II. Пересечение трех земель

Каспиан слышит чьи-то голоса, женские. Они как будто издалека долетают до него. Первый голос тонкий, незнакомый. Второй он узнает из тысячи — Сьюзен… — Все в порядке, — к удивлению пятого короля, язык его слушается. Голоса замолкают. Каспиан открывает глаза, его слепит слишком яркий свет. Контуры комнаты и сидящей возле него Сьюзен постепенно обретают четкость. Он не помнит этого помещения. Комната маленькая, но светлая. По сути, кроме кровати, на которой он сам и лежит, и деревянного стульчика здесь ничего больше нет. Разве что поблекший натюрморт на противоположной стене. Возле двери замерла девушка, ростом, наверное, капельку выше Люси. Длинные темные волосы собраны в косу, она перепугано на него таращится, сжав рукой дверную ручку. — Каспиан, очнулся? — Сьюзен осторожно кладет руку на его щеку. Король переводит на нее глаза. Она выглядит очень устало, круги под глазами подсказывают, что королева не спала уже давно. На фоне раздается звук закрывающейся двери. — Да, — Каспиан кривится, все тело болит, — что произошло? Сколько я так провалялся? — Сегодня второй день, — отвечает Сьюзен. — Оказалось, что никто кроме лордов, на самом деле, не знал о том, что мы приедем. Только эта женщина, кормилица, она была уверена, что нас король с королевой ждали. А те — ни сном, ни духом. Из-за драки поднялся шум, прибежали наши двое ребят, а затем и стража замка подтянулась. — И что… Тельмаринцы выступили на нашу защиту? — Каспиан с недоверием смотрит на Сьюзен. — Не скажу, что мы им очень симпатичны, но переселенцев из Нарнии, то есть лордов, здесь не любят еще больше. Да и не лорды они больше. В общем, политика сыграла нам на руку. Генерал — умный человек, понимает, что если в стенах замка Тельмара убьют короля, пусть даже с королевой Нарнии — это станет весомым поводом для войны, плюс наше войско не будет обезглавленным, — Сьюзен иронически улыбается, — как ни крути, у нас с тобой есть замена. Питер и Эдмунд приехали бы мстить. А Тельмар сейчас не в том состоянии, чтобы с нами воевать. — Ясно, — Каспиан неуверенно касается пальцами шишки на макушке и кривится от боли. — Не нужно, не двигайся, — Сьюзен гладит его по плечу, — на тебе живого места нет. Хорошо хоть, без переломов. — Да уж, прекрасно. Сью, прости мою бестактность, — Каспиан виновато смотрит на королеву, — но ты выглядишь ужасно. Ты что, не спала со дня нашего приезда? Сью улыбается. В другой день она бы залепила Его Величеству приличный подзатыльник за такие слова. Уж что-что, а красота для королевы Сьюзен всегда была на первом месте. Но она слишком рада, что он уцелел, что открыл глаза, что смотрит на нее и что у него даже хватает сил улыбаться. — Я им не доверяю. Какими бы ни были их намерения. Я мельком видела короля с королевой, они заходили. Им явно неловко, но они не знают, что с нами делать. — Сьюзен поправляет одеяло Каспиана. — Однако Присцилла мне показалась милой. Это единственное, что мне нравится на этой проклятой земле. — Присцилла? — Переспрашивает король. — Дочь короля и королевы. Она буквально каждый час сюда прибегала, приносила для тебя чистые бинты, да и меня кормила. Милая девочка. Вот только какая-то она запуганная. То ли нас с тобой испугалась, то ли вообще такая стеснительная. — Сью, — прерывает Каспиан, — я хочу домой. Мне не нравится здесь. Спасибо им, конечно, за гостеприимство, но давай уедем отсюда. — Как? Не уверена, что ты на кровати сидеть сможешь, я уже молчу про седло. — Не важно, мне бы просто дотянуть до нашей границы, а там уже разберемся. На земле валяться буду, пока не наберусь сил, лишь бы не здесь! Дверь открывается, на пороге появляется девушка с длинной косой за спиной, в руках у нее поднос. — Я принесла бульон, — тихим голосом произносит она, глядя в