Глава 2. "Гадский папа".
26 июля 2015 г., 16:43
Эдди старался держаться от отца подальше: даже сейчас, когда шел завтракать, он не мог отделаться от мыслей о нем и его непредсказуемом настроении. Сев напротив Ральфа, Эдди взял вилку и не спеша начал есть, иногда с опасением поглядывая на него, но, похоже, отцу было ровным счетом наплевать на присутствие сына. Он его попросту не замечал. Эдди, прожёвывая кусок бекона, не переставал косо смотреть на отца, боясь очередных пьяных заскоков. К ним присоединилась Долорес. Сегодня у нее было хорошее настроение, она улыбалась и тихо напевала любимую песенку. Но не смотря на это, за завтраком никто не решался завести разговор. Долорес с обожанием смотрела как на сына, так и на мужа, как будто вчерашнего инцидента не было, но те уткнулись в свои тарелки и жевали завтрак.
- Дорогой, тебе нужна сегодня какая-нибудь помощь? - ласково обратилась она к мужу и погладила его по руке.
Ральф не сразу расслышал ее слова и, продолжая глядеть в свою тарелку, вяло проворчал:
- Да чем ты сможешь мне помочь?
- Ну, а какие у тебя планы на этот день?
- У меня голова сейчас взорвется, а ты мне тут на уши крошишь о планах на день, - ворчал он.
Долорес старалась не обращать внимания на грубый тон мужа и только улыбнулась. Понимая, что сейчас он не настроен на разговоры, она прикусила язык и продолжила есть. Только любопытный Эдди во время их короткого разговора постоянно переводил свои голубые глазенки то на маму, то на папу. Как только они замолчали, он уткнулся в тарелку. Все пока было спокойно, как вдруг Ральф громко стукнул по столу кулаком и накричал на сына:
- ДА ПЕРЕСТАНЬ ТЫ ТАК СТУЧАТЬ ВИЛКОЙ ПО ТАРЕЛКЕ! У МЕНЯ И ТАК ГОЛОВА РАСКАЛЫВАЕТСЯ, А ТЫ ТУТ ШУМ ЛИШНИЙ ПОДНИМАЕШЬ!!!
Громкий и грозный голос отца заставил присмиреть напуганного Эдди и тихо ждать, когда отец первым насытится завтраком. Долорес сама не меньше своего сына испугалась крика своего мужа. Ральф засунул в рот последний кусок жаренного бекона, запил чаем и ушел. Эдди сидел в оцепенении, держа вилку с кусочком яичницы у рта. Он чуть не описался от такого очередного морального удара. Отец, конечно, и раньше так на него кричал, но то было предсказуемо. Сейчас он этого совсем не ожидал. Из его ручонки выпала вилка на тарелку, аппетит пропал моментально. Не успел он появиться за столом, как на него обрушилось недовольство отца. Он так и не доел свой завтрак, и вернулся в свою комнату, забыв поблагодарить маму, которая сидела угрюмо за столом.
