Верни меня

POV Деймон - Да, иду я, иду!!! Да, я злюсь. Злюсь на Ника, который в тридцатник ведет себя, как маленький ребенок. Я все понимаю. То, что случилось с ним – трагедия, не дай Бог никому, но мы уже имеем то, что имеем. Неужели теперь ему легче от того, что он каждый день собирается умирать? Хотя нет. Он даже это не собирается делать. Он просто лежит пластом и ждет, когда же он постареет. Рик утверждает, что для выздоровления нужно желание самого больного. Если честно, я слабо верю в это, но, с другой стороны, почему бы и не попробовать? Нет. У Клауса нет не то, что желания выздороветь, у него нет, блин, вообще никакого желания! Он глазами-то нехотя моргает! Единственный вопрос, который он задает с пугающе фанатичным постоянством - «Не звонила ли Джулс?». - Нет, Джулс не звонила! – распахиваю дверь в его спальню, - еще вопросы? – молчание, (шикарно просто!), - тогда спрошу я, - серьезно смотрю на него, - ты сегодня ужинал? – молчание, - Клаус ты ел что-то за то время, пока меня не было или нет?! – молчание, - ладно! - крепко сжимаю зубы, - я тебя предупреждал. Так, что без претензий, пожалуйста. Великовозрастный идиот, решивший заморить себя голодом. Черт с два, ты у меня подохнешь! Достаю телефон и набираю номер Рика. Он отзывается на втором гудке. Хоть этот меня не огорчает. - Зальцман! – протягиваю Нику кусок пиццы, из коробки, которая стоит рядом с ним, - ешь! Это я не тебе! – раздраженно рычу в трубку, - ты можешь не есть, мне пофиг. Помнишь, ты говорил о капельнице с какими-то там витаминами? Типа, если Клаус будет мало есть, чтобы поддержать его состояние. - Да, конечно, - охотно отзывается Рик, - нужно? - Да. Ловлю злобный взгляд Клауса. Не дождешься, друг. Мне ни капельки не стыдно. Ты будешь жить, как бы сильно тебе ни хотелось отчалить отсюда. - Я перезвоню, - бросаю трубку и пристально смотрю на страдальца, - я привез... - Где она? – в его глазах появляется какая-то жизнь. Ну, хоть что-то. Закатив глаза, приоткрываю дверь и затаскиваю в комнату дрожащую, как осиновый лист, Елену. Она мнется, жмется, топчется на одном месте. - Здравствуй, - Клаус не отрывает от нее глаз, - подойди, пожалуйста. Она не двигается, переводя свои огромные перепуганные глаза с меня на него и обратно. - Подошла, тебе же сказали! – хватаю ее за локоть и подтаскиваю к кровати Ника. - Деймон! – он сверкает глазами. - Не обращай внимания, она чуток отмороженная! - Деймон, выйди, пожалуйста. - Пиццу доешь сначала. - Деймон, выйди! Да, на здоровье! Выхожу в коридор, бегом спускаюсь по лестнице, замираю на пару секунд на втором этаже, но, решив не заходить в спальню, спускаюсь до первого. Мы все трое живем в центральной части дома. Клаус полностью занимает третий этаж, моя спальня на втором, а Мейсона на первом этаже. Вообще, он с нами уже давно, и по идее, является полноправным членом нашей странной, совершенно однополой семьи, но, вообще, логично, что охранник должен быть где-то поближе ко входу. Это его слова. Не мои. - Дей, звонили из клининговой компании, - мне навстречу выходит Мейсон с миской черешни, - спрашивали, почему ты прислал им на почту ссылку на гробы. - Потому что, - беру несколько ягод и закидываю их себе в рот, - если они не выполнят заказ до субботы, они им очень пригодятся. Убирать этот дом сомнительное удовольствие, которое не улыбается ни нам, ни, (как выяснилось), специализированным компаниям по уборке. Он не просто огромен. При большом желании, мы втроем можем полноценно жить здесь и не пересекаться, минимум месяц. Правда, за это время, Клаус умрет от голода, Мейсон окончательно отупеет на своих тренажерах… в общем только у меня жизнь останется прежней. Полагаю, фаворит в этом дурдоме найден. Каким ветром меня сюда занесло? Я мог бы сейчас лежать где-нибудь на Багамах или Сейшелах… рядом разгуливала бы грудастая красотка… Мейсон громко чихает, и я вздрагиваю от резкого звука. Ну, да… можно и так… - Пожрать есть? – проношусь мимо него и вхожу в кухню. - Каша, - он пожимает плечами. - Боже..! – закатываю глаза и с силой