Crema

(Эспрессо, дополнительно разбавленный водой.) Курт Хаммел любит свою работу, на самом деле любит. Вместе с кровью, потом и слезами (как в буквальном, так и переносном смысле) попасть сюда ему помогла огромная удача. И чтобы остаться на этой должности, он истратит все свои силы и талант. Курт из кожи вон лез, чтобы получить степень по Дизайну одежды в «Парсонсе»*, и собирается углубиться в изучении моды. На факультете его любили, профессора помогали развивать талант, вытаскивая откуда-то из глубины то, о чем он даже не догадывался. Они держались за него в страхе потерять в пользу Института Пратта** или, боже упаси, Западного Побережья. Но по какой-то счастливой случайности или чему там еще мир открылся перед Куртом так широко, как он никогда не мог себе представить или даже мечтать. По крайней мере, в таком юном возрасте. Курт настроен очень оптимистично по поводу своего будущего, и его жизнь движется в этом направлении как нельзя лучше. Сейчас он мечтает обо всем и сразу. О собственной линии одежды, которую до последнего стежка создаст сам. О том, чтобы пожить несколько лет в Милане или Париже, зарабатывая на жизнь с помощью своих верных спутников: сантиметровой ленты и ножниц. Курт хочет путешествовать по всему миру, ощутить вкус жизни, любви, искусства и культуры, сбежать из крохотного американского городка как можно дальше. И к черту все это, если его самой большой амбицией не является занять место Анны Винтур, стать главным редактором Vogue. Он на одну ступеньку ближе к мечте, поскольку уже работает там. Приятная дрожь проходит по позвоночнику к затылку каждый раз, как он вспоминает об этом. Он работает в Vogue. Vogue. И он не просто какой-то метушливый малооплачиваемый практикант, приносящий кофе и почту (хотя первое он делает с большим удовольствием). Нет. Он – ассистент миссис Брэдшоу («Кэрри, черт, Курт, зови меня Кэрри, иначе будешь уволен, потому что ты заставляешь меня чувствовать себя старше, чем я есть на самом деле»), модного редактора Vogue, автора колонки в New York Star, а также четырех, уже скоро пяти, книг-бестселлеров. А также не забудьте о звании иконы моды. Это почти слишком. Каждое утро (пока только шесть из них) Курт Хаммел входит в здание Conde Nast*** на Таймс Сквер с высоко поднятым подбородком. Не имеет никакого значения то, что он несет два стаканчика кофе, и только один предназначается ему. Какая разница, если его сердце до сих пор так сильно стучит, что он уверен: охранник на входе может увидеть, как оно пульсирует в его горле и бьется о ребра. Но ему всего двадцать два, и он – ассистент модного редактора в Vogue. Как так случилось, что эта жизнь принадлежит ему? Курт знает, что среди людей, работающих над журналом, некоторые недолюбливают его. «Кто этот парень?», шепчутся они, когда он проходит по коридору с образцами или еще чем-нибудь для Кэрри. Они думают, что он не заслужил присутствовать на своем первом пятничном совещании. У него нет права находиться за огромным столом, за которым восседают главы отделов. Его место - в стороне, где он помечает на ноутбуке каждую деталь собрания, отчаянно пытаясь сконцентрироваться, в то время как Анна Винтур сидит в метрах от него. Она присутствовала всего раз, и Курт был ослеплен ее величием. Курт хочет впитать в себя всё, что может запомнить, чтобы стать лучшим. Он знает, что обладает природным талантом, но добьется намного большего благодаря правильному руководству. И вот он находится в комнате, где собрались самые талантливые и влиятельные люди в его бизнесе, обсуждая будущее моды. Прямо на его глазах. Происходящее казалось сном до тех пор, пока Кэрри не обернулась и не подмигнула ему. Курт не может винить своих коллег за неприязнь к себе. Он получил эту работу слишком легко, если быть честным; он не хотел этого. Но он так долго и так тяжело работал; почему что-то не может прийти к нему вот так вот легко и сразу? И почему этим не может быть что-то невероятное и меняющее жизнь? Есть люди, готовые убить за это место. Те, кто стремился получить его с того самого дня, как появились здесь. А он возник как из воздуха, пойманный самой Кэрри Брэдшоу на Бруклинском мосту. Курт знает, что ему повезло, но также знает то, что заслужил это. Он тяжело работает и очень талантлив. Он не собирается извиняться за это ни перед кем. Но готов доказать всем, что достоин быть здесь. Курт Хаммел чертовски великолепно справится со своей работой. ~~*~~ Во вторник утром Курт