***
Эдди надел клетчатую рубашку и летние брюки и собрался пойти погулять. С собой он обычно всегда брал старую машинку на веревочке, но отец утром хорошенько его припугнул, и он не решился брать на прогулку игрушку. Эдди старался спускаться тихо. Каждый лишний скрип ступеньки заставлял его замереть и ждать очередное недовольство отца. Если Ральф опять услышит хоть один звук от сына, то, как пить дать, отлупит ремнем. - Эдди, ты куда собрался? - позвала его Долорес из кухни, когда он направился к входной двери. - Гулять! - отозвался он. - А ты зубы почистил? Да, ему вечно надо напоминать о простых водных процедурах. Эдди утомленно вздохнул и направился в ванную комнату. Вслед ему мама сделала замечание: - Эдди, сынок, пора бы тебе уже помнить о таких важных мелочах, как умываться и чистить зубы утром и вечером. Я не могу тебе постоянно об этом напоминать. Сегодня явно не его день, раз он так неудачно начался. Сперва отец напугал своим отвратительным настроением, теперь мама бранит по мелкому пустяку. Что его ждет на улице? Эдди взял свою маленькую зубную щетку, обмакнул ее в зубной порошок, налил в стакан воды и стал неуклюже чистить зубы. Он помнит, как в детском саду детей пытались приучить самостоятельно одеваться, обуваться, убирать за собой в комнате и мыться. Их приучали к этому с самой младшей группы. Но Эдди сейчас ходил в старшую группу, а через год ему поступать в начальную школу. В ванную зашел Ральф, и громко захлопнул за собой дверь. Эдди уронил щетку на пол от хлопка дверью и прижался к раковине, еще сильнее испугавшись отца. Но Ральф лишь кинул на него недовольный взгляд, снял с сушилки чистую майку и ушел. Эдди с горькой досадой выплюнул в раковину зубной порошок и жалобно промямлил: "Ну, почему он так меня не любит?" Для своего столь юного возраста он стал рано понимать, что его отец не испытывает к нему отцовских чувств. Эдди с раздражением вымыл свою зубную щеточку, прополоскал рот и выбежал на улицу. Сегодня великолепная погода: тепло, светит яркое солнышко, птицы поют и дует легкий летний ветерок. Хоть это радует. Но Эдди все равно был огорчен. Ему опять придется проводить время наедине с собой. Друзей у него нет, поиграть не с кем. Мама наводила дома порядок, а отец взялся чинить свой старый фургон еще сороковых годов. Эдди залез на свои ветхие качели и, качаясь, напевал песенку про маленького паучка. Ту песенку, которую он часто ставил слушать на граммофоне, еще плохо ему давалась, не получалось ее запомнить, только припев, и то не весь. А песенку про паучка он выучил быстро. Этим он пытался заглушить нецензурную брань отца, у которого не получалось починить фургон. Вот кому Эдди ни за что не предложил бы помощь, зная, что тот откажется, обругает и прогонит. Он часто думал о том, чтобы все-таки предложить ему помочь, пытаясь все-таки завоевать хоть как-то его доброе к нему расположение, но сегодня у отца нет денег на похмелку, а значит, у него ужасное настроение и лучше не соваться со своими предложениями. Но Эдди все равно было скучно. В своем районе с ним никто не хотел дружить из-за его отца. Ральф был единственным слесарем в районе, но его услугами пользовались неохотно и только в крайних случаях. Он работал и за деньги, и за бутылку. Но связываться с ним не хотели только по одной причине - он редко приходил выполнять свои обязанности в трезвом виде.***
