Узнать попробовать забыть

Проходит несколько секунд, прежде чем Капитан восстанавливает в памяти вчерашний день. «Где Наташа? Все ли в порядке?» Мужчина резко поднимает голову. Агент Романофф там же, где и была, когда он последний раз видел её. У неё в руках книга. Наташа держит её обеими руками ровно перед собой, тем самым закрывая лицо. — Кэп, — она приветствует его, впрочем, не отвлекаясь от своего занятия. Понимая, что всё в порядке, Капитан Америка позволяет себе расслабиться после долгого и не очень удобного сна, и уже сидя начинает потягиваться, играя мышцами. — Давно ты проснулась? — Давно. — Как нога? — Все так же. — Нужно что-то поесть. — Я не голодна. Мужчина удивлен — её ответ заставляет его прекратить своё занятие. — Но ты… — Я уже поела. Купила нам еды в соседнем здании. Милый магазинчик, очень доброжелательные люди, — сообщает она безразлично, все так же глядя в книгу. Он при этом испытывает смешанные чувства, главные из которых раздражение и недоумение. — Ты не должна была выходить, не предупредив меня! Мужчина ждет ответа, но кроме тишины ничего не слышит. Взглядом он словно прожигает книгу, которая мешает ему добраться до её глаз. Он хочет, чтобы она оправдывалась, чтобы объяснила, почему нарушила приказ, хотя в глубине души понимает, что она не станет этого делать. Она знает, что, убрав книгу, столкнется с его тяжелым, полным укора взглядом, и её это забавляет. Наташа убирает книгу. Невозмутимая, она смотрит на него, и он неожиданно для себя тонет в коварстве и спокойствии этих серо-зелёных глаз, пытаясь угадать, что у неё на уме. Мужчина отводит взгляд первым и проходит в кухню, а она снова возвращается к книге. — Я все еще командую операцией, — вдруг говорит он, — больше ни одного движения без моего разрешения. — Я была осторожна. — И все же. — Ты ставишь под сомнение мой уровень подготовки? — Дело не в этом. — А в чем? — она ведет себя профессионально, не подавая вида, что её раздражает сложившаяся ситуация и непреклонность Капитана. — В том, чтобы согласовывать действия и ждать удобного момента. — Момент был удобный, — его раздражает желание Наташи спорить. Дело касается задания, и сейчас он уверен в своей правоте. Больше никто не говорит ни слова — каждый решает остаться при своем мнении. *** — Мне здесь не по себе, — признается мужчина несколько минут спустя, надеясь узнать, не вбил ли предыдущий разговор клин между ними. — Почему? Я думала, это место как раз для тебя. Оно такое… — Старомодное? — Я бы сказала, древнее, как ты. — Очень смешно, Наташа, — несмотря на легкое недовольство, мужчина иронично улыбается. — Здесь, будто в  клетке. — Не думай об этом, представь, что это отпуск, вдали от всех, целая неделя, никаких забот. — Но они есть, от реальности не уйти. Тебя это не беспокоит? — Нет. Но меня мучает повседневность. — Повседневность? — повторяет он, желая знать, не то, что означает это слово, а то, как Наташа понимает его. — Повседневность, когда все твои дела сводятся к тому, чтобы купить, приготовить и съесть. — Может быть, ты просто не любишь готовить? — Ты прав, не люблю. А ты? — В прошлой жизни любил, теперь делаю это редко, но все еще неплохо. — Загляни в холодильник, тебе понравится. Мужчина послушно открывает холодильник. Он полон. Яйца, молоко, даже творог, но больше всего консервов. Капитан снова на какое-то время невольно погружается в прошлое. Какое-то время в армии они питались исключительно консервами. Такая еда быстро надоедает, но без неё на войне не выжить. Сейчас войны не было, как, в прочем, и выбора. — Кое-что в холодильнике, — говорит она, — в верхнем левом кухонном ящике каши, в верхнем правом — кофе, но без сахара. Ах да, я нашла чистые полотенца, они уже висят в ванной комнате, одно из них твоё. И зубные щетки, продезинфицировала. — Спасибо, — говорит он и закрывает холодильник. — Вот это я и называю повседневностью. *** Мужчина ест молча, с  большим аппетитом, и по старой привычке в спешке, затем направляется в ванную и неторопливо принимает душ. Все свои стандартные утренние процедуры он производит нарочно медленно, пытаясь хоть как-то убить время, ведь понятия не имеет, чем себя занять. Более того, постоянное присутствие агента Романофф смущает его, а вот он ей, судя по всему, совсем не мешает. *** Какое-то время он стоит у окна, наблюдая обстановку снаружи, затем возвращается в постель, так как ничего другого ему не остаётся.