят! - прошипел гвардеец де Рон в лицо своему врагу, зажимая рану в боку. От боли его лицо под лунным светом казалось мучнисто - белым, как блин. - Она тебе все равно не достанется! Ее руку обещали мне! -А теперь вы расскажите мне правду.- Возвышенным тоном начал де Арамисец. - Вы тяжело ранены, и, может быть, сейчас жизнь вашу отделяет от смерти лишь длань божья. Облегчите совесть, и бог дарует вам отпущение грехов. Покайтесь, сын мой, и скажите, кто заставил вас оклеветать г-жу де ла Шпоро? Де Рон быстро облизал губы. Но, не зная, насколько тяжела его рана, он не посмел солгать. -Г-жа де Шательро! - прошептал он обессилено.- Она ненавидит их обеих: маркизу и племянницу вашего де Тревиля. Но я и сам хотел добиться внимания г-жи де ла Шпоро, она из-за вас не замечала , меня, потомка знатнейшей фамилии, дворянина, готового отдать за нее свою жизнь. Раненый жадно глотнул вечернего холодного воздуха. -Так это все ложь!?- воскликнул де Арамисец растерянно. - Вы мне нагло лгали! Мушкетера в этот миг обуяло вполне понятное страстное желание действительно нанести гвардейцу смертельную рану. Он с трудом удержал свою руку. -Вы легко поверили, что я - ее любовник, - с презрением бросил ему де Рон. - Я на вашем месте был бы гораздо более недоверчив и намного осмотрительнее! Непонятно, почему она любит вас - холодного, высокомерного, надменного. Я, может быть, умру сегодня, де Арамисец, но я доволен, что разлучил вас с ней. Да, все было сделано прекрасно! В канцелярии Ришелье подделали почерк г-жи дю Трамбле, благо ее дядя помог. Потом я убедил вас, что г-жа де ла Шпоро любит меня. Видели бы вы свое лицо! Знаете, я был чертовски рад причинить вам боль, де Арамисец! Вам и в голову не приходило проверить мою ложь, верно? Вы не поверили словам той, которую возвышенно любите, как утверждаете. Но дочь друга Генриха IV не могла продаться, вы должны были знать это! Но вы с вашими мелкими чувствами не верили ей! -Когда вы встанете на ноги,- сжав огромные кулаки, вмешался де Порто, - вы будете драться со мной! И я точно убью вас! -Исаак, значит письмо …,- опешивший Анри, как во сне, глядел на друга. -Ну да!- подтвердил де Порто, вздыхая как колос, снявший с плеч земной шар.- Письмо поддельно! -Какой же я осел, Исаак! -Я знал, Анри, что не может она написать, что я глуп! Госпожа дю Трамбле слишком любит меня. Идемте же отсюда! Да не стойте вы как каменный, Анри! Сейчас сюда набегут люди кардинала. Наверняка из дворца слышали звон шпаг. -Она чуть не погибла из-за меня!- вдруг воскликнул де Арамисец, когда они поспешно уходили, оставив раненого на попечении его полупридушенного друга.- Я должен немедленно увидеть ее и просить прощения! Де Порто впервые за эти дни громко и искренне расхохотался. Его друг несколько мгновений глядел на бравого мушкетера, потом легкая улыбка тронула его губы. -Дорогой вы мой!- проговорил великолепный де Порто необычно снисходительно. - Оглянитесь же вокруг! Может быть, вы еще не заметили со своими сердечными делами, что уже ночь. Париж спит. Во - всяком случае, спят все мало-мальски приличные его жители! Одни мы болтаемся по улицам, рискуя, кстати, попасться патрулю! Домой нужно идти, а не к г-же де ла Шпоро! -Она служит королю! Она не любит де Рона! - Казалось, даже ночь радовалась счастливому смеху де Арамисец, высыпая на небо пригоршнями яркие звезды. - Хвала всевышнему! -Завтра же я скажу ей, как я страдал!- сказал де Порто. - Я все эти дни думал о прекрасной г-же дю Трамбле. Простит ли она меня? -Вас - наверняка, а вот меня… -Да идемте же! Г-н Исаак уговорил Анри не идти к дому г-жи Джулии встречать рассвет немедленно, а отдохнуть хоть немного. Де Арамисец пришел у себе счастливый. Он бросился в постель и тут же впервые за эти дни крепко уснул. Едва только встало теплое летнее солнце, де Арамисец был у дома любимой. Он с нетерпением прохаживался у ворот, ожидая часов приема. Постепенно дом г-жи де ла Шпоро оживал. Застучали щетками проворные конюхи, залаяли дворовые собаки, зазвенел колокольчик матушки Жули, подзывающий служанок. Анри с удовольствием глядел по сторонам и недоумевал, как он не заметил, что у дома любимой уже расцвели гортензии. Анри, с милостивого разрешения отца Жули, вошел к ней без доклада. Джулия только что закончила туалет и печально разглядывала свое бледное личико в позолоченное зеркало. Уже ничто на нем не напоминало о чуть было не случившейся трагедии неделю назад, но горестное выражение хорошенького личика Жули говорило, что она не забыла тот печальный день. Увидев мушкетера в дверях своей гостиной, Жули замерла. Их взгляды мушкетером встретились в зеркале. Он смотрел с обожанием, она - напряженно и испуганно. -Что вам еще нужно?- наконец спросила Жули. Холодный тон у нее не получился, и голос прозвучал чуть - ли не с мольбой. Она поморщилась и приняла как можно более надменный вид. Но де Арамисец ничуть не боялся ее недоверия и надменности. Он чувствовал себя сильным, как никогда. -Сударыня!- он бросился к ней и упал на колени.- Г-жа Жули, я должен умереть у ваших ног, ибо с ужасом вспоминаю, что посмел вам сказать! -Я не нуждаюсь в ваших объяснениях! - надменно проронила Джулия и вновь взглянула на себя в зеркало. Как истинная женщина, она поспешила отметить, что платье на ней новое, волосы завиты и локонами падают ей на открытую шею. Синие глаза ее отразили надежду, забившую как родник в ее душе. -Г-жа де ла Шпоро, выслушайте меня! -Уходите немедленно, ибо я более никогда не хочу видеть вас, слышите? Никогда! -Я ревновал, г-жа Жули!- румянец залил щеки де Арамисец. - Я сходил с ума, когда думал, что вы любите не меня! Я ненавидел вас за то, что вы столь красивы и добры, за то, что не могу забыть вас! В глазах Жули заблестели слезы. -Зато я смогла забыть вас!