сжимаю кулаки, - меня тошнит уже от одного этого слова! - Ну… - Мейсон весело подмигивает мне, - у нас же теперь есть целая девушка. - Да. Она обещала мне еды. - Еды? – он удивленно пялится на меня, - обычно девушки тебе не это обещают. - Как смешно… Я не понимаю, чего они все от меня хотят? Я не виноват в том, что я такой, но моя жизнь и количество, окружающих меня девушек, почему-то всегда была темой для шуток. Мы с братом очень похожи. Но он, как дурак, влюбившись однажды, носится с этой любовью уже черт знает сколько лет. И не то, чтобы они были женаты и счастливы. Хрена! Она морочит ему голову, и, если честно, очень меня бесит. Но он любит ее и отчего-то это раздражает наших близких куда меньше, чем то, что я никого не люблю. Это правда. Я ни разу не был влюблен. Не страдал от несчастной любви и не летал от счастливой. Мне это не нужно. В жизни так много интересного и прекрасного, что лично я не могу найти ни одного весомого повода, променять это все на нервы, ссоры, бесконечные звони и смс. Хотя, мне и без этого исправно выносят мозг, причем не одна единственная и любимая, а все сразу, но сейчас у меня есть одно весомое преимущество. Мне плевать на них. Мои родители прожили вместе много счастливых лет. Они до сих пор души не чают друг в друге, но это пока единственная счастливая пара, которую я встретил в своей жизни. И, что-то подсказывает мне, что навряд ли я стану вторым исключением. Скорее всего, мне достанется очередная тупая сука, типа Джулс, с которой так нечеловечески повезло Клаусу. Вот ее бы я грохнул. Честно. Такая тварь, что трясти начинает, как только вспоминаю о ней. Когда-то этот малахольный был женат. У него была очаровательная прикольная и веселая жена по имени Ребекка. И, пусть, когда мы познакомились, они были уже близки к разводу, она все равно была классной. Они начали много ссориться, кричать друг на друга, решили развестись, и развелись, (хотя, до этого доходит не всегда), но, при этом, они оставались друзьями. Мы часто тусили где-то втроем, она помогала по работе, даже был момент, когда всем друзьям казалось, что они вот-вот снова сойдутся. И тут появилась Джулс. Их роман с Клаусом напоминает… знаете, мои часики весят примерно триста грамм, и все это чистое золото семьсот пятидесятой пробы. Плюс механизм. Плюс фирма. Плюс качество. Так вот, когда на такие часы не хватает, то заказываешь с китайского сайта «свежую ксерокопию» баксов за шесть. И самое удивительное то, что люди, приобретающие такое шедевры потом, как правило, очень громко орут о том, какие у них аху…хрененные часы. Вот, один в один, как в жизни! Расставшись с высокой, стройной, длинноволосой блондинкой Ребеккой мой пришарахнутый, но все еще добрый друг завел себе вот это. Вот это длиннобудылое, тощее, плохо выглядящее существо с редкими светлыми космами. Стоит ли говорить, что у нас с ней сложились не самые теплые отношения? Клаус, как идиот, везде таскал за собой это дешевое подобие своей бывшей жены. Люди, которые не знали о переменах в его личной жизни, издалека, порой, принимали Джулс за Ребекку. Вблизи она выглядела старше Ника лет на десять. Серьезно, когда я смотрел на эту пару, мне казалось, что он молодильные яблоки жрет! Потом выяснилось то, что Джулс, ко всем своим достоинствам, была еще и хорошо знакома с Ребеккой. И я как бы еще тогда подозревал, что, кинув подругу, она, не думая, кинет и парня. Но, разумеется, Деюшку никто не слушал! Зачем! Там ведь любовь. Большое и светлое чувство. А тут, так, ничего не понимающий бабник. Я ж никогда не был влюблен, куда мне до них… до великих. Однако, меня ни разу и не кидали. А Клауса кинули. Да еще как. Парализованный Ник стал этой суке не нужен. Собственно говоря, не нужен ей, он стал раньше, но авария ускорила процесс ее исчезновения. И, вот честно, я уверен, что Ник не любит и не любил ее, но вся ситуация до сих пор не дает ему покоя. Самолюбие. И вот тут я его понимаю. - Деймон? – о, моя придушенная мышь вернулась. - Да? – резко оборачиваюсь к ней, - что? Ты поговорила с