Жертвы красоты

В течение двух дней после убийства Катя приходила на работу раньше всех и уходила позже, носилась как угорелая, по Омску, опрашивая всех, кто хоть немного был знаком с Инной Линской, даже обежала несколько цветочных магазинов, находящихся неподалёку от места преступления, и достала продавцов расспросами людях, покупающих жёлтые розы. Владимир и его друзья не переставали удивляться работоспособности девушки. – А твоя подопечная-то старательная! – Олег, у которого появилось немного свободного времени, заглянул в кабинет Калинина. Вскоре к нему присоединился и Полуянов. – Девочка она способная, – кивнул Владимир, – только слишком чувствительная. Увидела давешний труп, так ей плохо стало. – Молодая ещё, неопытная, – откликнулся Михаил. – Потом привыкнет. Я, когда зелёным новичком был, тоже от первого трупа чуть сознание не потерял. Там мужика застрелили, ему полбашки пулей снесло! И мозги на асфальте... – Миш, давай без подробностей! – Олег как раз наливал себе в чашку кофе. – Ты эту историю уже тысячу раз рассказывал. – А вообще, я, конечно, за равенство полов, но женщинам в убойном отделе не место, – переменил тему Полуянов. – Работали бы инспекторами по делам несовершеннолетних, расследовали бы кражи и тому подобное... – Без женщин в уголовном розыске никак нельзя, – возразил Соколов. – Женщины от природы более внимательны, у них глаз цепляется за детали. Среднестатическая женщина может разглядеть то, чего не заметит самый зоркий мужчина. Кроме того, интуиция у них развита... – А ты как думаешь, а, Жеглов? – Миша повернулся к Калинину. Владимир промолчал, сделав вид, что увлечён работой в компьютере, но по сердцу словно провели чем-то острым. Когда-то давно он был знаком с женщиной, которая дала бы фору десятку таких, как Полуянов. Он любил – или думал, что любит эту женщину... Нет, нельзя. Нельзя вспоминать о прошлом, его всё равно не вернёшь и не изменишь. История не терпит сослагательного наклонения. *** На третий день поступило известие о новом убийстве. Как и в прошлый раз, Владимир заглянул в кабинет Кати и произнёс: "Екатерина, пора ехать". И снова мурашки по коже, поездка в автомобиле – на этот раз более долгая, двор, скрытый от солнечных лучей стенами домов... Единственное различие было в том, что этот двор был почище того, в котором нашли Инну Линскую. На лежащее тело Катя посмотрела уже более спокойно. Женщина с длинными чёрными волосами распростёрлась рядом с серебристой "тойотой", на груди покойницы красовалась жёлтая роза. Неподалёку лежала сумка. Эксперты-криминалисты уже исследовали место преступления. – Причина смерти – пулевое ранение в голову, – сообщил один из них. – Пуля попала прямо в лоб. – Так же, как и у предыдущей, – негромко протянул Владимир. – Притом ничего ценного не пропало, значит, убийство совершил не грабитель. Катя тем временем уже опрашивала жильцов дома. Их было немного, и стояли они в отдалении, небольшими группами. – Кто обнаружил тело? – Я, – мужчина средних лет, с пивным животом, шагнул вперёд. – Валентин Степанович Корзенко. Вышел из дома, только к машине подошёл и увидел её. Думаю, ... мать! Он обильно пересыпал свою речь нецензурными словами, Катя морщилась, но терпела. Ничего особенного Корзенко не сообщил. Труп он обнаружил в семь часов утра, покойную узнал – её звали Елена Красноярова. Кто-то из жильцов вспомнил, что она работала репортёром. Серебристая "тойота" принадлежала ей. Азарова отошла к Калинину и поделилась с ним информацией. – Вы как в воду глядели, Владимир Денисович. Я думаю, это действительно маньяк. – И он приехал вместе с Краснояровой на машине, – добавил Калинин. – Откуда вы знаете? – Посмотри, что мы нашли в "тойоте", – он подвёл Катю к машине. Эксперт показал прозрачный пакетик с лежащим в нём зеленоватым круглым брелком от ключа. – Это лежало под передним пассажирским сиденьем. Я осмотрел ключи, находившиеся в сумке убитой, и не обнаружил следов оторванного брелка. Скорее всего, он принадлежал человеку, ехавшему вместе с жертвой в машине. – Значит, вы думаете, что убийца был знаком с жертвой? – спросила Катя. – Скорее всего, да, – ответил Владимир. – И этот брелок принадлежал ему? – Верно. – Жалко, что на нём нет инициалов, – попробовала пошутить Азарова, но Калинин посмотрел на неё строго: – Может, тебе ещё написать на этом брелке фамилию, имя