пол — Ваше Величество, Вам нужно… — голос сходит на нет. Сьюзен оборачивается к ней и улыбается: — Спасибо, Присцилла. — Если еще что-то нужно… — Принцесса мельком смотрит на Каспиана, который бесцеремонно оглядывает ее с головы до ног, быстро отдает Сьюзен поднос и неуклюже выбегает из комнаты. — С ней все в порядке? — Каспиан смотрит вслед девушке. Сьюзен пожимает плечами. — Проголодался? — Чертовски! *** Люси и Эдмунд возвращаются в Кер Параваль. Питер встречает их у ворот, благодаря судьбу, что Эдмунд не угробил Люси. Люси лишь укоризненно смотрит на младшего короля и видит, как он заметно напрягся. И Люси понимает почему, поэтому на вопрос Питера, как прошел поход, отвечает, что ничего интересного не произошло, гоблинов довольно быстро отбили, обойдясь без жертв. Она ведь знает, что Эдмунд не хочет показаться маленьким, недостаточно опытным в глазах брата, поэтому умалчивает о том, как брат чуть не погиб. Сам же обладатель серебряной короны смотрит на сестру сначала с недоверием, а затем уже с благодарностью. На вопрос маленькой сестры о том, что нового дома, Питер рассказывает о том, что Сьюзен и Каспиан отправились в Тельмар на празднование Сбора урожая, а затем закусывает губу, пытаясь скрыть улыбку. — И чего это ты такой довольный? — Люси делает шаг навстречу брату. — Неужели Дженни вернулась? Питер отводит глаза в сторону, а затем кивает. — Правда? — Сияет Люси. — Я так за вас рада! — Она кидается на шею брату. *** Эдмунд устало умывает лицо и наконец переодевается в чистую одежду. Слава Аслану, Питер не заметил кровавых следов на рубашке. Правда, он перестраховался, одолжив куртку одного из рыцарей, чтобы спрятать следы его неудачи под ней, однако Питер был слишком увлечен возвращением жены. Что ж, ему это на руку. Внимание Эдмунда привлекает шум на балконе. Так и не застегнув синюю рубашку, он идет туда, чтобы разобраться, в чем дело. Выйдя на балкон из белого мрамора, король округляет глаза. — Ты что, подсматриваешь за мной? Лира, сидящая на перилах, удивленно таращится на него: — Я? Да я вообще на тебя не смотрела! — И давно ты здесь сидишь? — Эдмунд принимается застегивать рубашку. — Нет. — Бурчит в ответ ангел смерти. Она явно чем-то недовольна. Эдмунд заканчивает возню с рубашкой: — Ну как, ты была у звезд? Что тебе сказали? — Была, — синеглазая закусывает губу, — они сказали, что теперь мне придется таскаться за тобой, пока ты не… — Крылатая осекается. Эд широко улыбается: — Пока не отдам концы? — Ну, — Лира замялась, — в общем-то, да. Но я найду другой выход, должно быть что-то… — Собственноручно меня прикончишь? –Усмехается Эдмунд. — Я знаю, тебе не терпится попробовать мои губы на вкус. Лира закатывает глаза: — Сто лет ты мне нужен. — Ну пока что лишь шестнадцать. — Что? — Ну, шестнадцать лет я тебе был нужен. Хорошо, без малого семнадцать. Но все же… — Эдмунд делает шаг вперед. — Ты теперь поселишься на моем балконе? — Если я тебе мешаю — могу уйти. — Нет, что ты, — насмешка исчезает из голоса короля. — Я как раз собирался предложить тебе войти внутрь. — Не люблю стен. — Крылатая отводит взгляд. — Они меня угнетают. — Если так хочешь, могу организовать тебе спальню на крыше, — Эдмунд пожимает плечами. — Только… Тебя видят остальные? Или ты мое личное проклятье? Лира теребит рукой светлую косичку: — Нет. Только ты. Пока я сама не захочу им показаться. — Так что на счет спальни на крыше? — Спасибо, мне и здесь неплохо. — Как скажешь, — Эдмунд опускается на мраморный пол, опираясь спиной о стену. — Что ты делаешь? — Лира вопросительно смотрит на Эдмунда. — Ну, ты ведь сама не хочешь зайти внутрь. — Эдмунд пожимает плечами. — А оставлять даму одну — невежливо. Буду сидеть здесь с тобой, развлекать, как смогу. Крылатая качает головой, пытаясь сдержать улыбку.