Ты меня слышишь?!

Разноцветная осень, преодолев порядочную преграду в лице зимы, весны и так быстро отгремевшего лета, лениво расстилалась по окрестностям Хогвартса, выкрашивая самые разные и диковинные деревья в теплые, бархатные огненные цвета. Трава потеряла былой сочный зеленый цвет и с каждым днем необратимо увядала, образовывая на земле плотное бледно-желтое покрывало, мешающееся с яркими рыжими листьями, которые теперь были повсюду. Невидимые струйки уже ставшего прохладным ветерка подбрасывали их ввысь, завивали в причудливые зигзаги и разбрасывали везде, где только можно было себе представить. И конусообразные крыши замка, и его подножье, и земли рядом с ним, и даже поверхность Черного озера были сплошь усыпаны огненными листиками, чей цвет мог сравниться лишь с цветом волос бесившихся на берегу водоема братьев-близнецов. Мальчишки обкидывали друг друга шариками с водой, при этом совсем не по-мальчишески визжа и подпрыгивая, когда очередной шар с треском разрывался, достигнув одного из них, и обдавал небольшим количеством воды, которая, судя по подрагивающим и посиневшим рукам Фреда и Джорджа Уизли, была достаточно холодной. Трое друзей, изредка поглядывающие на эту вакханалию, как выразилась Гермиона, устроились под многолетним деревом с раскидистыми полуголыми ветвями, с которых на ребят то и дело слетали листья. Один из приятелей, Рон, умостился по-турецки в корнях дерева и что-то яро объяснял своей подруге. Та, в свою очередь, упрямо ему возражала. Третий мальчик, брюнет в круглых очках и со шрамом в виде молнии на лбу, стоял, прислонившись к древесной коре, и разглядывал пожелтевший Запретный лес, явно не обращая внимания на перепалку друзей. - А я тебе говорю, Рональд, что твоя зацикленность на Сириусе Блэке – просто глупый страх! Сам рассуди: Гарри в Хогвартсе, а здесь ему ничто не грозит. Профессор Дамблдор просто не позволит какому-то беглому преступнику подойти к замку ближе, чем то допустимо! – Гермиона сдула со лба выбившуюся непослушную прядь каштановых волос и снова уткнулась в книгу. На этот раз девочка перечитывала «Основы трансфигурации». - Гермиона, - Рон окинул подругу взглядом а-ля «Ты с ума сошла?» - этот «какой-то беглый преступник» перебил дюжину ни в чем не повинных маглов, а ты даже носом не ведешь! Что ему помешает сделать с нами то же самое, не окажись твоего бесстрашного Дамблдора рядом? Я ведь прав, Гарри? Эй, Гарри! – Рыжий потеребил своего друга за краешек школьных брюк, и только тогда мистер Поттер соизволил оторвать взор от лесной чащи и непонимающим взглядом воззриться на друзей. Рон, заметив, что Гарри его с Гермионой вовсе не слушал, негодующе сдвинул брови к переносице. – Мы тут, вообще-то, твои шансы на выживание оцениваем! - Глупости, Рон, - пробормотала, еле шевеля губами, Гермиона, перелистнув страницу. Друг, видимо, не услышал или сделал вид, что не услышал. Гарри окинул взглядом водную гладь Черного озера и присел рядом с другом, вытянув ноги и взъерошив и без того лохматые вихры. Мальчишка принялся рыться в своей школьной сумке и вскоре выудил из нее лист пергамента, пушистое коричневое перо и чернильницу. - Уж не домашнее ли задание ты делать собрался? – Рональд округлил глаза и непонимающе уставился на друга. - Прорицания, - обреченно выдохнул Поттер. – Сегодня мне снилась Ива, мутузившая Малфоя. И что бы это могло значить? – усмехнулся Гарри. - Вероятно, близость твоей смерти, - сквозь сжатые зубы выдавила, не отрываясь от книги, Гермиона. Девочка была недовольна преподавателем предмета прорицаний, считая профессора Трелони просто недалекой шарлатанкой, а саму «науку» - бессмысленным занятием. - Тебе, Рон, тоже