Неизведанными тропами

Артур вёл под уздцы коня, сминая траву, не обращая внимания, что мелкие колючки цеплялись за его штаны. Рядом шёл Мерлин — совсем как в прежние времена, когда они вот так брели вместе впереди всего отряда, охотясь на опасного зверя или отправляясь в поход по заданию отца, или предпринимая попытку освободить друзей из плена. Король внимательно посмотрел на своего слугу. Мерлин не поднимал головы, явно погруженный в свои мысли. Они находились на достаточном расстоянии от рыцарей, чтобы не опасаться быть услышанными. Не то чтобы Артур не был готов заявить о своей вине всему миру, но он чувствовал, что этот момент истины принадлежит только им двоим — Мерлину и ему. Почувствовав его взгляд, волшебник посмотрел на правителя Камелота. — Ты хотел поговорить, Мерлин, — напомнил ему Артур. — Да. Прости, никак не соберусь с мыслями, — тихо откликнулся маг. — Тогда позволь мне начать. Друг не ответил, и король воспринял это как согласие. — Я должен был понять это раньше, — заговорил Артур. — Должен был раньше сообразить. Все эти случаи, связанные с магией — мне ни разу не пришло в голову, как ты о них узнавал. Помнишь, когда ты сказал, что сэр Вэлиант использует магию — я списал это на случайность, но ведь ты не случайно заметил это? И так много раз… и когда ты сказал мне, что Седриком завладел могущественный колдун, и когда Катрина оказалась троллем, и когда в Гаюса вселился гоблин, и ещё много-много раз… ты всегда знал то, о чем не догадывался никто другой. Ты предупреждал меня, а я так ни разу и не задумался, как простой слуга мог заметить все эти вещи, которые никто не замечал, — король бросил мимолётный взгляд на слугу. — Это всегда была магия. Мерлин долго не отвечал, и Артур уж было подумал, что зря он затеял этот разговор, когда волшебник произнёс: — Магия была ещё до сэра Вэлианта. — Знаю: когда ты спас мне жизнь на пиру, — кивнул Артур. — Гаюс мне сказал, что на самом деле, ты не просто толкнул меня. Ты замедлил кинжал, пущенный ведьмой. — Нет, ещё до этого. Думаешь, та люстра упала сама по себе? Артур пораженно взглянул на своего друга. — Я этого не знал. — Теперь ты знаешь, Артур, — сказал Мерлин. Они вышли на поляну, и он прищурился от солнца, резанувшего глаза. — Сейчас мы так спокойно говорим о моей магии. А когда я хотел, просил, ты и слушать не стал. И он ускорил шаг, удаляясь от короля. Артур невольно остановился. Он не представлял себе, что это будет так сложно. Но он это заслужил. Мерлин имел право злиться, сколько хочет. Впрочем, далеко уйти волшебнику не удалось. Путники вышли на открытое пространство, а это означало, что дальше они могут ехать на лошадях. Артур был уверен, что Мерлин не захочет ехать с ним, тем более, что Гвейн приглашающе махнул рукой, зовя юношу к себе. Мерлин взглянул на рыцаря, покачал головой и, к удивлению Артура, направился к нему. — Сядешь впереди или сзади? — мягко спросил король, делая вид, что не удивлён возвращением друга. Мерлин уселся сзади. Чувствуя неловкость, Пендрагон предложил: — Как только мы окажемся в каком-нибудь городе, я куплю лошадь. — Зачем? — спросил маг. — Чтобы у тебя была своя лошадь, конечно же. Тебе, наверное, неудобно так сидеть… — Я в порядке, — прервал Мерлин. Повисло молчание. Некоторое время они просто молча ехали по тропинке. О присутствии второго всадника Артур помнил только потому, что Мерлин крепко держался за него, чтобы не упасть с лошади. И потому, когда волшебник заговорил, король встрепенулся. — Я использовал магию в Камелоте ещё до того, как уронил люстру на ведьму, которая притворялась леди Хелен. — Когда? — Когда