Теория развития факультета

      Отправляя официально погибшему зельевару патронус, мадам Помфри не ожидала ответа и уж тем более не представляла, что ровно семь минут спустя в камине вспыхнет огонь и, плавно ступая, оттуда бесшумно, взмахнув полами неизменной чёрной мантии, выйдет раздражённый Снейп, тряхнув чёрными, не затронутыми сединой волосами.       Оглядев застывшую на полушаге целительницу, с неприкрытым любопытством вглядывающуюся в его лицо, Северус хмыкнул.       — Предположим, я упущу вопрос, как именно ты узнала, что я жив. Полагаю, у тебя было достаточно моей крови, чтобы это узнать, — холодно начал Снейп, привычно не давая вставить слово и не уделяя времени восторгам по поводу долгого расставания. Вместо этого, он легко кивнул в знак приветствия, — и, ввиду отсутствия толпы репортёров, об этом ты сообщить не спешила, — внимательно оглядев Больничное Крыло, зельевар остановил взгляд на спящем слизеринце. — Так что у тебя должна быть веская причина, чтобы вызвать меня спустя семь лет.       Вместо ответа ведьма весело засмеялась, не обращая внимания на прожигающий взгляд Снейпа, пришедшего к выводу, что это не совсем здоровая реакция на появление мёртвого человека.       — Семь лет спустя, будучи официально мёртвым, ты откликаешься на мою первую просьбу о помощи и едва выйдя из камина начинаешь читать мне лекции, — Помфри обречённо покачала головой. — Мерлин, Северус, я просто рада тебя видеть.       Не зная, что возможно ответить на подобное признание, зельевар дёрнул уголками губ — единственное свидетельство, что встретится с целительницей он тоже был не против.       — Так что за причина?       — Слизеринцы, — мадам Помфри внимательно оглядывала не постаревшего ни на день Снейпа, всё так же непроницаемо, но уже менее напряжённо смотрящего на мир.       — Слизеринцы? — Северус вопросительно вскинул бровь, скептически осмотрев ведьму, будто сомневаясь в её душевном здоровье. — Поппи, ты же не страдаешь маразмом. Обратись к их декану.       — Ты пока единственный известный мне декан Слизерина, — сухо сообщила целительница, закатив глаза, словно разговаривая с несмышлёным ребёнком — единственная, кто позволял себе подобный тон по отношению к Снейпу. Прервав очередной поток сарказма поднятой рукой, Поппи отрицательно помотала головой. — Расскажешь о моём маразме позже, Северус. На первокурсника Слизерина наложили Круциатус.       — Кто? — тихий, опасный шёпот разрезал пространство Больничного Крыла, как не смог бы ни один крик. Мадам Помфри не нужно было смотреть на зельевара, чтобы почувствовать выпущенную на свободу магию, яростно клубившуюся вокруг хозяина.       — Семикурсники Равенкло, — выдохнула Поппи, подходя к кровати слизеринца, у которой уже стоял Снейп, накладывая на первокурсника диагностирующее заклинание, — кажется, это были мистер Джонсон и мистер Клембери.       — А это, надо полагать, мистер Эйвери, — сжав зубы, проговорил Северус, резко разворачиваясь к ведьме. Мантия привычно взметнулась и опустилась вниз. — Его держали под Круциатусом несколько минут, — голос мужчины был слишком спокоен, поэтому Помфри благоразумно отошла у него с пути. — Где был его декан? — выделяя каждое слово, яростно прошипел Снейп, направляясь к камину. Спустя мгновение его уже не было в Хогвартсе, но через минуту он вновь вылетел из зелёного пламени, сжимая в руках флакон.       — Ты держишь запасы противопыточных зелий? — Поппи с удивлением наблюдала за зельеваром, тихим «энервейт» приведшего ребёнка в сознание. На сдержанные болезненные стоны Северус презрительно усмехнулся, аккуратно приподняв голову мальчика.       — Пей, — властный голос заставил слизеринца без возражений проглотить бесцветную отвратительную жидкость. Следом влив в Эйвери снотворное зелье, Снейп вновь обернулся к целительнице, собираясь сообщить всё, что думает об идиоте, занимающем место декана, но женщина его опередила.       Мадам Помфри подняла голову, чтобы встретиться взглядом с зельеваром.       — Ты должен вернуться, Северус, — не давая вставить и слова, она продолжила, — им нужен декан, как и двадцать лет назад.       Снейп презрительно фыркнул, но комментировать заявление, против своего обыкновения, не стал и, кинув взгляд на погрузившегося в спокойный сон первокурсника, подошёл к распахнутому окну, вдыхая прохладный воздух.       