не помешало бы заняться уроками, - предложила девочка. - Если бы твой мерзкий кот не решил позавтракать моими конспектами!.. – надулся мальчик, сверля хозяйку Живоглота полным обиды взглядом. - Нечего было оставлять их, где попало, - невозмутимо ответила Гермиона. – Глотик просто следовал своим охотничьим инстинктам. - Кстати, о Глотике… - Гарри поймал взгляды друзей и махнул в сторону берега у Черного озера, где увидел весьма и весьма интересную картину, заставившую мисс Грейнджер не на шутку разозлиться. Живоглот, до сего момента мирно прохаживающийся по берегу водоема и время от времени озлобленно шипевший на плескавшегося в водах озера гигантского кальмара, и думать не думал о том, что секунду спустя послужит живым щитом Фреду Уизли. Парень, в надежде спастись от очередного летевшего в него шарика с ледяной водой, в мгновение ока подхватил первый попавшийся под руку предмет (а предмет оказался беднягой котом) и выставил перед собой. В тот же момент шарик Джорджа со смаком впечатался в округлое пузо Живоглота и взорвался холодными брызгами, окатив любимца Гермионы от ушей до кончиков лап. Истошно визжа, кот, применив свои цепкие и крайне острые когти, вырвался из объятий Фреда, оставив на том пару царапин, и припустил к хозяйке. Издавшие синхронное «Ой» близнецы с плохо скрываемым ужасом на веснушчатых и посиневших лицах следили за несущейся к ним на всех парах гриффиндоркой. Девочка кончиками туфель поддевала и вскидывала вверх сухие хрустящие листья, прижав к груди промокшего Живоглота. Гермиона, тяжело дыша от злости, на ходу угрожающе выкрикнула братьям фразу, ставшую чуть ли не коронной у маленькой заучки: - Фредерик Гидеон и Джордж Фабиан Уизли!.. Будь Гермиона в силах хоть немного отсрочить рассвет, она бы обязательно досмотрела один из самых интересных и забавных для нее снов. Девушка замечательно помнила этот момент, положивший начало продолжительному противостоянию заучки Грейнджер неугомонным рыжим близнецам. Но, так или иначе, наступил новый день. Сквозь бежевые занавески в спальню просачивались первые светло-золотистые лучики летнего солнца. Разливаясь по ковру и смятым простыням, они достигли лица девушки, и та, не сумев удержаться, довольно громко чихнула. - Будь здорова, - на веселой ноте прикрикнул Фред, дождавшийся, наконец, пробуждения своей единственной собеседницы. Гермиона, чертыхнувшись, подскочила и чуть не упала обратно, запутавшись ногами в простынях и плюс ко всему словно нырнув в ледяную воду. Первую секунду ее взгляд заметался по комнате, но потом, стоило девушке вспомнить события прошедшего дня, остановился на пустом пространстве перед ней. - И где твое чувство такта, Грейнджер? Воспитанные люди вот так вот бесцеремонно в призраков не ныряют, - принялся в своей обычной шутовской манере наставлять Гермиону Фред. - Извини, я все никак не привыкну. Что ты вообще тут делаешь? – Гермиона, массируя виски, прерывисто закашлялась. - Ага, будет она здорова, куда там. А если по вопросу, то, на твое великое счастье, теперь я не могу отойти от тебя более чем на десяток метров. – В доказательство своим словам Фред встал с краешка кровати и отмерил десять шагов к другому концу спальни, после чего его с едва слышным шумком откинуло обратно к девушке. Гермиона, таких перемен не заметив, ощутила лишь то и дело скачущую температуру воздуха перед ней. - И за какие же заслуги мне так везет, - саркастически пробубнила девушка, закатив глаза. - Ну, смотри. Ты у нас, во-первых, жутко занудная зубрилка с «превосходно» по всем предметам. Во-вторых, экс-девушка Вики. В-третьих, героиня Второй Магической. В-четвертых… - Фред, загибая пальцы, перечислял все славные