мы столкнулись с тобой в нижнем городе. Ты пытался убить меня булавой. — Я не пытался убить тебя, Мерлин! — возмущённо воскликнул Артур. — Я только хотел проучить тебя, ты оскорбил меня при всех! И я… погоди… ты использовал магию? — дошло до него. — Как? — А ты думал, что просто был неуклюж в то утро? Просто так наткнулся на ящик, просто так споткнулся о натянутую веревку? — Ты… — изумленно воскликнул король. — Ты жульничал! Он изловчился обернуться, чтобы посмотреть на слугу, но все его возмущение улеглось, когда он увидел лицо Мерлина. Это была лишь тень того, юного и беспечного Мерлина, только явившегося в Камелот, но на лице волшебника светилась легкая улыбка. И в тот же миг королю стало плохо. Он давно не видел Мерлина, такого Мерлина. Давно не видел этой озорной улыбки. Он стёр ее с лица своего друга, когда прогнал его из Камелота. — Но ведь и это был не первый раз, когда ты использовал магию в Камелоте, — вспомнил Пендрагон. — Что ты имеешь в виду? — Ты использовал магию ещё в свой первый день в Камелоте. Гаюс рассказал, что ты спас ему жизнь. — А, точно. Это было так давно. Они устроились на привал. После обеда (оказалось, что сэр Леон, к радости остальных, успел захватить с собой припасы) путешественники неторопливо собирались опять в дорогу. Теперь, кажется, можно было не опасаться нападения наемников. Мерлин молча стоял и гладил лошадь короля, пока тот застегивал и закреплял седельные сумки. Проверив подпругу, Артур подал знак остальным, что пора было выдвигаться. К сожалению, скоро они вновь попали на территорию леса, слишком густого, чтобы можно было комфортно передвигаться верхом, и всадники спешились. — Хочу рассказать тебе о своей магии, — вдруг произнёс Мерлин. Артур изумленно повернулся к нему. Но лицо волшебника решительно ничего не выражало. Разве что в глазах было что-то такое… просьба? Но король и не думал ее отвергать. Он не собирался отворачиваться от друга во второй раз. — Хочу послушать, — кивнул король, и краем глаза заметил, как понимающий сэр Леон замедлился, позволяя им уйти вперёд, и знаком притормозил остальных рыцарей. Мерлин глубоко вдохнул, но так и не начал говорить. Артур подбодрил его кивком, но волшебник не мог решиться. — Это тяжелее, чем кажется, — пробормотал он. — Я знаю, что ты уже почти все знаешь, но мне хочется, чтобы ты услышал от меня. — Я тоже этого хочу, — осторожно ответил Пендрагон. — И, — он помедлил, — я должен отдать тебе кое-то, Мерлин. Он потянулся к сумке, открыл ее и бережно достал массивную книгу в кожаном переплете. Маг, без сомнения, сразу же узнал книгу — он замер, не отрывая от неё взгляда. — Кажется, это принадлежит тебе, — Артур протянул ему увесистый том. Мерлин автоматически взял книгу. — Моя книга, — прошептал он и пролистал несколько страниц, вглядываясь в знакомые строки. Его пальцы слегка дрожали. Артур ждал, затаив дыхание. Наконец, Мерлин поднял голову. — Где ты ее взял? — Там, где ты ее оставил. Я рад вернуть ее хозяину. Мерлин прижал книгу к груди. — Спасибо, Артур. Это много для меня значит. — Я знаю, — король кивнул, — ты совсем не помнишь, где оставил ее? Волшебник помотал головой. Ленивый ветер шелестел опавшими листьями, изредка взметая их вверх и кружа. Необычно тёплое для этого времени года солнце освещало осенний лес косыми лучами, постепенно клонясь к закату. Ничто не тревожило покой путников, кроме пения птиц и естественных лесных звуков. Изредка до рыцарей долетали обрывки фраз, Артур же полностью погрузился в удивительный рассказ, начавшийся словами: — Я передвигал предметы магией ещё до того, как научился говорить…