- сказала она отрывисто. - Я далее не смею задерживать вас, сударь! -Вам трудно представить, как я страдал, душа моя! Но нельзя же ненавидеть меня за то, что я только и мечтаю, что придет час, и я увижу вашу восхитительную улыбку! -Не увидите! -Молю вас, молю на коленях о милостивом снисхождении к бедному влюбленному! -Нет! -Жестокая! -Нет! -Прекрасная! Жули надменно подняла брови и заулыбалась. -Г-жа Джулия, мы теперь знаем, что вы были правы, а мы - нет! Простите нас, сударыня. Это и впрямь были происки г-на кардинала и этого наглеца де Рона! Он вчера ночью признался мне, что специально оклеветал вас и вашу подругу! О, простите мне мое неверие! Я просто всегда схожу с ума от ревности и не могу соображать здраво, как только кто- нибудь признается в своей любви к вам! Г-жа моя, я готов принять от вас любое наказание! -Наказание будет непременно, сударь! -Я приму от вас что - угодно! -Но, сударь, как же Изабелла!? -О, любовь моя, не волнуйтесь! Де Порто сейчас входит в ее дом! Но де Порто напрасно посетил госпожу дю Трамбле - она еще не вернулась с дежурства в Лувре. Де Порто отправился скорее в дом де Тревиля, где и нашел своих друзей. Де Арамисец еще вымаливал прощение у своей возлюбленной, а де Силлек и де Батц были на месте. Оба они отошли подальше от остальных мушкетеров и горячо спорили у чугунной ограды дома - де Батц с таким расстроенным лицом, что даже усы его обвисли, а де Силлек по обыкновению в последнее время - с видом мрачным. Оба они только кивнули подошедшему другу. -Я против этой вашей безрассудной идеи! - горячился де Батц. - Даже с бумагой от де Тревиля вам не пробраться за госпожой дю Трамбле на половину королевы Анны! -У меня есть еще один план, о котором я не могу вам сейчас рассказать. -У меня отличная новость, друзья! - встрял де Порто. -Потом! - прервал его де Батц нетерпеливым жестом. - Арман, но что за безумие вы затеяли, право слово! -Я не могу ее оставить там, вы что же, не понимаете, Шарль!? Анри видел ее в Лувре и утверждает, что она выглядит ужасно! -Ему, возможно, показалось! -Шарль, какую б боль она не причинила мне лично, я не могу допустить, чтоб она страдала там в одиночестве! -Что вас так настораживает в том, что она теперь все время в Лувре? Да госпоже дю Трамбле теперь не надо делать вид, что она терпеть не может королевский дворец. Кардинал Ришелье просто поставил ее в Лувре на то место, которая она должна была занимать! -Да? А выглядит госпожа дю Трамбле осунувшейся и бледной, потому что господин Ришелье осыпает ее своими милостями за отлично выполненное задание? Да если б так было, окружающие видели бы ее довольной и счастливой в лучших гранатах парижских ювелиров! -Она не обманывает нас, клянусь! - вскричал де Порто неистово. - Мы вчера с Анри вызвали на дуэль того червя, де Рона, который мнил себя возлюбленным маркизы де ла Шпоро! Анри мастерски, надо отдать ему должное, провел поединок и чуть не убил де Рона. Тот перед лицом возможной смерти покаялся, что письмо Изабеллы дю Трамбле насквозь лживо! -Говорите яснее! - потребовал де Батц. Глаза его загорелись. -Да куда уж яснее! Как я понял, - а вы знаете, я все- таки не силен в политике! - кардинал Ришелье решил лишить короля поддержки г-жи де ла Шпоро, капитана де Тревиля - любви племянницы, а нас навсегда убрать c дороги с помощью бретеров! Письмо писал кто- то из писцов кардинала, а образцы почерка г-жи графини достал отец Жозеф! -Так значит…, - начал де Батц и замолчал, видя, как изменился в лице де Силлек. -Мы вчера всю ночь бегали по Парижу как чумные, а сейчас Анри испрашивает прощение у г-жи маркизы, - добавил Исаак самодовольно. - Вы как хотите, а я должен сейчас же подкрепиться чем-нибудь существенным! Идемте куда- нибудь позавтракаем, г-да, а уж потом я отправлюсь к г-же де ла Шпоро. К тому времени, как я приду, де Арамисец как раз добудет у нее прощение! -А где сейчас г-жа дю Трамбле? - быстро спросил де Батц. -Неужели вы думаете, что я не поспешил сразу же к ней, но она сейчас опять в Лувре, я только что узнавал. Я хотел первым сообщить ей новость, что все выяснилось, наконец, и выпросить у милой г-жи дю Трамбле прощение! Я стоял бы на коленях, только б она простила меня! Но теперь придется ехать за ней завтра! Арман стал бледен как смерть. -Что с вами? - удивился де Порто. - Вы, что же, не рады, что письмо г-жи дю Трамбле кардиналу Ришелье оказалось ложью? Де Силлек покачал головой. -Анри говорил мне, что г-жу дю Трамбле не выпускают из королевского дворца и что ей угрожают, - произнес он мрачно. - Это было странно, если б г-жа дю Трамбле действительно служила г-ну Ришелье, но в случае, когда выяснилось, что она невиновна - это становится для нее просто смертельно опасным! Я немедленно еду за ней в Лувр. -Да вы что? - изумился де Порто. - Она же на дежурстве у покоев Ее величества королевы! Как вы проникните туда?! -Это невозможно! - вскричал де Батц. -Правильно говорит Шарль, это - невозможно! Не будем же мы все вместе штурмовать Лувр! Это попахивает государственной изменой, г-да! Или вы все- таки настаиваете на штурме? Да? Тогда мне нужно захватить еще один пистолет! -Я уже ходил к г-ну де Тревилю, - сообщил де Силлек, проверяя наличие оружия. - Он любезно написал какое-то донесение личному секретарю короля Людовика. С этим донесением я и пройду во дворец. Друзья мои, г-жу дю Трамбле нельзя оставлять там одну, неизвестно, что они с ней сделают. Только б я успел, господи всемогущий! -Черт возьми! - пробормотал Шарль. - Тут уж и испугаться недолго! -Так мы штурмуем Лувр или нет? - уточнил практичный де Порто. - Решайте же скорее! -Я прошу вас приготовиться, г-да, если мы с г-жой дю Трамбле не появимся до вечера! Ждите нас на Новом мосту! - распорядился де Силлек, надвигая шляпу ниже на лоб. Не слушая дальнейших