Crema

Блейн очень теплый, прижимаясь к телу Курта так, как сейчас. Даже когда на их коже еще остывает пот, а морозный январский воздух пробирается через старые окна в квартире Блейна. Курт хочет закрыть глаза и спрятаться в его тепле, позволить насыщенному теплу увести себя в страну снов. Уже поздно – слишком поздно, а им обоим рано вставать – но они теряли себя друг в друге, снова и снова, и время прекратило что-то значить. Зачем нужен сон, когда у него есть Блейн, и его руки, и его тело? Но теперь Курт не может перестать думать, не может остановить мысли, блуждающие в его голове. - Я слышу тебя, - бормочет Блейн, губами касаясь груди Курта. У него влажное дыхание, а нога упирается в бедро Курта. - Я ничего не говорил. – Курт водит рукой по обнаженной спине Блейна, наслаждаясь гладкой кожей и тем, как напрягаются мышцы. - Не вслух. Курт сжимает губы. Он не знает почему так сомневается; они должны поговорить об этом. - Тебя беспокоит то, что я… что я был с другими парнями до тебя, - выпаливает Курт прежде чем начать нервничать. – А ты нет? – Курт густо краснеет; он чувствует, как краска растекается по груди. Почему-то он много думал об этом. И ему претит, что он вообще об этом думает, потому что это не важно. Ничего не важно, кроме Блейна. Но он не знает, что с собой поделать. Блейн приподнимает голову и кладет подбородок на грудь Курта, заглядывая ему в глаза. У него серьезный и любопытный взгляд, вовсе не раздраженный. - Нет, - говорит Блейн и медленно моргает. – Я не думаю об этом в таком смысле. Знаю, что я… что я какой-то ненормальный… - Это не так! - Курт. Все хорошо. – Губы Блейна дергаются, и он проводит ладонью по ребрам Курта. – Можно сказать, что это… это немного необычно быть девственником в моем возрасте. Но так лучше для меня. Или было лучше, пока я не встретил тебя. Ты был… есть… то, чего я раньше не встречал. Как я мог не хотеть попробовать с тобой всё? - Ох. – Курт никогда не поймет, как Блейну удается перехватывать его дыхание каждый раз. - То, что ты был с другими парнями до меня? – продолжает Блейн. – Это просто… это просто часть твоей прошлой жизни. Я не ревную. Ты жалеешь о тех отношениях? - Нет… я, - Курт думает обо всем, что узнал о себе благодаря тем неудавшимся романам. Он думает о том, кем бы стал, если бы они не произошли. – Нет, не жалею. - Это беспокоит тебя? Что ты был с другими парнями, а я нет? - Я… нет. – Курт даже не помнит ощущения их рук или вкус их поцелуев. Все, что знает его тело сейчас – это Блейн; все, чего хочет его тело – это Блейна. – Я просто думал об этом. Как было бы хорошо, если бы мы встретились в школе и были первыми друг у друга. - И единственными. – Глаза Блейна приобретают темный медовый оттенок. - И единственными. – Курт вернулся бы в прошлое и забрал у Блейна его первый поцелуй, но каждый поцелуй в настоящем – лучше, чем все остальные вместе взятые. – А тебя это устраивает? – Курт не знает как сформулировать это, чтобы не прозвучало, будто он испытывает к нему собственнические чувства. Возможно, так и есть. - Что? Не спать ни с кем, кроме тебя? Да. Меня это очень, очень устраивает. У меня есть ты. Я не переживаю из-за всего остального, что мог бы упустить, - у Блейна глубокий и искренний голос. – Я ничего не упускаю, потому что ты для меня – всё. Ох, думает Курт. В желудке что-то сжимается от наплыва его чувств к Блейну. - Пока ты не сравниваешь меня с ними. – В глазах Блейна танцуют огоньки. - Сравниваю. – Курт скользит рукой по позвоночнику Блейна и обнимает его за шею. - Сейчас? - Да, и ты - лучше. Самый лучший. – Курт упирается большим пальцем в сухожилие на шее Блейна, потому что знает, что у него от этого мурашки. - А теперь ты просто тешишь мое самолюбие. – Щеки Блейна покрыты легким румянцем. Он беспокойно двигается, и Курт чувствует его растущее желание собственным бедром. - Нет, Блейн. С тобой это больше, чем секс. Это любовь и доверие. – Курт вспоминает речь своего отца много лет назад. – Это мое сердце. И твое сердце. С тобой так легко, потому что это важно. – Курт не может представить на своих губах губы другого мужчины. Он не может представить, чтобы делил постель и просыпался с кем-то, кто не Блейн. Он больше не видит своей жизни без Блейна в ней, рядом с ним, держа за руку и разделяя свое будущее. И если думать об этом недвусмысленно, то он не может представить кого-нибудь другого внутри себя. - Ну тогда, - Блейн дарит ему влажный поцелуй в грудь. – Хорошо, что я не собираюсь отдавать тебя кому-либо еще. Никогда. – Он прикусывает кожу на боку Курта, и Курт вздрагивает. - Иди сюда, - говорит Курт, почти рыча. Блейн накрывает его тело своим, и Курт притягивает влажный рот Блейна к своему. - У нас работа, - мычит Блейн в его губы, но бедра начинают осторожно скользить, а пот выступает снова. - Это важнее, - Курт обнимает Блейна и прижимает его поближе. – Ты важнее всего. И это самая большая правда.