Моё прекрасное несчастье. Часть 2.

POV Killian.       Уменьшая огонь под сковородой, я улавливаю тихие легкие шаги за спиной. Жду, пока Свон окажется рядом, не подавая признаков того, что чувствую ее присутствие. Когда она оказывается совсем близко, я резко разворачиваюсь, сгребая ее в охапку. -Ты напугал меня! – сердито восклицает она. -Доброе утро, любовь моя! – улыбаюсь ее испуганному виду и целую в лоб. -Чем у тебя тут так вкусно пахнет? Эмма выглядывает из-за моего плеча на недоготовленный завтрак. -Надеюсь, Ваше Высочество любит блинчики? -Обожаю! Особенно с корицей. Не забудь добавить. -Как скажешь, - на мгновение выпускаю Свон из объятий, чтобы закончить приготовление завтрака. Когда все готово, выключаю газ и снова оборачиваюсь к ней. Эмма внимательно и с интересом наблюдает за мной, облокотившись на стол. -Когда ты успел научиться готовить? – выгибая бровь, спрашивает она. -Я же все-таки моряк. Капитан, как-никак. А они должны уметь о себе позаботиться. -Кстати о капитанах! – Свон щелкает пальцами и поднимает на меня ясный взгляд. – Я просто жутко соскучилась по нашим морским прогулкам, по Роджеру. Как вернемся домой, обещай, что первым делом мы отправимся в плаванье. Неважно куда. Я так тоскую по морю! По мере того как она говорила, Свон притянула меня за рубашку, так что между нами осталось несколько миллиметров. К сожалению, как я ни старался, у меня не вышло скрыть эмоций, захлестнувших меня при ее просьбе. Боль и тоска от утраты Веселого Роджера напомнили о себе, заставив сконфузиться. -Что-то не так? – Эмма касается моей щеки. – Ты чего? -Нет, ничего. Конечно, мы обязательно выйдем с тобой в море. Я скучаю по нему не меньше твоего, между прочим. Улыбаюсь, отбросив грустные мысли и кажется, мне удается отвести от себя подозрения Свон. -Отлично! – она обнимает меня за шею и радостно улыбается, словно ребенок, который, наконец, выпросил то, чего так давно хотел. -Я хочу есть, - вдруг произносит Свон и целует меня. Из медленного и сдержанного поцелуй перерастает в глубокий и нетерпеливый. Приподняв за талию, сажаю ее на стол, у которого мы стояли. Эмма тут же обвивает меня ногами, притягивая максимально к себе. Мои руки скользнули под ее тонкую длинную футболку, изучая каждый сантиметр бархатной кожи. Из моего горла вырывается нечто среднее между стоном и рыком, когда Свон кусает мою нижнюю губу, а затем сглаживает место укуса языком. В отместку моим не знающим стеснения и границ рукам, ее язык изучает мой рот, скользит по небу и сталкивается с моим. Я на миг отстраняюсь, заслуживая недовольный взгляд. -Милая, когда ты сказала, что хочешь есть, ты же не имела в виду меня? -Именно так, - уголок ее губ растягивается в улыбке. Я не успеваю ничего ответить, ведь ее губы снова впиваются в меня с ее большим нетерпением и желанием. В ответ я даю полную волю рукам по мере того, как Свон оставляет обжигающие поцелуи на моем лице и губах. Тонкое белье скользнуло на пол, и я просунул ладонь ребром между ее ног. Взметнувшись вверх, рука очень быстро достигла нужного места и ворвалась в уже влажные складки. В какой-то момент я опускаюсь на колени, раздвигаю ее ноги и пододвигаю лицо, достигая языком важной точки, заводясь от ее несдерживаемых постанываний и пальцев, царапающих мои плечи и затылок. Продолжаю наслаждаться ею с помощью языка, проникаю в нее как можно глубже и останавливаюсь только, когда Свон вскрикивает, выгибаясь в спине дугой и дергая мои растрепанные волосы. Поднимаюсь и снова целую ее, на этот раз более медленно. Жду, пока ее дыхание и сердцебиение придут в норму. -Я люблю тебя, родная, - произношу я, когда мы отстраняемся друг от друга. – Больше всего на свете я хочу всегда держать тебя в руках и никогда не отпускать. Ты та, кто наполняет светом самые темные уголки моего сердца. Спасибо тебе. Просто за то, что ты есть, за то, что ты со мной. Ее голова ложится на мое плечо. Эмма все еще тяжело дышит. Ее руки легко гладят мою спину и поясницу. -И я люблю тебя. Ты тот, кто всегда будет рядом. Ты - мое все. Она целует мое плечо, затем шею, словно подтверждая свои слова. Я крепко прижимаю ее к себе, зарываясь лицом в мягкие волосы. И честно говоря, я был бы счастлив растянуть это мгновение навеки.       