возражений, он вскочил в седло и помчался к королевскому дворцу. Де Силлек, конечно, и сам понимал, что никоим образом не сможет попасть на половину французской королевы, но Изабелла рассказывала ему о небольшой галерее, идущей параллельно Парадным залам дворца, по которой можно было пройти в Королевскую библиотеку. Обычно в галерее никого не было, и только г-жу дю Трамбле можно было встретить там - Изабелла смеялась, что только ее одну и посылают за книгами, ибо никто, кроме ее и старых библиотекарей, больше не знает, где они хранятся. Сегодня в Лувре был пышный и многолюдный прием послов из Восточных стран и королева Анна вместе со своими фрейлинами находилась в Парадном зале. Отдавая малозначащее донесение секретарю короля Людовика, де Силлек украдкой заглянул в зал, полный нарядных гостей, впрочем, не очень-то надеясь увидеть там Изабеллу. И верно, даже одного взгляда было достаточно, чтоб убедиться, что графини среди всего этого пестрого цветника нет. Де Силлек немного постоял у окна, будто ожидая кого-то, и, улучив момент, когда секретарь был отвлечен пожилой и капризной герцогиней Суассонской, незаметно открыл спрятанную в нише за портьерами низкую дверцу, и быстрым шагом свернул на галерею, о которой рассказывала ему Изабелла. Коридор и впрямь была пуст и тих, будто мраморные бюсты античных правителей на высоких колоннах серого мрамора и старые выцветшие гобелены, слишком потертые, чтоб украшать парадные залы и потому отправленные сюда в бессрочную ссылку, вобрали в себя весь возможный шум, оставив здесь только прохладную тишину и некоторые признаки запустения. Только на шестиугольных невысоких столах - подставках, где красовалась любимая коллекция Его Величества - разноцветные причудливые раковины всех морей и океанов, - царила чистота. В солнечных лучах, косо падающих на каменный пол, весело плясали пылинки. Де Силлек быстро прошел по галерее и спустился вниз по железной винтовой лестнице. Расчет его оправдался! Изабелла была там. Она сидела на широком подоконнике перед огромными дубовыми дверьми, ведущими в библиотеку, глядя сквозь широкое распахнутое окно на розы, храбро цветущие в закрытом со всех сторон глухими стенами маленьком садике Лувра. Весь напряженный вид графини выдавал крайнее упрямство. Похоже, она слышала шаги по граниту у себя над головой и надменно приготовилась встретить....Кого? -Г-жа дю Трамбле! - воскликнул де Силлек. Голос его отчего- то прозвучал хрипло. Изабелла обернулась и вся вспыхнула, у нее вдруг задрожали и скривились губы, как от сильной боли. Де Силлек смотрел на любимую так, словно не мог насмотреться! Только она одна дарила ему краски мира, без нее - он знал это!- он не смог бы теперь существовать и минуты. Рядом с Изабеллой граф де Силлек был счастлив, радостен, весел. Он любил ее! Но как она была бледна, испугана, насторожена! Де Силлек бросился к ней, едва- едва касаясь, обнял ее за плечи, с трудом сдерживая стон счастья. Изабелла в ответ прижалась к графу и затихла, всхлипывая, совершенно обессиленная всеми бедами, свалившимися на нее. Что он мог сказать де Силлек единственной женщине, что понимала его, даже когда он молчал!? Простите меня! Моя жизнь - для вас! Я понял, как хрупко наше счастье, как много людей захотят разрушить его, как много обстоятельств могут непреодолимой стеной встать между нами - наветы, советы, ревность, политика, непонимание! Простите меня, что не сразу я осознал хрупкость того факта, что вы - единственная для меня! Отныне, клянусь всем святым, я каменной стеной встану между вами и любым несчастьем! Я никогда более не дам им задеть вас, любимая, ангел мой, моя судьба! Она тоже молчала, вся окутанная блаженством мину¬ты, как золотым плащом. Мне было страшно, г-н Арман! Я очень боялась, что вы никогда не посмотрите на меня светло, тепло, с доверием, как было раньше! Я не могу без вас, я хочу быть рядом с вами всю жизнь! Я люблю вас, г-н Арман. Слишком люблю, чтоб не простить вас, дорогой, желанный, любимый мой! Де Силлек прижимал ее с каждым мгновеньем все сильнее, словно хотел убедиться, что она здесь с ним, живая, невредимая, здоровая! Изабелла с восторгом слушала, как лихорадочно бьется его преданное сердце, все громче и громче. -Не плачь! - прошептал он вдруг, задыхаясь и прижимая ее голову тяжелой рукой к своей крепкой груди. - О, святые, только не плачь! Я больше никогда никому не позволю разлучить нас с тобой! И прости меня! Прости, что я легче верю в плохое, чем в хорошее, просто я еще не привык верить! Но я привыкну, обещаю тебе! Наверху послышались шаги. Изабелла испуганно подняла глаза, и бледное лицо ее странно застыло. -Это за мной! - прошептала она так устало, словно у нее не было уже сил сопротивляться. У де Силлек больно сжалось сердце, когда он заметил темные круги переутомления у любимой под глазами. - Г-жа де Шательро меня ищет! -Библиотека за этими дверьми? -Да, но при чем тут... -Идите за мной, и быстро! - распорядился де Силлек. Он увлек Изабеллу в огромную залу, в которой царил приятный полумрак из-за закрытых ставнями окон и обилия высоких дубовых шкафов, отшлифованных до блеска тысячами людских прикосновений. Если б было у них время, оба они, как ценители, полюбовались изумительной люстрой, целиком выточенной из красивой древесины клена, изысканной, филигранной игрушкой, похожей на китайскую шкатулку, спускающуюся на длинном красном шнуре с высокого потолка, покрытого тонкой резьбой в виде ромбов и квадратов; белым мраморным камином; картинами на античные темы в узких простенках между шкапами и серебряными канделябрами на высоких поставцах! Но сейчас наши герои только проскочили мимо этих красот и легко вбежали по красивой деревянной лестнице на узкую галерею второго этажа библиотеки. Изабелла любила сидеть