или не очень достижения мисс Грейнджер, пока та его не перебила, все же не скрывая улыбки. - Я бы на твоем месте, Фред, не страдала дурацкими разговорами, а думала, как бы нам попасть в Хогвартс, не пользуясь «Хогвартс-экспрессом». В транспортную систему камины в замке не входят, портал достать практически невозможно, трансгрессировать тоже нельзя… - А вот с этим я бы поспорил, Грейнджер! Во время Битвы все наложенные на замок заклятия были сняты. Ну, так па в Мунго сказал. Остается только надеяться, что чары, не позволяющие трансгрессировать на территорию Хогвартса, все еще не восстановили. – Фред победно сложил руки на груди и принялся насвистывать какую-то бравую песенку. Гермиона еще раз убедилась в несерьезности своего нового соседа, но услышанной новости очень обрадовалась. - Замечательно! Где моя палочка, где же… - Девушка принялась шарить руками по кровати и в конечном итоге нашла свой магический агрегат под подушкой. – Надеюсь, я не разучилась трансгрессировать… - Ну-ну, умерь свой пыл, Грейнджер, - со смешком протянул Фред. – Ты хотя бы в порядок себя приведи, что ли. Выглядишь не ахти, - оценил парень, поглаживая подбородок. – И ты до сих пор в пижаме. – На этих словах Гермиона испустила вздох возмущения и поспешила натянуть на себя простыню, словно бы Фред до этого момента не видел ее в ночнушке. – И у тебя воронье гнездо на голове. И видок помятый. И тушь растек… - договорить Фред не успел. Гермиона, схватив подушку, с силой отправила ее в ту сторону, откуда, как ей казалось, доносился голос парня. – Будь я относительно жив, остался бы без глаза. - И кто же из нас бестактный? – Гермиона мстительно усмехнулась и поспешила начать подготовку к отбытию в такую родную школу. Часом позже девушка, крепко сжав в руке волшебную палочку, резко повернулась на месте, ощутив при этом холодное прикосновение на плече. Далее последовали привычные, вызывающие рвотные позывы, метания в пространстве. Гермиону, казалось, скручивало, растягивало, сужало и колотило потоками воздуха со всех сторон, но две секунды спустя терзания прекратились, и девушка благополучно приземлилась на четвереньки. Поспешив встать, Гермиона отряхнула руки от приставшей к ним чуть сырой земли и ошметков сухой пожелтевшей травы, отложив волшебную палочку в карман старых подранных брюк. Девушка, поймав всем телом продувающий насквозь свежий горный ветерок, огляделась. Приземлились они в полумиле от замка, прямо у опушки запретного леса. Издалека доносились командные возгласы, указывающие, что, куда и как правильнее левитировать. В глаза бросались вспышки заклинаний самых разных цветов, что невольно напомнило о чуть менее месяца назад отгремевшей Битве за Хогвартс. Гермиона поспешила отогнать ужасные воспоминания, уверив себя, что теперь все будет иначе. - Ну вот. Как я и говорил. Не восстановили, - сказал Фред, тоже разглядывая знакомые с одиннадцати лет места. – Пойдем уже. Не охота под дождь попасть. Я хоть и привидение, но чертовски не люблю плохую погоду. И действительно, погода медленно, но верно портилась. Ранее безоблачное голубое небо затянулось тучами и приняло стальной оттенок, словно бы окрашивая воздух в сероватый цвет. Ветер усилился, а его порывы то и дело спутывали кудри Гермионы, отбрасывая их назад. Девушка кивнула своему собеседнику, пусть и не знала точного его местоположения, и оба направились в сторону замка. У самого его подножия, облокотившись о потрескавшуюся каменную стену, сидели два молодых человека, в которых Гермиона немедленно узнала своих друзей. Не успела девушка в приветствии выкрикнуть их имена, как один из парней, Рон, подскочил со своего места и на всех парах двинулся