Золотисто-карий 2: Меняя дорогу

Туфли полетели в один угол, сумка - в другой, а сама Кира упала на кровать, чувствуя, как ноги фактически отваливаются. А что, знаете, как хочется умереть, когда весь день ходишь в новых, еще неношеных туфлях на босую ногу? Они безжалостно стёрли все ступни! На пятках – кровавые болячки, на больших пальцах – водянистые волдыри. И всё это щиплет, дёргает и жжётся так, что хочется просто завыть. Кое-как оторвав себя от прохладной, как никогда мягкой кроватки, девушка взяла банные принадлежности и прошлёпала в ванную. Распустив длинные каштановые волосы, помассировала пальцами кожу головы, блаженно закатив глаза. Полноценный массаж сейчас был бы очень кстати. - Ооо... да-а... - вырвался полу-вздох, полу-стон. - Чем это ты тут занимаешься? - в дверях застыл Том, оглядывая ее лукавым взглядом. - Явно не тем, о чём ты только что подумал. – усталый смех. Звук расстёгивающейся молнии и темная юбка карандаш легко спадает с бедер, с шумом оседая на пол. Несколько движений пальцами и тонкая блуза, цвета морской волны, открывает женское загорелое тело в соблазнительном контрасте с белым кружевным бюстгальтером. Аккуратно ступая на израненные стопы, в джакузи Кира включила воду попрохладнее и вконец скинула остатки белья. Вода пенилась, журчала и бурлила, заполняя ванну почти до краев, а тело ныло в изнеможении, настолько хотелось погрузиться в мокрую прохладу. Повернувшись спиной, Кира присела на бортик. Ледяной пластик обжог своим холодом разгоряченную кожу. Вдруг удивленный взгляд скользнул на Тома, который, оказывается, до сих пор наблюдал за ней с входа. Потемневшие от усталости карие глаза внимательно разглядывали ее обнаженное тело. Девушка томно вздохнула и поманила любимого пальчиком, призывая присоединиться. Два раза Тому повторять не пришлось. В пару коротких шагов он полностью избавился от одежды, представ перед ней во всем своем блеске. Он заинтересованно наблюдал, как Кира медленно исследовала пальчиком его подтянутый живот, накачанные кубики пресса, район пупка, спускаясь прямо к паху. Не дав руке опуститься ниже, Том перехватил ее. Поднеся к своим губам, поцеловал мягкую ладонь. Длинная щетина кольнула нежную кожу, и Кира недовольно поморщилась. Перекинув через бортик одну ногу, затем вторую, девушка плавно погрузилась в прохладную водичку, сверху прикрытую белоснежной ароматной пеной, что едва прикрыло грудь. Каулитц сделал то же самое, расположившись напротив Киры, прижавшись спиной к противоположной стороне джакузи. Нет ничего более романтичного, чем вместе принимать ванну и вдыхать запах ароматических смесей. Когда ее нога настойчиво хозяйничает под водой, касаясь его ног… Когда сырые от влажности волосы соблазнительно облепили тонкую изящную шею, продолжая теряться где-то под пеной… Именно эту картину так любил Том. Боготворил, нередко называя любимую русалочкой. Сегодня они оба очень устали, поэтому сил на нечто большее уже не осталось, лишь такие нежные и незначительные ласки как игра шаловливых ног и приятное натирание мягкой губкой. Кто же мог подумать, что сегодняшняя деловая встреча Тома отнимет столько сил. После недолго отдыха ребята снова сядут за дела. Помощь Киры все же пришлась Тому, как нельзя кстати. Новых заказчиков музыкального проекта покорило присутствие русского человека на встрече и это только сыграло Тому на руку. - Ты собрал сумку? – выдавливая немного розового геля на ладонь, Кира внимательно посмотрела на мужчину. Смочила водой плечи и принялась размазывать гладкую субстанцию. - Еще нет, - протяжно зевнул. – Я думал, ты ее соберешь. – Том сконфуженно расхохотался, наблюдая, как меняется выражение лица любимой. Мгновение и она разразилась ответным смехом. Гель приятно скользил по коже, с каждым новым движением вспениваясь все больше и больше. Мужчина, отнюдь, смотрелся сейчас очень даже комично: длинные спутанные волосы застыли на голове непонятным кублом, а отросшая борода поделилась на отдельные прядки в виде мокрых