Жертвы красоты

До пятницы Катя дожила без приключений. Они с Владимиром снова опросили родственников и знакомых всех трёх убитых, пытаясь выяснить, не видели ли они Ларису, но ответ всегда был отрицательным. Либо Бешметова выслеживала жертв, сама оставаясь незаметной, либо выбирала их наобум. Негласное наблюдение, установленное за подозреваемой, особенных результатов не дало. Лариса Бешметова покидала квартиру только для того, чтобы сходить в магазин или аптеку, остальное же время проводила дома. Ни одной застреленной красивой женщины с жёлтой розой за последнюю неделю найдено не было, и Катя уже было обрадовалась, что убийства прекратились, но Владимир жёстко сказал: – Екатерина, запомни, убийства прекращаются только в двух случаях: либо маньяк сидит за решеткой, либо убит. Если же он на свободе, возможен рецидив. Кое-какие полезные плоды принесла поездка в Чернолучье. Азарова разыскала там Тамару Васильевну, хозяйку маленького частного домика, и расспросила её о подробностях отдыха Милены. Тамара Васильевна оказалась типичной старушкой – "божьим одуванчиком". Узнав о смерти бывшей постоялицы, она заохала и закрестилась, потом, спохватившись, пригласила Катю в дом. По словам пенсионерки, ничего экстраординарного во время пребывания Милены в её доме не происходило. – Хорошая женщина была, тихая. Парней не водила, подруг тоже. Гуляла, купалась в речке, может, встречалась с кем-то, но домой всегда одна возвращалась. Иногда даже мне по хозяйству помогала. – Может быть, она была чем-то встревожена? Или с кем-то разговаривала по телефону, ссорилась? – продолжала допытываться Екатерина. – Нет, у неё всё время было хорошее настроение. А по поводу телефона... да, звонила она кому-то перед тем, как выезжать. Просила её встретить и ещё говорила что-то вроде... сейчас вспомню... А, точно! "Хоть я тебя и бросила, но могу обратно к тебе вернуться", – как-то так. – Она разговаривала с мужчиной? – переспросила Катя. – Должно быть, так. А потом попрощалась со мной, улыбнулась и уехала. Кто ж знал, что такое горе приключится, – Тамара Васильевна снова перекрестилась. В Омск Азарова возвращалась в смятенных чувствах. Получается, что её версия про некоего знакомого Милены, который встретил её на остановке и проводил до дома, была верной? Или он только обещал, но не смог её встретить? Почему Милена говорила, что бросила его? На следующий день Катя ещё раз опросила всех знакомых мужчин Милены, проверила их алиби, но все они в ночь убийства находились в другом месте: кто-то на ночной смене, кто-то на затянувшейся вечеринке, а кто-то проводил ночь с девушкой. Пётр Айзенкопф, возлюбленный Милены, просидел всю ночь в больнице с сестрой Валерией – у неё были проблемы с сердцем. С этим самым Петром у Кати вышел серьёзный разговор. Молодой человек выглядел абсолютно поникшим, смотрел на Азарову ничего не выражающим взглядом, на вопросы отвечал тускло и односложно. – Скажите, а Милена встречалась с кем-нибудь до вас? – пыталась пробиться сквозь стену равнодушия Катя. – Не знаю... Спросите у её матери. – Я уже спрашивала Маргариту Ивановну, и она ответила, что не знает. У них были не самые лучшие отношения, насколько я поняла. – Милена ничего не говорила мне о своих прошлых кавалерах, а я не спрашивал. – Послушайте, но она же была вашей возлюбленной? – не выдержала Катя. – Разве вас не интересовала её судьба? И когда Милена уехала в Чернолучье, неужели вы за неё не волновались? – Я любил её, поймите! – в голосе Петра зазвучала боль. – Не хотел садить её на цепь, хотел, чтобы она была свободной. Я доверял ей, поэтому ничего не спрашивал. Я думал, что так будет лучше... – Возможно, помимо вас она встречалась с кем-то ещё, – осторожно заметила Катя. – Мне всё равно. Теперь, когда Милена мертва, это не имеет ни малейшего значение. Послушайте, – устало сказал он, – вы знаете, что я сделаю, когда всё это закончится? Поднимусь на крышу, разбегусь и прыгну. И всё будет кончено... – Не смейте! – Катя крикнула слишком громко, но когда поняла это, останавливаться было уже поздно. – Вы подумали о своей сестре? О родителях? Об учениках, в конце концов? Какой пример вы им подаёте? – Мои родители уже давно не интересуются моей жизнью, им наплевать, – глухо ответил Пётр. – А Валерии тоже наплевать? Что, если у неё не выдержит сердце? Своей смертью вы погубите и