II. Пересечение трех земель

Питер на миг задерживает дыхание. Острие меча по-прежнему упирается ему в спину, однако нажим довольно-таки слабый. Следовательно, кто бы сейчас ни сжимал рукоять у него за спиной — убивать короля он явно не собирался. Скорее, таким образом хотел привлечь внимание. Питер позволил себе вздохнуть с неким облегчением — значит, все не настолько плохо, как могло бы быть. Верховный король медленно обернулся и застыл в изумлении: — Тебя-то кто сюда отпустил?! Перед Питером стояла довольная Люси с кривоватой саблей в руках, волосы сегодня собраны в хвостик. Даже кольчугу надела. — Попался! — рассмеялась Люси. — А я сама себя отпустила. Питер с укором посмотрел на маленькую сестру. — Ну что? Сегодня воеводы целый день ругались из-за того, что воинов не хватает из-за ночной стражи. Но еще же и я есть! — Люси смотрит на брата «запрещенным» взглядом, заставляющим ему отвечать на любые прихоти сестрички «да». — Люси, — Питер улыбается, закатив глаза. — Ты же сам говорил, что я уже взрослая, — Люси выгибает бровь. — А слово Верховного короля… — Ну хорошо, оставайся. Только возле меня! — Питер многозначительно смотрит на королеву Отважную. — Не думаю, что Тристан на белом коне снова примчится тебя спасать в самый нужный момент, — на щеках Его Величества появляются ямочки. — Прекрати, а то мне тоже есть, чем вогнать тебя в краску, — отмахивается сестра, рассматривая клинок в собственных руках. — Да ну? — Питер вскидывает брови. — Даже не сомневайся! — Люси бросает уверенный взгляд на брата, заставляя того широко улыбнуться, - о, вон тот – мой! *** Очередной тяжелый день битвы подходит к концу. Люси подходит к брату и устало утыкается лицом ему в грудь. — Устала? — Питер нежно опускает руку на плечо младшей сестре. — Ага, — отвечает Люси. — И как вы это выдерживаете с утра до ночи? У меня рука отваливается! — Люси опускает саблю в ножны. — Пора с этим заканчивать. — С войной? — Да. Десятый день битвы сегодня был. Это так долго. Сколько еще мы здесь рубиться будем? До падения последнего воина? — Люси грустно опускает голову, пока они с Питером идут в сторону нарнийской границы. — А что ты предлагаешь? — Питер понимает, что сестра права. Он сам устал до невозможности и больше всего на свете мечтает оказаться в собственной спальне и проспать там как минимум часов двенадцать. А если Дженни будет рядом — то и все двадцать четыре. — Нам каждый раз помогал Аслан. — Люси продолжает смотреть в траву, зная, что старший брат этой темы не любит. Таким образом он чувствует себя неспособным решить проблемы самому. А он ведь должен — титул обязывает. — Видимо — не в этот раз, — вздыхает Верховный король. — Надо искать другие пути решения. — Так давай будем искать их! — Люси поднимает глаза на Питера. — Прямо сейчас? — Да! Не хочешь прогуляться? — Ну, пошли, — неуверенно отвечает Питер. Они минуют линию границы у самого ее края и идут вглубь. Сначала они идут через лес, придерживаясь берега мелкой речушки, которая с шипением несет свои стремительные воды куда-то вперед, где Кэр-Параваль. Постепенно становится совсем темно. — А если они придерживаются того же мнения, что и мы? — Люси вопросительно смотрит на брата. — Тоже измотаны, тоже больше не хотят войны, просто боятся отступить, боятся позора, насмешек. — Возможно, — Питер задумчиво вглядывается в небо. – И? — И мы можем позвать их на переговоры на нейтральной территории. Тогда будет проще понять, чего кто хочет. Возможно, мы найдем компромисс. — Есть в этом что-то, — протягивает Питер. — Ты права, нам надо попробовать договориться. — Я по дому скучаю, — вздыхает Люси. — Я тоже, малыш, — Верховный король мягко притягивает к себе сестру, теребя ладонью копну рыжих волос, собранных в хвостик. *** Верховный король вместе с сестрой наконец возвращается в лагерь, когда луна уже поднялась высоко в небо. Он первым долгом проводит Люси до ее домика, где они живут со Сьюзен, а затем выходит на улицу. Он устал и чертовски голоден. — Питер, где ты был?! — Дженни оставляет долгое время убеждающего ее в чем-то Эдмунда и бежит в сторону Питера, крепко обхватывая его и притягивая к себе настолько, что ему даже немного больно из-за впивающихся в кожу колечек кольчуги. — Я не знала, что думать! — Эй, чего ты? — Питер непонимающе смотрит на Дженни, которая уткнулась носом ему в плечо и упрямо не поднимет на него глаза. — Еще бы пять минут, и, клянусь небом, я бы ее к дереву приковал, — подает голос Эдмунд. — Она серьезно собиралась идти искать тебя у тархистанцев с тельмаринцами. Даже лошадь уже из конюшни вывела. — Эдмунд корчит недовольную рожу. — Питер, вот мне, например, абсолютно фиолетово, куда, когда, и насколько ты уходишь, только вот эту с собой забирай в следующий раз, а то я за себя не отвечаю! Питер улыбается на раздражение младшего брата, продолжая поглаживать ладонью волосы крепко