сосулек. А лицо этого создания выглядело настолько счастливым, что Кира не смогла сдержать порыв нежности, прильнув к любимому с поцелуем. По истечению трех часов, расположившись среди кипы бумаг, ребята выглядели, мягко говоря, не очень. Сонные, измученные, с помятыми лицами. Тому казалось, что на пальцах вылезли мозоли из-за долгой работы с ноутбуком, но, зная его любовь к преувеличениям, ему, в этом, верить не особо стоит.. С шумом откинув от себя перегревшуюся технику, мешком повалился на пол. Жесткое ковровое покрытие ощутимо резануло кожу на локте. Хотя какая разница, что там творится в районе локтя, если все тело будто онемело от долгого и кропотливого сидения над клавиатурой. Интересно получается, в студии Том может находиться хоть все двадцать четыре часа в сутки, играя при этом сидя. А тут каких-то пару часов высосали энергию, всю до капли. - Ты... почему не печатаешь? Я же тебе диктую! – Кира умышленно задела ногой распластавшееся по полу тело. - И не смей смотреть на меня таким сонным, растерянным взглядом! Даже если ты выглядишь милым, тебе не поможет! – рявкнула она и, усмехнувшись, запустила в него скомканным листком. - Ах ты, мелкая! Я тут думаю, запоминаю, засыпа... то есть усердно мыслю, а ты в меня еще и бумажками кидаешься?! Ну, всё, это война! – довольно воскликнул Том, отправляя в девушку пару скомканных бумажек. Она ответила тем же. В глаз попала, рада была невероятно, пока Том не рванул с места и не попытался ее поймать. Дальше шел бой. Обычный, как у детишек в детском саду. Подушки, бумажки и еще какая-то мелочь сыпалась во все стороны. Когда Том резко подался вперёд, стараясь дотянуться до Киры, она шагнула назад и почувствовала, что налетела на диван. В следующий миг стены резко ушли вниз, а перед ней оказалось небритое лицо брюнета, за которого девушка уцепилась во время падения. Растрепанные волосы жесткими локонами спадали ему на лоб, карие глаза смеялись, а на губах играла мягкая улыбка. Сейчас они оба старались не думать о том, что поздно ночью, буквально через несколько часов, у Тома самолет до Нью-Йорка… Что в скором времени ему предстоит встреча с близнецом, лик которого Том видел по утрам в зеркале… Что не избежать серьезного разговора, хороший исход которого был очень ничтожен. Что скажет Том… Как поведет себя младший, оставалось только гадать. *** Томас поежился от сильного порыва ветра и плотнее закутался в плащ, который его любимая предусмотрительно положила в чемодан перед самым выходом. Желтое такси с угрюмым водителем доставило его в район центрального парка на 57-ую улицу. Снова шквал холодного воздуха обрушился на открытой площадке. Держа в правой руке небольшую дорожную сумку, а левой придерживая стойку воротника, прикрыв шею, Том уверенно шагал на встречу знакомой высотки, в пентхаусе которой живет его брат. Твердо, шаг за шагом, мужчина ступал по мокрому тротуару, попадая в лужицы и разбрызгивая грязную воду. Его решимость поговорить с Биллом достигла своего апогея. Кто будет обращать внимание на погодные условия, когда впереди тебя ждет разговор чуть ли не всей твоей жизни. Пожилая консьержка на входе удивлено вылупила глаза при виде старшего Каулитца, молча пропуская того вперед. И неудивительно. Ведь сейчас, когда Том окультурил свою густую бороду, аккуратно стал подбирать волосы и снова изменил стиль одежды на более официальный, местами даже строгий, его скромную персону частенько стали принимать за брата. Общение с деловыми партнерами требовало некоего соответствия. Сам он не мог понять, в чем заключается такое мнение людей, но, откровенно говоря, в душе Том лелеял для себя эту маленькую радость. Пусть они и близнецы, различие между ними очевидно. Как две капли воды они были в далеком детстве лет до семи, именно тогда пошли первые отличия в поведении, манере одеваться, и, в конце концов – интересах. Циферки на табло, высвечивающие этаж проезжающего лифта никогда не казались Тому столь тягучими и жутко бесконечными. Но вот, зеркальные