Из соседнего двора послышался девчачий голос. Эдди, как всегда любопытный, решил туда заглянуть. И как ни пыталась ему мама втолковать, что любопытство убило кошку, он все равно совал свой любопытный носик туда, куда не надо. Вот и сейчас он тихо подошел к соседскому забору и, разгребая ветки кустов, заглянул туда. На красивой детской площадке играла с красивой новой куклой девочка Сьюзен Арчер. Она укачивала свою куклу в маленькой игрушечной коляске, напевая колыбельную песенку. Эдди хорошо знал эту девочку: она ходит в среднюю группу в детском саду, ее родители не жалеют для нее сладости и подарки, у нее много подружек, и мальчикам она нравится. Эдди и сам хотел с ней дружить, но она была младше его, к тому же у нее родители более обеспеченные, чем у него. Они наряжают свою дочь в красивые платьица и сарафаны, дарят много подарков, в ее волосах всегда красивые ленточки и заколки. У нее голосок тонкий, как у ласточки, глазки карие, курносый носик и приятные манеры. Многие соседи ее ласково называют «Куколка». Эдди часто видел ее в детском саду во время прогулки. Ему захотелось с ней подружиться, чтобы потом вместе играть, но как к ней подойти? Может, подарить ей цветочек и предложить поиграть вместе? Во многих фильмах мужчины дарят красивым женщинам цветы в знак внимания и симпатии. Может быть, и с ней это сработает? В тех фильмах женщины были до глубины души тронуты таким простым подарком и всегда отвечали улыбкой. Эдди быстренько побежал в свой огород, где мама помимо овощей, любила выращивать и цветы. Цветов было много, но все рвать не будешь. Надо хотя бы один. Он сорвал самую большую красивую ромашку и побежал обратно. Теперь надо как-нибудь подойти к ней и заговорить. Эдди почувствовал себя очень неловко, ведь раньше он никогда не подходил к девочкам, чтобы познакомиться и предложить поиграть вместе. Но понимая, что рано или поздно надо делать первый шаг к знакомству, он обошел забор и зашел в соседский двор. Сьюзен оглянулась и посмотрела на Эдди удивленным взглядом, а он медленно подошел к ней с протянутым цветком: - Это тебе, Сьюзен! Она неуверенно взяла ромашку, продолжая смотреть на незнакомого мальчика. Эдди скромно улыбался ей, не зная, что еще сказать. Она стеснялась не меньше его, но все же спросила своим тонким голоском: - Кто ты? Как тебя зовут, мальчик? - Меня зовут Эдди. Я живу здесь по соседству. - Что ты хочешь? Зачем ты пришел? - Я ничего такого не хочу. Просто хотел тебе предложить поиграть вместе. - А у тебя есть кукла? - Кукла? Нет, но у меня есть робот, машинка и мишка. Сьюзен с раздражением кинула в него его цветок и прогнала: - Ну и уходи, раз у тебя нет куклы! Эдди очень огорчило это и унизило. Он понурил голову и ушел, а Сьюзен вслед, насмехаясь, ему крикнула: - Эдди-спагетти, страшный как йети!!! Так прошло его первое неудачное знакомство с девочкой. Эдди, расстроенный и униженный, вернулся на свои качели. "И не такие у нее уж хорошие манеры, как говорят соседи!" - бурчал он себе под нос. Но не желая быть обиженным, он решил ей ответить тем же. - КТО ОБЗЫВАЕТСЯ, ТОТ САМ ТАК И НАЗЫВАЕТСЯ!!! - подбежал он к соседскому забору и крикнул ей в ответ на ее оскорбления.***
Эдди постоянно переходил с качелей в песочницу, с песочницы на качели, раз за разом слушая ругань своего отца, который, наконец, закончил работу и вернулся в дом. На небе снова сгущаются тучи, видать, опять ждать проливной дождь. Эдди от одиночества так и не смог справиться со своей тоской, не помогали ни игры, ни качели, ни песочница. Хотелось бы ему иметь велосипед, чтобы кататься по тротуару! Но отец скорее разнесет его детскую площадку, чем купит ему велосипед. С разочарованием вздохнув, он поплелся домой вслед за отцом. Ральф после грязной работы с машиной, отправился принять горячую ванну, а Эдди сидел одиноко в гостиной на полу и уныло катал машинку, имитируя звук мотора и звук клаксона. Долорес только что закончила уборку дома и сейчас вязала в кресле, поглядывая на игру своего сына. Эдди иногда смотрел на нее, пытаясь понять, что она вяжет: не то свитер, не то шарф. Но вязала она не долго. Сложив свое вязание в маленькой корзине, она собралась куда-то уходить. - Мама, куда ты уходишь? – спросил Эдди. - К соседке. Надо проверить, как она. Ведь у