R.E.D.

      — Я рад, что ты пришел, — сказал темноволосый, поправляя пятерней свои волосы.       — Счастлив снова тебя видеть, Майки, — улыбнувшись, вежливо ответил ему я.       Встреча была назначена в полночь, на старом рыбацком складе, координаты которого мой брат указал в записке. Это место насквозь пропахло тухлой рыбой, водорослями и соленой водой. Я не чувствовал никаких посторонних запахов из-за зловония, которое напрочь отбивало всё желание находится тут.       Стены изнутри покрыты белой плиткой, поэтому в помещении было холодно, как в морге. Благодаря яркому освещению моя кожа выглядела вдвойне бледной, вены выделялись на её фоне. Мне хотелось поскорее скрыться в тень, чтобы не показывать Майки, каким сделала меня жизнь.       — Раз уж ты здесь, то позволь мне у тебя поинтересоваться. Тот вурдалак… наша тетушка Сара. Она жива? — спросил юноша, медленно расхаживая по просторному залу из стороны в сторону.       — Нет, она давно в могиле, — холодно ответил я.       — Как это произошло? — осторожно поинтересовался он.       — Сара работала на Артура, она предала нас и поплатилась за это жизнью. Я выпил её кровь в замке Артура, когда она стала ему бесполезной, — усмехнувшись, ответил я. — Знаешь, я никогда не испытывал большего удовлетворения, чем в тот день!       Он задумался, пытаясь, видимо, понять смысл моих слов, сказанных мной минутой ранее. Майк отвел взгляд, а после посмотрел на меня с пониманием. Выражение его лица было преисполнено обиды, горя и даже отчаяния — лик человека, которого предали. Он на секунду замер. Не удивительно, что моё заявление его, мягко говоря, шокировало. Мой брат, как и я, когда-то искренне доверял Саре. Никто не ожидал, что она может оказаться настолько мерзким человеком (вурдалаком?).       — Ты чудовище, — с презрением процедил он сквозь зубы.       — Это так. Я знаю…       И не было для меня большего стыда, чем признать это! Столько лет я боролся с самим собой за право называться человеком! Столько времени я потратил на то, что теперь не имеет никакого смысла! Теперь я знаю, что настоящий я — монстр, чудовище, предназначение которого убийства себе подобных.       Но я прекрасно понимал, что если я хочу наладить отношения с братом, то мне придется стать таким же, как он. Я обязан вернуть себе человеческий облик! Чего бы мне ни стоил путь назад, я должен попробовать его преодолеть ради Майки!       — Почему ты убежал из дома? Что заставило тебя сделать это? — после долгой паузы спросил я.       — Смерть Кристин, — тяжело начал он, обдумывая каждое слово. — Кристи была любовью всей моей жизни. Я действительно любил её, хоть и кому-то это казалось наивным. Словами не описать, как многое эта девушка значила в моей жизни. Она была моим единственным другом на тот момент. Сверстники же надо мной смеялись из-за того, что я носил очки. Не каждый мог понять мои увлечения и вкусы, а она понимала и разделяла их. Мы вместе читали Эдгара По и ходили в библиотеку по воскресеньям. Единственная девушка в моем окружении, которая действительно любила читать хорошие книги. Кристин всегда поддерживала любую мою затею, — Майки говорил это с улыбкой, но вскоре его лицо приобрело более серьезный, взрослый вид. — Известие о её смерти сильно изменило меня… Словно все кости переломали! Оставили одного, наедине со всеми проблемами и насмешками со стороны одноклассников! Я не хотел больше находиться здесь, в этом проклятом городе, с противными, гнусными людьми. Мне пришлось уйти…       — Как ты узнал об охотниках и вампирах? — вмешался я.       — Когда я был маленьким, отец рассказал мне о том, кто он на самом деле. Ты с детства проявлял признаки вампиризма, поэтому он боялся, что ты останешься без защиты в окружении вампиров-старейшин, если его не будет рядом. Он посвятил меня в тайны охотников за нечистью.       — Отлично! Мне лгали с самого рождения!       — Это было необходимо! Отец хотел, чтобы у тебя была нормальная, человеческая жизнь. Он думал, что поступает правильно, не ввязывая тебя в эти конфликты. Разве это не прекрасно?       — Допустим, он был прав. Но все-таки меня интересует еще один вопрос… Как ты снова оказался у охотников?       — Кристин разорвал не дикий зверь, а вампир, который охотился в городе. Её смерть была спланированной. Я долго выслеживал этого мерзавца. Он работал на Артура, поэтому не было особого труда вычислить его появление. В одном из притонов для таких, как он, мы встретились, и мне, наконец, удалось отомстить за смерть возлюбленной, когда же я вернулся домой, то не обнаружил тебя и отца. Из-за следов крови на полу, я подумал о том, что вы оба мертвы. Я чувствовал себя виноватым, корил себя, ведь не уберег вас от беды, по собственной глупости лишился семьи. Казалось, что я остался совсем один. Вот они — вампиры; твари пришли отомстить за своего сородича и забрали моих родных навсегда, — он сделал паузу, подбирая более точные слова для того, чтобы продолжить рассказ. — Один очень мудрый человек сказал мне: «Если у тебя не осталось сил для того, чтобы продолжать жить, то думай только о мести, о том, чтобы убить всех вампиров и освободить человечество от их гнета». Этим человеком был Рэй Торо, командир нашего отряда инквизиторов. Благодаря нему я решил посветить свою жизнь охоте на вампиров и выживать столько, сколько смогу, служа на благо людей.       — Ты был рад тому, что я жив?       — Честно говоря, не особо. Теперь мы по разные стороны баррикад. Я очень рискую сейчас, разговаривая с тобой.       — Я не смогу убить тебя! — со всей искренностью воскликнул я. — После того, как ты пропал, я тоже думал, что ты погиб! Я плакал почти каждый день, потому что хотел вернуть тебя! Когда же мы вновь встретились, то я был по-настоящему счастлив — ты же оттолкнул меня, выстрелил, пытаясь убить! А я скучал по тебе, ждал каждый день нашей встречи, надеясь, что она состоится. Теперь мы вместе! Ты нужен мне, и я не знаю, что буду делать, если потеряю тебя снова, — мой голос дрожал. — Наверное, сойду с ума от горя, ибо не смогу выдержать еще одной долгой разлуки. Я люблю тебя, брат. Прошу, давай сбежим как можно дальше ото всех вместе? Мне так хочется снова обрести дом… А тебе?       Майк застыл в изумлении. Его глаза резко расширились, а сердце застучало быстрее от волнения. Он был удивлен правдивостью моих слов. Брат мог ожидать от меня всё что угодно, но такого, даже я сам не мог предположить. Восхищенный любовью, самой благой из всех — братской любви, он произнес:       — Я искренне удивлен твоими пылкими речами. Ты говоришь о любви, которую вампир не в силах испытать на себе. Я верю тебе, более того, я разделяю твои чувства, — заявил Майк. — Но пойми, что пока мы принадлежим к разным мирам, мы не сможем быть вместе. Уверяю тебя, что совсем скоро, наша мечта сможет осуществиться…       — Ты говоришь о лекарстве? — перебив его, взволнованно спросил я. — Оно и в правду существует?       — Я лгал тебе, брат, — сказал Майки, стыдливо опустив голову. — Та помощь, которую я так старательно пытался оказать тебе, на самом деле нужна мне.       Парень остановился прямо под ярчайшим светильником на складе, повертев каблуком лаковых черных туфлей. Он поднял лицо вверх, прямиком к свету, чтобы я смог рассмотреть его облик. Его кожа, как и у меня, была неестественно бледной. Синие вены виднелись под светом лампы. Он широко улыбнулся, что не свойственно его серьезной, взрослой натуре, и обнажил клыки, долго прятавшиеся в деснах его белоснежных зубов. Последнее, в чем мне следовало убедиться — запах, который мог издавать только сородич. Я подошел к нему ближе, всей грудью вдохнул аромат его темных волос и застыл от изумления, окутавшего моё тело, а затем невольно рассмеялся от той нелепости, которую сказал минутами ранее, закрывая руками своё лицо не в силах выдержать стыдливой глупости.       — Какая нелепость! — истерически смеясь, говорил я в порыве страсти. — Каким же я был глупцом! Подумать только, не узнать в своем брате родственную душу убийцы! Ха-ха! И каково тебе оказаться на моем месте, братишка? Как оно? Забавно, правда?! Лекарство! Нет никакого лекарства от того, кем ты являешься от рождения! Кровь — вот оно, главное богатство, наше наследие. Мы кровные братья, значит и кровь у нас одинаковая! Как же я сразу не понял этого?! Ты вампир — Майки, самый настоящий вампир, как и я. Мы оба чудовища! Браво! Прекрасный спектакль! Тебе так долго удавалось водить за нос всех — даже меня! Это достойно аплодисментов!       Я склонился в реверансе, а после зааплодировал и свистнул, чтобы насладиться своим триумфом. Какая ирония! Охотник за нечистью сам оказался вампиром! Мне уже интересно понаблюдать, как его душенька будет бороться за человечность (ставлю сотню баксов, что Майки дольше, чем я не продержится). Бальзам на душу! Замечательная новость!       Но Майк держался стойко, он лишь усмехнулся, увидев мою реакцию, а после тихо произнес:       — Я понял это всего несколько недель назад. Мне нужно было срочно отыскать тебя для того, чтобы, пока процесс обращения не завершился, найти способ повернуть его в обратную сторону. Мне необходима твоя помощь. Я больше не могу питаться человеческой едой, моё тело слабеет, а жажда становится сильнее с каждым днем.       — Ты хочешь помощи от меня? — я с усмешкой спросил. — От монстра, которого ты так боялся?       — У меня нет выбора, иначе я превращусь в такое же чудовище, как и ты. Помоги мне пока не поздно! Я не хочу убивать людей!       Моё сердце ёкнуло, когда я услышал эти слова, полные отчаяния. Мне не хотелось признавать этого, но мой брат сильно похож на меня. Когда-то я был таким же, потерявшим всякую надежду на спасение, несостоявшимся вампиром, который отчаянно просил о помощи своего злейшего врага. Моя душа жаждала божьей милости. Я молился, обращаясь ко всем святым, только бы окончательно не упасть в бездну, ту пропасть, которая отделяет меня от мира людей и животного безумия — свет и тень.       Я захотел помочь ему. Не знаю, чем это было вызвано. Может быть, братской любовью, милосердием, похожестью наших судеб, а может быть, и всем сразу. Это было не столь важно. Слова вообще ничего не значили в тот момент.       Я расстегнул несколько верхних пуговиц на своей замызганной рубашке, а затем провел ногтем по шее, вызывая кровотечение. Обхватив одной рукой затылок брата, а другой его талию, я прижал его к себе, позволяя испить то, о чем он мечтал уже давно. Кровь перетекала в его рот юного вампира, который с жадностью, совсем не сопротивляясь, пил её, закрыв глаза от наслаждения.       Каким ответственным было это событие! Первые впечатления от насыщения кровью самые яркие. Я очень рад, что мог разделить это счастье вместе с ним. Слушая его неторопливые глоточки, как отбивает ритм его юное сердце, и наслаждаться близостью родного человека, по которой я очень тосковал.       Ох, нет! Не думайте, что это было настолько интимно, как с Фрэнком. Скорее, это походило больше на дружеские объятия, доверие и братскую поддержку, но ничего сокровенного в этом не было. С моим вурдалаком всё совсем по-другому. Это эротичный процесс, сопровождающийся поцелуями, слизываем частичек крови с кожи и более нежными покусываниями, такими привычными, повседневными. Для нас, вампиров, это огромная разница!       Даже сейчас я чувствую, как отличаются прикосновения брата ко мне, от прикосновений Фрэнка. Майк изголодался, и это заметно ощущалось по его энтузиазму в насыщении кровью. Фрэнк же делал это более аккуратно, словно я мог рассыпаться в любой момент от столкновения его клыков с моей шеей. Мне даже пришлось остановить брата, чтобы ему не стало плохо от переизбытка крови (да, такое тоже бывает!).       — Так ты не бросишь меня? — спросил он, смотря на меня своими огромными, наполненными свежей кровью, глазами.       — Нет, конечно же, — я улыбнулся, вытирая с его губ неаккуратные дорожки из плазмы. — Теперь ты будешь со мной всегда.       — Вот, что значит любовь, братец? — спросил он. — Если это так, то я очень тебя люблю.       — Да, наверное, это самое верное определение, — ответил я, крепко обнимая его. — Я люблю тебя, братишка, и буду защищать вечно. Наконец-то, мы снова вместе!       Уткнувшись носом мне в плечо, Майки улыбался, смакуя вкус крови во рту. Мне нравилось это ощущение полного родства и гармонии. Возможно, при других обстоятельствах, мы бы до сих пор враждовали. Кровь избавила моего брата от необходимости переживать. Спокойствие — вот, что значит насыщение; самое прекрасное чувство, из-за которого каждый вампир стремиться к этому дьявольскому нектару. Я подарил Майклу покой, не долгий покой…       Раздался первый выстрел, после него десятки стальных пуль пронзили наши тела, скрепленные в цепкие объятия. Я зажмурился, а затем повалил Майка на землю, закрывая его своим телом. Чувствую, как металл разрывает меня, оставляя внутри свои осколки. Терплю боль, кричу, задыхаюсь, затихаю. Темнота.

***

      С трудом очнувшись, я приподнялся. Невыносимая боль прожгла всё изнутри. Я мучительно простонал, а после взглянул на брата, лежавшего подо мной без сознания, схватил его на руки, пытаясь привести Майки в чувство.       — Вставай! Очнись!       Сколько… Глупых попыток я сделал? Его тело… Я не чувствую биение сердца! Я знаю правду! Так почему я, черт возьми, продолжаю это делать?!       — Майки, очнись!       Потому что я… надеюсь?       — Не придуривайся! Я знаю, что ты жив!       Или нет?       — Майк? Ты же не можешь умереть! — кричал я. — Мы должны уехать вместе и жить счастливо! Ты же помнишь? Брат, очнись!       Я бил его по щекам, щипал, даже пытался напоить своей кровью, но он не реагировал. Прижав его к себе, я разрыдался, смотря на охотников, столпившихся вокруг.       — О, этот еще живой! Прикончим его, и наша смена закончена, — сказал один из наемников, усмехнувшись.       Убийцы нацелились прямо на меня, перезарядив ружья. Их жестокие, пронизанные азартом глаза, напомнили мне тот момент на охоте, когда я наткнулся на волчью стаю в лесу. Я словно дикий зверь, загнанный в угол, с мертвым братом на руках. Осознание этого привело меня к той точке, когда рассудок незаметно исчезает, оставляя тебя наедине с инстинктами. Брат умер, как и последняя частица человечности во мне…

***

Фрэнк       Позвольте представиться, Фрэнк Энтони Томас Айеро младший. Дальнейшее повествование я беру на себя. Причину вы узнаете чуть позже, но не спешите перелистывать страницы в поисках продолжения! Прошу вас, будьте терпеливы, потому что вы можете упустить важные детали, которые непрерывно будут связаны с последующими событиями в нашей истории.       Мне хочется рассказать вам о многом, в особенности о том, что вы могли не узнать от Джерарда. Начну, пожалуй, с того момента, как он ушел от меня. Да, мы расставались с ним множество раз, но эта разлука была роковой для нас обоих.       Я знал, что мне не стоило оставлять его одного. Каждый раз, когда он гуляет в одиночестве, может произойти несчастье. Поэтому мне приходится за ним следить, чтобы избежать катастрофы. Увы, но сейчас я признаюсь вам в постыдной вещи. Вурдалак, непобедимый сыщик, скрывающийся во тьме так, что ни один враг не заметит, впервые упустил своего хозяина из виду. Но до этого ещё далеко. Начнем по порядку…       «Я знаю, что больше никогда не стану тем, кем был раньше. Не ходи за мной. Если ты не можешь достать мне кровь, то я сам её найду!» — заявил Джерард после того инцидента с девушкой, которая могла достаться ему на ужин. Я помешал ему, сохранив жизнь человеку. Признаться, горько осознавать, что я понял это в самый последний момент.       