здесь в широком кресле, обитым приятным малиновым бархатом, устроившись у широкого окна с какой-нибудь интересной книжкой на коленях. Малиновые портьеры скрывали ее из вида всех, кто ходил внизу, позволяли оставаться в тени, глядеть на облака и цветы внизу, вдоволь мечтать или сочинять стихи. Де Силлек, чрезвычайно быстро сориентировавшись, вытащил несколько книг с одной из полок возле кресла, что- то быстро повернул, нажал, и Изабелла с изумлением увидела, как одна книжная секция напротив старинного глобуса, укрепленного на высокой игле, бесшумно повернулась, открывая их взору узкую нишу и длинный сумрачный проход за ней. Влюбленные юркнули в темноту, стараясь не задеть книги на полках; дверь за ними бесшумно закрылась, когда внизу раздались торопливые шаги. -Г-жа дю Трамбле! - с притворной нежностью звала г-жа де Шательро. Голос ее доносился в тайный проход глухо. - Я все равно найду вас! -Зачем она вас ищет? - шепотом спросил де Силлек, горячими сухими губами прижимаясь к виску Изабеллы и с наслаждением вдыхая знакомый запах фиалок. -Королева Анна любезно отпустила меня домой сегодня, ибо, как она заметила, вид у меня совсем больной, - прошептала Изабелла, задыхаясь от волнения, разрывающего ей грудь. - Но гвардейцы кардинала, - они дежурят сегодня, знаете? - не пропустили у меня ни с главного входа, ни со стороны калитки! Они заявили, что существует некий приказ кардинала Ришелье держать меня в Лувре до самого вечера. Пока я бегала по дворцу, рядом все крутилась эта отвратительная де Шательро и в открытую признавалась, что ее послали следить за мной! В какой- то момент ее позвала королева Анна, слава богу, а я прибежала в библиотеку, потому что мне некуда было идти! -Г-жа дю Трамбле! - придворная дама, похоже, уже поднималась по лестнице. Я все равно найду вас! Я знаю, что вы здесь, упрямая девчонка! -Она сможет войти сюда? - прошептала Изабелла, с трудом сдерживая бившую ее крупную дрожь. -Не думаю, - ответил де Силлек спокойно, крепко держа Изабеллу в объятиях и заботливо укрывая полами своего длинного плаща. - Об этой двери вряд ли кто знает, а кто и знает, тот не танцует уже в Лувре. Мне о ходе Роз еще в юности рассказал отец. Когда- то они с королем Генрихом пользовались этим проходом, чтоб незаметно выходить в город. Но вы дрожите! Г-жа Изабелла, да вы холодны, как лед! -Дрянная девчонка! - бесновалась г-жа де Шательро где- то совсем близко. - Я знаю, вы здесь! Вы специально не пошли на прием, специально спрятались, чтоб навредить мне, чтобы выставить меня перед Его высокопреосвященством в черном свете! Но я отлично изучила вас! Никому, кроме вас не пришла бы в голову дурацкая мысль прятаться в королевской библиотеке. -Идемте отсюда, - шепнул де Силлек. Он, похоже, когда дверь была еще открыта, приметил лежавшие в нише факел и трут и сейчас зажег факел и так, с факелом в одной руке и, прижимая к себе Изабеллу свободной рукой, будто боялся, что она раствориться в холодном воздухе, поспешил прочь. -Почему вы стали искать меня, ведь вы мне не поверили, когда я утверждала, что не писала письмо кардиналу Ришелье? Вы же сами сказали мне о своем недоверии? - тихонько спросила Изабелла, когда они спешили узкому арочному коридору из серого гранита, из которого был выстроен весь дворец, кое- где тускло освещенному светом из узких отверстий в каменных стенах. Иногда до них сквозь отверстия доносились голоса, в которых нельзя было разобрать ни слова, обрывки музыки или запахи дворцовой кухни. Де Силлек крепко прижал Изабеллу к себе, словно боялся потерять навсегда. Изабелле показалось, что он тяжело вздохнул, и щеки его порозовели. -Анри рассказал мне, что вас не выпускают из Лувра! - он остановился и опять заботливо закутал Изабеллу в свой плащ. - Я, слава богу, расспросил его... Он сказал, что вы побледнели и сильно похудели, да и я сам это вижу! Ах, почему я не пришел за вами раньше, черт возьми! Вот уж эти мои гордость и глупая недоверчивость! -Но вы все - таки здесь! -Я не мог вас оставить на растерзание этим людям! Даже если б Анри и Исаак не вызнали бы о подложном письме у гвардейцев Ришелье, а они сделали это вчера ночью, я все равно приехал бы за вами! -Они вызнали? О, какое счастье! -Анри вызвал на дуэль де Рона, который выдавал себя за возлюбленного вашей подруги, тот был вынужден рассказать, что г- н Ришелье довольно удачно скомпрометировал вас и вашу подругу в наших глазах! -Постойте, г- н Арман! Я что- то в себя никак не приду! Де Рон выдавал себя за возлюбленного Джулии? -Да, и у него, к сожалению, слишком хорошо получалось! -Так вот почему г-н де Арамисец был столь сух со мной, когда я умоляла его верить мне! А я - то понять не могла, почему письмо вызвало у него такую бурную реакцию! -Черт подери, да нас уверяли в вашем предательстве со всех сторон и весьма убедительно! Ах, душа моя, г-жа Изабелла, я не должен был говорить вам те ужасные слова... Меня мучает несказанно, что я не поверил вам! -Могу себе представить, как это было тяжело! -Я чертовски виноват перед вами, что поверил лжи о вас! Бог мой, что они с вами сделали... Изабелла уткнулась горячим лбом ему в широкую грудь. Они стояли в полумраке в тайном коридоре Лувра, и только резкий треск факела нарушали глубокую тишину, царившую в этих мрачных каменных проходах, арках, лестницах, как чудовищный лабиринт, оплетавших королевский дворец. -Я ждала вас, - прошептала Изабелла обессилено. -Г-жа Изабелла, я ведь чуть не умер, когда решил, что вы не любите меня, что вы играли моим сердцем... -Г-н Арман, никогда не сомневайтесь во мне, никогда, прошу вас! Я никогда не выдам вас, не предам! -Я знаю, знаю, любовь моя! -Но еще несколько дней бесконечной слежки г-жи де Шательро и ее угроз, и я бы уже не выдержала! Я бы непременно заболела! -Вы