двери деловито распахнулись, выпуская мужчину в полу мрачное помещение. Вернее, совсем непроглядное. Насколько помнила память, дверь в квартиру Билла находилась налево в десяти метрах от лифта. Сделав по наитию несколько шагов в сторону, Том обмер… Зрение пыталось сфокусироваться, а слух же улавливал довольно пошлые звуки, но это был он, брат… - Билл, - Том не спрашивал, он знал, сердцем чувствовал, что этот темный сгусток силуэта во тьме его близнец. Далее последовавшая тишина уже заставила его сконфуженно думать, что сердце ошиблось, и перед ним стоял чужой человек, пока не вздрогнул от неожиданного женского голоса: - Когда я снова тебя увижу? - Увидимся в твоих снах. – жаркий шепот, который, казалось, был слышен на весь этаж. Вот. В яблочко! Это Билл, точно он! Несколько секунд на внутреннее ликование. Предчувствие удачного разговора нарастало внутри и крепило свои позиции. Тишину разорвал неприятный топот шпилек. Свет из открытого лифта резанул по глазам, но Том успел заметить сомнительного вида девицу, что зашла внутрь, и двери закрылись. Дальше тишина. Билл молчал, а Том не решался… Сколько они так стоят? Минута, десять? Подойти самому и потребовать впустить? Былая уверенность развеялась как пепел по ветру. Обескураживало лишь одно – младший стоял к нему спиной, сохраняя неподвижность. - Билл… - вторая попытка пойти на контакт. Почему произносить родное имя стало так горестно. - Зачем ты приехал? Голос… Любимый, родной, который Том так давно не слышал. - Зачем ты приехал?! – более грубо. Свет в мгновенье зажегся и Томас, даже не поморщившись, наконец, увидел перед собой брата. Вернее, что от него осталось… Потухшие глаза с нескрываемой злобой пристально смотрели на него. Бледное, осунувшееся лицо с недельной щетиной, неестественная худоба, скрытая под слоем непонятной одежды, отросшие засаленные и непричесанные волосы. Неужели это и правда Билл? Где тот модник, который каждый день примерял новые образы и тщательно следил за внешним видом? Что это за существо, что поглотило его брата?! - Я приехал к тебе. – первое, что пришло в голову и торопливо добавил. – Я ведь твой брат! Губы изогнулись в жестокой усмешке. Том отшатнулся, не зная чего ожидать. Попытавшись одной рукой опереться о стену, Билла качнуло в сторону, затем непослушная рука поехала в сторону, и только с третьей попытки у него получилось нормально встать. Осознание такого поведения пришло к Тому незамедлительно – пьян. Снова. - Может, пустишь? – брюнет сделал шаг навстречу. Почему-то ответ на этот вопрос он знал с самого начала, хотя до последнего верил, что этого не произойдет. – Или мне ночевать здесь? Билл напрягся. - Лети ка ты домой… - сухой хриплый голос. Младший близнец, не в силах больше координировать свои движения, по стенке осел на холодный пол. Том не стал медлить, почему-то по инерции повторяя за братом. Опустился вниз, вытянул ноги и уставился на закрытую дверь, гадая, суждено ему туда попасть, или же нет… - Я серьезно, Том… - Билл тяжело сглотнул. У Тома в груди клокотало и рвалось на части сердце. Сейчас, сидя бок о бок со своим близнецом, он вновь ощутил биение его сердца. Их сердца… Вот оно, совсем близко… - Билл, я приехал поговорить! Обо всем! Впусти меня, и мы попробуем все обсуди… - Проваливай! Оставь, не трогай меня! Младший вскочил на ноги, шатаясь, но, все же удерживаясь на весу, он рванул к двери. Том кинулся к нему, стараясь перекрыть путь к отступлению, но неожиданный удар локтем в живот спутал все планы. Перед глазами поплыли памарки. Это была не самая сильная боль, однако те несколько секунд, что она проходила, Билл смог воспользоваться моментом и проскользнуть в квартиру. - Стой! Я прошу тебя, давай поговорим! – приложив руку к животу, Том отчаянно молотил дверь, пытаясь достучаться до спятившего брата. – Это не может так больше продолжаться! Что ты прячешься, как трус?! Имей ты, наконец, мужество высказать мне все в лицо, а не сбегать каждый раз! Ты, подлый сукин сын, открой дверь! – пинок