Должен сказать, я и сам был удивлён своим завтраком. Эмма была чертовски довольна и не уставала хвалить меня. -Все забываю спросить, - спохватывается вдруг она, допивая чай. - А как ты попал сюда? Ты упоминал про бобы, но ведь это ужасная редкость даже в наших краях. Да и стоят они немало. Чёрт, опять она об этом! Свон всегда чувствует, когда я что-то скрываю и, думаю, не успокоится, пока все не выяснит. - Да, на счет редкости ты права. Но мне подсказали, где искать. Точнее, у кого. - И кто же располагает таким артефактом? -Скажем так, один старый знакомый. - Она выжидающе смотрит на меня. - Чёрная борода. Эмма вздрагивает и смотрит на меня с ещё большим удивлением. Очевидно, ей известно тёмное прошлое этой личности. -Господи... Представляю, сколько он попросил за них... О нет, не представляешь... Эмма молчит, а я напряженно изучают скатерть на столе. Наконец, до неё, кажется, доходит вся суть. Она выпрямляется и пронизывающе смотрит на меня. Её рука накрывает мою. - Помнится, вы с ним никогда не ладили. Киллиан, что Чёрная Борода попросил за бобы? Я не хочу сказать, что у тебя могло быть недостаточно денег и все же, зная его, я сомневаюсь, что его удовлетворило золото. -И в кого ты такая догадливая, Свон? - пытаюсь улыбнуться. -Киллиан Джонс, ты что, отдал свой корабль, чтобы найти меня? Как она догадалась? Возможно, это я разучился что-либо скрывать. Отрицать не имело смысла, зная Эмму. Да мне и не хотелось больше скрывать это. -Да, - просто отвечаю я, глядя на наши сплетенные руки, а затем поднимаю глаза на Свон. Она смотрит на меня чуть растерянно, но с безграничным сочувствием и благодарностью. Понимая, что слова в такой ситуации лишние, она резко встаёт, оказывается у меня на коленях и целует, словно утешая и в то же время, пытаясь выразить благодарность. Целую её в ответ. Обнимая принцессу, я понимаю, что мне уже не так тоскливо и больно вспоминать о Роджере. Он помог мне оказаться рядом с ней. Без этой жертвы я не имел бы возможности теперь обнять её и прошептать, как невероятно много она значит для меня.

***

      По телевизору не шло ничего толкового, поэтому сидя на диване в гостиной, мы просто разговаривали. Эмма облокотилась на ручку дивана и положила ноги мне на колени. Она о чем-то задумалась. Я замечаю, что ее взгляд сосредоточен в одной точке. -О чем ты думаешь? – отвлекаю я, поглаживая ее коленки. -Да так.… Знаешь, Голд и вся эта ситуация с Джонатаном… -Эмма, тебе нечего бояться. Даже если Голд уже знает, что к тебе вернулась память, в этом мире он не угроза для нас. Без своей магии он просто жалкий старик. Она кивает, все так же глядя в пустоту. Спустя несколько минут, она переводит взгляд на меня и мне кажется, что я замечаю нерешительность, будто она хочет, но не может сказать что-то. -Вот именно. Он немощен, - отвечает Свон, и я не понимаю, куда она клонит. – И я хочу довести дело до конца. Моя бровь вопросительно взлетает вверх. Я жду объяснений. Эмма вздыхает, и нерешительно продолжает. -В этот мире он только потому, что когда-то давно потерял сына и теперь пытается отыскать его. Для этого ему и нужна была я. Он думал, что с моей магией и интуицией я смогу помочь ему вновь обрести сына. Эмма садится прямо, спуская ноги на пол, и будто вся напрягается. -Киллиан, я хочу помочь ему найти сына. -Что?! - вот уж чего я точно не ожидал от нее услышать. Я вообще правильно все понял? -Ну, подумай сам. Хуже от этого точно не будет. Тем более что тогда он точно оставит нас в покое и перестанет преследовать, а мы сможем спокойно вернуться домой и не бояться. У меня нет слов. Я даже не сразу нахожу, что на это ответить, просто сижу и смотрю на нее во все глаза, пытаясь переварить услышанное. -Эмма ты в своем уме? – наконец выдаю я все, на что меня хватает. -Я так и знала, что ты начнешь возражать, но пожалуйста, попробуй понять. Я просто хочу, чтобы он оставил нас в покое. И еще я хочу помочь, потому что это в моих силах. -Я не просто возражаю! Я и слушать ничего не хочу по этому поводу! – я вскакиваю с дивана, словно ужаленный. Я поражен ее словами. Как можно хотеть помочь этому монстру?! -Но… -Никаких но! Эмма Свон, да что с тобой? Ты собираешься помочь человеку, который так поступил с тобой! Разлучил с семьей и домом, заставил жить ложной жизнью. Ты хочешь помочь чудовищу, которое отняло у меня все, что я ценил, включая тебя! Я не собирался кричать, но ничего не мог с собой поделать. Ее слова слишком задели меня. -Я понимаю твои чувства, - Эмма тоже поднимается на ноги. – Но я сужу с точки зрения человека, знающего каково ему. Я понимаю, как это – не иметь возможности увидеть родного человека. Ты ведь тоже это понимаешь. -Эмма он заслужил куда худшей кары! Ты не знаешь его, как я, не знаешь, какой монстр прячется за безобидной