II. Пересечение трех земель

— Сьюзен, мы с тобой уже это обсуждали. Королеве не подобает так выглядеть. — Верховный король пытается говорить строго. — Ну и что? — Сьюзен продолжает упрямо отстаивать свою позицию по поводу косметики, пока они идут в сторону лестницы. — Каспиану, между прочим, понравилось! Питер закатывает глаза: — Кто б сомневался… — Тихо! — Сьюзен рывком впечатывает брата в стену, оглядываясь на фигуру в другом конце коридора. — Что, чёрт возьми… — начинает было Питер, за что получает пинок под ребра от сестры. — Тише, я сказала, — шипит Сью. — Да что там такое? — шепотом возмущается Верховный король. Сьюзен не отвечает. Она внимательнее вглядывается в фигуру в том конце коридора и усмехается, когда узнает в ней тархистанскую принцессу. У неё растрепаны волосы и вместо платья она замотана в плащ. Мужской. Кажется, на голое тело. Питер прослеживает взгляд сестры и слегка выкидывает бровь. — Ну, поздно встала, чего такой кипишь поднимать-то? — Ты что, не понял ничего? — А что я должен был понять? — Питер начинает раздражаться. — Спальня Зафиры находится этажом выше. Здесь мы тельмаринцев разместили. Она вышла из спальни… Принца-регента? — Сью, я не собираюсь следить за всеми гостями, кто, где и с кем проводит ночи. Пусть хоть в одной спальне живут, нам же легче. — А я ещё подумала, — задумчиво протягивает Сьюзен, — куда она далась, если её комната занята была? — В смысле? — Питер с подозрением смотрит на сестру и Сью понимает, что взболтнула лишнего. — Ничего, — Сьюзен невинно улыбается брату. — Тебе показалось. А у нас нет времени, пора идти. Чего ты тут остановился вообще? В голову вконец сбитого с толку Питера прокрадываются смутные сомнения, однако он лишь с иронией отвечает: — Действительно, с чего это я? *** Когда короли и королевы Нарнии торжественно прощаются со своими последними гостями — орландцами, во внутреннем дворе Кэр-Параваля, Люси вдруг вызывается проводить их до гавани. Когда Питер было открыл рот, чтобы что-то возразить, Джен незаметно пихает его в бок, кивая Люси в знак всеобщего согласия с таким прекрасным и благородным предложением. Дорога до гавани кажется короткой, как никогда. Когда Люси смотрит на идущего рядом Тристана, такого веселого и живого, почему-то щемит в глазах. Он рассказывает какие-то смешные сплетни о придворных во дворце Анварда, при этом активно жестикулируя. А Люси? Люси пытается обмануть саму себя, убедить в том, что они не едут домой, а всего лишь отправляются на морскую прогулку и совсем скоро вернутся. Но у неё ничего не получается. Вот перед ними возникает гавань и красивый корабль со светло-голубыми парусами, которые уже успели развернуть. Слуги Тристана в очередной раз благодарят королеву за столь замечательный прием, в последний раз кланяются и восходят на борт по деревянному трапу. Двойняшки Раймундо и Лючия одновременно подбегают к Люси и ей приходится присесть, чтобы обнять их. — Счастливой дороги, Ваши Высочества, — улыбается Люси. Малыши наперебой начинают что-то желать ей в ответ, а затем тоже убегают на корабль. Детям удаётся немного разрядить обстановку, утихомирить разыгравшуюся горькую бурю внутри королевы Отважной. Она искренне улыбается, глядя вслед принцу с принцессой и думает, что ей таки удалось установить контроль над своими чувствами. И тут её взгляд встречается с лукавыми карими глазами наследника орландского престола. — Люси, — Тристан подходит к юной королеве и заключает её в нежные объятия. — Спасибо что проводила. Было очень здорово провести это Рождество вместе… Следующих слов принца Люси попросту не слышит. Внутри будто что-то перемкнуло и обрывки ярких воспоминаний сами собой встают перед глазами.

************

Еловый запах, смешанный с запахом земли. Тристан потирает ушибленный затылок. Иголки рассыпались по полу и они вдвоём наскоро их сгребают, они колят руки. Ладони становятся шершавыми.

************

Вкус шоколада смешанный с ощущением тепла его ладоней. Невероятно сладко. До головокружения.