себя плохо знаете! - он блестящими глазами глядел ей в лицо, и дрожащей рукой поправляя пышные волосы, упавшие на белоснежные плечи. - Черт возьми, любовь моя, губы у вас совсем белые! Разрешите, я поцелую вас! -О, да, - прошептала она, едва дыша, но после исполнения его просьбы на ее щеки действительно стал возвращаться румянец. Тогда он еще раз коснулся губами ее дрожащих губ. Они целовались, забыв обо всем, и только мир плескался у них ног радужными волнами, возвращая к жизни благородные сердца и души, недавно раненые недоверием, ревностью, ложью. -Это все моя вина, - повторил де Силлек глухо, губы в губы, крепко сжимая Изабеллу в своих объятиях. - Они знали, что я не поверю вам, и меня это несказанно злит, г-жа Изабелла! Злит, что есть люди, так легко играющие мной за моей спиной, которые даже учли в своей бесчестной игре мое недоверие к людям! Ах, почему я был столь недальновиден, я должен был верить в любовь! Я виноват перед вами! -Нет, что вы! Это все вина кардинала Ришелье! Им пришлось спуститься куда- то вниз, потом свернуть на восток, а там они начали петлять по дворцовому лабиринту, окончательно потеряв направление. Изабелла шла, тихонько плача от невероятного облегчения, скрывая слезы счастья, и держалась за теплую руку графа де Силлек, а он часто останавливался, словно не верил, что она, наконец- то с ним, и собирал горячими губами влагу с ее щек! -Если я не ошибаюсь, любовь моя, - произнес он, - мы должны выйти к старой конюшне. Хорошо будет, если на той стороне пусто, иначе нам будет не под силу открыть дверь. Тут пригодилась бы сила нашего де Порто, верно? Им не повезло. Они, в конце концов, наткнулись на каменную стену с единственным проржавевшим кольцом вместо дверной ручки. Де Силлек взялся было за кольцо, но замер, услышав за дверью неясные голоса: -Нам дан приказ найти ее! - говорил кто- то с весьма властными нотками в голосе. Оба наших героя узнали его - приказ отдавал начальник королевской стражи. - Будьте начеку, г-да. Г-жа дю Трамбле может воспользоваться каким- нибудь известным ей тайным выходом и появиться здесь. Будьте готовы ее задержать! Если кто помогает ей, арестовать этих людей немедленно! -Де Шательро все-таки выполнила свою угрозу, - прошептала Изабелла, содрогаясь. Де Силлек взглянул на беспомощно прижавшуюся к нему девушку и плотнее укутал ее в плащ. -Судя по голосам, там много народу, - покачал он головой. - Мы тут с вами не пройдем. И наших друзей нам не позвать! Они наверняка пристроятся где- нибудь у Нового моста, чтоб быть близко к дворцу, но не настолько, чтоб вызвать подозрения своим воинственным видом. Так что позвать их на помощь нам не удастся - слишком далеко! -Что же делать? -Поищем другой выход, если вы не возражаете! Я, кажется, только что видел кое- что интересное! Они вернулись, осмотрели прячущуюся в углу потемневшую от времени пыльную дверь, истонченную древоточцами и, нажав рычаг в полу, проскользнули уже на другую галерею, более обжитую, если так можно было сказать. Здесь не было пыли на стенах, и воздух оказался свежим, с легким привкусом холодных духов. -Я и не знала, что в Лувре столько тайных галерей! - прошептала Изабелла, вздрагивая от внезапного сквозняка, скользнувшего мимо них и улетевшего в темноту. - Теперь я буду бояться ходить по Лувру. -Когда знаешь, где может притаиться опасность, легче ее разгадать, любовь моя! - возразил де Силлек мягко. По новой галерее они спускались все ниже, пока, наконец, не оказались в узком ходу, выложенным совсем другой каменной кладкой, чем стены Лувра, более древней и разрушенной. -Мы уже под землей? - прошептала Изабелла. Ее зазнобило от вида мрачных, покрытых влагой, почти смыкающихся над головой арочных стен, от которых исходил какой - то поистине мертвый холод. Ход уходил куда- то вперед на многие футы, и даже пламени факела не хватало, чтоб осветить все пространство спереди. Только впереди смутно угадывалась какая- то решетчатая дверь. -Мы идем в верном направлении, - произнес де Силлек, поднимая факел повыше. Колеблющейся красный свет злыми насмешливыми огоньками отразился от слюдяной поверхности мелких луж на каменном полу. - Сейчас мы под Сеной. Я уверен, что этот ход выведет нас в один из домов у Нового моста. Неожиданно он прижал к себе Изабеллу, а затем быстро перевернул факел и потушил его о каменные плиты. Изабелла вздохнула от неожиданности, но не успела ничего спросить, ибо тоже заметила, что еще раньше увидел де Силлек - розоватый свет факела позади их. Сюда кто- то шел. И сразу стали слышны явственные голоса. -Там, впереди, я видел решетку, - прошептал де Силлек. – Спрячемся! Они побежали вперед. У Изабеллы лязгали зубы от холода и страха, когда в полной темноте, двигаясь на ощупь, мушкетер, ловко орудуя кинжалом, отпер решетку и тихонько потянул на себя - чтоб не заскрипела. Слава богу, скрипнуло только чуть- чуть, что за эхом шагов, разносящимся далеко, было не слышно. Молодые люди скользнули туда и затаились в темноте. -Вы должны повторить то же самое на городском празднике святой Урсулы в это воскресенье! - тем временем гулко прозвучал голос лейтенанта кардинальской гвардии де Кавуа. -Слушаюсь, господин, - отвечал другой голос, явно голос слуги, подобострастный, тихий, почтительный. -Вы нападете на кортеж короля, устроите заварушку, станете много и громко кричать. Король должен испугаться достаточно, но не настолько, чтоб с ним что- нибудь случилось, это понятно?! Он должен остаться в живых при любом раскладе! -Да, господин! -В прошлый раз вы явно перестарались с вашим маскарадом, и Его высокопреосвященство остался недоволен! -Но, господин, мы сделали все так, как вы приказали! -Не считайте других дураками, Дано! Уж очень картинно все выглядело - ну какие разбойники в центре города, да