Цена Мести

Я Хотару Томо, жертва обстоятельств, ребёнок, почуявший вкус крови ещё в возрасте двух лет. Металлический запах этой красной, вязкой жидкости невозможно забыть, тепло от свежей, только пролитой крови, можно вспоминать без каких-то усилий. Это не стирается временем. Мама, моя любимая мама Сецуна дала мне жизнь и возможность соприкоснуться со смертью. Она говорила, что я самый дорогой ей человек, что я буду счастлива, не то, что она сама. И ей всегда было грустно, даже когда ласково улыбалась мне, когда читала на ночь добрые сказки. Сквозь нежность и ласку я чувствовала кожей эту тоску и одиночество. Я не могла тогда сказать, как хочу слышать её смех, видеть слёзы счастья. Не успела. В то утро появился Он. Неведомая тревога пробудила ото сна, парализующий ужас не позволил заплакать или выйти из спальни. Мама Сецуна не успела защитить себя от этого жуткого создания. Он был очень похож на папу, только моложе и чуть ниже. То, что он творил, бросало в холод и дрожь, сам же изувер сиял, получал наслаждение от процесса. Моё сердце сжималось от раздирающей боли, к горлу подкатывал комок, я знала, что маме уже не помочь. Убийца и изверг ушёл, а я вышла погреться к моей родительнице, погреться последний раз, пусть и об леденеющее окровавленное тело. Это не забывается, уже в то утро я твёрдо решила - вырасту и построю план мести, вдохну запах его свежей крови, возрадуюсь его предсмертной агонии. Пусть говорят, что дети не понимают, в моём случае это неоднозначно. И все последующие двадцать пять лет прокладывала дорожку для любезной встречи с Ним. Для внешнего мира всё сложилось дальше благополучно. Отец принял в новую семью, где росла в гармонии, любви и... жалости. Жалость сквозила во всём, поэтому все со мной обращались очень бережно и заботливо. Новая мама, Усаги, была чуткой и веселой, всегда старалась поднять мне настроение. Я не хотела её расстраивать, поэтому притворялась, что это действует, играла в беззаботного ребёнка. Она сама ликовала после этого, словно малое дитя. Папа разговаривал мало, но был справедлив и добр. Мы с ним без слов понимали: он видит во мне тень мамы Сецуны. А потом появилась на свет горячо любимая сестрёнка Чибиуса, это стало очень приятным событием и ещё больше сплотило семью. С этим озорным чертенком мы искренне привязались друг к другу и все детство ходили не разлей вода. А как мы развлекались, придумывая шалости и разыгрывая мальчишек в округе! В итоге днём знатно веселилась, по ночам иногда рыдала в подушку, просыпаясь от кошмаров. Во сне приходила мама Сецуна и напоминала о цели. "Хотару, не забывай об убийце, он должен понести тяжёлое наказание. Я не могу быть спокойна, пока он ступает по этой земле!" - постоянно повторял призрачный силуэт. И я плакала из-за того, что цель очень далека, что ещё нет возможности осуществить задуманное - была очень мала, слаба и недостаточно грамотна для сложных стратегических операций. И вот днём надевала маску ребёнка, излечившегося от морального потрясения. Пролетали годы, мы с сестрёнкой взрослели и находили свои интересы. Когда я была уже студенткой, Чибиуса постоянно бегала на свидания или прогулки с подругами. Они, конечно, девушки славные, но я всегда испытывала дискомфорт в больших компаниях. Поэтому я или читала книги, или делала украшения для ламп. Выходило очень красиво и прекрасно убивало время. Но родители беспокоились, что я долго пребываю в одиночестве и мама Усаги познакомила меня с сыном их старого знакомого. Алмаз, как и его отец тогда уже заканчивал юридический факультет. Я же готовилась стать библиотекарем. Этот молодой человек пылал энергией, отличался хорошими манерами и исключительной настойчивостью. Он буквально преследовал меня и не давал спокойно куда-то пойти, стоило мне пытаться уйти на попятную и начать замыкаться в себе. Отец заверил: этот человек нуждается во мне и не намерен сдаваться. Так, постепенно я перестала сторониться и сама не заметила, как привязалась к Алмазу. Уже я ревностно оглядывала девушек, которые пытаются с ним заговорить, пусть даже по делу. Из-за этих порывов ревности я ответила согласием на его предложение только с третьей попытки. Он так и остался единственным человеком, с которым я познала женское счастье. И вот, чуть больше года прошло, как у нас с мужем появилось своё чадо, наша драгоценная дочь. Мы назвали её Сецуной в честь моей родной матери. И она даже была на неё похожа: те же тёмно-зелёные волосы, глаза цвета вишни и смуглая кожа... Но не только в идиллии проходили мои дни - жажда мести всё взрослела и укреплялась вместе со мной. Уже после брака я вступила в переписку с убийцей своей матери, притворяясь фанаткой. Омерзительно, но у этого изверга до сих пор были толпы поклонниц, желающих иметь с ним романтические отношения. Уверена, что большая часть писем отправляется на помойку. А вот на мои он ответил, видимо, между нами есть кровавая связь. В тюрьмах на самом деле не следят за перепиской, это очень накладно. Мне он посылал письма, не указывая обратного адреса. Алмазу я говорила, что это по работе, он доверял. Я ведь действительно не изменяла своему любимому, лишь исполняла главную миссию. Скоро уже открылись подробности, с кем в тюрьме хорошо ладит Коу, по крайней мере, так считал он сам. Я начала переписку и с его сокамерниками. Они скрывали от него своё общение со мной, да и вообще не меньше моего жаждали смерти этого ненормального. Зависть к его "подвигам" сжирала их изнутри. А мой план медленно, но верно близился к осуществлению. Пусть он и взбудоражит общественность, пусть. Главное, что маньяк получит по заслугам...