Конечно, я видел, как ему было тяжело, но моя совесть не могла допустить убийства невинного существа. Я всеми силами старался предотвратить её смерть. И это было не ради того, чтобы потешить своё самолюбие или преподать урок Джи. Дело было в том, что не каждый день мне попадаются действительно добрые люди. Я могу посчитать их буквально по пальцам левой руки. Они представляют огромную ценность для меня.       Раньше таким человеком был Джерард. Я смеялся над ним, думал, что этому мальчишке не хватает ума для того, чтобы уяснить: добро не всегда побеждает зло. Теперь же я понимаю, что совершил ещё одну серьезную ошибку. Мой хозяин был самым добрым из всех, но его сердце переполнено страданиями и чувством мести, что его и погубило. Я отдал бы всё на свете, чтобы вернуть время, когда он был совсем юным и наивным. Жалею, что не смог оставить его в неведении, сохранить ту доброту и искренность, которая согревала меня своей любовью.       С каждым днем в его глазах я видел всё больше злобы и отчаяния. Он выглядел беспомощным на фоне тех, кто ему противостоял. Я точно не знаю, что пришлось вытерпеть ему в плену у вампиров, но лишь взглянув на него, моё сердце не выдерживало этой плачевной картины. Любой на его месте потерял бы человечность.       Вам нравится Джерард? Только скажите мне честно. Да, его есть за что обожать! Он красив, умен, у него прекрасный голос, утонченная фигура, пронзительный взгляд. Кровь делает его неповторимым в лунном свете. Недаром я в него влюблен. Если же вам не нравится Джерард или вы предпочтете назвать его «нейтральным», то вы, наверное, будете правы. Его, безусловно, есть за что ненавидеть, но, всё же, я восхищаюсь им.       Даже в те дни, когда его охватывал животный голод, я ничем не мог помочь ему, кроме как подставить свою шею под его клыки и умереть, зная, что он больше не будет страдать от нужды. Но он всякий раз отказывался, объясняя это тем, что всё равно не насытится. Я же понимал, он просто не хочет навредить мне. На самом деле, лорд желает именно моей крови. Джерард лжет в своих мемуарах только для того, чтобы объяснить свою тягу к человеческой плазме. Такой зверский аппетит могут утолить двое крепких, молодых мужчин, но их кровь лишь оттягивает момент моей смерти от рук, своего же, хозяина. Вот почему я так просил Джерарда не пить людскую кровь. Эти новые впечатления непременно бы сорвали ему крышу. Он вкусил огромную дозу, следовательно, теперь ему нужно ещё больше.       Что же произошло в переулке, когда я защитил ту девушку от Джерарда? Мне не хотелось, чтобы из-за меня умерла непорочная дева. Да, в этом был бы виноват полностью я. Во-первых, это я привел жертву. Во-вторых, мой возлюбленный пьет их кровь только для того, чтобы не навредить мне. И, наконец, в-третьих, я допустил это, потому что не смог защитить Джерарда от вампиров, взявших его в плен.       Самый догадливый читатель смог понять мою мысль. Джи убежал от меня только потому, что не смог вынести запаха моей крови. Он отправился искать себе жертву, чтобы я не оказался на месте тех, кем он питается. Что же сделал я? Ха! Я обнял его. Поступок влюбленного наглухо самоубийцы! Я раззадорил его голод, поэтому он не желал меня видеть. Вот, что случилось тогда!       После этого я следовал за ним по пятам так, чтобы он не заметил моего присутствия. Мне приходилось прятаться в тени, и держаться на большом расстоянии. Только так Джерард не мог учуять мой запах.       Я видел, как он убил ту женщину. На тот момент я ещё не знал, что она приходится матерью Линз. Даже если я был бы в курсе этого факта, то не смог бы помешать Джерарду насытиться кровью бедной старушки. Мне даже пришлось заметать за ним следы, которые он оставил, выходя из дома миссис Баллато. Ему ещё учиться и учиться…       Вечером следующего дня его запах таинственным образом растворился в воздухе. Будто бы и не существовало того прекрасного Джерарда, который любил засыпать у меня на коленях под треск костра. Паника тут же охватила меня! Я принялся разыскивать его по всему городу.       Его след я обнаружил лишь спустя несколько часов поисков. Это был запах. Металлический запах его крови…

