Теория развития факультета

      Больше уроков у гриффиндорцев Северус не любил только приёмы пищи в Большом зале в окружении толпы детей, не умеющих вести себя за столом, тем более, когда среди них не было ни одного слизеринца. Оглядев учеников, взгляды которых были прикованы исключительно к нему, Снейп презрительно скривил губы, радуясь, что журналисты, не найдя его, исчезли из стен Хогвартса, оставив лишь до ужаса раздражённую Макгонагалл.       Будучи прекрасным легиллиментом, зельевар наслаждался волнами негодования, исходящими от директрисы в его направлении и, возможно, он продолжал бы бесить её и дальше, но буравящий взгляд был слишком надоедлив, чтобы игнорировать его.       — Минерва, — зельевар вопросительно поднял бровь, развернувшись к Макгонагалл. — Хочешь что-то сказать — говори. Не нужно прожигать во мне дырку, это не действует, я проверял.       Мадам Помфри, не донеся кружку с чаем до рта, тихо фыркнула, услышав тихий шелестящий голос, столь давно не появлявшийся в стенах Хогвартса.       — Где ты был? — раздражённо поинтересовалась Минерва, стараясь не привлекать к себе внимание. — Я не обязана терпеть журналистов, пришедших по твою душу!       — Я не покидал пределов Хогвартса, Минерва, — сообщил зельевар, делая небольшой глоток потрясающего кофе. — Странно, что ты не смогла меня найти, — Северус позволил себе небольшую усмешку. — Раз уж мы заговорили, — Снейп понизил голос. — Работы слизеринцев по астрономии. Поговори с Синистрой или это сделаю я, — мужчина довольно усмехнулся, кинув взгляд на сжавшиеся в тонкую линию губы Минервы. Смысла продолжать не было — она знала, о чём идёт речь. — И ещё — отработки мистера Ронта. Когда он успел заработать два месяца наказаний?       — Он был груб, Северус, — решительно, но тихо проговорила Макгонагалл, не привлекая внимания к их разговору. На Снейпа и без того глазели, как на явившегося с того света Мерлина. — Я сама могу решать, кому и сколько отработок назначать!       — Когда он, по-твоему, должен учиться? — Снейп тихо отодвинулся от стола и встал, понимая, что внимание всех преподавателей, находящихся за столом, обращено к их перепалке. — Две отработки, Минерва. Мы ведь не можем позволить, чтобы вся квиддичная команда Гриффиндора оказалась наказана мной? — на его губах играла саркастичная усмешка человека, отлично знавшего, что он выиграл.       — Я могу уволить тебя, — скорее для того, чтобы что-то ответить, а не запугать Снейпа, отозвалась Макгонагалл и отхлебнула чай, даже не повернувшись в его сторону. Жизнь возвращалась в давно забытое русло, и пикировки с деканом Слизерина были её неотъемлемой частью.       Северус поднял бровь и, наклонившись к директрисе, насмешливо прошептал:       — Нет, не можешь.       Под задумчивыми взглядами Лонгботтома и Флитвика Снейп покинул Большой зал, гордо прошествовав к двери за преподавательским столом и скрылся в коридоре, взметнув полами чёрной мантии. Поппи хмыкнула, наблюдая всё за тем же невозможным мальчишкой-слизеринцем, научившимся навязывать свои правила и играть по ним. Кому-то придётся привыкнуть, а кому-то — смириться с этим, впрочем, целительница была совсем не против сменить наконец ало-золотые флаги на серебристо-зелёные.       Идя по знакомым коридорам Хогвартса в сторону подземелий, Северус размышлял над проблемами собственного факультета, требующими внимания и, в конечном итоге, — решения. Во-первых, слизеринцам следовало переставать прятаться в собственной гостиной от нападок других факультетов, но зельевар знал, что это вопрос времени. Он понимал, что делает, дав подопечным разрешение использовать любые заклинания, исключая непростительные, в качестве самозащиты. Стоило напомнить обитателям Хогвартса, насколько изощрёнными могут быть слизеринцы, если не запрещать им защищаться.       Проблема с успеваемостью так же не имела быстрого решения — Снейп знал, что ещё несколько месяцев ему придётся заставлять особо упрямых студентов зелёно-знамённого факультета учиться.       Но небольшой обход зала наград подсказал, что была ещё одна проблема — квиддич. За последние семь лет Слизерин не поднимался выше третьего места. Зная пристрастие Макгонагалл к этой игре, Северус понимал — он приложит все усилия, чтобы Гриффиндорцы в ближайшие несколько лет не получали кубок победителя. Теперь в Хогвартсе нет Гарри Поттера и едва ли львята вновь найдут столь везучего ловца.       Поэтому, не долго думая, зельевар второй раз за день направился в Слизеринскую гостиную, намереваясь обсудить этот вопрос со студентами.       