ногой, еще один. Какая-то жалкая железка встала между ними и Том, с детской обидой до слез в глазах продолжал молотить ее, не обращая внимания, что лодыжка заныла тупой болью. Закончив браваду, мужчина прильнул лбом к холодной поверхности, прислушиваясь к звукам внутри и своему сбивчивому дыханию. Он знал. Знал, что так и будет! Что его приезд ничего не даст, что они даже не станут разговаривать и примирения не видать. По щекам щекотно поползли горошинки слез, слез обиды и ненависти. В эту минуту Томас ненавидел себя именно за нее – хрупкую надежду, что все действительно наладится, которая дала невероятное облегчение измаявшейся душе. Пусть даже ненадолго. Дальше происходило все, словно в тумане. Впав в отчаянье, Томас бесцельно бродил по вечернему Нью-Йорку. Закутавшись в плащ, перекинув дорожную сумку через плечо, он старался всмотреться в каждого встречного на пути человека. Зачем это нужно было, сам не знал. А еще Том не знал, что делать дальше. О том, что так и не позвонил Кире, даже не вспомнил. Лететь домой и оставить брата навсегда, как тот и просил? Просто вычеркнуть Билла из жизни, точно так же, как поступил и он. Сжечь все фотографии, вещи – любое доказательство того, что в его жизни когда-то был идентичный ему родной человечек… А как же мама? Она не переживет такой черной дыры, что разрослась меж сыновей. А группа… как же их группа… Отель не сможет существовать без солиста, хотя существует ли еще сам Отель? Порой Тому кажется, что все, что случилось с ними за семнадцать лет ошеломляющей дружбы, успеха и взаимопонимания – лишь следствие его посаженных нервов и расшатанной психики, и все это происходило в его голове. От этих мыслей становилось только хуже, хотя казалось, что хуже просто не бывает. Яркая светодиодная вывеска мотеля привлекла внимание мужчины. В теле сразу пробежала дрожь от холода. Том задумчиво рассматривал светящиеся буковки и решил пока остановиться здесь. В конце концов, не замерзать же ночью одному на улице. Это, считал он, по меньшей мере, глупо. Открыв обшарпанную дверь пронумерованным ключом, брюнет прошел внутрь. Номер, конечно, оставлял желать лучшего, но в придорожном одиноком мотеле Том ожидал увидеть условия, абсолютно непригодные для жизни. Однако здесь все оказалось вопреки его ожиданиям. Это, конечно, не пятизвёздочной отель в Европе, но перекантоваться пару ночей вполне реально. Скинув на пол сумку, свесив сырой плащ на спинку стула и скинув грязные ботинки у входа, Том прошлепал в ванную. Хотелось залечь под теплую воду. Увы, но вместо ванны стояла душевая. Долго не раздумывая, мужчина сбросил одежду на кафель и ступил в душевую, настраивая под себя горячую воду. Она обожгла промерзшее тело, кусала и жгла кожу. Подставив лицо горячим струйкам, Том медленно оттаивал. Будто приходил в себя. Вместе с этим пришло жестокое всепоглощающее отчаяние. Стоя на балконе, выходящим из комнаты, Томас смотрел на ночное небо. Россыпь звёзд покрывала ковёр небосвода, рассеивая тьму полночного неба. Смена часовых поясов, выматывающая дорога, а ему совсем не хотелось спать. Ну, ни капельки. Откинув голову назад, он схватился руками за перила, удерживая себя в стоячем положении. Мужчине казалось, что небо приближается к нему, словно накрывая его пуховым одеялом. Такое странное и немного страшное чувство, будто он падает, а вместе с ним падает и небо. Медленно развернувшись, он прошёл босыми ступнями по холодному кафелю к плетёному креслу в углу балкона, сел, поджав ноги, и задумчиво склонил голову набок, прикрыв глаза, уже не обращая внимания на заморозки. Открыв глаза, он протянул руку вперёд и схватил со стола нераспечатанную пачку сигарет. Последнее время Том старался редко курить, но сегодня горло просто горело, и необходимо было потушить этот пожар дымом. Затянувшись, он расслабленно улыбнулся и начал выдыхать в воздух колечки. Одно за другим, одно за другим. Так, куря никотиновую палочку и выдыхая кольца, Том сидел и смотрел на ночное небо, удивляясь