к мисс Грейнджер. - Гермиона! – парень сжал ее отнюдь не в дружеских объятиях, грозя сломать девушке хребет. – Ты ни на одно мое письмо так и не ответила. Я надеялся встретиться и, может быть, после всего, что с нами было, хотя бы поужинать вместе. Что-то случилось? Рон, приподняв маленький точеный подбородок Гермионы, заглянул ей в глаза и секунд пять спустя решил, что сейчас было бы очень уместно ее поцеловать. Парень в надежде подался вперед и уже собирался было исполнить задуманное, но девушка нерешительно отпрянула. - Случилось, Рон. Очень многое случилось, - тихо произнесла Гермиона, сглотнув. Рональд уставился на нее непонимающим и обиженным взглядом. – Ты ведь должен меня понять. Война, и… Мне было очень тяжело. Сейчас я не хочу думать ни о чем, кроме моих прямых обязанностей. – Девушка, испытывая жгучую неловкость, опустила взгляд в землю, усыпанную гравием. Гермиона ждала поддержки извне, но Гарри тоже слегка опешил и явно не знал, какую роль может сыграть в данной ситуации. Бестелесный Фред же вопреки своей природе отмалчивался. - И что за «прямые обязанности» ты имеешь ввиду, Гермиона? Ты ни разу не появлялась в Министерстве, ты не давала интервью ни единому журналисту, которые нам с Гарри просто проходу не дают. Такое ощущение, будто бы ты просто выпала из этого мира, - почти что рассержено произнес Рон, не сводя с подруги глаз. – Да и после того поцелуя в Тайной Комнате… - Ну, ничего себе! Грейнджер, что ж ты такими подробностями не делилась? – ехидно ввернул Фред, и, судя по его интонации, лицо парня исказила привычная усмешка. - Потому что тебе этого знать не следует! – выпалила Гермиона, тут же прикусив язык. Девушка вспомнила, что друзья и знать не знают о том, что Фредерик Уизли находится вот, здесь, совсем рядом. Поняв свою оплошность, Гермиона растерялась. - Что мне не следует знать? Гермиона, я знаю, что поцеловал тебя, и знаю, что сделал это намеренно! В чем проблема? – вскинулся Рон, сложив руки на груди и подергивая желваками. Гермиона, совершенно потерявшись в захлестнувших ее эмоциях, среди которых ясно различались чувство безысходности и даже отчаяния, не знала, что ей следует ответить. Рон всегда был ее другом, а этот случайный поцелуй – так, всего лишь ужасное недоразумение, которое девушка вопреки своему врожденному здравомыслию допустила. Вдохнув полной грудью, Гермиона, так и не найдя подходящих слов, протараторила: «Мне нужно в библиотеку». После чего резко развернулась, и, кивнув на прощание Гарри (впрочем, с которым она так и не удосужилась поздороваться), направилась внутрь замка. - Вот это ты его отшила. Браво, Грейнджер! Что делать-то теперь будешь? Ронни явно отступать не собирается, в этом можешь быть уверена. – Фред издал грустный смешок. Он и Гермиона сейчас проходили ведущий в залы библиотеки коридор. Девушка предпочла не ответить. Осознав, что на нее сейчас свалилось (и это помимо основного груза – Фреда), Гермиона просто не находила себе места. Стены такой родной школы казались будто бы прозрачными, не привлекающими внимания. Каменная кладка обсыпалась, и вырывавшиеся из нее облачка пыли сверкали и выписывали круговороты, попадая в сочившийся из окон свет. На пути к святая святых Хогвартса так никто, кроме бубнящих портретов, и не встретился, а на подходе к знакомой с детства библиотеке на душе стало теплее и уютнее. Мадам Пинс, занимающая свое обычное место за резным деревянным столиком, с несвойственной ей улыбкой встретила свою постоянную посетительницу. Рука женщины потянулась к перу, и, пометив что-то в старом желтом пергаменте, библиотекарша снова устремила свой взгляд на Гермиону. - Мисс Грейнджер. Давненько я вас