еще с перевязанными окровавленными головами! -Вот оно что, - прошептал де Силлек. -Кроме того, - продолжал г-н де Кавуа, - вы явно пожалели г-д мушкетеров - многие из них были ранены, а убитых ни одного! -Но вы сами отдали нам такой приказ - не убивать охрану! -Вы неверно информированы! Мы платим вас пятьсот экю не для того, чтоб вы слегка ковырялись с вашими шпажонками! Да за такие деньги можно хоть дьяволу душу продать, а не то чтобы нанести один - два хороших точных удара! -В этот раз мы так и сделаем! -Разумеется! И помните, что неслучайно именно вас я вытащил из Бастилии! Вы так же легко можете туда вернуться и продолжать гнить в вашей восхитительной одиночной камере. За что вы там отдыхали? За воровство и казнокрадство?! А отчего вас не колесовали? Изабелла едва слышно ахнула. Де Силлек покачал головой. -Как занимательно все - таки послушать предводителя тех подлых нищих, что напали на Его величество! – прошептал он ей на ухо с грустной насмешкой. - Помните этот дикий случай? Оказывается, нападение это было организовано по приказу Его Высокопреосвященства. Розовые всполохи факелов приближались к решетке, за которой притаились наши влюбленные и нашим дерзким молодым людям пришлось отходить дальше и углубиться в темный поход, который слегка заворачивал влево. Теперь им не были видны факелы, и только смутно вырисовывалась развилка впереди. Тоненький писк доносился снизу. -Г-жа Изабелла, - начал де Силлек осторожно. - Душа моя, вы... гм… не боитесь... -Крыс, вы хотите сказать? Нет, не боюсь, слава богу. Собеседники стали прощаться. Де Кавуа велел разбойнику еще раз в точности исполнять приказания. -Запомните хорошенько, Дано, и передайте вашим ребятам: не сработаете как надо, не сносить вам вашей головы! Послышался тихое скрипенье решетки и в сторону молодых людей кто- то пошел. Похоже, это был г- н де Кавуа. У Изабеллы душа ушла в пятки, когда длинная тень его факела заплясала почти у ее ног. Но, по счастью, де Силлек был человеком военным и дело свое знал - он бесшумно увлек Изабеллу дальше по коридору, стараясь, чтоб изгиб коридора заслонял их от посланника Ришелье. Неизвестно, сколько бы длилась эта опасная игра со смертью, - а де Кавуа дорого бы продал свою жизнь, если бы на него напали, и вряд ли бы скрыл местонахождение фрейлины и мушкетера в тайном ходе, если бы ему удалось убежать, - но, по-счастью, он свернул в какой- то другой проход на очередной развилке. Послышался шорох поднимаемого камня, оживленные голоса, и Изабеллу и Армана окутал непроходимый мрак. -За кем же из них идти? Гм.. Мы с вами пойдем за разбойником! - решил де Силлек, опять зажигая факел. По - счастью, он превосходно ориентировался в этих нагромождениях коридоров, а разбойник с факелом не успел далеко уйти, так что они вскоре настигли его и пошли за тем, держась на достаточно большом расстоянии. Разбойник шел не задерживаясь, уверенной походкой, словно спускался сюда за распоряжениями и ходил по этой дороге с пятнами луж на каменном полу, каждый день. Ход стал ощутимо подниматься, и через некоторое время разбойник заскочил на длинную лестницу в конце хода и скрылся за деревянным люком в потолке. -Изабелла, душа моя, - прошептал де Силлек, прижимая к себе графиню и касаясь сухими губами ее виска. - Мы можем с вами вернуться назад и проследить за г-ном де Кавуа, но я уверен, что здесь пройти легче. Да и остановить разбойников - наш долг и вы, я уверен, согласитесь со мной. -О, да! -Но нам потребуется все ваше мужество. -Что нужно делать? -Я отвлеку разбойников, а вы постарайтесь выйти из дома и позвать наших друзей. Вот вам мой пистолет. - Он вытащил из - за пояса один из двух длинноствольных пистолетов и протянул Изабелле. -О, боже! Я боюсь идти наверх! -Да неужели? - он улыбнулся. - Г-жа Изабелла, я прикрою вас и дам вам возможность беспрепятственно выйти на улицу. Если кто попробует остановить вас на улице, стреляйте без предупреждения, слышите меня!? -Мне хотелось бы, чтоб вы восхищались мной, г-н Арман, но, наверно, я все- таки не справлюсь! Я - трусиха! -Г-жа Изабелла, я в жизни не видел такого храброго человека, как вы, радость моя! Только вы одна могли бросить вызов шпионам г-на кардинала и сбежать от них, что в условиях заточения в Лувре было весьма непростой задачей! Только вы одна могли без слов спуститься со мной в подземелье, не убояться темноты, крыс, неизвестности! И сейчас, зная, что нам предстоит оказаться в логове разбойников, которые чертовски ловко дерутся, можете мне поверить - вы же сами перевязывали меня тогда! - вы тактично сообщаете мне, что, «наверно, не справитесь»! Черт возьми, да я в жизни своей не видел человека храбрее вас. -О нет, это все не так! -Г-жа Изабелла, мое сердце немеет от счастья, что вы рядом, и я всегда могу положиться на вас, как на самого себя, и мучается от боли, что вы всегда будете вызывать у окружающих определенные желания, и всегда взгляды всех будут обращены только на вас! Знаете, де Батц назвал эту боль ревностью, и я вынужден признать, что он был прав! -Вы что же, ревнивы!? Де Силлек слегка улыбнулся. -Спрашивать меня о ревности, стоя в Парижском подземелье с пистолетом в ладонях, это ли не мужество, мое невозможное дитя?! Только, ради бога, не рискуйте собой, г-жа Изабелла, прошу вас! Ваша задача только позвать остальных! Если же наверху никого нет, и никто и не подумает задерживать нас с вами, мы с вами выскользнем из дома вдвоем, а потом уже вернемся обратно с нашими друзьями! -Но, если там разбойники, они могут убить вас! Он осторожно взял в ладони ее лицо. -Г-жа Изабелла, - прошептал он пылко. - Я не рассчитываю отдать вас кому- либо, я собираюсь остаться в живых! Вы верите мне? Вы будете мужественной? -Да! - солгала она. - Я буду фехтовать! -Ни в коем случае! - прошептал