тому, что иногда всё может поменяться в считанные секунды. Человек, собравший чемодан, легко может передумать и никуда не уехать. А тот, кто сомневался в своём решении, вскоре поймёт, что всё сделал правильно. А для кого-то главное — сделать шаг в нужную сторону. Томас сделал правильный шаг, шаг навстречу брату. И не отступит, уехав так просто. У него еще есть время на то, чтобы попытаться все исправить. *** Скорый отъезд любимого дал возможность выйти на работу раньше намеченного срока. И очень кстати. Утром Кира получила звонок от Стоффа и уже через час была в репетиционном зале, где ее радушно встретили коллеги. Всего за пару дней отдыха, девушка успела заскучать по этому, а о былом инциденте с солистом никто уже и не вспоминал. Более того, к великому удивлению, Майк улыбнулся Кире, как только та показалась в студии. Это не было ухмылкой или способом испортить ей настроение. Хендерсон действительно улыбнулся, обращаясь к ней. Впервые по-настоящему искренне. - Как провела время? – робко обратилась к Кире сидящая рядом Вики. – Выглядишь посвежевшей! - Я просто занималась домашними хлопотами, - Кира ярко улыбнулась. - Хм, это что же за хлопоты такие? – в разговор включился Грег, лукаво подмигивая девушкам. Вика вдруг покраснела, а Кира просто рассмеялась, тут же замолкая, заметив на себе пристальный взгляд Майка. - Кира, рад, что ты к нам вернулась! – поприветствовал ее вошедший продюсер. – Не скажу, что репетировать без гитариста было легко… - По-моему, это было забавно! – высказался барабанщик и среди ребят прошел смешок. - Да-да, в какой-то степени это было забавным, - на лице Эрвина промелькнула слабая улыбка. – Однако сейчас не время расслабляться. Наша гитаристка вернулась. И ровно через две недели вы даете первый концерт здесь в «Голливуд Боул», затем в Сан-Франциско, Сан-Диего, Сан-Бернандино и два последних в Окленде… Грег Ривер и Майк Хендерсон засияли как два медных тазика, обменявшись дружеским ритуалом, вроде постукивания кулаком. - Парни, мы все знаем, что вы оба родом из Окленда! - Я давно хотел съездить туда, да только времени не было, - Грег расслабленно развалился в кресле, закинув руки за голову. – Майк, помнишь тех неандертальцев, которые из кожи вон лезли, чтобы доказать нам, что мы унылые бездари? Тот задумчиво кивнул. Грег мечтательно закатил глаза, не переставая улыбаться. - Всегда хотел заткнуть их куда подальше. Неужели это время пришло! Приятная радость от возвращения к репетициям, негодование от странного поведения певца сменились тоской. Том не звонил и даже не поделился, как прошла встреча с Биллом. Кира лишь получила смс, где говорилось, что Каулитц устал и ложится спать. Где Том ночевал, в доме у брата или гостинице, девушка тоже не знала, и это очень огорчало ее. Но докучать расспросами Кира не стала. Когда придет время, Том сам позвонит ей и расскажет все, что посчитает нужным. Шесть долгих часов в репетиционном зале никак не сказались на ребятах. Группа напротив как никогда была полна энергии, и никто не хотел разбредаться по домам, не смотря на поздний час. - Ну, что, сначала в кондитерскую, а потом ко мне? – заявила Кира, собирая поддержку остальных. Садиться за руль друзья категорически запретили, мол ей лучше отдохнуть. И правильно сделали. В конце рабочего дня Уайт то и дело, что жаловалась на головную боль и недомогание. Кира возмущалась скорее для вида, в итоге смиренно передав ключи Майку. Грег и Вики не могли не заметить столь резкий контраст поведения между этими двумя. К тому же Кира почти никому не доверяет садиться за руль своей ласточки. На самом деле Майк просто оказался ближе всех, только и всего. Пассажирскую дверь приуса перед ней галантно распахнул новый водитель. Этот его жест привёл девушку в полнейшее и окончательное замешательство. Чтобы Хендерсон галантно вёл себя с НЕЙ?! Да быть такого не могло, но... оказывается, что могло. Сев в машину, она дождалась, пока все сядут в машину, тронутся, и спросила: - Слушайте, а какие