не видела, - женщина поправила очки на переносице, словно бы пытаясь разглядеть свою посетительницу. – Что ж, проходите. И, к вашему сведению, вы вполне можете воспользоваться запретной секцией, если это потребуется, - благодушно произнесла мадам Пинс и секунду спустя углубилась в записи. Несколько часов спустя, когда Гермиона окунулась в такую привычную ей атмосферу, девушка все еще одну за другой перебирала все книги, в которых мог быть хотя бы намек на понятие привидения. На деревянном столике у одного из самых высоких стеллажей все росли и росли горы фолиантов, полностью заслонив своим бумажным массивом сосредоточенную и взъерошенную мисс Грейнджер. - Фред, я пересмотрела все книги из запретной секции, в которых могло быть хоть что-то, отвечающее на вопрос о твоем состоянии, но… Ой, гляди. – Гермиона перевернула страницу очередной толстенной книги и нашла статью, показавшуюся девушке хоть мало-мальски схожей с ситуацией Фреда. – «В 1486 году, 13 числа октября-месяца, согласно рассказам жительницы окраины Лондона, Эстель Саммервольт, в результате несчастного случая пострадал владелец соседней с женщиной лавки – Содар Драгшот. Развешивая сушеные травы на продажу, мистер Драгшот не рассчитал силу взмаха волшебной палочки и вместо товара левитировал тяжелую деревянную крышу. Та, не удержавшись на неумелых чарах, рухнула, придавив собой своего хозяина. Находящийся в состоянии комы мистер Драгшот, по причине неразвитой в тех годах медицины, посчитался погибшим. Однако, согласно словам мисс Саммервольт, женщина слышала голос находящегося без сознания Содара и, после некого инцидента, о сути которого госпожа Эстель предпочла умолчать, даже имела с ним зрительный контакт. Несмотря на уговоры женщины «вернуться в тело», мистер Драгшот вскоре исчез. Невозможно судить, правдива ли эта история и действительно ли психически неуравновешенная мисс Саммервольт была серьезна, открывая подробности несчастного случая, но волшебный мир еще ни разу по-настоящему не сталкивался с явлением возникновения привидения человека, находящегося при жизни». - Но там же сказано, что она была сумасшедшей. Хотя совпадение прямо-таки удивительное. – Фред поймал недоуменный и оскорбленный взгляд Гермионы. – Нет, я не это имею в виду. Ты у нас вполне адекватная, - усмехнулся парень, выставив перед собой руки в защитном жесте. - Я думаю, эту историю можно принять к рассмотрению. Жаль только, что подробности упущены, - прикусила губу девушка. Но, стоило Гермионе расстроиться, как она вспомнила одну важную вещь, настолько важную, что тут же забыла. Но то, что промелькнуло в памяти, казалось очень существенным. – Мне кажется, я читала об этом. Очень много читала. Но вот только где… Гермиона, вытянув руки на столе, положила на них голову, устало прикрыв глаза. Запах старинного пергамента и сосновой мебели действовал успокаивающе, но последние события, рухнувшие на мисс Грейнджер всей своей тяжестью, давали о себе знать. В голове закружилась баюкающая медленная музыка из почти забытого детства. Папа кружит маленькую Гермиону в шуточном вальсе, а мама, вопреки своей педантичности и сдержанности, весело хохочет над этим действом. Девочка счастлива. Ледяной поток воздуха прошелестел у ушей и закрутился в спутанных волосах. Гермиона вздрогнула во сне, но после расплылась в почти детской улыбке. - «Спи, сладкая, позволь мечтам наполнить твои сны, как волнами нежного огня, который сбережёт тебя. Спи, милая, дай твоим чувствам нахлынуть и сопровождать тебя до следующего утра»*, - тихо напевал Фред, чувствуя себя при этом донельзя глупо. Парень фальшивил, а голос, прежде веселый и звонкий, срывался. Ему нужно время.