II. Пересечение трех земель

В назначенное время Лира появляется у восточной арки. Эдмунд приветливо улыбается, когда видит ее. — Привет, — парень протягивает ангелу смерти горшок с белыми тюльпанами. — Это тебе. — Что это?! — Лира озадаченно смотрит на вазон в собственных руках. — Ну, мы же на свидании — значит, я должен был прийти с цветами. А ты не признаешь срезанных цветов — то есть, у меня не было выбора. Лира заливается звонким смехом, разглядывая тюльпаны: — Спасибо, конечно, но можно было и обойтись. — Лира с улыбкой смотрит на Эдмунда, — куда мы пойдем? — На прогулку, — уклончиво отвечает король Справедливый. Они идут извилистой тропинкой по большому лугу, что за Кэр-Паравалем. Высокая трава, которая доставала им почти до пояса, пожелтела, почти все цветы отцвели. Лишь кое-где виднеются белые соцветия и фиолетовые колокольчики на высоких ножках. Эдмунд и Лира разговаривают о последних событиях, смеются над сорванным Днем рождения. — Ну, зато остальные подарки ведь хорошими оказались? — улыбается синеглазая. — Практически, — Эдмунд поджимает губы, — знаешь, что я от Дженни получил?! — Нет, — честно отвечает Лира. — Огромную коробку рахат-лукума! Ангел смерти снова заливается смехом, зная, что с некоторых пор у юного короля острая непереносимость этих сладостей. Тем временем они выходят к берегу большого озера, за которым начинается лес. — Какие красивые! — Лира сразу же бросается к стайке лебедей, которые плавают возле берега. Эдмунд молча идет за ней, наблюдая, как птицы сразу же доверчиво подплывают к Лире и подставляют головы к ее рукам, чтобы погладила. Крылатая нежно улыбается, стараясь не обделить вниманием ни одного из лебедей, осыпая их ласковыми словами. К Эдмунду гордые птицы относятся с опаской, сразу же отплывают в сторону. Но он особо не претендует на их внимание. Его вполне устраивает просто тот факт, что они нравятся Лире, а Лира нравится им. — Хочешь их покормить? — наконец отзывается король Нарнии. — А у тебя есть чем? — Лира оборачивается к Эдмунду, в то время как один из лебедей ревниво щелкает клювом о носок ее обуви. — Есть, — Эдмунд достает из кармана белую булку и протягивает девушке. — Ты знал, да? — Лира отщипывает несколько маленьких кусочков и протягивает их на ладони лебедям, которые тут же жадно принимаются за неожиданное угощение. — Что вы друг другу аж настолько понравитесь — не знал, а что эти проглоты будут готовы руку тебе откусить, лишь бы набить себе брюхо — знал. Эдмунду приходится держаться на небольшом расстоянии от Лиры, иначе лебеди отплывают от берега. Не знай он, что ангела смерти нельзя поранить или причинить боль — он бы начал серьезно переживать за сохранность ее ладоней. Но самому ангелу смерти, похоже, такая глупая мысль даже в голову не приходила. Она весело смеялась над тем, как лебеди щелкали клювами, жадно выхватывая из-под носа друг у друга кусочки белого хлеба. Когда хлеб закончился, один из лебедей благодарно ткнулся лбом в протянутую ладонь Лиры. Король подходит ближе, чтобы подать сидящей на корточках Лире руку. Лебеди отплывают на середину озера, а затем отталкиваются от воды и взмывают вверх над озерной гладью. Лира все еще восхищенно смотрит им вслед, а Эдмунда больше привлекает тот факт, что она уже на ногах, но настолько засмотрелась на гордых птиц, что не отнимает своей ладони из его руки. Он даже немного завидует лебедям, которых она только что так нежно ласкала и кормила из рук. Но он дал обещание не переходить границ дозволенного. Солнце постепенно клонится к лесу. Лира и Эдмунд огибают озеро и ступают на лесную тропинку. Теперь Лира восторженно рассказывает все, что знает, про лебедей и что какое это чудо, что они все еще не улетели куда-нибудь, где нет зимы. — Здесь нимфы за ними приглядывают, — отвечает Эдмунд. Восхищения короля Справедливого грациозные птицы не вызывали — еду и заботу лебеди получали исключительно за собственную красоту, пользы же от них было не больше, чем от его фонаря без батареек. Но такой восхищенной и воодушевленной ангел смерти ему нравилась гораздо больше, чем когда она была молчаливой и замкнутой. Тем временем они достигают того