обнимающей его Дженни. Он говорит Эдмунду «спасибо» одними губами, и тот, качая головой, уходит. — Ну, все, успокойся, — Питер целует Дженни в макушку, — все ведь хорошо. — А мне откуда было знать? Ты ведь ничего не сказал, просто пропал! — Джен сердито ударяет Питера в плечо здоровым кулаком и сама же одергивает руку с болезненным стоном, ударившись о доспехи, покрывающие его плечо. — Ну вот что ты делаешь? — Питер перехватывает пострадавшую руку нарнийского рыцаря и подносит к губам, чтобы поцеловать покрасневшие костяшки пальцев. — Давай я хотя бы разденусь, а потом уже будешь меня бить, желательно в горизонтальном положении — я так спать хочу… — Дженни… — за спиной шестой королевы возникает Люси. — Да? — Джен наконец отрывается от Питера и смотрит на взволнованную Люси. — Пойдем со мной, пожалуйста… Дженнифер молча кивает и следует за маленькой королевой. Питер идет за ними. Люси заходит в их со Сьюзен домик, а затем идет в сторону небольшой кладовой. Войдя туда, Дженни замирает на месте как вкопанная: Сьюзен сидит на деревянном полу, опираясь спиной о стену. Платье испачканное. В руке королева сжимает наполовину пустую бутылку с темно-красной жидкостью внутри. Взгляд королевы бездумно останавливается на вошедшей шестой королеве. — Сью? — Джен пытается говорить как можно мягче. — Что-то случилось? — Я… ему… больше… не… нужна… — Сьюзен чеканит каждое слово, шмыгая носом. — Я так больше не могу. Почему не сказать все в лицо, как есть? Зачем все время бегать? Он ко мне вообще не подходит, не разговаривает больше. — Ясно… — Джен переводит взгляд на Люси, — пока ничего не делай, просто смотри, чтоб она отсюда не выходила и ничего, вредящего здоровью, не сделала. Джен резко разворачивается и выходит из бревенчатого домика в сторону шатра для совета. Питер идет за ней. — Джен? Ты куда? — Тон Верховного короля слегка взволнованный. — Увидишь, — сквозь зубы отвечает шестая королева, резким движением отодвигая штору на входе в шатер. *** — Каспиан, твою мать! — Джен с размаха отвешивает тельмаринцу пощечину. Питер за ее спиной невольно округляет глаза, а сам же Каспиан удивленно таращится на Дженнифер, как будто только ее увидел. — За что? — растерянно протягивает Каспиан. — Я устала слушать твой меланхолический бред! Я понимаю, тебе трудно, всем трудно, но соберись ты уже, в конце концов! — Джен из последних сил пытается не кричать. — Не знаю, чем занята твоя голова: войной, Нарнией либо же принцессой Тельмара, — Джен особенно выделяет последние два слова, от чего Каспиан слегка бледнеет, — но из-за тебя Сьюзен в данный момент валяется на полу с почти допитой бутылкой вина! — Что? — Каспиан непонимающе смотрит на Джен. — Сьюзен напилась?! — Ты меня не слушаешь! — Дженни таки не выдерживает и переходит на крик, занося руку, чтобы снова врезать Каспиану, но Питер вовремя подскакивает к ней, перехватывая занесенную в воздух ладонь. — Одного раза вполне достаточно, любимая, — Питер миролюбиво смотрит на разозлившуюся жену. — Да, черт возьми! Из-за тебя, потому что ты на нее внимания не обращаешь! Она думает, ты ее разлюбил и что вы больше не помолвлены. — Сьюзен так думает? — На лбу Каспиана появляются морщинки. — Питер, прости, но я ему врежу! Верховный король от греха подальше перехватывает руки любимой, захватывая ее запястья одной рукой у нее за спиной, другой прижимает к себе как можно крепче. — Кас, просто иди, — спокойно кивает тельмаринцу Питер, пытаясь усмирить брыкающуюся у него в руках Дженни. — Солнышко, успокойся, они сами разберутся сейчас. *** — Сьюзен, — ворвавшийся в бревенчатый домик Каспиан мигом оценивает ситуацию и опускается рядом со Сьюзен на колени. — Отдай это мне, ладно? — тельмаринец вырывает из рук королевы запылившуюся бутылку и отставляет ее как можно дальше. — О-о-о… Ты здесь? Что-то потерял? — иронично изрекает королева. — Да. — кивает Каспиан. — Чуть тебя не потерял. Прости меня. — Да ты… Это же невозможно просто… Я так устала… И вообще… Зачем было все это… — Давно переполненная чаша наконец выливается слезами на ресницах королевы Великодушной. — Тише, моя хорошая, перестань, — Каспиан притягивает к себе брыкающуюся Сьюзен. Поначалу она еще вырывается, а потом, почувствовав наконец такое родное тепло рядом, сдается, утыкаясь лицом в плечо тельмаринца. Тот хаотично гладит ее волосы и плечи, не переставая шептать на ушко ласковые слова вперемешку с извинениями. — Сейчас пойдем спать, тебе нужно отдохнуть. Каспиан берет невесту на руки и несет в сторону ее кровати, осторожно укладывая на простыни. Сьюзен потихоньку успокаивается, но Каспиана не отпускает: тот так и сидит на краешке кровати, одну его ладонь Сьюзен держит двумя руками, другой он ее по голове гладит. — Не уходи… — тихо просит Сьюзен. — Одно твое слово — и я сделаю все, что захочешь, — Каспиан медленно наклоняется и целует соленые от слез губы королевы.