Слабый ветер доносил едва различимый шум Запретного леса, чёрной полосой расположившегося около замка. Зельевар скривил губы в усмешке. Иногда он завидовал чёрной глади деревьев — им плевать. Они стояли здесь тысячи лет и простоят намного дольше, чем он мог себе представить.       Слова ведьмы были лишь вопросом времени с той минуты, как он появился в Больничном крыле, но на самом деле с минуты, когда он подорвался к камину, едва выслушав патронус целительницы, чтобы уже держа в руках летучий порох вспомнить — война давно закончена, он официально мёртв и никакого отношения к Хогвартсу не имеет.       Вспомнив наспех замороженное экспериментальное зелье, Снейп вновь фыркнул. Его ответ был очевиден с того момента, как он появился здесь, его бы здесь не было, будь это не так.       Двадцать лет назад он стал деканом по абсолютной случайности именуемой Альбусом Дамблдором, но, кажется, иметь дело с загнанными в угол подростками его невероятно идиотская судьба.       Наблюдая за тем, как вокруг Северуса вспыхнуло золотое свечение, а после по Хогвартсу пронеслась мощная волна магии, аккуратно опустившая мадам Помфри на кровать, целительница прищурилась — Хогвартс признал декана, впервые за семь лет.       — Надеюсь, ты довольна, — протянул зельевар, отталкиваясь от косяка, на который опирался, — ты снова втянула меня в это.       — Только не говори, что тебе не нравится. Я знаю тебя, как облупленного, — старая волшебница с невероятно добрыми глазами лукаво улыбнулась, — и я рада, что ты вернулся.       — Поппи, — раздражённо фыркнул Снейп, забывший, насколько неуютно бывает под потоком нескончаемого внимания целительницы. — Полагаю, мне стоит известить директрису о возвращении на должность.       — Думаю, Хогвартс сделал это за тебя, — Поппи спрятала волшебную палочку в рукав мантии, кивая на камин, из которого выпрыгнула озадаченная Макгонагалл, потревоженная всплеском магии. Взгляд директрисы равнодушно скользнул по зельевару и остановился на мадам Помфри, чтобы секундой спустя вновь перекочевать на презрительно усмехающегося зельевара.       — Северус? — обычно твёрдый и звонкий голос прозвучал ошарашенно и приглушённо, словно Минерва ожидала, что мужчина сейчас растает.       Не мигая смотря в столь знакомые, расширенные от неприкрытого удивления глаза, Снейп вопросительно поднял бровь, протянув с едва заметной издёвкой:       — Минерва. Полагаю, мистером Джонсоном и мистером Клембери уже занимаются авроры.       Северус заинтересованно наблюдал за Макгонагалл, смотрящей на него в суеверном ужасе. Минерва постарела. Война и последующие годы в школе, очевидно, не прошли для неё даром, однако, Снейп был рад вновь видеть упрямство, не ушедшее из глаз старой коллеги.       — Ты жив.       — Потрясающее умозаключение, — язвительно пропел зельевар, любуясь столь редкой растерянностью на лице нынешней директрисы. — Однако, мы не об этом. Ты уже вызвала авроров?       Нужно было отдать должное Минерве, она мгновенно сообразила о чём идёт речь, а в глазах её полыхнул гнев.       — Я бы хотела ограничиться исключением из школы, — честно отозвалась Макгонагалл, не переставая сверлить Снейпа взглядом, — но я не Альбус. Авроры в моём кабинете, - усталость, до этого не заметная, проступила на лице женщины. - Мать одного из семикурсников...       — Была бы крайне разочарована, — ровно проговорил Снейп. Применение непростительных нельзя было оправдать местью за своих родителей, и Минерва это отлично понимала. — Что на подобное решение сказал отец Эйвери?       Лицо Макгонагалл стало ещё более бледным, чем было до этого, а в морщинах залегли глубокие тени. Не нужно было быть Трелони, чтобы быть уверенным — как только мальчишка сообщит об инциденте отцу, скандал будет невероятной мощи.       Снейп на мгновение прикрыл глаза, признавая правоту Минервы.       — Я не успела его вызвать, - директриса, наконец, взяла себя в руки и впилась недоверчивым, жадным взглядом в того, кого больше никогда не ожидала увидеть в живых. Голос её, когда она заговорила, был полон затаённой надежды. - Северус, ты ведь вернулся?       — Я всё ещё декан Слизерина, — проговорил зельевар, вновь охватив Макгонагалл цепким взглядом, и направился к камину. — Кажется, пора вмешаться, кто-то должен надеть узду на студентов, — отказаться от сарказма Снейп не смог. Губы Минервы на мгновение дрогнули.       - Я рада тебя видеть.       