он, касаясь ее висков такими сухими губами, словно давно уже испытывал сильную жажду. - Ни в коем случае вы не станете фехтовать, стараться задержать негодяев, или еще что- то! Если вы вмешаетесь в схватку, меня будет отвлекать мой безумный страх за вас. Вы понимаете? Г-жа Изабелла, я не смогу быть спокойным, потому что без вас я не смогу жить! -Хорошо, - прошептала она, сияющими глазами глядя на него. - Я сделаю все в точности, как вы говорите! В темном подвале дома, заставленным с кукурузой и мукой, действительно никого не было, но, поднявшись по лестнице на первый этаж дома, они наткнулись на хозяев. Воспользовавшись минутой изумления наемных бандитов, де Силлек сходу оглушил шпагой двоих. Изабелла подхватила шпагу поверженного разбойника, при этом с удивлением обнаружив, что та слишком тяжела для ее руки и оценив опасения графа, что она без хорошей практики не сможет фехтовать свободно. Так оно и оказалось! Графу де Силлек пришлось одному отражать атаки шести или семи разбойников, которые с проклятиями накинулись на них. По - счастью, де Силлек слишком хорошо фехтовал, а она слишком хорошо понимала его, чтобы легко проскользнуть к дверям, когда он на несколько секунд освободил ей проход. Там Изабелле пришлось лицом к лицу встретиться с разбойником гигантского роста и крайне устрашающего вида. Тот с силой отразил ее первый неумелый удар и, сделав уже обманный маневр, приготовился колоть неопытную девушку, как вдруг из-за сильного удара, скользнувшего к нему графа де Силлек упал на колени с остекленевшими глазами, зажимая обеими ладонями рану в боку. Де Силлек молниеносно вернулся в позицию, возвращаясь к прочим своим яростным соперникам. Изабелла впервые сталкивалась с де Силлек как с товарищем по схватке на шпагах и не могла не восхититься им. Он, как и обещал, буквально не давал нападающим шанса дотянуться до Изабеллы и последовать за ней. Стоны, крики, звон оружия, проклятья смешались в один тревожный звук неравного сражения. Изабелла побежала к выходу, на ходу выстрелила, когда какой- то огромный человек бросился ей наперерез, а затем, перепрыгивая через разбросанные вещи, со шпагой наголо выскочила на крыльцо и остановилась на секунду, не в силах сориентироваться и понять, где именно она находится. Спустя минуту, со сжимающей сердце тревогой прислушиваясь к грохоту, доносившемуся из глубины дома, она бросилась на набережную Лувра так быстро, как никогда еще в жизни. В ужасе за жизнь любимого, задыхаясь и спазматически ловя воздух ртом, растрепанная, с бордовыми пятнами на щеках Изабелла дю Трамбле мчалась по улице, не в состоянии понять, отчего прохожие отшатываются от нее, пока вдруг не обнаружила, что длинноствольный пистолет по-прежнему зажат у нее в ладони, а в другой руке она держит испанскую шпагу. Тогда она оружие его в складках платья и перешла на шаг. У Нового моста она нашла г-д де Батц, де Порто и де Арамисец, ожидавших друзей с хмурыми лицами и пистолетами под плащами. Изабелла не могла кричать, так пересохло ее горло, но бравый де Порто обернулся как раз в тот момент, когда она появилась из-за угла одного из домов и ожесточенно замахала им рукой. -Вот они! - воскликнул де Порто, радостно помахал ей рукой в ответ и вдруг замер. - Но что это с г-жой графиней, о все святые!? Друзья побежали ей навстречу. -Скорее, - хрипела она, едва в состоянии говорить. - Скорее! Там разбойники! Они бросились в дом, на который она указала, и вскоре с бродягами все было кончено. Посовещавшись, друзья связали оставшихся в живых бандитов, перетащили их в одну комнату, заставили лаз бочками с вином, чтоб никто не появился из него, и поспешили к де Тревилю. Изабелла и граф де Силлек, чьи лошади остались в Лувре, остались их ждать и караулить разбойников. Они осмотрели дом, и нашли мешки с оружием. -Вот как оно!- покачал головой де Силлек, обнаружив в них новенькие шпаги. - Они действительно всерьез подготовились, надо признаться! Когда в доме появился де Тревиль с отрядом мушкетеров, наши герои были отпущены с изъявлениями благодарности и теперь уже с чистой душой направились к Джулии. Там де Арамисец, нескрываемо довольный, присел рядом с Джулией на диван, обитым голубым бархатом, и начал целовал любимой руки. У них обоих был такой сияющий вид, словно они присутствовали на своей свадьбе. -Сколько сердечных мук вы нам причинили, господа! - строго сказала Джулия, когда все устроились в ее гостиной с бисквитами и вином. - Право, вас всех следовало бы наказать! -Что вы!- как мельница замахал огромными ручищами де Порто.- Мы исстрадались за это время столь жестоко, что нас следует еще чем- нибудь одарить! Все рассмеялись. -Кардинал ошибся в нас!- заявил де Батц, переходя к той теме, что собрала их всех здесь. Казалось, наконец, прошлое ушло, оставив свой след лишь в темных глазах де Силлек, не сводившего глаз с Изабеллы. -Я обожаю вас, г-жа Жули! - шепнул Анри. Джулия опустила глаза, краснея. На губах она еще ощущала обжигающие поцелуи де Арамисец, которыми он щедро осыпал ее совсем недавно. -Так расскажите нам с Изабеллой, наконец, из- за чего же вы так возненавидели нас, г-да! - попросила она. -Охотно! Дело началось с того, прекрасная маркиза,- вздохнул Шарль,- что Исаак в Лувре нашел некое не сожженное письмо. -Оно, как мне показалось, было брошено в камин, но застряло в каминной решетке!- охотно объяснил де Порто. - Там вашей милой рукой, г-жа графиня, были написаны весьма неприятные для нас слова, и среди них упоминалось, что вы служите кардиналу Ришелье и устали от общества..гм... графа де Силлек. -Покажите мне это письмо, г-н Исаак!- бледными губами попросила Изабелла. -Мне не хотелось бы вновь его читать, но, думаю, вы имеете право знать. Вот оно. Все склонились над письмом. -Изабелла, это не твой почерк, конечно! - уверенно сообщила Джулия.