собирается, прихорашиваясь у зеркала. На нем снова белый пиджак от Ральфа Лорена, и не важно, что уже второй день подряд. Это прекрасная вещь, и он будет рисоваться в нем до последнего. Сегодня пиджак придется вернуть своему владельцу, так что Курт будет носить его до того, пока его не сорвут с плеч. Так или иначе, пиджак сидит на нем отлично, подчеркивая широкие плечи и изгиб спины. Это всего лишь образец, буквально из магазина, но все равно идеально облегает руки и талию. Курту будет жаль расставаться с ним, но если это можно назвать недостатком его новой работы, то в будущем стоит ожидать еще более невероятных вещей. И кроме того, Блейн оценил его. Этой причины достаточно, чтобы снова надеть пиджак. Пульс Курта немного ускоряется, когда он думает о милом скромном бариста, и вдруг ловит себя на том, что глупо улыбается сам себе. Казалось, прошла вечность с тех пор, как он наряжался для кого-то, кроме себя, и блеск в глазах Блейна вызывает в груди приятное чувство, заставляя счастье разливаться по венам. Он почти ничего не знает о Блейне, но легко может понять, когда нравится кому-то, а Блейну он нравится точно. Даже если он по непонятной причине пытается это скрыть. Курт небрежно набрасывает на шею шарф собственного дизайна, оставляя видимый участок кожи, поскольку заметил, как Блейн пялился на его шею прошлым утром, и в последний раз проверяет, не испачкал ли где-нибудь свой пиджак. Одно дело – заметить грязь на своей одежде, когда ее легко можно постирать, но эта вещь – дизайнерская, и одно пятно может стоить ему не только работы, но и всего остального. Но пиджак смотрится превосходно, и Курт выходит на свежий утренний воздух Ист Вилледж. Когда Курт заходит в переполненный «Старбакс», за барной стойкой стоит кто-то другой - высокий и худощавый, с копной светлых волос, падающих на лицо. Курт замирает. Он ожидал увидеть здесь Блейна. Блейна с его золотистыми глазами цвета виски и широкой улыбкой. Его тонкой талией, подчеркнутой простым фартуком, и бицепсами, выглядывающими из рукав черного поло, пока он нагревает молоко и тянется за стаканчиками. Блейна, так очаровательно краснеющего, когда Курт пытается немного флиртовать. Курт делает привычный заказ у крохотной темноволосой девушки, почти всегда работающей за кассой, и ищет глазами Блейна, раздумывая о причинах его отсутствия. Странно, но мысль о мокко уже не так приятна, как минуту назад. Когда Курт подходит к стойке за своими напитками, он видит, что Блейн стоит к нему спиной у другого конца бара со шваброй и ярко-желтым ведром в сильных руках. У его ног разлит кофе. Теперь, когда он спрятался за барной стойкой и огромными кофе-машинами, Курт пользуется моментом, чтобы рассмотреть Блейна. Ростом он ниже Курта, его кудрявые волосы кажутся мягкими на ощупь, плечи широкие, а талия удивительно тонкая. Курт думает, что его собственные руки идеально бы вписались в углублениях над бедрами Блейна. Черные брюки тесно облегают ягодицы, и Курт видит через ткань, как сжимаются мышцы. Курт моргает в удивлении, когда замечает, что штаны коротки на несколько дюймов, обнажая загорелые лодыжки. Нет, брюки подобраны по размеру; это такой фасон. Курт не может сдержать радость от понимания, что Блейну удается добавить в свой скучный дресс-код немного моды. И когда он наклоняется, чтобы выжать воду из швабры, Курт довольно наслаждается потрясающим видом его задницы в этих брюках. Курт вздрагивает, услышав свое имя от баристы, и улыбается, когда Блейн тут же выпрямляется и оглядывается. Его глаза, золотистые в освещении кафе, широко распахнуты, почти испуганы, и когда он замечает Курта, который все еще пялится на него, краска приливает к щекам. - Курт, доброе утро, - говорит Блейн. - Ты сегодня освобожден из своей привычной темницы, - Курт кивает в сторону бара, где молодой светловолосый бариста увлеченно наблюдает за ними. Он улыбается, и Курт надеется, что Блейн обсуждает его со своими коллегами точно так же, как и он прожужжал Кэрри все уши о Блейне. - Я… - Блейн бросает взгляд на швабру в руках. Он смущен тем, что его поймали за таким занятием. – У нас был трагический случай кофейного суицида. - Какая потеря. - Так и есть. Он был хорошим напитком, мы будем горевать по нему, - губы Блейна подрагивают. «Хороший знак», думает Курт. «Он шутит со мной. И определенно разглядывает». Курт удовлетворенно замечает, как глаза Блейна осматривают его с головы до ног, а щеки наливаются краской. Каким бы ни был Блейн (и Курту