Ником? - Да. - И, что он сказал? – ее заторможенность начинает меня бесить. - Сказал, чтобы я ничего не боялась… - Отлично… - Что Вы позаботитесь обо мне. - Отл… что?! – кажется, у меня начались слуховые галлюцинации, - что я сделаю?! - Позаботитесь… - она испуганно смотрит на меня, - обо мне… - Это он так сказал?! - Д-да… - Черт!!! Хватаю ее за руку, бегом поднимаюсь на третий этаж и влетаю в комнату этого… Клауса! - Ник, какого хрена?! - Деймон – тихо отзывается он, - ей нужна помощь. Позаботься о ней. Пожалуйста. - Да, с какого..?! - Деймон, пожалуйста. - Блин, Клаус! У меня ты на шее сидишь… висишь… лежишь, в общем! Куда мне еще этого ребенка?! - Я не ребенок, - подает голос Елена. - Заткнись! Ник, что я буду с ней делать?! - Не надо со мной ничего делать… - по-моему, страх сейчас польется из ее глаз наружу. - Я сказал, замолчи! – злобно сверкаю глазами. - Но… - Черт! – зажимаю ей рот ладонью, силой удерживая рядом с собой, и выразительно смотрю на друга, - надеюсь, ты понимаешь, что это плохая идея? - Я все сказал. - Я ее трахну! Елена в моих руках начинает извиваться в три раза сильнее. - Трахай, - Клаус тяжело вздыхает и комнату заполняет придушенное истерическое мычание моей новой… я не знаю, как это назвать… обузы, - все равно у меня нет другого выхода. Никому кроме тебя я не доверяю. В конце концов… - Ай!!! – вздрагиваю и жмурюсь от боли. Черт! Эта зараза укусила меня! - Ты охренела?! – со злостью смотрю не нее. - Не трогайте меня! – она жадно хватает ртом воздух, разворачивается и выбегает из комнаты. Твою ж мать. - Рад? – недовольно смотрю на Клауса, - очень собой доволен? Мало Деймону геморроя по жизни? Надо еще добавить? – в сотый раз закатываю глаза и выглядываю в коридор, - Мейсон, красавицу нашу поймай!!! А-то она бежать куда-то собралась! Снизу доносятся тяжелые шаги Мейсона, его приглушенный голос и тихое пищания Елены. Цирк уродов. Перевожу глаза на Клауса, который демонстративно тянется функционирующей рукой к куску пиццы. - Это типа ты согласен поесть? – злобно цежу я сквозь зубы. - Да, - гордо отзывается этот крыс, - и еще, поставь мне, пожалуйста, фильм. - Какой? «Шантаж»? - Нет, - он откусывает пиццу, - хочу комедию. Вот, честно, черт бы с ним. Елена? Да на здоровье. Позаботиться о ней? Хрен ли, с меня не убудет. Я согласен на это ради того, чтобы мой друг ел, хотел посмотреть комедию, и хоть иногда вспоминал о том, что он все еще жив. Совершено неожиданно, Клаус съедает три куска пиццы, запивает их остывшим чаем. Отказавшись от того, чтобы я его подогрел, и мы вместе решаем, что смотреть он будет «Король вечеринок». Включаю фильм, поправляю одеяло, забираю пустую кружку и бегом спускаюсь вниз. - Мейсон, ты прикинь, она не хочет со мной спать! Маленький забитый мышонок, дрожащий в руках у Мейсона, начинает истерически пищать. - Дей, хорош, - начальник охраны укоризненно смотрит на меня, - ей и так страшно. - Ладно, все! – беру Елену за руку и притягиваю к себе, - Мейсон погуляй. - Дей… - Погуляй, я сказал!!! Он вздыхает, выразительно смотрит на Елену, типа «не бойся», (хренова мать Тереза!), и выползает из дома. Готов поспорить, он пойдет на пробежку. - Ну, что ты хнычешь? – беру ее за плечи и ловлю перепуганный взгляд, - испугалась? - Да, - честно отзывается она. - Не бойся. Мы пошутили. - Вы… - она часто моргает, изо всех сил стараясь не заплакать, и я снова ловлю себя на том, что начинаю уважать ее за это, - Вы не тронете меня..? - Не трону, - почему-то мне становится смешно, - не волнуйся. Она затравленно смотрит на меня, и я неожиданно понимаю, как ей сейчас хреново. Она потеряла мужа. Он, конечно, был мудаком, но и ее мужем. Она совсем одна, ее выгнали из ее прежней, привычной жизни, у нее ничего нет, она всего боится… - Эй..? – наклоняюсь и заглядываю ей в глаза, - эй, ты чего? - Я… - она запинается, - Деймон, простите, я… можно мне что-нибудь поесть? - Поесть..? – я округляю глаза, - это хороший вопрос… мне бы тоже. Сейчас найдем. И, знаешь, что? – прищуриваюсь, глядя на нее – говори мне «Ты». - Хорошо.