нее ноги больные, она не может ходить. А ты будь дома! Скоро начнется дождь. Я не долго. Она накинула на плечи летнюю ветровку, обула сандалии и перед уходом, сказала сыну: - Главное, постарайся лишний раз не беспокоить отца. Эдди даже думать об этом боялся, и оставаться хотя бы на пять минут с отцом не хотел, но мама его не брала с собой. Страшно! Что еще можно ожидать от отца? Лучше пойти с мамой. Он уже вскочил с ковра, откатив машинку в сторону, и хотел бежать за ней, но она уже ушла и захлопнула дверь. Эдди насупился и обиженно смотрел на дверь: стало быть, сегодня точно не его день, и ему страшно представить, что еще на него свалится. - ЭДДИ, ГДЕ ТЫ, ВЫРОДОК МЕЛКИЙ???!!! – позвал его отец из ванной. – ИДИ СЮДА! Маленький мальчик всегда содрогался, когда слышал крики гнева своего отца, особенно когда эти крики были обращены к нему, но если он не подойдет, то будет только хуже. Эдди вернулся в гостиную, поставил свою машинку возле журнального столика и потопал в ванную, понурив голову и гадая, что от него хочет Ральф. Он тихо открыл скрипучую дверь и медленно вошел, стесняясь смотреть на отца. Ральф лежал расслабленный в ванне, полной горячей воды. От исходящего пара запотело зеркало и маленькое окошко. Эдди стоял у двери, но на отца не смотрел, покорно ждал, что от него хотят. Он тихо спросил отца своим детским голоском: - Ты меня звал, папа? Ральф как-то странно улыбнулся и подозрительно спокойно ответил: - Да, сынок, я тебя звал. Подойди ближе! Эдди подошел, хоть и боялся. Ральф положил свою большую, волосатую и мокрую руку на маленькое плечо сына, чуть намочив: - Ты ведь хочешь в цирк пойти, не так ли? Эдди виновато кивнул, задаваясь вопросом, откуда он знает про цирк. Спрашивать у него об этом он не рискнул. За вопрос, который Ральфу может показаться неуместным, можно схлопотать сильный подзатыльник и целый набор ругательных слов и оскорблений. Сейчас отец наверняка будет кричать на него из-за простого желания побывать в цирке. Но он подозрительно смотрел на него и странно улыбался, отчего мальчику стало не по себе, и даже жутко: - Завтра я иду на работу, мне неплохо заплатят. Я куплю тебе и маме билет в цирк... Мальчик не поверил своим ушам. Почему вдруг отец так расщедрился? Раньше он всегда ругался и лупил его, а сейчас как-то подозрительно щедро себя ведет, что Эдди не сразу поверил тому, что услышал. - Спасибо, папа! – уже обрадовался мальчик. - Не спеши радоваться!!! – строго прервал его Ральф. Эдди сразу замолчал и виновато склонил голову. - Тебе пора понять, сынок, что ничего так просто в жизни не дается и за все надо платить. И если ты хочешь пойти в цирк, тебе придется это отработать. Эдди и раньше слышал это – за все нужно платить и ничего не дается человеку даром. И к этой фразе Эдди отнесся с пониманием. Но только вот что он должен сделать, чтобы получить желаемое? Он еще маленький и многое не знает и не умеет. Стоить спросить. За это ему точно не должен Ральф всыпать подзатыльник. Он посмотрел на него. Глаза Эдди невольно скользнули с лица отца ниже, и он увидел его первый раз абсолютно голым. Его напугало, когда он увидел его большое достоинство - зажмурив глаза, он попытался вырваться из хватки отца. - Чего ты испугался, сынок? – удерживал тот ребенка и неприятно хохотал. – У тебя такой же вырастет, как ты подрастешь. Ведь ты же мужчина. У всех мужчин растет член. Вырастит и у тебя. Так скажи же мне, Эдди, ты хочешь в пойти в цирк? Эдди перестал сопротивляться, посмотрев испуганно отцу в глаза, и кивнул. Конечно, он хотел побывать в цирке, как и любой нормальный ребенок. Ральф прошептал: - Тогда опусти руку в воду и возьми «его»! Эдди вытаращился, услышав повеление отца. Он хотел снова попытаться вырваться, но Ральф его не отпускал: - Выбирай, сынок! Либо ты делаешь то, что я тебе сказал, и через две недели вы с мамой развлекаетесь в цирке, либо я тебя так отлуплю, что ты никогда не вырастишь и не станешь мужчиной. Вот так ситуация! Отец загнал сына в тупик, зная, как тот его боится. Эдди не знал альтернативы.***