места, где нужно свернуть с дороги и просто идти через лес. Эдмунд давно не был здесь, но дорогу он помнил отчетливо. — Куда мы? — Лира с любопытством оглядывается. — Сейчас увидишь, — отвечает Его Величество. Через несколько минут они подходят к большому дубу, на ветвях которого раскинулся домик на дереве — его рук работа. Эдмунд построил его три года назад, когда они снова вернулись в Нарнию. Причем, строил не для себя, а для Люси. Будучи еще в Англии, младшая сестра выбила из него обещание сделать ей такой домик не далеко от их дома. Но он не успел — слишком уж неожиданно они вернулись в Нарнию. Что, как вы сами понимаете, не стало поводом не выполнять обещание, данное маленькой королеве. Поэтому, пока старшие занимались государственными делами, Люси и Эдмунд седлали лошадь и прибывали на это место каждый день, чтобы до самого заката возиться с досками, закреплять стены и вырезать окна. Место для домика выбрала Люси. Она хотела иметь особый уголок поближе к Кэр-Паравалю, с которым юную королеву так много связывало. Сейчас домик пустовал, причем уже давно. А старшие о нем так и не узнали — это была их с Люси тайна. За последнее время она больше привязалась к Эдмунду, чем Питеру. Старший брат был слишком ответственным и тщательно взвешивал каждое решение по поводу Люси, постоянно осыпая ее своими старшебратскими «нельзя», «опасно», «слишком маленькая» и «не для девочек». Эдмунд же относился к жизни проще. Он понимал, что от всего любимую Люси все равно не уберечь и, как ни крути — свои шишки она еще набьет. Так лучше пусть это будет сейчас, чем выльется в сожаление о несделанном в двадцать лет. А он, как брат, будет рядом, чтобы помочь ей эти «шишки» залечить. — Ух-ты, домик на дереве! — глаза Лиры загораются. — А что внутри? — Ты можешь это проверить прямо сейчас, — с ухмылкой отвечает король Справедливый. Лира как-то нерешительно отводит глаза, а затем все же решается, и с играющей на губах улыбкой рывком раскрывает крылья и отталкивается от земли, взмывая в воздух. Эдмунд лишь качает головой, наблюдая за ней, и ставит ногу на нижнюю ветку, собираясь взбираться наверх традиционным путем. Когда Эдмунд открывает дверь — Лира уже внутри, восторженно осматривается. Сам домик — довольно небольшой, всего одна комната. На полу разбросаны большие мягкие подушки и несколько клетчатых пледов. А еще — пару мягких игрушек Люси. Она решила, что она уже взрослая, к тому же — королева, и ей пора выбросить такие глупые вещицы. А потом, после громкого заявления, ей стало жалко их и она чуть было не расплакалась, но Эдмунд предложил «переселить» их сюда. Так и игрушки останутся при королеве, и никто не узнает ее «позора». На подоконнике стоит много широких свечей. В дальнем углу домика — небольшой мольберт. Люси думала, что изобразительное искусство ее призвание, осталось лишь дождаться музы. Но она, видимо, так и не дождалась, так как холст и краски остались нетронутыми. Лира осторожно опускает на пол горшок с белыми тюльпанами, который все это время несла, прижимая к боку. Эдмунд зажигает несколько свечей, так как на улице заметно стемнело. Некоторые он оставляет на подоконнике, остальные опускает на пол на середине комнаты — чтобы кроме света они приносили еще и тепло. Усевшись на мягкую подушку рядом с Лирой, парень протягивает ей плетеную тарелку, полную малины. — Откуда? — удивляется Лира, протягивая руку за сочной ягодой. — Дриады — тоже девушки, — ухмыляется Эдмунд, — и почему-то они ой как любят королей. А учитывая тот факт, что я последний не женатый и не обрученный король, — Эд игриво вскидывает бровь, — они стали меня любить с тройной силой. Лира со смехом пихает Эда в бок, изображая ревность, а затем отбирает у него плетеную тарелку, опуская себе на колени. — А мне? — наигранно обижается король. — Пусть тебе еще дриада принесет! — отвечает Лира. — Какая она? — Красивая такая, — протягивает Эдмунд, — волосы зеленые, глаза оранжевые, ногти — лиловые… — Ужас какой! — Лира заливается смехом. Из груди вырывается невольный вздох, когда Эдмунд смотрит, как Лира смеется. Распущенные волосы слегка растрепались на ветру, но так она выглядит еще