Даже несмотря на то, что все слизеринцы находились в пределах гостиной, она была пуста более, чем в половину, и большая часть пространства оставалась необитаемой. Что не помешало подросткам заметить декана, как только он появился в помещении. Разговоры резко стихли, и в Снейпа впились настороженные взгляды.       — Добрый вечер, — поприветствовал он подопечных, вновь опускаясь в кресло, занимаемое им утром. — Прошу прощения, если помешал.       Ни у кого в гостиной не осталось сомнений — извинения лишь дань вежливости, не более. Снейп оставлял за собой право появляться когда захочет или посчитает необходимым.       — Итак, первый вопрос — с каких пор слизеринцы разучились играть в квиддич?       — С тех пор, как нам запретили в него играть, — отозвалась четверокурсница, тряхнув светлыми волосами. — Команду факультета дисквалифицировали за «постоянное нарушение правил.»       — Как давно?       — Четыре года, — на этот раз заговорил высокий семикурсник, рядом с которым ютилась первокурсница, судя по очевидному сходству, его сестра.       — Кто был капитаном команды? — зельевар расслабленно откинулся на спинку кресла, смотря прямо на темноволосого семикурсника.       — Ричард Флортен, но он окончил Хогвартс два года назад.       — Хорошо. Кто из вас, начиная с четвёртого курса, умеет играть? — поинтересовался Снейп, окидывая взглядом удивлённо переглядывающихся слизеринцев. На губах невольно расцвела довольная усмешка, когда взгляды подростков загорелись пониманием вперемешку с предвкушением, но они были осторожны. Никто из них не верил в резко сменившиеся правила игры.       — Почему начиная с четвёртого курса? — недовольно поинтересовался второкурсник, прожигая декана взглядом.       — Потому что вас сметут с метлы в первую минуту матча, мистер Палмер, — ровно ответил Северус, давно научившийся не реагировать на подобные недовольства. — Мне повторить вопрос?       Все старшекурсники, за исключением двух девушек уверенно подняли руки.       — Великолепно, — заключил Снейп. — после уроков в среду я буду ждать вас на квиддичном поле. У всех есть мётлы? — удовлетворившись кивками, зельевар поднялся с кресла. — Ах, да, — елейно пропел Северус. — Профессор Макгонагалл любезно согласилась проверять ваши работы, поэтому с этого момента ваши оценки -полностью ваша ответственность.       Обойдя кресло, он привычно положил на спинку предплечья, оперевшись на них, и соединил кончики пальцев.       — Второй вопрос — посещение Большого зала. В чём проблема?       — В общем-то ни в чём, — отозвался всё тот же семикурсник со значком старосты на груди, оценивающе рассматривая декана, — Но есть в гостиной безопаснее.       — И трусливее, — холодно отозвался Северус, — Именно то, что и ждут от вас остальные факультеты. Иными словами, для них это первый признак того, что вы боитесь.       — Сэр! — возмущённо начала второкурсница, прожигая декана враждебным взглядом.       — Вы можете опровергнуть это, мисс Макнейр? — голос Снейпа резко снизился до шёпота, взгляд стал спокойно-ожидающим и слегка заинтересованным, но русоволосая девочка не спешила продолжать, — Нет? В таком случае умнее было промолчать. Вступили в спор — будьте добры запастись весомыми аргументами, в крайнем случае — предметом шантажа. Правда, второй вариант менее изящен, — Северус приподнял брови, слегка разведя руки в стороны.       Слизеринцы молчали: младшекурсники напряжённо вслушивались в слова зельевара, буравя его опасливыми взглядами, словно в любую секунду он мог переключить своё недовольство на них; старшекурсники переглядывались, но говорить что-либо не спешили, каждый из них понимал, что отчасти Снейп прав и, возможно, была совсем маленькая вероятность, что прав он намного больше, чем отчасти.       — Старосты, — вновь заговорил Северус, остановившись у выхода из гостиной, — Проследите, чтобы первый курс оказался в постели до наступления полуночи. Доброй ночи, — отчеканил зельевар и, резко крутанувшись на каблуках и взметнув полами мантии, скрылся в коридоре.       — Он прав, — тишину гостиной, образовавшуюся после ухода декана, разрезал голос Эллиота Пауэрса — высокого темноволосого семикурсника со значком старосты на мантии.       — И что это меняет? — Нотт насмешливо искривил губы, — Станешь его подстилкой?       — А ты предпочитаешь подстилаться под Макгонагалл? — спокойно поинтересовался Эллиот, положив руку на подлокотник дивана, — Что-то ты не был особо смелым, пока Снейп не ушёл.       — Да пошёл ты.       — Сам иди, Нотт. Если Снейп действительно собирается вытащить факультет из дерьма — я хочу ему помочь. — Пауэрс окинул взглядом молчащих однокурсников, наблюдающих за разворачивающейся беседой негласных лидеров факультета.       — Мне казалось, твоим родителям нравится положение Слизерина, — хмыкнул Кристиан, взмахом палочки зажигая огонь в каминах.       Эллиот кинул задумчивый взгляд на сидящую рядом сестру.       — Знаешь, Крис, меня меньше всего волнует, что именно нравится моим родителям.       ***       Как ни удивительно, Северус не мог сказать, что именно повлияло на Слизеринцев, но следующим утром Большой Зал был пропитан напряжением, витавшем в воздухе. Впервые за несколько лет стол Слизерина не пустовал — ученики зелёно-знамённого факультета в полном составе присутствовали на завтраке, что ощутимо выбивало из колеи большую часть обитателей Хогвартса.       Но зельевар с уверенностью мог сказать, что невероятно доволен собственным факультетом. Он коротко кивнул Пауэрсу, поймав взгляд подростка, и едва заметно улыбнулся. Из этих детей ещё можно было сделать лучших магов их поколения.       — В этот раз ты действуешь быстрее, Северус, — довольно заметила Поппи, сидящая слева от Снейпа, — Но, мне нравится.       Зельевар хмыкнул и допил кофе.       — Я рад, что доставил тебе удовольствие, — язвительно протянул он, заставив целительницу поперхнуться и поднять на него возмущённый взгляд.       — Хам, — тем не менее её тон был скорее смеющимся, чем каким-то ещё.       Северус усмехнулся и, не прощаясь, покинул Большой зал, намереваясь попасть в свой кабинет до пришествия туда пятикурсников Гриффиндора, у которых зельеварение стояло первым уроком. Долго думать, с чего начать знакомство, Снейп не стал. В этом смысле все преимущества были у первокурсников, которым только предстояло узнать о варке зелий; остальным в качестве знакомства Северус приготовил проверочные работы, отлично помня весь курс своего предмета.       Гриффиндорцы появились вместе с боем колокола, возвещавшего о начале занятий, и под дружный гул расселись по партам, не обращая внимания на холодно взиравшего на них Снейпа, облокотившегося на собственный стол.       — Тишина.       Тихий властный голос, пронёсшийся по классу, было сложно игнорировать даже гриффиндорцам, у которых инстинкт самосохранения обычно отказывался работать. Но Снейп обладал невероятным талантом пробуждать сиё неизвестное чувству в ком угодно, независимо от факультета.       Однако, пятикурсники, привыкшие считать себя полноправными хозяевами Хогвартса, были скорее удивлены, чем напуганы. Пятнадцать пар глаз оценивающе оглядывали зельевара, на лице которого, однако, не дрогнул ни один мускул.       — Мне абсолютно плевать, как именно вы ведёте себя на других уроках — это не мои проблемы. Но в этом классе будет стоять тишина. Те, кто не согласен, — продолжил Северус, на губах которого расцвела язвительная усмешка. Он равнодушно взглянул на ухмыляющихся гриффиндорцев, — будут работать под Силенцио.       — Вы не имеете права, — уверенно заявила девушка, сидящая на первой парте, полуразвернувшись назад.       — Те, до кого мои слова доходят с трудом, будут понимать их смысл на отработках. — парировал Северус, бесшумно проходя между рядами, — Минус десять баллов с Гриффиндора. Своё мнение советую оставлять при себе, мисс Джонс.       — Да пошёл ты, — хмыкнула всё та же девушка, вызывающе смотря в глаза Слизеринскому декану.       — Ещё ми­нус двад­цать бал­лов, — не без удо­воль­ствия про­гово­рил Снейп, — От­ра­бот­ка се­год­ня в семь. А сейчас — проверочная работа, — повинуясь взмаху палочки, на парты перед пятикурсниками опустились пергаменты с заданиями, — У вас полчаса, приступайте.       Гриффиндорцы, как и Слизеринцы, к однозначной позиции не пришли, чему Северус был абсолютно не удивлён — одни считали его последней мразью, другие — героем, наслушавшись рассказов взрослых волшебников. В любом случае, вторых было явно меньше, так что к концу урока на столе у зельевара оказались две с трудом выполненные работы и тринадцать пустых пергаментов, к которым даже не притронулись. Снейп приподнял брови и саркастично усмехнулся, отчеканив:       — Урок окончен.       Следующими в расписании стояли Слизеринцы, однако, дождаться собственных подопечных зельевару не дал патронус Минервы.       — Четверть учеников в Больничном крыле, — голос Макгонагалл, даже переданный патронусом, звучал устало, — нужна твоя помощь, Северус.