её тоже. А какого будет вашим родителям терять сразу двух детей? – Я без Милены жить не смогу, – упрямо сказал Айзенкопф. – Сможете, – твёрдо сказала Катя, заглядывая ему в глаза. – Знаете, когда-то в молодости я тоже влюбилась в одного парня, а он бросил меня и уехал с другой в Москву. Я тогда металась, хотела убить то себя, то его, то его подружку. Может, и убила бы, если бы не вмешалась мама. Мы с ней поговорили по душам, и всё закончилось хорошо – если не считать одного изрезанного платья. – Зачем вы мне это рассказываете? – вяло поинтересовался Пётр. – Затем, чтобы вы поняли – я тоже любила и тоже теряла. Я понимаю вас, но ведь нельзя же загубить себя только из-за... – Ваш возлюбленный уехал всего-навсего в Москву, а не на тот свет! – перебил её Айзенкопф. – Поверьте, для меня это было одно и то же. И, тем не менее, я сейчас сижу перед вами, живая и здоровая. Вы же молоды, у вас вся жизнь впереди, а вы собираетесь её прервать из-за женщины, которая, возможно, этого недостойна! – Не смейте так о Милене! – он сверкнул глазами. "Уже хорошо, хоть какая-то реакция появилась", – подумала Катя. – Господи, почему я должна объяснять вам, взрослому мужчине, такие элементарные вещи? – она воздела руки к небесам, и тут зазвонил мобильный телефон. Пётр взял трубку, послушал, и лицо его просветлело. – Лера? Приехать к тебе? Хорошо, сейчас, – он выключил телефон и очень серьёзно посмотрел на Катю. – Может быть, вы не переубедили меня окончательно, но что-то в моей душе изменили. "И на том спасибо", – думала Катя, возвращаясь на работу. "По крайней мере, в ближайшие дни он руки на себя не наложит". *** Пятница подкралась незаметно. Полуянов пришёл на работу весёлый, много шутил и приглашал всех подряд на свой день рождения. Не избежала этой участи и Катя. Она попробовала было отказаться, но Михаил строго заявил: – Обижаешь, Катюша! А это грех, я ведь, между прочим, именинник! – Лучше соглашайся, – театральным шёпотом посоветовал Олег Соколов, – а то он к тебе прилипнет, как жвачка. Разумеется, Екатерина согласилась. Ей удалось уйти с работы пораньше, и она отправилась искать подарок, а затем – нарядное платье, поскольку в домашнем гардеробе Азаровой таковых не имелось. Вернее, она бы надела свои обычные блузку и юбку, но о празднике прослышала Мария Павловна и заявила: – Моя дочь не будет выглядеть как монашка! Пошли по магазинам, подыщем тебе платье. – Ну маам, – протянула Катя, но спорить с Марией, которая в данный момент превратилась в сурового полковника, было бесполезно. В итоге Катя чуть не опоздала на праздник. Чисто убранная квартира капитана Полуянова сияла от света большой люстры, свисавшей с потолка. Стол был накрыт, возле него крутилась, раскладывая ложки, ножи и вилки, восьмилетняя дочь Михаила, Лида, гордясь тем, что ей поручили столь важное дело. Жена Полуянова, изящная темноглазая шатенка по имени Арина, то и дело бросала на девочку встревоженный взгляд – не порезалась бы! Гости прибывали долго, рассыпались в поздравлениях имениннику, шутили, смеялись... Здесь, на празднике, они могли забыть о своей работе и побыть простыми людьми с их печалями и радостями, а не капитанами, майорами и лейтенантами, от которых зачастую зависит жизнь множества людей. Катя пришла, когда все уже садились за стол. Полуянов сам открыл дверь и ввёл девушку в гостиную со словами: – А вот и наша новенькая! Прошу любить и жаловать – Екатерина Азарова! На миг все разговоры замолкли. Катины сослуживцы, видевшие её раньше, были потрясены произошедшей переменой, а Владимир Калинин и вовсе поймал себя на том, что сидит с открытым ртом. И было чему изумляться! Шёлковое зелёное платье оголяло стройные ножки, ранее спрятанные под длинной юбкой, русые волосы Кати, обычно заколотые в аккуратный пучок, были распущены и спадали на плечи красивыми локонами. Макияжа на лице было совсем чуть-чуть – ровно столько, чтобы подчеркнуть все его достоинства. Неловкое молчание прервал один из закадычных друзей Михаила, хромой майор Зондин. – За нашего дорогого друга, Мишку Полуянова! – зычно произнёс он, поднимая бокал. – Пожелаем ему, чтобы он по-прежнему в свои шестьдесят четыре выглядел на сорок шесть! – Да ладно тебе! – рассмеялся Полуянов. – Завидуешь, что я моложе тебя? Хлопнула вылетевшая пробка, заплескалось в бокалах золотистое шампанское. Гости стали