красивее. Глаза весело блестят, отражая свет от огня. Девушка, дразня Эда, отправляет в рот еще одну ягоду и с ухмылкой на него смотрит, ожидая, что он бросится отбирать у нее малину. Не будь вокруг столько запретов, наложенных самой древней магией — так бы и зацеловал до потери сознания. В груди впервые проклевывается слегка щемящая тоска. «Стоит ли один поцелуй целой жизни? Скорее наоборот, стоит ли его жизнь Ее поцелуя? А даже если и так — смогут ли они тогда быть вместе в Стране Аслана? Или Лире дадут нового человека, за которым она будет должна приглядывать? Что вообще происходит с ангелами смерти, когда их человек умирает?» Мысли о другом вызывают у Эдмунда укол ревности. Тем временем Лира ставит на пол тарелку с малиной и встает на ноги, приближаясь к мольберту: — Ты рисуешь? — улыбается крылатая. — Ты прекрасно знаешь, что нет, — кривится Эдмунд. — Это Люси. — А можно…? Эдмунд разводит руками, показывая, что она может делать, что хочет. Лира принимается копаться в коробке с красками, выдавливает несколько на девственно-чистую деревянную палитру и достает две кисти. — Давай со мной? — улыбается Лира, глядя через плечо на короля Справедливого. — Я рисовать не умею, — ухмыляется Эд. — Брось, — смеется Лира, — все умеют. И ты умеешь. Просто мы все умеем делать это по-своему, а здесь, в вашем мире, все слишком любят подгонять под стандартные рамки. Эдмунд нехотя поднимается с подушки и останавливается за спиной у Лиры, которая придирчиво смотрит на чистый холст, явно прикидывая, каким именно будет ее шедевр. — Давай нарисуем крышу красную! — глаза крылатой загораются. — А на ней — двух котов: черного и белого! А еще пусть будет ночь, и месяц серпом! — Давай, — соглашается Эдмунд, улыбаясь ее энтузиазму, — только учти, что я испорчу все. — Не испортишь, — отмахивается Лира, — я рисую крышу, а ты — небо. Что там можно испортить-то? Когда темно-синее небо со звездами и красная крыша были нарисованы, а пальцы и ладони — измазаны в краске, Лира решает, что пришло время появится и котам. — Ты белого рисуешь, а я — черного! — командует Лира. Эдмунд хмыкает и принимается за работу. У Лиры получается грациозный черный кот с пушистым хвостом и яркими желтыми глазами. Эдмунд старательно вырисовывает белую кошечку, но лапы получаются кривыми, а голова — не пропорциональна телу. Да еще и усы разной длинны. Только глаза красивые — небесно-голубые. Увидев шедевр Эдмунда, Лира принимается хохотать. — Я же говорил — испорчу, — бурчит Эдмунд. — Не правда, она замечательная! — отвечает Лира. — Особенная, не такая, как все. Лира вместе с Эдмундом делают шаг назад, чтобы полюбоваться законченной картиной. Лира с улыбкой вглядывается в детали, а Эдмунд, оказавшийся у нее за спиной, постепенно теряет над собой контроль. Его опьяняет ее свет и тепло, которые сейчас находятся так близко. От Лиры пахнет солнцем и небом. К черту обещания! Сердце пропускает один удар, когда Эдмунд осторожно касается кончиками пальцев основания ее крыла у самой спины и медленно ведет рукой вверх по мягким перьям. Лира вздрагивает и замирает, почему-то не решаясь обернуться. Другой рукой король осторожно собирает светлые волосы и перекидывает их вперед через плечо, проводя кончиком носа от спины вверх по шее до затылка и так замирает на какое-то время, зарывшись лицом в светлые волосы. Горячее дыхание приятно обжигает затылок. Рука дальше скользит по крылу, пока не падает вниз, задев указательным пальцем ладони ангела смерти. Отпустив крыло, Эдмунд переплетает свои пальцы с пальцами Лиры. — Ты мне очень нравишься, — сбивчивый шепот короля Справедливого нарушает ночную тишину, — и я очень боюсь, что когда-нибудь не сдержусь и ты наконец сможешь отправиться домой… — В таком случае, придется за тобой приглядывать и вовремя оттолкнуть, — так же шепотом отвечает крылатая. — Не уверен, что у тебя хватит сил, — тихо отвечает Эдмунд. — Я тоже… Эдмунд усмехается и нежно трется носом о ее щеку, затем наклоняется и оставляет легкий поцелуй на плече, снова поднимая глаза на их картину. Лира права, очень даже славно получилось. По крайней мере, ничего красивее король Справедливый пока не встречал.