не терпится узнать это как можно скорее), он определенно стеснительный. Интересно, почему Блейн всегда удивляется, когда на него обращают внимание. - На тебе снова этот пиджак, - голос Блейна еле слышен среди звуков испаряющегося молока, болтовни посетителей и пиканья таймеров. Сердце Курта ударяется о грудную клетку, празднуя победу. - Кэрри заметила, как я верчусь вокруг него, и разрешила поносить. Странно, что ко мне не приставили вооруженную охрану. – Он поправляет рукав, проверяя, чтобы тот сидел идеально. Курт надеется, что Блейну нравится шарф так же, как и пиджак. - Кэрри? – спрашивает Блейн, склонив голову. - Моя начальница. Она слишком щедра, но, думаю, я ей нравлюсь. - Твоя начальница, - Блейн замолкает. – Латте. Миссис Брэдшоу. – Кусочки мозаики складываются, и готовая картинка ударяет в голову. – Кэрри Брэдшоу – твоя начальница? Курт не может не вздернуть подбородок от гордости. - Ага. - Кэрри Брэдшоу. Ведущая колонки «Секс в большом городе». Автор бестселлеров. Модный издатель в Vogue. – С каждым словом голос Блейна повышается. – Она твоя начальница? - Да, это она. - Ты работаешь в Vogue. – Блейн чувствует, как надежда, которая медленно росла в его груди всю неделю (сладкая, как первый глоток эспрессо) покидает его, испаряясь и унося с собой все цвета на его лице. Курт настолько невероятный и недоступный, что от этого больно. В Нью-Йорке четверть миллиона геев, и даже если Курт может быть заинтересован только в половине из них, остается еще сто тысяч, с которыми Блейну придется состязаться за его внимание. Он живет в этом городе уже пять лет и точно знает, сколько высоких, шикарных, состоятельных, хорошо одетых геев ходят по Манхэттену. А может, Курта уже кто-то ждет в его безукоризненно обставленных апартаментах. Блейн - всего лишь глупый мальчишка в старой обуви, живущий в тесной квартирке с гремящими трубами на отшибе Ист Вилледж. Он не знает, как давно Курт в Нью-Йорке, но точно достаточно долго, чтобы кто-то («определенно лучше тебя») положил на него глаз – то ли брокер с толстым кошельком, то ли модель с огромным эго, соответствующим его прессу, то ли странноватый художник в поисках музы – и он скоро забудет о бариста, который однажды сделал лучший мокко в его жизни. Курт замечает, как лицо Блейна грустнеет, и удивляется, что пошло не так, и как это можно быстро исправить. Блейн бросает взгляд на барную стойку, где стоят готовые напитки Курта, и прикусывает нижнюю губу. - Твой кофе остынет. «Мне он не нужен», думает Курт. «Ведь его приготовил не ты». - Уверен, с ним все будет в порядке, - произносит он. - Джефф делает хороший кофе. В смысле, твой мокко будет стандартным, не как вчера. – Курт смотрит, как костяшки пальцев Блейна белеют, когда он сжимает швабру. - Я зайду попозже? – с надеждой спрашивает Курт. У него будет перерыв на ланч, а офис прямо за углом, поэтому он может провести все это время в кафе, наблюдая, как Блейн своими умелыми руками готовит напиток за напитком. – И получу свой правильный кофе от мастера. - Я ухожу через пару часов, - голос Блейна полон сожаления. - А завтра? - Тоже. У меня занятия, я обычно так много не работаю. Курт расстраивается, но совсем немного, потому что Блейн сам не выглядит довольным своим расписанием. - Эм, пятница? – Блейн наконец смотрит ему в глаза с надеждой, и Курт на мгновение перестает дышать. – Я буду здесь в пятницу. - Значит, я тоже, - выдыхает Курт. Приятности этого утра возвращаются, заставляя кончики пальцев подрагивать. Если он будет продолжать каждый день пить мокко, то рискует испортить фигуру, но в этот момент Курту наплевать. Он выпьет сотню обычных напитков, если это значит, что получит один особенный от Блейна. Если он снова увидит Блейна. - Значит, в пятницу, - говорит Блейн, когда Курт поднимает свои стаканчики. - С утра пораньше. - Заметано, - Блейн снова прикусывает губу, пряча легкую улыбку. – Жду с нетерпением. Сияющее лицо Курта наверное видно из самого офиса Кэрри. - И я. Когда Курт наконец уходит, почти опаздывая на работу, он уже мысленно пробегает взглядом по своим любимым вещам из гардероба, пытаясь сообразить, что заставит глаза Блейна загореться так же ярко, как и в тот раз, когда он впервые зашел в «Старбакс». ~~*~~ *Парсонс – школа дизайна в Нью-Йорке. **Институт Пратта – частный колледж искусств в Нью-Йорке. *** Conde Nast – журнальное издательство, выпускающее 18 потребительских журналов, среди которых GQ, The New Yorker, Vanity Fair и Vogue.