сладости в округе самые хорошие? Майк, о чём-то усиленно размышляя, одной рукой крутил руль. - Самые хорошие... Есть тут одна лавочка, но... Ты уверена, что тебе денег хватит? - озабоченно спросил он, поворачиваясь к ней. - НА ДОРОГУ СМОТРИ! - диким голосом заорала Кира, хватаясь за сердце, когда прямо перед ними вильнула в сторону какая-то легковушка. Грег напрягся, только покрепче ухватился за ремень безопасности и немного сполз по спинке кресла позади водителя. - Какая ты нервная, - протянул брюнет, выруливая на нужную полосу, пока присутствующие отчаянно пытались отдышаться, ибо каждая поездка с ним куда-либо становилась для них полнейшим потрясением. Вернее, Кира впервые ехала под руководством Майка. - Так вот, о кондитерских... Цены там, - многозначительно промолчал Грег, что немного оскорбило ее. Обычно Кира хладнокровно относилась к сладостям и кондитерским изыскам, но сегодня душа требовала сладостного пира. - Нас будет четыре человека. Может, я сам куплю? – опять влез Хендерсон, как бы невзначай отодвигая Киру от прилавка, уставленного удивительно красивыми творениями кондитерского искусства. Любвеобильный, но не очень харизматичный Грег уже стоял в сторонке, во всю флиртуя с молоденькой продавщицей и не обращая на них ровным счётом никакого внимания. - Нет! - рявкнула Уайт, отталкивая певца. – Мне, пожалуйста, большую коробку во-он тех ассорти! Да, на двенадцать штук! Да, блин, уверена я, что мне нужен именно ТОТ большой НАБОР! - переговаривалась она, отчаянно краснея под надменным взглядом продавщицы. Ну, да, на ней не платье из бутика, туфли не из последней коллекции, да и кошелёк в руках старый и потрёпанный (зато горячо любимый), но это же не даёт ей право так себя вести?! К тому же, вряд ли продавщица вообще догадывалась, что уставший и потрепанный внешний вид пришедших ребят не от нехватки средств, а от долгой и изматывающей репетиции в студии. - Вы точно уверены в своём выборе, мисс... - это «мисс» она протянула так гадко, что Кира совсем выпала в осадок. - Да уверена я, уверена! - чувствуя, что к глазам подкатывают слёзы, она ещё крепче сжала кошелёк, попутно удивляясь своей реакции. Видя это безобразие, Майки уже было собрался снимать капюшон и вмешаться в это бесчинство, но тут к прилавку подошла вторая продавщица и, не говоря ни слова, влепила смачную пощёчину нахалке. Она замерла, потрясённо глядя на девушку, а та в свою очередь быстро что-то произнесла ей, и хамка в слезах бросилась вон из зала. Повернувшись к покупателям, девушка виновато посмотрела на Киру и начала извиняться за такое поведение своей работницы. Мальчишки пока стояли в сторонке, о чём-то переговариваясь, а Вики и вовсе вышла на улицу с телефоном. - Ещё раз извините её! Она у нас больше не работает. Спасибо за покупку! Надеюсь, вы еще зайдёте! Вот вам в качестве извинений наш фирменный шоколад! Извините еще раз! - повторяла девушка. - Ничего страшного! - улыбнулась Кира, тут же забыв обо всём и с восторгом глядя на большущую коробку, где под крышечкой лежало то, от чего сейчас бежали слюнки. - Большое вам спасибо! - Вот ведь зараза! - выругался хмурый Грег, когда ребята завалились в машину. - Ты о чём? - улыбнулась Кира, отложив в сторону пирожные и с восторгом глядя на шоколад. – Боже, я так счастлива! Наконец-то! Так хотелось сладкого. Устроим с вами сладко-приторный вечерок, надо будет за вином еще заехать! - восторженно ворковала она. - Удивительно. Тебя так оскорбили, а ты сидишь вся такая счастливая, довольная, - медленно протянул Грег. Хендерсон промолчал. - Да что у вас там произошло? – очнулась Вика, не понимая странного поведения ребят. - Ничего особенного, но таким неотесанным людям просто не место работать с людьми! - Точно! Погодите, я туда еще вернусь, проверю, уволили эту или нет… Наперебой ворчали парни. Удивлённо глядя на них, Кира не выдержала и рассмеялась, но вдруг посерьезнев, тихо сказала: - Если бы в своей жизни я переживала из-за каждого оскорбления, я бы не сидела