Закончив с тем, что от него хотел отец, мальчик отошел от ванны, где блаженствовал после недавней «услуги», и смотрел на свои руки с ужасом. Он был не просто напуган, а просто шокирован тем, что его заставили сделать. Губы мальчика задрожали, на глазах наворачивались слезы, он был на грани истерики. Глядя на отца с ужасом, он ждал, что тот скажет, опасаясь, что тому покажется мало. Мальчик смотрел то на отца, то на дверь. Хотелось убежать отсюда поскорее в свою комнату, закрыться там и долго оттуда не выходить. Ральф довольно посмотрел на сына: - Молодец! Ты угодил папе. Через две недели ты и мама пойдете в цирк! Хлопнула входная дверь. Эдди аж подпрыгнул на месте. Долорес быстро вернулась от соседки. Ральф напрягся и пригрозил сыну: - Если ты ей все расскажешь или хотя бы намекнешь, то я тебя утоплю в бочке с соляркой!!! Понял? Эдди несколько раз кивнул. Уж что-что, а с отцом он не стал бы шутить, зная, что он свое слово обязательно сдержит, каким бы оно не было. - Вот и славно! А теперь проваливай!!! – прогнал он его. Ему не требовалось повторять дважды, и это изгнание Эдди воспринял, как глоток свежего чистого воздуха. Он выбежал из ванной, как ошпаренный, и прямиком направился на второй этаж в свою комнату, чуть не сбив маму в коридоре. - Эдди, как не стыдно!!! Нельзя бегать по дому!!! – ругалась она. Эдди было так страшно и неприятно после того, что он сделал, что под ноги он совсем не смотрел, отчего пару раз споткнулся на лестнице и даже возле своей комнаты запнулся об ковер и упал. Но шок от пережитого заглушил боль, и он ничего не почувствовал. Как только он оказался в комнате, сразу захлопнул за собой дверь, не желая видеть ни мать, ни уж тем более отца, которого теперь стал сильнее бояться. Он прыгнул на кровать и стал горько-горько плакать в подушку. В голове не укладывалось то, что он недавно пережил. Как родной отец мог опуститься до такого? Ведь Эдди всего пять лет, он ничего, кроме простых детских забав, не знает, даже невинный поцелуй в щечку для него пока неизвестен. Его целует в щечку только мама. Но теперь беда в другом. Невзирая на свой столь юный возраст, Эдди быстро понял, что его отец нашел отличный способ использовать сына – шантаж. И сейчас он содрогался от мысли, что нечто подобное может повториться. Ведь если он сперва частенько лупил его, толкал и давал подзатыльники, то сейчас... Эдди несколько раз стукнул своим кулачком об спинку кровати от подобных мыслей. Откуда они? Ведь он еще совсем маленький. Или же просто он уже начинал понимать и видеть своего отца с худшей стороны. Так это или нет, но от него хорошего можно было не ждать. И теперь Эдди со своими желаниями будет осторожен: он будет просить мать не говорить отцу о них или вообще стараться не проявлять интерес. Эдди долго не выходил из своей комнаты и молился, чтобы к нему не зашла мама. Ведь она сразу поймет, что что-то случилось. И что она скажет потом отцу, когда обо всем узнает? Он ее слушать не станет и заткнет ей рот парой ударов кулаком. Ничего не осталось, придется молчать и как-то жить с этим. Но как он ни старался успокоиться, слезы сами текли по щекам, а из горла так и вырывался рев. Когда сил на это не осталось, Эдди просто лежал на кровати и всхлипывал. Время уже было обеденное, но он не чувствовал голода. Послышались шаги на лестнице. Эдди зажался, опасаясь, что это отец, но шаги были тихие, к тому же Ральф никогда не заходил к нему в комнату. Дверь открылась. Ну, конечно, это была мама. - Сынок, пойдем обедать! Что с тобой? Почему ты плачешь? - взволновалась она, увидев сына в слезах. Но он ничего не сказал, протирая глазки от слез. Долорес присела рядом, достала из кармана носовой платочек и, утирая слезки с лица любимого сына, спросила ласково: - Ну, не плачь, мой ангелочек! Расскажи маме, кто тебя обидел? Папа? Эдди уже собрался ей все рассказать, но в мыслях, словно гром, ударило воспоминание об угрозе отца. Понимая, что последствие будет адским, он решил соврать: - Меня...