***

      Я ринулся к рыбному складу, как сумасшедший. Если пролилась его кровь, то он находится в большой опасности. Мне следовало успеть помочь ему, иначе будет поздно.       Твердой рукой держу пистолет. Я готов ко всему, что будет за дверьми этого склада. Мой разум очистился от посторонних мыслей, я спокоен. Выдыхаю, врываюсь в дурно пахнущее помещение со всей решительностью. Вся моя горячность тут же сошла на нет, когда я увидел то, что творилось прямо перед моими глазами.       Белые стены, потолок, пол — всё было залито кровью. Человеческие внутренности, кости, кожа напоминали склизкую, тошнотворную кашу, которая была перемешана с тем, что осталось от одежды. Он увиденного меня чуть не вывернуло наружу. Удивительно, что я всё ещё стою на ногах, крепко сжимая пистолет в кулаке. Если бы я не был настолько подготовленным, то, наверное, давно потерял сознание от шока. Пренеприятнейшее зрелище!       Немного успокоившись (это далось мне с большим трудом), я отыскал взглядом Джерарда. Он возвышался над горой ещё теплых трупов, сладостно пожирая сердце одной из жертв. Безумный взгляд, такая же сумасшедшая улыбка до чертиков напугала меня. Даже я, вурдалак, видевший сотни кровавых схваток, сам же участвующий в побоищах, не смог сдержать свой неистовый страх. Мои ноги подкосились, я упал на колени, чувствуя приступ тошноты. Меня лихорадило, я дрожал от ужаса, выронив пистолет из рук. Всё это настолько потрясло меня, что я даже не мог сдвинуться с места, в шоке уставившись на вампира, который убил, по крайней мере, два десятка человек (многие трупы вообще было невозможно опознать!).       Выронив сердце из рук, это существо взглянуло на меня. Он спустился по трупам, как по лестнице, ещё больше испачкавшись свежей кровью. Вампир медленно приближался ко мне, оставляя кровавый след от своих ботинок. С его ладоней, одежды, волос стекала эта жидкость. Казалось, будто он полностью пропитан ею. Он идет ко мне и плачет. Его руки в крови, но в глазах уже нет безумия — лишь боль. Коснувшись моих плеч, он прошептал, будто не своим, до рези нежным голосом: «Фрэнки…», а после пал к моим ногам, утыкаясь носом, в беспощадной боли, плача, стоная, будто раненный зверь, взвывая, доносил всему миру о том, что мучило его.       Собрав всё мужество в кулак, я позволил себе обнять исстрадавшееся существо. Чувствую, как кровь измачивает мою одежду, но мне всё равно! Я сжимаю его в своих руках, и у меня нет сил, назвать его ласково, по имени. У меня язык не поворачивается назвать это создание Джерардом! Но по какой-то странной причине, я продолжаю делать это.       Стоит ли мне облегчить его страдания и спасти свою жизнь? Беру в руку пистолет, направляю его на мирно спящее чудовище. Страх говорит сделать это — любовь не дает мне права нажать на курок. Прижимаю вампира к себе, приставив дуло к его виску. Его глаза закрыты, он чувствует себя в полной безопасности, слизывая кровавые дорожки со своих губ. Следы от слез ещё не высохли. Почему он плакал?       