************

Снег забивается за воротник плаща, белые хлопья так и норовят попасть в глаза. У Люси в руках лук. Слишком большой для неё самой. Тристан стоит у неё за спиной, показывая, как правильно класть стрелу на тетиву и целиться. Он без перчаток. Ладони покраснели, но она чувствует их тепло поверх своих. Это состязание в меткости. Эдмунд против неё и Тристана.

************

Люси не замечает, когда Тристан оказывается у неё за спиной. Лёгким движением он отрывает её от земли и принимается кружиться на месте. Они победили.

************

Глухая боль в коленке. Они выбрались к озеру и Тристан потащил всех скользить по замерзшей синей глади. Люси упала. Кажется, проходит вечность, пока боль в ушибленном месте немного утихает. Он опускается на лёд и принимается гладить место удара, не заботясь о правилах приличия, приговаривая ласковые слова. Кажется, он назвал её солнышком. И голос у него тогда тоже был такой тёплый, солнечный.

************

Они танцуют в почти опустевшем зале. Совсем скоро рассвет. Тристан ведёт. И от него всегда так по-особенному пахнет: озорством, безбашенностью, смехом… А ещё, Люси почему-то кажется, что нежностью. Что-то горячее обжигает замерзшие щеки. Люси запоздало осознает, что это её слёзы. Пока она прячется за объятиями, упершись лицом в плечо орландского принца, он ничего не заметит. Теперь королева прилагает все усилия, чтобы душить в себе предательские всхлипы. Она не думала, что отпускать Тристана будет так трудно. Люси мысленно просит помощи у Аслана, чтобы он дал ей силы взять себя в руки и успокоиться, пока принц ничего не заметил. — Правда, спасибо, что ты проводила. И где, интересно, сейчас Эдмунд со своей смертью? Ответа не последовало. Люси понимала, что если она скажет хоть слово — голос непременно сорвется. Из-за затянувшегося молчания Тристан понимает, что что-то не так и опускает взгляд на нарнийскую королеву. У Люси дрожат плечи, она стоит, крепко прижимаясь к Тристану и боится его отпустить, только бы он не увидел. — Эй, Люси, чего ты? Посмотри на меня. На ответ не хватает сил. Юная королева лишь качает головой, ещё сильнее вжимаясь в плечо орландского принца. Тристан пытается отстранить её немного, чтобы заглянуть ей в лицо, но Люси не даётся. — Люси… Ну что ты? Не плачь, таким красивым королевам нельзя плакать. — Тристан зарывается пальцами в медного цвета волосы, пытаясь успокоить. — Я н-не п-плачу, — сквозь всхлипы выдавливает из себя королева, — что-то в г-глаз попало. — Успокойся, — Тристан легонько касается губами её волос, — мы ведь совсем скоро снова увидимся. Весной, на свадьбе Сьюзен и Каспиана. Но ты можешь приехать в гости и раньше. Ну, перестань. Люси немного успокаивается и её хватка ослабевает. Тристану удаётся взять её лицо в ладони и заглянуть в покрасневшие от слез глаза. — Ну же, — улыбается орландец, — мы ведь все равно поженимся, когда ты подрастешь. Я тебе ещё надоем. — Ваше Высочество, нужно отплывать! Нельзя больше медлить, — доносится до них голос капитана. — Мне пора, — принц с нежностью смотрит на Люси, — будь умницей. Тристан наклоняется и легонько целует Люси в обе щечки. Второй поцелуй задевает краюшек её рта. Как же глупо. Люси даже не удается выдавить из себя банального пожелания счастливой дороги и попутного ветра. Тристан уходит. Отправив всех сопровождающих в замок, Люси еще долго провожает взглядом орландский корабль, не обращая внимания на закоченевшие пальцы и замерзающие на щеках слёзы. Пока корабль не скрывается за горизонтом. Тогда Люси наконец решает вернуться в замок. Пропустив обед, она не является на ужин, закрывшись в своей спальне и не отвечая никому, даже Эдмунду. Когда наступает ночь — простыни кажутся королеве слишком жесткими. Тогда Люси берет в охапку одеяло с подушкой и устраивается на светлом ковре, ложась напротив пятнышка от варенья в виде сердечка. Почему-то оно успокаивает. Поглаживая его кончиками пальцев, королева Отважная наконец засыпает.