тут, если бы не прощала обиды и не входила в чужое положение, если бы копила это всё в себе и терпела, когда меня обижают, я бы уже съела себя от злости. То, что я там промолчала, не значит, что я испугалась, нет. Просто я вошла в её положение, когда ей приходится каждый день видеть богатых счастливых людей, когда сама она даже парня не имеет, это очень бесит её, поэтому она и выплёскивала всё на меня. Но теперь она будет счастлива. Без работы, но счастлива... Если не станет снова вести себя как последняя... - вовремя одернув себя, Кира посмотрела сначала на Грега, а потом на Майка. – Знаете, сколько таких девушек я видела за свою жизнь? Эта – безобидна. Но есть и похуже, поэтому я даже не уделяю этому внимание, к тому же... Благодаря ей у меня есть прекрасный шоколадик, которого хватит на всех! - воскликнула шатенка, восторженно глядя на коробку, а присутствующие еще пару минут удивлённо смотрели на нее. Первым одумался Ривер и, рассмеявшись, дотянулся до Киры и потрепал по голове, растрепав хвостик и одаривая ласковым взглядом. Хендерсон тоже усмехнулся и осторожно положил руку на плечо, как бы говоря «молодец». Маленькая, но очень уютная квартирка Уайт с легкостью вместила в себя гостей. До этого из группы здесь была одна Виктория, когда девушки отмечали новоселье. - У-у-уф, - воскликнул барабанщик. – Кира, да у тебя тут просто хоромы! – подбоченившись, Грег с порога оглядел гостиную комнату. Собственно единственную комнату в доме. - Так, молчать! – Кира водрузила купленные сладости на стол в кухне. – Это мое тайное гнездышко. - Что ты, это лучшее гнездо в мире! Местные птички, небось, обзавидовались, - Грег рассмеялся, получая удар в плечо от недовольной Хьюз. - Кира, не обращай внимания на этого олуха… Куда поставить коробки? – Майк указал на несколько аккуратно сложенных коробок пиццы, купленных еще по дороге. - Можешь унести на кухню. - А интерьер здесь действительно классный! – вернулся Хендерсон и уселся в широкое мягкое кресло жемчужного цвета. На самом деле, Майк был абсолютно прав. После покупки квартиры, в ней около месяца шел ремонт. Кира с особым трепетом подошла к выбору дизайна. Интерьер гостиной оформлен в довольно светлом цвете, что создает ощущение свежести и простора, а яркие подушки в сочетании с простой и функциональной мебелью добавляют к дизайну некой жизнерадостности. Немного растений на окнах, пушистый коврик на темном паркете придавали помещению современный вид и прибавляли уюта. - Ребят, ванная по коридору на лево! Располагайтесь, мальчики, откройте вино, а мы с Вики накроем на стол. Мальчикам дважды повторять не пришлось. По дороге они очень кстати заехали в магазин, чтобы прикупить чего-нибудь покрепче. Для девочек взяли вино, а сильный пол приобрел бутылку виски. - А где Томас? Он не против, что ты ночуешь здесь? – спросила клавишница, заходя в кухню. Прошла к шкафу, доставая оттуда четыре белоснежных блюда. - Ему пришлось срочно улететь в Нью-Йорк. Не знаю, когда он вернется, но не раньше, чем через неделю. Там… очень много дел… - виновато улыбнулась Кира, испытывая бурю эмоций, что скрывает правду от подруги, что до сих пор Том так и не позвонил, чтобы поговорить. - У вас ведь все наладилось, правда? – выжидающе уставилась Вика. Кира сконфужено улыбнулась, молча кивая головой, не зная наверняка. Из гостиной тем временем уже доносилась музыка. Значит, парни добрались до музыкального центра. Быстро подогрев остывшие круги пицц, Кира разложила их по блюдам, пока Виктория относила бокалы в гостиную. Перед тем, как выйти к гостям, девушка твердо для себя решила, что сегодняшний вечер она проведет легко и свободно в компании друзей и коллег, а какие бы то ни было проблемы отложит на завтра. Это был единственный способ, наконец, расслабиться. - Как будем делить пиццу? – спросил вечно голодный Грег. - Да ладно, ее на всех хватит! - Ну не скажи, моему молодому и, прошу заметить, еще растущему организму этого может быть мало! - Не дури, пока дают – бери. - Погодите