С-с-сьюзен...назвала "Эдди-спагетти, страшный как йети"! Долорес мило улыбнулась сыну, прижала его к груди и, утешая, произнесла: - Сьюзен Арчер? Ну, сынок, она же девочка. Не обижайся на нее. Она младше тебя и не понимает, что говорит. Ведь ты же мальчик, а значит, не должен плакать. Будь сильным и ничего не бойся. Ты же большой у меня. Посмотри, как ты вырос. В детском саду все мальчики завидуют твоему росту. Эдди внимательно слушал мать. Ведь она права. Она всегда права. Хоть немного, но ему стало легче. - Вот и молодец, сынок! Не надо плакать! Плачут только девочки. А ты мужчина, который не боится боли и трудностей, - продолжала Долорес. - А сейчас пойдем обедать. Твой папа уже пообедал и сейчас работает в амбаре. Так что можешь его не бояться!***
Эдди, хоть без аппетита, ел кукурузный суп, а Долорес сидела с ним за столом и вязала. Когда у нее было свободное время, она всегда вязала или читала. Эдди ел не спеша, постоянно наблюдая за мамой. - Мама, мама, скажи, почему папа такой злой? - вдруг решил он ее спросить. Она отвлеклась от вязания: - Не знаю, сынок. Может, все дело в его вредной привычке? - Почему он пьет? - Не знаю. Но я уверена, что он все равно любит тебя и меня. Эдди с трудом в это верил. Он не так испугался, если бы отец был пьян, когда попросил его сделать «одно дело», но тот был трезвый и все понимал. Но все равно дилемма не давала покоя: - Почему же он тогда бьет тебя и меня? - Сынок, он просто не может побороть в себе страсть к пьянству. - Но он себя так ведет, даже когда трезвый. - Я не смогу тебе объяснить его поведение. Мне самой бывает трудно его понять. - Мама, почему ты его не бросишь? Тетя Жоржета ведь бросила своего мужа дядю Сэма, когда он привел домой другую тетю. - Наша протестантская церковь учит, что развод допускается только в случае прелюбодеяния. Тетя Жоржетта верно следует этому учению, вот она и развелась с мужем. А сейчас у нее ножки не ходят. Я же не могу уйти от твоего отца, так как он не изменяет мне. Моя участь терпеть его побои и унижения. Эдди не мог этого понять. Как можно терпеть такое? Разве это правильно? - Ешь суп, Эдди, а то он скоро остынет, - снова увлеклась она вязанием. Он так и не получил ответов на свои вопросы. Мама не любит говорить на эту тему. Эдди это заметил по ее недовольному выражению лица. Зря Долорес говорит, что многое не знает и не понимает. Все она знает, просто не говорит сыну об этом в силу его юности. Возможно, пока для него это будет загадкой. Со временем он сам все поймет.***
- Мама, я написал письмо своему брату Джеку и хочу его отправить ему, но не знаю адреса. Ты мне поможешь? - спросил Эдди, убирая за собой тарелку. - Зачем ты хочешь отправить ему письмо? Через месяц он приедет сюда погостить на неделю. У меня как раз будет отпуск, - ответила Долорес. - Он приедет? Здорово!!! - Конечно. Так что не нужно слать ему писем. - Мама, папа сказал, что завтра ему хорошо заплатят за работу, и он купит тебе и мне билеты в цирк. Ведь ты рассказала ему, что я очень хочу туда? - Да, рассказала. А что такого? - Пожалуйста, не говори ему больше о том, чего мне хочется. Я боюсь его. - Тебе не стоит его бояться. Он твой отец и должен выполнять свои отцовские обязанности. С мамой не поспоришь. Она и здесь тоже права, но Эдди, вспоминая, что ему сегодня пришлось сделать отцу, предпочел бы остаться заморышем, чем снова угождать извращенным отцовским требованиям.