- Но очень похож, очень. Неудивительно, что вы, г-да, ошиблись, почерк Изабеллы нельзя не узнать - она пишет очень необычно - будто старинные средневековые соборы рисует. -После того как Исаак принес нам письмо, - продолжил де Батц.- Де Силлек хотел сразу поговорить с вами, г-жа графиня, но вас не было дома. -Я была дома, - проговорила Изабелла тихо, не сводя глаз с лица любимого. Он кивнул. - И я как раз разговаривала с г-жой де Шательро... -Гм!- в смущении проронил Шарль. -Г-жа де Шательро уверила меня, наивную, что несчастна и нуждается в моей помощи и поэтому просто обязана поговорить со мной! Я по глупости своей хотела ей помочь, по- детски думала, что она раскаивается тому, что служит Его Высокопреосвященству! -А на следующий день в Лувре,- продолжил де Батц,- Анри слышал слова человека, что выдавал себя за вашего возлюбленного, г-жа маркиза. Анри был вне себя и бросился на этого хлыща де Рона как лев! -Я убил бы его там, если б не вы, г-да!- нахмурившись, заявил де Арамисец. Джулия благодарно взглянула на него повлажневшими глазами. -Затем нам сказали, что именно вы, г-жа маркиза, наняли бретеров, чтобы убить нас. К счастью, этого не произошло, но только благодаря заступничеству всевышнего и нашей удаче! Сейчас можно считать, что вместо вас выступала все та же г-жа де Шательро. -А потом мне, хвала небесам, пришла в голову замечательная идея вызвать на дуэль этого негодяя, де Рона!- продолжил Арамисец лукаво. – И ударить его шпагой так, чтоб он перед ликом вечной жизни, признался нам, что не является вашим возлюбленным, милая Жули! -О, Джулия, - воскликнула Изабелла. - Г-н Анри все это время не отходил от твоего дома! -И я тоже!- пробасил де Порто. -Ах, г-н Исаак, вы мой самый лучший кавалер! Вы, я уверена, не поверили ложному письму, потому что вы слушаете не так как все прочие обычные люди, вы слушаете сердцем, вашим большим, умным сердцем! -Ха, еще бы! - самодовольно улыбнулся Исаак, которому явно пришелся по душе витиеватый, но искренний комплимент милой девушки. -Но вы только вкратце сообщили нам, Арман, как вы вышли на разбойников, замышляющих убить его Величество! – сказал де Арамисец. Что же произошло в Лувре на самом деле? -Я не мог вам сказать сразу, г-да, - вступил в разговор граф де Силлек. - Я нашел г-жу дю Трамбле и намеривался вывезти ее из Лувра известным мне тайным ходом Роз, которым пользовался еще мой отец и король Анри. -Но кто же был ваш отец, сударь, если он столь хорошо знал короля Анри?! - вскричала Джулия и тут же покраснела под непроницаемым темным взглядом мушкетера. - Ах, простите меня, г-н граф, я не хотела быть чересчур любопытной. -Мы хотели выйти с г-жой дю Трамбле через самый удобный выход у королевских конюшен, но там нас уже поджидал караул. Нам пришлось спуститься в подземелье, ведущий под Сеной в город. Там и встретили г-на де Кавуа и этого разбойника, которого вы, де Батц, потом так удачно ранили в голову. Затем мы с г-жой дю Трамбле поднялись в этот дом. Дальше вы знаете, г-да! -Арман, вы все-таки кое-что упустили в вашем кратком рассказе! - воскликнул де Батц. - Как вы умудрились вдвоем сдерживать десяток разбойников? Да они должны были убить вас, а, тем не менее, вы здесь и как всегда совершенно невозмутимы! -Г-жа дю Трамбле очень помогла мне! - произнес де Силлек со светлой улыбкой. - Ее милость великолепно фехтует! -Ах, сударь, вы на самом деле непревзойденный льстец! - заметила Изабелла, больше не боясь его сурового лица. Она смеялась. Ей было так хорошо и уютно здесь, рядом со своими, безгранично родными и надежными людьми, было приятно ощущать горячий взгляд графа де Силлек, слышать звонкий смех Джулии и де Арамисец, отвечать на вопросы верных де Порто и де Батц! С этими людьми она была счастлива! Какое чудо, что они вместе, что на них можно положиться в любом, сама важном деле! -Простите меня, что я не верил вам, - вдруг сказал де Силлек, склоняясь к графине дю Трамбле. Изабелла подняла длинные ресницы. Что-то, что не следовало наблюдать друзьям, витало вокруг них. Что-то необычное, яркое было в уважении, которое высказывала Изабелла, тихо сидя возле графа де Силлек, и в заметной сегодня страсти, что пылала в черных выразительных глазах графа де Силлек. Все вдруг решили вспомнить, что у них важные дела. -Да, кстати вот что еще! - воскликнула Жули, лукаво глядя на своего голубоглазого возлюбленного Анри. - Я обещала отцу сегодня нарвать роз для нашей гостиной! У нас же сегодня гости! Де Арамисец, вы, я надеюсь, помните, что вы приглашены мною особо? Изабелла, милая, встретимся завтра! -Я, конечно, провожу вас, моя прелестная г-жа де ла Шпоро! - произнес де Арамисец и взялся за шляпу. -Очень жаль, что мне приходится оставлять вас, г-да, но меня сейчас ждут у капитана де Тревиля! - заявил Шарль. - Нужно же кому-то сопровождать пойманных нами разбойников в Лувр, тем более что г-н де Тревиль просил нас рассказать подробно, как мы нашли их! А вы, де Порто, вы, должно быть, тоже идете со мной? - и он наступил на ногу Исааку. -О, да, конечно! Тем более что я, кажется, как всегда забыл закрыть дверь в дом! - спохватился тот. Все схватили шляпы, плащи и через минуту с веселыми смешками покинули гостеприимный дом маркизы де ла Шпоро, как стая разноцветных беззаботных птиц, оставляя Изабеллу и г-на де Силлек наедине. -Ну, вы нашли, однако, что придумать, - насмешливо шепнул де Батц де Порто, когда они садились в седла. - Дверь забыли закрыть. Не могли сообразить что- нибудь более жизненное! -А что такое?- изумился де Порто.- Я разве придумал что- то не то? Вы вечно все усложняете, милый Шарль! -Я? -Вы, конечно! -Это почему? -Да потому, что все равно наши милые влюбленные друзья нас не слышали, что бы мы с вами не измыслили.