вручать подарки. Екатерина, в свою очередь, протянула Мише тёплый шарф. – Пригодится зимой – уши согревать! – объявил Полуянов и тут же обмотал подарок вокруг шеи. Потекли нескончаемые разговоры. Кто-то начал описывать все свои приключения в полиции, не упуская анатомических подробностей, но болтуна прервали: "Не за столом же!" Маленькую Лиду, волчком вертевшуюся возле стола, мама отправила спать. Рядом с Катей оказалась эффектная рыжеволосая женщина с приятной улыбкой. – Женя Званская, супруга Олега Соколова, – представилась она. – А вас я знаю, муж много о вас рассказывал. – Правда? – смутилась Катя. – И что же он такого наговорил? – Хвалил вас, называл самой старательной и проницательной. Скажите, а вам не страшно работать в полиции? Я понимаю, что вас, скорее всего, уже достали этим вопросом, но всё же... – Не страшно. Я с детства мечтала стать следователем, у меня мама – полковник в отставке, – похвасталась Катя. – А вы кем работаете? – Я учитель русского языка, – ответила Женя. – И могу с гордостью сказать, что однажды попробовала себя в роли частного детектива. Как раз тогда я и познакомилась с Олегом. – Расскажите, – попросила Екатерина. – Не сейчас, история длинная и не слишком... аппетитная. С тех пор я дала себе слово не прикасаться ни к каким расследованиям. – Господа-товарищи! – Арина подошла к магнитофону. – Поели – пора растрясти жирок! Потанцуем? Эту затею гости восприняли с энтузиазмом. Заиграла негромкая, но приятная мелодия, и люди, распределившись на пары, закружились в вальсе. Арина танцевала с Михаилом, Женя – с Олегом, а Кате достался Владимир. Он вёл свою партнёршу уверенно, так что та позволила себя расслабиться и склонила голову набок. Когда в последний раз на её спине так уверенно лежала мужская рука? Когда ещё ей было так хорошо, тепло и уютно? Казалось, что не надо никуда спешить, не будет никакого "завтра" с новыми трупами и расследованиями, а можно вальсировать вечно... Всё происходящее было очень... правильным, и мужчина рядом с Катей находился правильный. Он – именно тот, кто ей нужен. Эта мысль скользнула по краешку сознания и уплыла, а вспомнилась намного позже. Пока что Катя просто кружилась в медленном танце, не думая ни о чём. Владимир смотрел на свою партнёршу, не понимая, что с ним происходит. Никогда раньше он не испытывал такой щемящей, накатывающей волнами нежности. Катя, молодая, хрупкая и красивая, была рядом, и от этого весь мир казался светлей и чище. А ещё чуть-чуть закололо сердце – словно раскалывался сковавший его лёд. "Стоп. Не смей даже думать об этом", – ворвался в сознание предостерегающий внутренний голос. "Она младше тебя на тринадцать лет, чёрт возьми! Ты не можешь влюбиться, как мальчишка!" И словно туман спал с глаз Калинина. Он посмотрел на Катю – с распущенными волосами и полузакрытыми глазами она была похожа на Офелию. Мелодия закончилась, и Владимир с облегчением вырвался из плена непонятного чувства. – Прости, Екатерина, но я устал, – он опустился на диван. – Мне танцевать не так легко, как вам, молодым, – он хотел улыбнуться, но улыбка вышла неискренней. – Неправда, вы тоже молодой, – совершенно серьёзно заявила Катя. Она тоже чувствовала себя странно – чужой и лишней среди этого веселья. "Я чужая на этом празднике жизни..." Вскоре она попрощалась с хозяйкой и незаметно выскользнула из дома. Вернулась в свою квартиру и целую ночь провела без сна, пытаясь понять, что же произошло с ней – и с Владимиром. Возможно, Катя и сделала бы кое-какие выводы, но, к счастью или к сожалению, она уснула под утром и была разбужена телефонным звонком. Поднеся трубку к уху, Азарова сонным голосом произнесла: – Алло. – Екатерина Сергеевна, я вас разбудил? – послышался голос Константина Полынцева. – Нет, что вы, – зевая и потягиваясь, Катя посмотрела на часы, на которых было уже двенадцать часов. – Я просто на минутку прилегла отдохнуть... – Я провёл маленькое расследование и обнаружил кое-какие факты о Ларисе Бешметовой. Хотелось бы с вами поделиться. Вы можете подъехать где-то через час к редакции? – А по телефону нельзя? – Катя села и тряхнула головой, прогоняя остатки сна. – Нет, лучше встретиться лично. – Хорошо, тогда я подъеду, – Катя отложила мобильный и стала одеваться. Ночные мысли о странных чувствах, охвативших её вчера, была выброшены из головы, как ненужные.