и отчество убийцы? – Ну, я же совсем не это имела в виду, – смутилась Катя. – Я просто вспомнила фильм "Ищите женщину". Там ведь тоже был брелок... – Ты смотришь старые фильмы? – удивился Владимир. – Да, а что тут такого? – А фильм действительно хороший, – взгляд Калинина потеплел. – Великолепная Софико Чиаурели... *** Отец убитой Елены, Роман Краснояров, был совершенно подавлен случившимся. Он героически пытался сдерживать слёзы, но концы седых усов намокли, а каре-зелёные глаза блестели слишком ярко. – Но Л-Леночка была так молода, ей было в-всего двадцать девять! – его голос дрожал и срывался. Владимир порадовался, что Кати с ним нет – она наверняка не выдержала бы и расплакалась. – Роман Игоревич, – мягко начал следователь, – скажите, вы один воспитывали дочь? – Да, её мать ушла, когда Лене было всего четыре года. Я не знаю, что с ней, и не хочу знать! – Когда вы в последний раз видели Елену? – Два дня назад. Она живёт... жила отдельно, но часто навещала меня. Пришла, попила чаю, мы с ней очень хорошо поговорили. – Вам не показалось, что она чем-то встревожена, обеспокоена? – Нет-нет, Леночка была очень весёлой. Рассказывала про свой последний репортаж – она ведь работала в редакции газеты "Вечерний Омск", вы знаете? Она побывала на каком-то национальном празднике, изучала обычаи и традиции... Но я плохо помню, – Краснояров потёр висок. – А её друзей и коллег вы знали? – Не очень близко. И не представляю, кто мог её застрелить. Ведь... это не человек, это зверь! Чудовище! Лена никому не причиняла вреда! Правда, у неё было много поклонников, кавалеров, но никто из них не посмел бы пальцем её тронуть! Она не была стервой, которые используют мужчин, она просто их очень любила. – Последний вопрос. Вы когда-нибудь видели у Елены или кого-нибудь из её знакомых брелок в виде плоского зелёного камня? – Брелок для ключей? Нет, не помню... Ленины друзья редко приходили к нам, да и мне не приходило в голову рассматривать их ключи... Скажите, вы ведь найдёте его? – в глазах Романа блеснула безумная надежда. – Найдите убийцу, заклинаю вас! – Мы сделаем всё возможное, обещаю вам, – ответил Владимир, чувствуя неприятное леденящее чувство в груди. "Странно, откуда такая чувствительность? От Екатерины заразился, что ли?" *** А Катя Азарова в это время мотала нервы сотрудникам редакции газеты "Вечерний Омск", расспрашивая их про мельчайшие подробности жизни и работы Елены. Все описывали Красноярову, как общительную и жизнерадостную женщину, хотя друзей у неё было немного. – Лена была хорошей женщиной, – произнесла Марина, полная немолодая женщина, прятавшая большие зелёные глаза за очками в роговой оправе. – Конечно, кое-кто её недолюбливал, кто-то завидовал успеху, но убивать из-за такого никто бы не стал, поверьте мне. Леночка была красивой, нравилась многим мужчинам и, так сказать, не отказывала себе в удовольствии... – Да гулящая она была! – неожиданно выкрикнула жгучая брюнетка с короткой стрижкой и грубыми чертами лица. – Вертела хвостом направо и налево, так и запишите в своём блокноте! – Да как ты смеешь, Анна! – возмутилась Марина. – О мёртвых либо хорошо, либо ничего! – А я молчать не буду! – Анна подошла к Кате поближе. – Я её терпеть не могла, так и запишите. Но я её не убивала, и у меня, между прочим, есть алиби! – За что вы её так ненавидели? – спросила Катя, пытаясь сохранять спокойствие. – За красоту, – донёсся голос от соседнего стола. – И за успех, конечно. Аннушка терпеть не может, когда кого-то при ней хвалят, верно ведь? К Кате приближался молодой мужчина – высокий, темноволосый и голубоглазый, из разряда «писаных красавцев». Голос у него был глубокий и приятный. – Молчал бы, Костя! – возмутилась Анна. – Я-то помню, как ты подкатывал к Ленке, а она воспринимала тебя "исключительно как друга"! – нарушительница спокойствия развернулась на каблуках и отправилась к своему столу. – Константин Полынцев, фотограф, – представился красавец. – Являюсь одним из немногих мужчин в этом серпентарии. Чем могу служить? – Вы были близко знакомы с Еленой? Расскажите о ней. – Не могу сказать, что близко, но я её знал. Как сказала наша прекрасная ядовитая Аннушка, мы в некотором роде дружили. – Скажите, она могла знать что-нибудь такое, за что её убили? Скажем, вела какое-нибудь журналистское расследование? – Нет, вовсе нет. Лена делала