внешностью! -Возможно, хорошо. Но ведь для меня это не сложно, а взамен он перестанет преследовать меня. Думаешь, мне приятно думать, что в любой момент он может вернуться, может снова отнять тебя у меня? -Он этого не сделает. Я и близко не подпущу его к тебе, только прошу, Эмма, не глупи. Ты сама не понимаешь, что говоришь. Нервно запускаю пальцы в волосы. Я пытаюсь успокоиться и уже успеваю подумать, что убедил ее, но нет… -Может, он монстр. Но это не значит, что мы тоже должны поступать как он. Не понимаю, что в этом такого страшного? Киллиан мир не рухнет, если Голд обретет сына. Он пропадет без него! -И отлично! Его давно пора отправить в ад! -Я не узнаю тебя, - сердито бросает она. В ее глазах тоже появляется злость. – Ты знаешь его как Темного мага, Румпельштильцхена, разрушающего все с помощью своей силы. Но я знаю его другим. Здесь он просто человек, который хочет вернуть самого дорогого и единственного родного человека. И я не могу не помочь, видя как неспособность что-либо сделать, сжигает его! -Эмма, очнись, он все тот же! Что если его сын потому и сбежал? Кто захочет иметь отца – демона? Подумай, какую услугу ты окажешь ему! -Ты просто бесишься из-за вашей старой вражды. Но я не хочу тоже быть жестокой. Я не хочу лишать его последней надежды! -Эмма Свон, - мне все это жутко надоело. Я чувствовал дрожь в руках и еле сдерживал себя, чтобы в конец не раскричаться. – Ты не станешь помогать Темному магу, ясно? Никогда! -Не много ли ты берешь на себя, Крюк? – она скрещивает руки на груди, яростно глядя на меня. – С каких пор ты вообще стал указывать мне, что делать? -С тех пор как понял, что если снова тебя потеряю, то лишусь рассудка. Да пойми же, я хочу как лучше! -Лучше для кого? Эмма переходит на крик, и я понимаю, что ее терпению, как и моему, пришел конец. -От того что человек будет страдать не станет лучше никому! Разве что, возможно, тебе! -Прекрати! Это бесполезный спор, Свон, ты не станешь ему помогать. Подступаю ближе, хватая ее за локоть, но Эмма тут же вырывается, все так же яростно гладя на меня. -Не приказывай мне. За год, принимая решения сама, со мной как видишь, еще ничего не случилось! -Конечно, если не считать того, что ты вообще жила чужой жизнью! Хватит! Я не понимаю, почему она так ведет себя. Неужели Голд снова станет причиной размолвки между нами? Я не хочу ссориться, но злость и непонимание выходят на первый план, заставляя забыть о спокойствии и разумных действиях. -Думай что хочешь, но я не собираюсь отнимать надежду у человека и оставлять его без малейшего шанса увидеть сына. -Значит то, что этот «человек», - делаю акцент на последнем слове, - отнял у меня всю мою семью и оставил одного полагаться на волю, ничего не значит?! То, что он враг твоей семьи, ведь неоднократно сражался с Реджиной, то, что разлучил нас и заслал тебя в этот мир одну, стерев напрочь все воспоминания тоже ничего не значит?! Для тебя не имеет значения то, как сильно я страдал из-за него, едва не сводив счеты с жизнью от неудержимой боли и одиночества?!! Эмма молчит, а я не могу успокоиться. Ярость заставляет кровь вскипеть в жилах, и я уже не могу остановиться. Мне больно и обидно слышать от нее такие слова. Я не понимаю ее. Впервые я не могу найти компромисса и понять ее. -Его боль, боль истинного дьявола, значит для тебя больше, чем моя! И это при том, что я вообще сомневаюсь, так ли для него важен сын, ведь он прогнил до такой степени, что странно, если он вообще может чувствовать! -Это не так и ты прекрасно знаешь. Прекрати кричать! -Да что ты! По твоим словам ясно, что все именно так! Напор Эммы немного утих, но она тоже еще злилась. Я же не мог остановить себя. Я вдруг почувствовал себя преданным. Мне нужно было остыть и, кроме того, я злился настолько сильно, что никакие слова не помогут. -Хочешь помогать ему, пожалуйста! Я не собираюсь удерживать тебя силой! К тому же ты такая упрямая, что до тебя же не достучишься! Ну, вперед, спасай монстра! Я в этом участвовать не собираюсь!!       Резко разворачиваюсь и вылетаю из гостиной. Схватив с вешалки куртку и сунув ноги в кеды, я распахиваю входную дверь и выбегаю из квартиры. Позади доносится крик Свон, пытающейся остановить меня, но я даже не различаю слов. Я даже не вижу дороги из-за застилавшей глаза ярости. Я слышу лишь стук крови в ушах. Наряду с яростью, в сердце врезается боль. Наверное, мне просто нужно успокоиться. Я плохо соображаю и просто иду по дороге, вдыхая холодный ночной воздух, и пытаюсь прийти в себя.