***

Люди думали, что сломают, усмирят мои нравы, упрятав за ограду. Но хищник остаётся лютым зверем даже в клетке. Он рычит и угрожает разорвать глотку того, кто на свободе, даже если железные прутья не прогнутся под яростными усилиями вырваться наружу. Зверь мечтает о свободе и не упускает ни малейшего шанса оказаться снаружи. Если это выпадает, то находят в округе десятки ничего не подозревающих человеческих особей. Находят их, как правило, истерзанных зубами и когтями. А по своей природе я хищник и мой дух рвется на свободу. Образно говоря, я лев, угодивший в клетку но сохранивший острые зубы за два с лишним десятилетия в заточении. Другие заключенные со мной обходительны. Они сами наворотили многое, преступающее закон, но мои дела аморальны даже в их понимании. Жалкие слабаки, которые ничего не понимают в моих радостях. Конечно, Сейя Коу - жестокий монстр, чудовище, а они невинные овечки. Просто смешно. Каждый год, каждый день на моё имя приходили письма от горячих поклонниц. Они предлагали и пожениться, и расписаться кровью, и даже предлагали себя в качестве моего обеда. Странно, вроде бы никогда не готовил блюда из человеческой плоти. Ох уж эта фантазия мнительных леди, всегда забавлялся ей, еще в бытности журналистом. Я отвечал некоторым и вёл беседы в письмах. Сами поклонники меня не интересовали, просто уж очень я любил писать тексты. Когда было настроение, даже чуть ли не поэмы красочные посвящал особым везунчикам. Если присылали фотографии, то я представлял, как можно потешиться с этими красавицами. Мертвыми, остывающими, безмолвными. И мне приятно, и им внимание. А при дефиците фотографий вспоминал образы тех, кого отправил на тот свет в далёком прошлом. Это не стирается временем. Иногда грезил живой девушкой, уцелелевшей при попытке её соблазнить. Скорее всего, она уже красивая зрелая женщина в расцвете сил и её локоны уже начали серебриться сединой, бледнеющие губы украшает розовая помада. Недавно мне снилась свадьба с ней, наша первая брачная ночь состоялась, когда я её задушил, вдоволь насладившись угасающим пульсом и замершим дыханием. Только затем я сорвал белое длинное платье с золотистыми вышивками на груди, получил доступ к любимому телу. Ах, куколка, почему ты так хороша и так свежи воспоминания о тебе? Ведь именно из-за неё я проявил слабость и угодил сюда. В последние месяцы моя цель близка как никогда, я не отступлю от неё. Главное - вырваться на волю и заполучить в свои реальные любовницы оданго. Тогда уже плевать, что ожидает дальше. Я веду переписку с одной яркой и необычной фанаткой, строящей планы по моему высвобождению. Могу сказать одно: мы с ней очень похожи, никто так не понимает моих охотничьих инстинктов, как она. Эту незнакомку я не возьму в список жертв - она мой друг. Совпало, что мои братья по несчастью, такие же узники, тоже заговорили о побеге. С помощью своей подруги я собрал пятерых, кто являются надёжными людьми. Мы долго строили схемы, считали каждые ходы. И вот решили, что делимся по ходу дела на три пары. Мы нашли, как вывести систему сигнализации и камер из строя... После выхода во внешний мир, я обучу своего напарника. И подругу тоже возьмём в команду, поэтому нас набирается уже смертельное трио. У куколки нет шансов...

***

План уже готов, осталось совсем немного. Выскочка Коу решил, что это он выбрал меня к себе в пару. Глупец, не видит дальше своего носа. Наверное, искренне верит в то, что он один переписывается с Ней. Нет уж, здесь схема гораздо сложнее. Она, кстати, наверняка тоже считает, что я буду обычным рядовым уголовником, которого выловят вскоре после побега. А она и останется анонимной, и Сейю расчленит. О нет, веселье только начинается...