Кинув щепотку летучего пороха в камин, Северус шагнул в зелёный огонь, не спеша комментировать признание.       — Поместье Эйвери, большая гостиная.        По крайней мере, избавить Минерву от разговора со своим бывшим соратником, он мог.       Два часа спустя, когда двое семикурсников Равенкло, бросая полные ненависти взгляды на Снейпа и Эйвери исчезли в камине под конвоем авроров, Северус позволил себе довольно усмехнуться, встречаясь взглядом с портретом Альбуса Дамблдора, хитро подмигнувшего своему бывшему шпиону.       Подождав, пока Эйвери отбудет в больничное крыло, намереваясь навестить сына, Макгонагалл, поджав губы, кинула на зельевара усталый взгляд.       — Это неправильно, Северус, — Минерва качнула головой, возвращая самообладание. Говорила ли она о круциатусе на территории школы или о чём-то гораздо большем, Северус не знал. Оглядев кабинет, Макгонагалл заставила себя вернуться к насущным проблемам. - У Слизерина уже есть декан.       Зельевару, уже набравшему в лёгкие воздух, помешал знакомый мягкий голос, заставивший заскрежетать зубами.       — Боюсь, это не так, Минерва, — Альбус покачал головой, — двадцать три года назад Хогвартс признал Северуса деканом Слизерина. Не людям менять решения магии.       — Я не нуждаюсь в няньке, Альбус! — рыкнул Снейп. — Сиди молча, раз изволил умереть!       Это было грубо, очень грубо, но Северус слишком поздно прикусил язык, он был всё ещё слишком зол на Дамблдора, чтобы разговаривать с ним в нормальном тоне.       Альбус лишь понимающе улыбнулся с картины.       — Ты выглядишь лучше, чем в последнюю нашу встречу, Северус, — заговорщическим шёпотом сообщил он, наблюдая, как во взгляде мага появляется ярость. — Отдыхал в тёплых краях?       — Альбус, — прорычал Снейп, убирая руку подальше от собственной палочки, чтобы ненароком не пальнуть в портрет «инсендио».       Губы ведьмы, наблюдающей за перепалкой старых знакомых, искривились в усмешке.       — Я решу вопрос с Горацием. Ты знаешь, где находятся твои комнаты, их никто не занимал, — в глазах женщины промелькнул мстительный огонёк. — Ты ведь не будешь против заменить Горация на должности Профессора зельеварения? Он давно требует отставки.       Снейп сжал зубы, прожигая Макгонагалл убийственным взглядом. Что ж, это было в её духе — заставить его вновь обучать маленьких идиотов, не способных выполнить простейшие указания. Она явно мстила за те годы, в которые пыталась навести порядок одна. На губах Северуса расцвела усмешка — если Минерва вновь поставит сдвоенные пары у Слизерина и Гриффиндора, он с удовольствием подсыпет ей в чай что-нибудь особо мерзкое.       — Конечно, — зельевар искривил губы в недружелюбном оскале и, не прощаясь, покинул кабинет. Останься он на мгновение дольше и рискнул бы попасть под допрос на тему того, как он выжил и где прохлаждался все эти годы.       Завтра, он обязательно навестит свой факультет завтра. Когда выспится и всё обдумает. Северус поморщился от собственных воспоминаний — приручить загнанных в угол детей будет не просто, сложнее, чем двадцать лет назад. В этот раз он упустил из виду целое поколение, поступившее в Хогвартс на следующий год после победы.       Дойдя до входа в подземелья, Снейп резко обернулся, почувствовав чужое присутствие, чтобы нос к носу столкнуться с Эйвери.       — Так значит, ты выжил, — Дэниэль оголил зубы в улыбке, — не думал, что крысы бывают такими живучими.       В мгновение ока Эйвери оказался припечатан к стене обезоруживающим заклинанием.       — Следи за языком, Дэниэль, — опасно прошипел Северус, нависая над бывшим соратником, — я даже не знаю, кому ты так великолепно лизал задницу, раз всё ещё не сгнил в Азкабане.       Эйвери яростно дёрнулся, однако, парализующее заклинание не давало ему никаких шансов сдвинуться с места.       — Мы оба знаем, кто из нас лучший боец, — холодно хмыкнул зельевар и, освободив Дэниэля, переломил его палочку пополам, бросив обломки к ногам. — Передай это остальным.       Демонстративно повернувшись спиной к Эйвери, Снейп продолжил свой путь.       Северус мысленно застонал. Кое-что он всё-таки упустил — на этот раз он далеко не свой для детей бывших пожирателей, оставалось надеяться, что их не так много.       Это должно было быть сложнее, намного сложнее, чем зельевар предполагал, появившись в Больничном крыле. Выбросив мысли из головы, Снейп вошёл в собственные покои, зная, что выбора себе он не оставил.