Осматриваюсь вокруг. Одинокое тело лежит вдали от кучи трупов. Я узнаю в лице покойника знакомые черты. Братец Джи — вот причина этого срыва! Единственное, что хранило здравый рассудок Джерарда — его младший брат. Идеей полноценной семьи он был обеспокоен давно, теперь же его мечту уничтожили. Он потерял всё, что удерживало его на плаву. Мой прекрасный Джерард сошел с ума! Я снова не уберег его…       И сейчас, он лежит у меня на руках в позе эмбриона, всем своим видом показывая, что нуждается в защите и сострадании. Я же пытаюсь его застрелить вот этими самыми руками, чьей помощи он так ждет! Какой же я спаситель после этого?! Опускаю оружие. Я целую вампира в лоб, а после ласково провожу пальцами по его голове, тихо говорю:       — Всё будет хорошо, Джи. Всё будет хорошо…       Спереди послышались торопливые шаги. Я тут же направил пистолет к главному выходу, чтобы встретить друга или врага лицом к лицу. Морщась от отвращения, на склад зашел мой давний приятель — Рэй Торо. Хоть сейчас мы являемся врагами, но думаю, что с ним у нас получится договориться. Командир нацелил автомат прямо на меня.       — Убирайся! — прошипел я с решительностью, яростно смотря в глаза бывшему товарищу.       — Какие люди! Вернее сказать… вампиры, — ответил он, осматриваясь по сторонам. Рэй был огорчен увиденным даже больше, чем я. — Фрэнк, я не собираюсь причинить тебе вред. Отдай мне виновника, и мы разойдемся!       — Нет! Это исключено! Уходи пока не поздно, иначе я выстрелю! Мне плевать! Зубами и когтями драться буду, но Джерарда тебе не отдам! — твердо заявил я.       — Ты так преданно защищаешь это чудовище! Побойся Бога, Фрэнк! Вампир представляет серьезную угрозу для всего общества! Только подумай, чем всё это может обернуться! — Рэй настаивал на своем. — Его следует устранить от греха подальше!       — Рэй, если ты скроешься отсюда сейчас, то на этот раз я пощажу тебя. Решай! Я ведь могу и передумать!       Торо невероятно умный человек: он не полезет в драку без особой необходимости, но сейчас он был серьезно настроен на поединок — я тоже не планировал отступать.       Какие шансы были у Рэя, если он вступит в поединок со мной в одиночку? Да никаких! Я прекрасно это понимал. Почему же я просто не прикончил его сразу? Он полезен мне на данный момент. Стоит только припугнуть этого человечишку, как он сразу же даст деру.       Мы долго смотрели друг на друга, обдумывая дальнейшие действия. Каждая секунда промедления могла стоить жизни кому-то из нас. К счастью, Рэй принял единственное правильное решение — то, что предложил ему я. Выражение его лица было серьезным, он опустил автомат, а после сказал:       — Мы обязательно встретимся вновь. Сейчас никто из нас не желает драться, но при любом удобном мне случае я прикончу вас обоих! Так и знайте!       — Я непременно буду ждать нашей встречи! — усмехнувшись, ответил я.       Командир с презрением поджал губу, кивнул, а после по-английски удалился восвояси. Я опустил пистолет и выдохнул, зная, что больше нам ничего не угрожает.       Но отдыхать было рано. Начиналась моя главная работа: мне следовало зачистить все следы, чтобы ни один человек не понял, что здесь орудовал вампир.       Схватив Джи на руки, я дотащил его до машины, которую любезно одолжил у работников рыбацкого склада (Да, угнал, а кого это волнует?). Положив его на заднее сидение, я укрыл его куском ткани, которую обнаружил на складе, так его бы не было видно. Думаю, что все-таки стоит забрать труп Майки с собой, чтобы потом похоронить. Джерард был бы за это мне благодарен.       Я обнаружил одну поразительную вещь, осматривая тело брата Джи. Оказывается, Майк только совсем недавно начал свою метаморфозу. Я думал, что это уже никогда не случится! Если бы обращение завершилось чуть раньше, то он бы смог выжить после таких увечий. Как не грустно это осознавать, теперь ему вряд ли чем-то поможешь. Покойся с миром, Майкл Уэй.       Затащив покойника в багажник, я накрыл его остатками брезента. Отыскав в гараже пару канистр с бензином, мне пришлось поджечь склад, чтобы уничтожить улики, которые могли бы скомпрометировать Джерарда. Это хлопотное дело потребовало два часа моего времени.       Когда же я вернулся обратно, то не обнаружил Джерарда в машине, лишь следы крови, ведущие в грязные воды Гудзона. Он снова от меня сбежал!