репортажи про городские мероприятия, праздники, субботники и тому подобное. Никаких связей с криминалом не было. – А она не была знакома с девушкой по имени Инна Линская? – Катя выудила из сумки заранее захваченную фотографию Инны и предъявила Полынцеву. Тот долго и внимательно вглядывался и наконец объявил: – Никогда не видел эту девушку. А что с ней случилось? Её тоже убили? – Да. Так же, как и Елену – застрелили. – Вот будет материал для криминальной хроники, – пробормотал Константин, а потом поднял свои светлые глаза на Катю: – Скажите, а я ничем не могу вам помочь? Понимаете, Елена всё-таки была моей подругой, и я хотел бы поучаствовать в расследовании. Не подумайте, что я навязываюсь, но... – Вот мой телефон, – Азарова записала номер мобильного на бумажку и протянула её фотографу. – Если вы вспомните что-нибудь важное, связанное с Еленой, позвоните мне. Всего хорошего! *** В этот день Катя ураганом ворвалась в квартиру матери и стремительно направилась к стопке старых газет, установленной на пианино. Мария Павловна только удивлённо хлопала глазами, наблюдая за перемещениями дочери. – Катя, что с тобой? – Ищу последние номера "Вечёрки", – пояснила Азарова, продолжая раскапывать газетные залежи. – Одну из сотрудниц редакции недавно убили. Рассказывая о своём первом расследовании, Катя вытаскивала газеты, находила статьи, подписанные именем Елены Краснояровой, и то и дело прерывалась, чтобы внимательно прочитать текст. Но статьи были самого невинного содержания, а имя Инны Линской или кого-нибудь из её знакомых не упоминалось ни разу. Наконец уставшая Катя плюхнулась на пол и простонала: – Не вижу никакой связи! – А может, не надо искать так глубоко? – предположила Мария, садясь рядом и обнимая дочь. – Всё лежит на поверхности? – Что ты имеешь в виду? – Катя непонимающе посмотрела на мать. – Скажи, что общего у жертв? – Обе женщины, брюнетки, в возрасте от двадцати до тридцати лет, – начала перечислять Катя, потом, подумав, добавила, – красивые. – Стоп! – Мария Павловна хлопнула в ладоши, как будто поймала муху. – Что, если в этом и кроется ключ к разгадке? Жертвы не были знакомы, убийца убивал их просто потому, что они – красивые брюнетки. – Но Владимир Денисович говорит, что Елена наверняка знала своего убийцу, раз согласилась подвезти его. – Этого я не знаю, – пожала плечами Мария. – Может быть, преступник не знал первую жертву, но знал вторую, может, он знал обеих, но они не были знакомы между собой. Но я считаю, что убийца – маньяк, а жёлтая роза, скорее всего, не символ предательства, а своего рода автограф или печать убийцы. – Мама, мне страшно, – Катя поёжилась. – Маньяки не так страшны, как их малюют, – Мария погладила дочь по голове. – Главное – разгадать их психологию. В этот же вечер Азарова вернулась на работу и выдала Владимир эту версию. – Мама, так же, как и вы, думает, что убийства совершил маньяк, – подытожила она. – Возможно, – кивнул Калинин. – Тогда будем отталкиваться от исходных данных. Кто может убивать красивых женщин? – Мужчина, которому эти женщины чем-то насолили. Изменили, предали, испортили жизнь. – Или женщина, которая страдает из-за собственной внешности. Ты что-то рассказывала про некую Анну? – Да, но если бы она была убийцей, разве стала бы она так открыто выражать свои чувства? – удивилась Катя. – И потом, она сказала, у неё есть алиби. – Не знаю, не знаю, – покачал головой Владимир. – В любом случае его следует проверить. Завтра. А сейчас займёмся документами. – Я как раз собиралась отнести это Виктору Петровичу, – Катя поднялась с кресла, прижимая к груди стопку бумаг, но голова внезапно закружилась, и девушка почти рухнула на пол. "Почти" – потому что Владимир продемонстрировал быстроту реакции, подхватив Азарову. – Что с тобой такое? – он помог Кате вернуться в стоячее положение и заглянул ей в лицо. – У тебя круги под глазами. И лицо бледное. – Простите, это всё от недосыпа, – Катя высвободилась из его рук и уже сделала шаг по направлению к выходу, но Владимир решительно отобрал у неё бумаги и строго произнёс: – Немедленно отправляйся домой и ложись спать. – Но у меня ведь ещё куча работы... – растерялась Азарова. – Екатерина, иди спать. Это приказ! – Владимир сверкнул глазами, и Катя поспешила к выходу. Калинин подождал, пока цокот её каблуков не стихнет, и лишь тогда уселся за стол.