вы с этой едой, может, сначала тост скажем? – Вики сделала музыку на центре потише. - Тогда для начала надо разлить вино, - Кира протянула бокал. Роль джентльмена взял на себя Майк, уже в который раз за день. - А теперь тост. Ну, кто? – вопросительно глянул на присутствующих Грег. - Давайте просто за нас? – задумчиво протянула Кира. – За наш возрастающий успех, за предстоящие концерты, за нашу музыку! Добавить здесь было нечего. Ребята повставали с мест, и по комнате разлился звон стеклянных бокалов. Такие минуты, как эта, каждый из них любит и ценит по-своему. Ведь что собрало и соединило четырех абсолютно разных людей в этом месте здесь и сейчас? Это их общее дело, это их страсть, это их музыка… *** - Можно? – постучался Майк, заходя в кухню, где Кира расположилась на кушетке на широком подоконнике. Это ее любимое местечко. Вид из окна падал как раз на огни ночного пейзажа. - Да, конечно… - девушка засуетилась. Вообще, Кира думала, что все уже спали. Грег уснул после того, как они с Хендерсоном почали бутыль коньяка, а Викторию сморило буквально после второй пиццы. Хозяйка дома уложила спящую на диван, а парням постелила на полу. - Что такое? – парень присел напротив Киры, замечая ее сконфуженное поведение. - Ничего, просто… Я думала, все уже спят… - Тогда почему ты здесь? Маленькое пирожное, которое они приобрели в кондитерской, чуть не застряло у нее в горле. Сидеть под пристальным взглядом человека, неделю назад которого ты хотела вовсе убить, очень напрягает. Сейчас Кира думала о Томе и мысли плавно перетекли в прошлое… В такие уязвленные моменты ей не хотелось, чтобы кто-то находился рядом, тем более тот, кто играет сейчас непонятную роль. Она промолчала, снова глядя за стекло и делая незначительный глоток красного вина. - Кира? Его голос разорвал образовавшуюся тишину. Она вздрогнула, не осмеливаясь повернуть голову. - Почему я смотрю на тебя и не могу понять, счастлива ли ты… - Ты и не должен этого понимать, - сразу резко выпалила Кира, но потом замолчала. – Да я и сама, если честно, не знаю. Пытался ли Майк вытянуть ее на сердечный разговор? Да, пытался открыто и нагло. Стоило ли Кире доверяться этому типу с явным раздвоением личности? Ответа она не знала, но что-то внутри отчаянно молило ее поговорить, поделиться. Возможно, Хендерсон не самый лучший для этого человек, но глупая надежда на то, что парень много выпил, и уже завтра не вспомнит этот разговор, все-таки теплилась в душе. Кира сама находилась под тонкой вуалью между реальностью и невероятной свободой от содержимого бокала. Сейчас выпитое вино неожиданно обернулось предателем. - Скажи мне честно, к чему ты стремишься? – печально произнес Майк, делая едва уловимое движение навстречу к девушке. - …какой сложный вопрос… я даже никогда и не задумывалась об этом. - Правда? – удивился он. Кире даже подумалось, что эта эмоция была действительно искренней. - Да. У меня всегда были более приземленные мечты. - Какие, например? - …полюбить. По-настоящему, как в книгах. Почувствовать то, что ощущали твои любимые герои. - Ты думаешь, это вообще реально? Одно движение и его лицо уже рядом. Девушка на мгновенье замерла, разглядывая Майка так непривычно близко. Под световыми бликами ночных огней его лицо казалось идеальным, пугающе магическим, а пушистые на вид волосы так и манили прикоснуться. Кира весь вечер пыталась найти разгадку столь странного поведения, но карие глаза напротив искрились уверенностью и не притворством. - …мне кажется, да. Слова сорвались на шепот. Расстояние между ними вдруг резко сократилось. В голове мелькнул красный свет, когда Кира почувствовала горячее дыхание и почти ощутила послевкусие алкоголя на его тонких губах. - Что ты делаешь? – отстранилась она, заглядывая парню в глаза. - Я убиваю тебя добротой. Доказано, что это высокоэффективная техника для достижения своих целей. Сказанное больше походило на шутку, но выражение лица Майка говорило о полной серьезности действий. - Это я твоя цель? - Да...